Дар Ветер среди нас (послесловие)

Дар Ветер среди нас (послесловие)

А.Шалимов

Дар Ветер среди нас.

(послесловие)

В нём было что-то от Дар Ветра - его любимого героя. В.И. Дмитревский - ленинградский писатель и критик - заметил это при первой их встрече. Ефремов немного смутился, но возражать не стал. Даже объявил потом жене:

- Вот видишь, и Владимир Иванович тоже говорит, что похож...

Речь об этом, видимо, заходила и раньше, ещё до их знакомства. В.И. Дмитревский в дальнейшем стал не только биографом и исследователем творчества Ивана Антоновича Ефремова, но и его близким другом. Вспоминая их встречи и беседы, Дмитревский не однажды возвращался к поразившему его сходству... Разумеется, главное заключалось не в совпадении внешнего облика писателя и его героя. Сходство было более глубоким - в отношении к жизни и к труду, к людям...

Другие книги автора Александр Иванович Шалимов

В болотах экваториальной Африки до наших дней сохранился ранее неизвестный науке вид древних ящеров. Экспедиция профессора Турского поймала детёныша динозавра.

А. И. Шалимов. Тайна «Тускароры». Издательство «Гидрометеоиздат». Ленинград. 1967.

Содержание:

Тайна «Тускароры» (фантастико-приключенческая повесть)

Призраки ледяной пустыни (фантастическая повесть)

В сборник вошли повести и рассказы классиков отечественной фантастики. Книга будет интересна как подросткам, так и взрослым, любящим истории о динозаврах.

Это книга о людях далекой, а может быть, уже и не очень далекой от наших дней эпохи, когда укрощенные земные вулканы дадут человеку свет и тепло, а в Большой Космос отправятся первые фотонные корабли.

Это книга о стойкости, мужестве, сомнениях и любви людей будущего. Жизнь ставит перед ними много вопросов…

Можно ли победить время, и дождется ли Леона своего любимого, который улетел к далекой звезде?

Прав ли профессор Гомби, скрыв от людей великое открытие, которое ему удалось совершить?

Имел ли право Лар, герой повести «Планета туманов», во имя научного подвига нарушить приказ командира корабля?

Эти вопросы встанут перед вами, дорогие читатели.

Как вы ответите на них?

Это рассказы и повести о стойкости, мужестве, сомнениях и любви людей далекой, а быть может, уже и не очень далекой от нас эпохи, когда человек укротит вулканы и пошлет в неведомые дали Большого Космоса первые фотонные корабли.

Можно ли победить время? Когда возвратятся на Землю Колумбы первых звездных трасс? Леона — героиня повести «Когда молчат экраны» — верит, что снова встретится со своим другом, которого проводила в звездный рейс.

При посадке в кратере Арзахель терпит аварию космический корабль. Геолог Джон Смит — единственный оставшийся в живых участник экспедиции — становится первым лунным Робинзоном. Ему удается сделать поразительные открытия и… обо всем остальном читатели узнают из повести «Пленник кратера Арзахель».

«Когда молчат экраны» — четвертая книга геолога и писателя-фантаста А. И. Шалимова.

Юные читатели уже знакомы с его книгами «Пульс Земли», «Горный компас» и «Тайна гремящей расщелины».

В книгу вошли издававшиеся ранее научно-фантастические повести и новые рассказы известного фантаста, посвященные острейшим проблемам современности — сохранению мира и природы Земли.

Остросюжетный фантастико-приключенческий роман  Александра Шалимова посвящен острейшей проблеме современности борьбе миролюбивых сил планеты с милитаристами, рвущимися к реваншу.

…Промышленная империя Фигуранкайнов. В неё проникают герои, сторонники мира и демократии, и перестраивают военную машину на научно-технические программы…

Разумные стрекозы на загадочной планете и ответственность Человека за любой поступок; удивительные гости из будущего — Альбин и говорящий кот, которые помогают современным людям оценить самих себя; бесконечность мозга, таящего гигантскую информацию о минувших поколениях, — всему этому и многим иным проблемам посвящены научно-фантастические рассказы и памфлеты А. Шалимова, объединенные я сборнике «Странный мир»

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Hиколай Hикифоров

ЖЕРТВЫ HАУЧHОЙ ФАHТАСТИКИ

1.

***

- Вставай, сонная тетеря, экзамен прохлопаешь, - кто-то ощутимо пихнул Шурика в бок.

Странно. Еще никто и никогда ...

- Да шевелись же ты! - одеяло бесцеремонно сорвали, и волей-неволей пришлось встать. Это походило на пушечный выстрел.

- Ты ... боже мой, Женька, с тобой чего?!..

А было на что посмотреть. Вместо обычных хвостиков ее голову украшало странное сооружение: темный "ежик" и длинные светлые локоны на висках.

Георгий Николаев

Следующий

- Следующий!

Ноэл поднялся со стула и робко открыл дверь. Человек за столом окинул его быстрым взглядом.

- Профессия?

- Автомонтажник. Но могу работать я по смежным специальностям, - он замялся, - какие требуются...

- Возраст?

- Двадцать лет, - сказал Ноэл. - Я согласен на любые условия...

- Состояние здоровья?

- Группа "1А".

- Вам повезло, - сказал человек за столом. - Возьмите адрес, - и он положил на край стола перфорированную карточку.

С крыши двенадцатиэтажного здания отеля хорошо просматривались окружавшие его апельсиновые сады, огороды и пастбища для скота. Они расходились правильными квадратами все дальше и дальше и одновременно все выше и выше уменьшаясь в перспективе и образовывая замкнутую сферу — внутреннюю поверхность Фермерского астероида, расчлененную на две равные части кольцевой линией рек и озер.

В центре малой планеты горела ядерная лампа — искусственное солнце, заливавшее ярким светом все ее внутреннее пространство. «Небо» — полусфера, располагавшаяся над головой выше лампы, — представлялось невообразимой мешаниной крохотных квадратиков и казалось живым: такое впечатление создавали непрерывно снующие по нему ярко-красные букашки — автоматические трактора.

Наталия Новаш

Легенда о первом рассказе

В теплые летние ночи, когда звери были сыты и не нападали, островное племя не боялось разводить костер на поляне. В пещере было темно и душно, низкий свод давил, и каждую минуту оттуда могли посыпаться камни. Снаружи веяло морем. Высокая темнота свода была усеяна мерцающими светляками, а в час водопоя светила над головой Большая Желтая Гнилушка.

Племя жарило мясо, и дети, заслоняясь от огня, слушали легенду о Большом Парне, который вылепил когда-то из глины их остров и поместил посреди Большой Голубой Пещеры. Он же сотворил и саму Голубую Пещеру, которая была их миром, и зажег Большой Жгучий Огонь на ее высоком своде. Туда же закинул он и Большую Желтую Гнилушку. Она прилипла к своду, да так и осталась там навсегда, чтобы хоть что-то светило людям, когда потухал Жгучий Огонь.

Ольга Новикевич

Директор зоопарка

Никогда не замечал, чтобы на этой станции кто-нибудь сходил. Сколько раз, проезжая здесь, я видел абсолютно пустой перрон, аккуратный свежевыкрашенный вокзал, дома, утопающие в зелени, и никакого намека на жителей. И, главное, никто этому не удивлялся. Я тоже. Поезд открывал на пару минут двери, затем, коротко свистнув, трогался. И опять ни одного любопытствующего - почему даже в летний зной никто не удостаивает вниманием этот провинциальный городок?

Наталия ОКОЛИТЕНКО

ВОЗМОЖНА ЛИ В НАШЕ ВРЕМЯ ЭПИДЕМИЯ ЧУМЫ?

В 1951 году итальянец Джорджио Пиккарди задумался, почему в определенные дни вискоза не проходит сквозь фильтры прядильных машин, а лабораторные опыты с теми же самыми веществами дают то одни, то другие результаты. Много раз проведя эксперименученый пришел к выводу, что ускользающий от контроля фактор - это время, точнее, какое-то космическое излучение, делающее неповторимой кажсекунду. Через тринадцать лет во время Международного геофизического года, исследователи всей планеты - от Флориды до Мадагаскара и даже Антарктиды - убедились: да, коллоидный раствор, близкий к содержимому клеток живых организмов, отзывается на изменение "космической погоды"; да, мгновения неповторимы; да, древние правы: два раза не войдешь в одну реку... Расширяется Вселенная, летит в межзвездном пространстве планета Земля, держа путь к созвездию Геркулеса, а следовательно стрела времени пронзает все сущее, заставляя его приспосабливаться к постоянно изменяющейся ситуации. Эволюция продолжается, не может не продолжаться, ибо нельзя остановить бег времени! Но в чем же проявляется она, если живший 30-40 тысяч лет назад, чьи останки найдены в кроманьонском гроте, внешне ничем от нас не отличался?

Михаил Орлов

НОЧЬ В СТЕПИ

В погоне за бандой атамана Грицько отряд Гузеева был измотан до предела. Кони и красноармейцы валились с ног, и даже затворы у винтовок перестали клацать. Были случаи засыпания бойцов на скаку, и вследствие этого их выход из строя.

У станицы Лозовской бандиты вновь ускользнули.

"Хватит, - подумал комиссар Поддубенский. - Угробим отряд, надо отдыху". И осадил жеребца.

- Дезертирствуешь?! - приблизился к комиссару командир отряда, бывший харьковский слесарь Гузеев с серым лицом и сумасшедшими глазами.

ОСИНСКИЙ ВЛАДИМИР ВАЛЕРИАНОВИЧ

ИЗЮМ ИЛИ КИШМИШ?

Жили-были на свете кишмишане и изюмчане. Сейчас и те и другие отлично понимают, что между ними нет ровно никакой разницы, кроме названия. Но ведь мы-то с вами знаем: именно с подобной безделицы начинаются порой неприятности, чреватые бог весть какими последствиями.

История так и не установила, кому вздумалось назвать кишмишан кишмишанами, а изюмчан изюмчанами.

В настоящее же время попыток разобраться в этом запутанном деле больше вообще не предпринимается, и это очень хорошо, потому что если недоразумение коп чилось, то и нечего о нем вспоминать.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Шалимов Александр Иванович

ЭСТАФЕТА РАЗУМА

Улетали с Марса марсиане

В мир иной, куда глаза глядят,

И не в сказке, не в иносказанье...

Двести миллионов лет назад...

С. Орлов

Кирилл прилетел на станцию "Марс-1" с пятой сменой. Продолжительность марсовки - год Марса - два земных с хвостиком. И полгода на дорогу туда и обратно. Два с половиной года вдали от Земли...

Садясь в вездеход, он снова подумал об этом. Вездеход назывался "Черепашка". Так было написано белой краской на удлиненном голубом корпусе, который опирался на шесть коленчатых, обутых в гусеницы ног. Кирилл уже успел заметить, что конструкторы и монтажники предпочитали тут ярко-голубые цвета. Может быть, потому, что напоминали о земном небе, а скорее всего оттого, что резко выделялись на фоне ржавой окраски грунта, скал, осыпей. Здесь даже дневное небо было красновато-оранжевым. Пыль, поднимаемая ураганами, никогда не успевала осесть.

Александр Шалимов

Гость

Я заканчивал популярный очерк о пространстве и времени, когда мне показалось, что за окном кто-то царапается.

- Вздор, - сказал я самому себе, - слуховая галлюцинация от переутомления. Еще абзац, и пора спать. Итак: "Необратимость времени подтверждается уже тем, что..."

Странный звук за окном явственно повторился. Я поспешно отложил перо. Признаюсь, мне стало не по себе. Живу я на восемнадцатом этаже. Южная стена дома, куда выходит окно моей комнаты, совершенно гладкая, на ней нет ни балконов, ни выступов. Кто мог очутиться за стеклом на узком наружном карнизе оконного проема. Может быть, голубь? Но, кажется, по ночам они должны спать. Тем более в такую холодную мартовскую ночь...

Александр Шалимов

Наследство академика Кики Итуморо

- Ты слышал, Буб, - сказал Джуд, - старый Кики отдает концы.

- Академик Кики Итуморо? - искренне изумился Буб. - Невозможно!

- Абсолютно достоверно, - кивнул Джуд. - Ему исполнилось сто шестьдесят. Это предел. Если его трахнет инсульт, операция станет невозможной.

- Разумеется, тогда никто не согласится. Но послушай, Джуд. Значит, Итуморо... не совсем сам? Ему посоветовали?

А. ШАЛИМОВ

Призраки Белого континента

Джек Рассел - астроном экспедиции - лежал на подвесной койке под самым потолком Большой кабины и, не отрывая глаза от окуляра зрительной трубы, время от времени записывал цифры на листе бумаги, приколотом кнопками к потолку. Геолог Ральф Стонор внизу за столом разглядывал образцы минералов. Стрелка радиометра вздрагивала и начинала колебаться, когда Стонор подносил к прибору черные, маслянисто поблескивающие кристаллы. За дверью послышалась возня, притоптывание озябших ног, громкое сопенье. Дрогнула тяжелая суконная портьера, пропустив в Большую кабину Фреда Лоу маленького, коренастого, почти квадратного в меховом комбинезоне и огромных унтах. - Минус пятьдесят с ветерком, - прохрипел метеоролог, стягивая меховые рукавицы. - Запирай контору, Джек. Все равно ничего не видишь. Скрипнула койка под потолком. Джек Рассел искоса глянул на вошедшего и молча отвернулся к окуляру трубы. Лоу с трудом вылез из комбинезона, отшвырнул его ногой в угол; достал из стенного шкафа бутылку и граненый стакан, налил, выпил; отер рыжеватую бороду рукавом шерстяной куртки, потянулся. - Чертов электрический подогрев не действует, - пояснил он, кивнув на лежащий в углу комбинезон. - Пускай Генрих проверит контакты. - Генрих остался в ледяной штольне, - сказал Стонор. - Они с Тойво хотели сегодня прорубиться сквозь лед к нижней жиле. - Глупо, - скривился Лоу. - Будут сидеть там, пока не прекратится пурга. - Там у них спальные мешки и примус. Могут сидеть хоть неделю. "Тебя бы на неделю запереть в ледяной пещере, - со злостью подумал Лоу, поглядывая на розовую лысину Стонора. - Сегодня и носа не высунул наружу..." - Ого, - сказал Стонор, наблюдая за стрелкой прибора. - Что-нибудь новое? - поинтересовался Лоу. - Ничего особенного. Просто высокое содержание урана. - Значит, все-таки месторождение стоящее, - пробормотал Лоу, зевая. - Еще бы, - поднял голову Стонор. - Важно, что это первая находка урана в Антарктиде, а при таких содержаниях мое месторождение загремит на весь мир. - Почему же мы не торопимся заявить миру о твоем открытии?.. - Пока не можем. Шефы не хотят, чтобы русские всерьез занялись поисками урана в Антарктиде. - Думаете, русские глупее вас, - усмехнулся Лоу. - Можете не сомневаться, Стонор, они сделали здесь больше нас с вами. - Урана они не нашли. Они регулярно сообщают о своих открытиях. Кроме того, большинство исследователей убеждены, что урана в Антарктиде вообще нет. - А что толку в вашей находке! Дьявольские горы в трехстах милях от берега. Адские морозы, ураганы, пурга... Завезти сюда шестерых безумцев и бросить на год - еще можно. Но строить здесь рудник... не стали бы даже русские. - Вам приходилось бывать на урановых рудниках северной Канады? - задумчиво спросил Стонор, подбрасывая на ладони сросток черных кристаллов, покрытых желтыми и оранжевыми охрами. Лоу мотнул головой. - Там содержание урана в пятьдесят раз меньше, а условия немногим лучше, чем тут. Калькуляция простая... Такое месторождение выгодно эксплуатировать даже на Луне. - Еще вопрос, где хуже условия - на Луне или на Земле королевы Мод, пожал плечами Лоу. - Луна пока недоступна, а на Земле королевы Мод мы обосновались и, плохо ли, хорошо ли, сидим седьмой месяц. - Делайте, что хотите, - махнул рукой Лоу, - стройте тут рудники, города, аэродромы, растапливайте льды, добывайте уран, черта, дьявола, кого угодно. Я знаю одно: больше сюда ни ногой. Ни за какие доллары. Гренландия, Гималаи, что угодно, но не Антарктика - будь она трижды проклята... Однако, - Лоу сделал паузу и прислушался, - о чем думает журналист? Собирается он кормить нас сегодня?.. Эй, Рысь!.. Мистер Ришар! Склянки давно пробили на обед, черт побери! Под койкой Джека Рассела распахнулась узкая дверь. Из-за двери выглянул Ришар Жиро - врач, повар, радист, а по совместительству специальный корреспондент одной из крупнейших парижских газет. Вместо поварского колпака на голове Жиро была надета красная феска с золотой кисточкой. Большой мясистый нос и рыжие бакенбарды были в муке, маленькие острые глазки насмешливо поблескивали за толстыми стеклами очков. - Правда не нуждается в громком крике, дорогой Фред, - объявил доктор, подмигивая Лоу. - Обед готов, мойте ручки... Что это? - ахнул он, указывая пальцем на стол. - Что это? - я спрашиваю. - Сколько раз просил не раскладывать здесь эту ядовитую радиоактивную гадость. Я дрожу над вашим драгоценным здоровьем, а вы... - Разве что-нибудь изменится, если он уберет их за фанерную перегородку своей конуры? - спросил, посмеиваясь, Лоу. - Не будь страусом, Красная Шапочка. Здесь кругом излучение. Жилы в трех милях отсюда. А может, они и под нами. Нам всем обеспечена лучевая болезнь. - Пыль, сотрите со стола пыль, - твердил Жиро, не слушая Лоу. - Она радиоактивна! Обеда не будет, пока не уберете. Собери мокрой тряпкой, Фред, и выкинь наружу. Лоу, ухмыляясь, вытер стол тряпкой и, когда доктор вышел, швырнул тряпку под диван. Жиро внес на подносе кастрюлю и миски, принялся разливать суп. Лоу достал из стенного шкафа бутылку и три стакана. - Тебе не наливаю, - заметил он доктору. - Судя по носу, ты уже покончил с недельной порцией. - Не судите и не судимы будете, - сказал доктор, косясь на бутылку. - Я добавлял в пуддинг ром и только чуть-чуть попробовал. Дождавшись, когда Лоу наполнил стаканы, доктор ловким движением выхватил у него бутылку, встряхнул, посмотрел на свет и приложил к губам. - Луженое горло, - с легкой завистью заметил Лоу, глядя на опустевшую бутылку. - И все остальное прочее, - сказал доктор, закусывая сардинкой. - Вы будете сегодня ночью спать, а я еще должен сочинить корреспонденцию и толкнуть ее в эфир. Это не сводка погоды! Тут нужны голова и фантазия. Кстати, о ком из вас прикажете врать в сегодняшней корреспонденции? - Можно о нем, - Лоу кивнул на лежащего под потолком астронома. - Он жертвует обедом ради метеоров. - Мысль, - подскочил на стуле доктор. - Очерк можно озаглавить: "Охотник за метеорами" и начать, например, так: "Седьмой месяц самоотверженный молодой ученый не отрывает глаз от телескопа"... Между прочим, юноша, второй раз греть обед я не буду. Вы слышите?.. - Да, - сказал Рассел, глядя в окуляр трубы и неторопливо записывая что-то. - Вы, англичане, удивительно разговорчивый народ, - продолжал доктор, хлебая суп. - Не знаю, что бы я делал, если бы не было Генриха. Все-таки поляки во многом напоминают нас, французов. - А я? - возразил Лоу. - Кажется, и меня нельзя назвать слишком молчаливым. - Во-первых, ты не настоящий англичанин. Американцы - особая нация. А во-вторых, и ты умеешь целыми часами сидеть над шахматной доской, как кот у мышиной норы. Он, - доктор кивнул на Стонора, - может говорить только об уране. А что касается этого жреца Космоса, - не знаю, сказал ли он десять слов подряд с начала зимовки. Койка под потолком снова скрипнула. Лоу и доктор глянули на астронома и увидели на его лице выражение величайшего изумления. Бросив карандаш, Рассел быстро крутил тонкими пальцами винты прибора; потом откинулся на подушку, словно ослепленный, несколько мгновений лежал с закрытыми глазами, затем приподнялся и снова припал к окуляру трубы. В это время далекий нарастающий гул заглушил вой пурги. Гул быстро превратился в оглушительный грохот, от которого задрожали стены Большой кабины и зазвенела посуда на столе. Казалось, исполинский поезд проносится над пустынными горами Земли королевы Мод. Доктор и Стонор вскочили из-за стола, опрокинув стулья. Но грохот уже постепенно затихал. Что-то похожее на взрывы доносилось издали; снова дрогнули стены и стало тихо. И опять послышался глухой однообразный вой пурги. - Что это? - вскричал доктор, со страхом глядя на потолок. - Кажется, землетрясение, - пробормотал Стонор, прислушиваясь. Лоу внимательно следил за побледневшим от волнения астрономом. - Ну, что там было, Джек? - спросил он, видя, что Рассел снова откинулся на подушку и вытирает платком мокрый лоб. - По-видимому, гигантский болид. Он упал где-то поблизости. - Вы видели его? - спросил Стонор. - Да. - И уверены, что это болид? - Д-да... - А может, это межконтинентальная баллистическая ракета? - неуверенно протянул доктор. - С помощью которой русские хотели уничтожить нашу станцию, - добавил Лоу. - Не остроумно, - обиделся Жиро. - Ваши соотечественники производят испытания ракет на мысе Канаверал. О, они вполне могли, целясь в южный Атлантик, попасть в Антарктиду. - Это был болид, - сказал Рассел. - Он появился на северо-западе, пролетел над станцией и взорвался над плато к юго-востоку от нас. Я отчетливо наблюдал резкое уменьшение его скорости. Перед ним в этом же направлении прошел метеорный поток. - А сейчас видно что-нибудь? - поинтересовался Стонор. - Нет, пурга усилилась. Снег несет выше объектива перископа. - Установится погода, поищем осколки, - сказал Стонор, закуривая сигарету. - Новый метеорит из Антарктики - это сенсация. - Ничего не найдете, - сердито возразил Лоу. - Ветер гонит сейчас по плато сотни тысяч тонн снега. Все следы будут похоронены самым надежным образом. Не так ли, Джек? Рассел спрыгнул на пол и молча пожал плечами. - Куда? - спросил Стонор, видя, что астроном взялся за портьеру выходной двери. Рассел указал пальцем вверх. - Только ни шагу от входа, - предупредил Стонор. - Слышите, что там делается?.. Рассел кивнул и исчез за тяжелой портьерой. Через несколько минут он возвратился, отряхивая снег с бороды и усов. - Видели что-нибудь? - спросил доктор. - Нет.