Чудовище кровавого моря

Задыхаясь - и почти что потеряв надежду - я бежал по мокрому песку, отчаянно выискивая, куда бы спрятаться. После чудовищного шторма, что был утром, бежать по грязному песку - всё равно, что бегать в огромной миске с густой кашей. Но Толстобрюхий Ник, деревенский булочник, собирался поймать меня во что бы то ни стало, так что, кроме как бежать, мне ничего не оставалось.

Рванув между двумя домами к морю, я потерял Толстобрюхого из виду. Он, конечно, знал, куда я побежал, но внезапно я увидел своё спасение: на берегу стояли рыбацкие лодки.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Три друга из глухой лесной деревушки…

Трое обычных мальчишек, волей судьбы вынужденных участвовать в ужасной войне.

Три юных героя, наделенных храбростью и смекалкой, верностью и честью. Им поручено совершить практически невозможное – отыскать таинственную древнюю реликвию, которая одна может спасти родную землю друзей от жестоких захватчиков.

Они отправляются в путь.

Отправляются, еще не зная, что вынуждены будут сразиться не только с обычными врагами, но и с недругами, владеющими великой силой черной магии…

Ларратос, получивший статус адепта, начинает свои странствия по свету. Сможет ли он исполнить пророчество об Избраннике, уничтожить Хаос и нанести удар в спину Масхона? Или же он станет новым падшим паладином и примкнёт к Хаммону? По пути сам Ларратос становится сильнее — и обзаводится новыми друзьями и врагами. Ему суждено найти древнюю цивилизацию — или же её руины. И раскрыть тайну своего происхождения.

Со дня смерти Ромео и Джульетты прошло немало лет, а вражда между родами продолжается. Командир наемников Бенволио Монтекки пытается захватить неприступный город Сермонету, в котором правит Розалинда Капулетти.

А потом взошла предательская луна, и осветила низину. Топот копыт приближался, и было ясно, что до берега не успеть. О том, чтобы укрыться в лесу, не могло быть и речи.

И Хьярранди – скальд сказал такую вису:

Славе порадеют
Конунг и дружина.
Молотов потомок
Недругов убийце
Вскорости ответит.

Конунг, к которому обращались, оскалился в волчьей усмешке.

Я лежал среди зеленеющего поля и грелся на солнышке. Всюду среди колосьев проглядывали яркие головки маков и васильков. Весело щебетали птахи, гудели над цветами пчелы и легкий ветерок немного разгонял майский полуденный зной. Мне было так спокойно и хорошо, что я перестал смотреть на облака, неспешно плывущие по небу, закрыл глаза и уснул. Разбудили же меня звонкие голоса и смех. По полю прогуливались девушки, собирая цветы и плетя венки. Но я проснулся слишком поздно, когда они подошли ко мне на расстояние около двадцати футов. И тут, наконец, меня заметили. Раздался пронзительный визг и сломя голову они бросились прочь. Я с презрительным видом отвернулся, прислушиваясь к их воплям и топоту ног. Но кто-то из них остался. Я обернулся. Напротив стояла девушка, смотря на меня округлившимися глазами. На ней было слишком роскошное платье и дорогие украшения и у меня возникло нехорошее подозрение: а не принцесса ли она?

Примерно четыре-пять. Положительно, не больше пяти. Для вестибюля при входе в подъезд, если можно его назвать вестибюлем, конечно, когда смотришь на него сверху, с первой лестничной площадки, это почти рекордный результат. Еще неделю назад тут были верные шесть, а по выходным доходило до восьми.

За счет чего? Отчасти псы. Не все, конечно. Аккуратные овчарки даже понижали на полбалла. То же самое – благородные колли. Но бульдожки разных сортов, бессмертная болонка со шкурой цвета седины древних старух и такой же нездоровой розовостью, буль-терьер, оснащенный мордой каннибала! – и все это с когтистым скрежетом двигалось, шумно дышало, недобро косилось, лупило погаными хвостами по ногам, прямо в подъезде затевало междуусобные войны, заливаясь оглушительным лаем и сочась злобным хрипом… Кажется, график их выгула по субботам и воскресениям втрое оживленнее, чем по будням. Наскоро одетые чада из-под-пятницы-суббота. Ласковые мамашки я-вытрясу-тебя-из-коляски-на-следующей-ступеньке. Или то же, но в варианте ой-ну-помогите-засунуть-ребенка-в-лифт-чего-стоите. Расхлябленные до изнеможения пружин створки входных дверей. Грязные кирпичи на страже их поражения. Это немного напоминает ноги недорогой проститутки, расставленные профессиональным инстинктом даже на седьмом клиенте и в полном беспамятстве (грязными в этой параллели должны быть носки или драные чулки: Игорь никогда не общался с живыми проститутками, завиток воображения возник из книжной пищи). На протяжении двух суток – до позднего утра понедельника – испохабленная уличной грязью плитка. Уборщица по выходным выходная; скидываются на оплату ее труда пять-семь квартир каждый месяц; женщина вспыльчивая и общежитная, она сама себе определила, что этих рублей на субботне-воскресный труд заведомо не хватает, – а кто оспорит, если в подъезде среди состоятельных квартир перевелись монстры, злобные климактерическим упорством?

Всегда сбывшиеся ожидания оказываются такими, как этого хочется?

«…И было слово мое дождем, и поднимались собратья мои, как пшеничные колосья под весенними каплями. И было слово мое громом, и склонялись подданные мои, как пшеничные колосья на ветру. И было слово мое молнией, и падали враги мои, как пшеничные колосья пред серпом жнеца…»

Писец-дабир умолкает, повинуясь резкому жесту владыки.

Табличка из обожженной глины сообщает то, что некогда сказал о предке лугаля-царя его предок, слово в слово повторяя то, что в свой час говорил предок его предка о предке царского предка. Раз сказано и записано верно, к чему что-то менять?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Руди Грин – профессор музыкологии. Женат, у него двое взрослых детей. Сорок лет назад он мечтал стать дирижером, прославиться, стать любимцем женщин. Иллюзии лопнули, жизнь превратилась в рутину. И вдруг – авария, несчастный случай, – и время пошло неожиданно вспять.

С каждым месяцем Руди Грин стремительно молодеет… Как скажется на нем эта неизвестная медицине болезнь? Отравит дни ожиданием скорой встречи со смертью или станет неожиданным джокером в колоде жизни?

«Синдром Фауста» – самая искренняя и трогательная история воплощения мечты и отчаянного поиска смысла.

Как невинная молодая девица благородного происхождения оказалась на ночной лондонской улице, да еще неглиже?

Герой наполеоновских войн Дариус Дебнем, как истинный джентльмен, не намерен задавать спасенной леди Маре Сент-Брайд нескромных вопросов. Каково же было его изумление, когда Мара твердо заявила, что намерена заплатить за услуги собственным телом! Принять скандальное предложение? Никогда!

Дариус наотрез отказывается – но первая, жгучая, искра соблазна уже вспыхнула в его сердце…

От зари до зари, без отдыха и выходных они вкалывают, чтобы заработать побольше очков.

Они приходят ниоткуда и уходят в никуда. И не пытайтесь узнать их историю…