Чтецы сердец

— Именно пестрая?

— Именно что, господин лекарь, именно что… Уши рваные, шерсть встопорщена… Сидит при двери и никого не впускает… скалится так, что — ей-ей, еще шаг кто сделает, тому горло вмиг и вырвет… А глаза-то, глаза — дьявольским, спаси Господи, огнем горят!

— И что ж после? — снова спросил Амелиус Троттенхаймер, придерживая запястье больного: большой палец поверх жилки, что судорожно частила, стараясь угнаться за ускользающей жизнью. А уж в том, что жизнь господина Гуго Хертцмиля, управляющего барона фон Вассерберга и благодетеля добрых бюргеров Остенвальде, Альтены и прочих окрестных городков, вытекает из него и скоро вытечет вся — в том Амелиус Троттенхаймер, пожалуй что, и не сомневался: горячая влажная кожа, мутный взгляд, спутанные волосы и затрудненное дыхание достаточно говорили господину лекарю о ближайших последствиях хвори.

Рекомендуем почитать

Эльфы… альвы… сиды… фэйри… волшебный народ… дети судьбы. Кто они такие? Бессмертные, но кровь не пьют (даже в сумерках). Изысканные, но в лакированных гробах не спят. Любят музыку, но плохо переносят оперный вокал и тишину кладбища. А еще эльфы редко пахнут сырой землей. А если и ездят отдыхать за границу, то только морем, через Серые Гавани, и только на Запад. Такое уж у них хобби…

Двадцать шесть историй о бессмертных существах, которые, к тому же, не зомби и не вампиры! Эти истории заставят вас плакать от смеха и смеяться от ужаса. Лучшие мастера рассказа Генри Лайон Олди, Святослав Логинов, Олег Дивов, Мария Галина, Владимир Васильев. Молодые звезды Наталья Щерба, Ольга Онойко, Тим Скоренко, Юлия Зонис, Александр Шакилов. И многие другие – в самой эльфийской книге российской фантастики!

Кстати, самое главное…

Как вы считаете, что думают честные хоббиты обо всех этих возмутительных эльфах? И думают ли вообще?

Пожалуй, самое время раскурить трубочку и послушать…

Шеффер казался чересчур юным для командования подлодкой, да, собственно, и был таким — двадцать четыре года, лихо подкрученные усики, жидкая бородка, узкие плечики и великоватая фуражка. Он ехидно усмехался, чуть кривя рот на левую сторону, и пах молоком, как пахнут толстощекие упитанные младенцы, только-только покормленные матерью. С Дёницем он держал себя нагло, точно не всемогущий гросс-адмирал стоял перед ним, нахмурив высокий лоб, а какой-то лейтенантик, которого нужно было проучить за небрежно выполненный приказ.

Старший инспектор Мэтьюс — личность весьма беспорядочная даже для человека. Он постоянно забывает надеть шляпу или повязать галстук, его запонки обнаруживаются в самых неожиданных местах участка, карманно-башенные часы или спешат на пять минут, или опаздывают на пятнадцать, а месяц назад он явился на службу в домашних тапках. Но при этом вечернему ритуалу «инспектор собрался домой» мог бы позавидовать любой гном, а уж эти коротышки знают, как быть помешанным на пунктуальности.

— Нет, сэр, вы не можете объявить это имущество своим.

— Но почему?! — юное дарование отчаянно взмахнуло руками. — Хозяин его бросил!

Я тяжело вздохнул.

— Потому что хозяин против.

— Но он мертв! Разве это не делает данную вещь ничейной?

Странная конструкция в углу кабинета слегка пошевелилась.

— А чего это вы решили, что я мертв?

Кладоискатель даже задохнулся от возмущения:

— Да вы… да я… только посмотрите на себя! Кости и… кости! И железяки торчат! Чтобы кости не распадались.

Толпа под окнами «Софт-Вира» собралась, как для стихийного митинга. Тротуара на всех не хватало, и люди уже стояли на проезжей части, презрев угрозу оказаться под колесами в угоду извечному любопытству.

Я презрительно сплюнул и поморщился. Пробиваться сквозь ряд человеческих спин наверняка будет сложнее, чем ввинтиться в самый плотный рыбий косяк. Сорок три минуты назад вызов шефа застал меня в океанариуме, перед погружением. И теперь все планы побыть далеко от людей, в компании молчаливых кораллов, рыб и медуз, пошли прахом.

— Слышь, сосед, давай по пятьдесят? — На пороге стоял изрядно поддавший Арагорн.

Внушительный живот его оттопыривал не столько полосатую, сколько пятнистую от жира тельняшку с обрезанными рукавами. На левом плече у соседа красовалась наколка следопыта с рунами, на правом — череп с парашютом.

После Войны Арагорн требовал выделить ему хотя бы пятнадцать соток под королевство, но получил от мэрии лишь двушку в панельной высотке на окраине. Он завел себе самогонный аппарат, привычку в нетрезвом виде мочиться с балкона и допотопную пишущую машинку. Последнюю — чтобы рассказать потомкам о героическом прошлом, однополчанах и вообще. Иногда отдельные щелчки доносились из-за стены после очередного его скандала с Арвен, все грозящейся уйти от мужа-алкоголика. Детей у них не было.

Книгохранилище ратуши оказалось громадным круглым залом. Его стены плавно перетекали в высокий сферический купол потолка, а ряды книжных шкафов сходились к середине, образуя многолучевую звезду. В самом центре, на небольшом помосте, стояли знаменитые песочные часы на бронзовых осях — символ Эльфограда.

Военачальник Сартр подошел ближе: золотой песок мерно тек бесконечным ручейком, но равное количество песчинок оставалось в емкостях часов без изменений, — не убывая, и не наполняясь.

Астра перестала расти.

Мы поняли это, когда забронзовели горгульи на ее аркбутанах.

Так изменялись дома. Вначале выбрасывали побеги из скверного бетона: сталактиты, полуколонны, которые крошились под пальцами. Спустя пару дней материал перерождался, становился прочней и надежней — гранит, кирпич, кафель, мрамор… Металлы внутри конструкций формировались долго: неделями, иногда месяцами. Если дому хотелось, он мог остановиться на стали и титане. Дольше всего почему-то рождалась бронза. Но если где-то на фризах или куполах проглянул ее желтоватый оттенок, значит — все, дом закончил с самоизменением и теперь успокоится. И если в нем кто-то живет, они тоже могут успокоиться. Не ждать каждую ночь внезапной перепланировки, не бояться, что дом решит поэкспериментировать с водопроводом или лифтовыми шахтами.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Это сон, по горячим следам записанный на бумагу.

Молодой ученый Эрик Хокарт решил поселиться вдали от суеты и цивилизации – построить себе дом в горах, где когда-то жили древние индейские племена. Неожиданно оказывается, что неподалеку находится святилище и одновременно – «окно» в параллельный мир, мир; где царит зло. Контакты с Обратной Стороной увлекательны, но опасны. Однако любознательные и мужественные герои не только возвращаются оттуда живыми и невредимыми, но и находят свою любовь.

Это – история Любви, в которой был всего один взгляд. Акварельный очерк о несбывшемся. Одновременно это история семидесятилетней жизни женщины-королевы. От ее детства до смерти. И немножко дальше…

Это просто сборник хороших рассказов данного автора.

Древний город Авендан не жалует гостей… Одно неверное, сгоряча принятое решение — и петля уже готова затянуться на твоей шее. Если ты родился под счастливой звездой, сможешь выбрать и иную судьбу. Ведь долгий утомительный путь, вечный дождь и ледяной ветер все же лучше, чем верная смерть. Тебя ждут волчьи ямы, черные затягивающие омуты, обманные миражи и хищные твари, когда-то бывшие людьми. Попутчиков не так много, и все они преследуют свои цели, далеко не всегда совпадающие с твоими. Сможешь ли ты пройти до конца?

В старой гостинице было темно и накурено. Типичный постоялый двор, только название гордое: "Королевский Отель". Интересно, хоть раз хоть одно Величество из обитавших на Риадане заглядывало в эту дыру? Если да — то только инкогнито, и не более, чем на пять секунд: большего чуткие королевские ноздри не выдержат... Впрочем, это нимало не смущало остановившихся тут братьев-Дегризов, тех самых, что так успешно обобрали одного герцога на мешочек бриллиантов, а затем щедро подарили награбленное Принцу — для сбора войска в борьбе против Мрака... Тех самых, что, сопя и пыхтя, вытаскивали из каменного трона Мальдена арбалетный болт, переругиваясь между собой:

Что произойдет, если криминальная братва перенесет свои разборки в виртуал? Может ли рисунок на кафельной плитке угрожать существованию всего человечества? Как использовать кошек для предотвращения глобальной катастрофы, гиббонов – для коррекции кармы, а левый глаз – для перемещения в иные реальности? Ответы на эти вопросы вы найдете в произведениях популярного писателя Андрея Плеханова.

Старуха не кричала. Надрывалась, стерва…

— Ва-а-а-ся-я-я!!!!!!

Аркадий приостановился, глянул вверх.

— Никак, опять засклерозило? Какой к чёрту Вася?! А Петю не надо?! Старая крокодила… Я думал, ей мерседец пришёл, а она вон как орёт! Тьфу, чтоб я ещё раз связался с ненормальными!..

Аркадий катился вниз по ступенькам, пыхтя, как взломщик-неудачник… Снова засада…

А ведь как благородно всё начиналось!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Эльф Скотина вышел в разомлевший от жары двор с плакатом в маленьких мохнатых ручках. Девочка Наташа, которая играла в песочнице, увидев эльфа, выбежала на залитую солнцем дорогу, чтобы прочитать, что такое интересное на плакате написано. Она остановилась возле Скотины: водила пальчиком в воздухе и шевелила губами — читала.

— Иди отсюда, малявка! — приказал эльф, покосившись на нее. — Я важным делом занят, а ты меня провоцируешь на грубость.

Чалый звездолет, всхрапывая и тряся соплами, пятился от Гончих Псов. Даже не пятился, а скорее, стремительно отступал, неистово паля из обоих бластеронов в беснующуюся Стаю. То и дело один из Псов вырывался вперед и, азартно щелкая серво-клешнями, стегал противника импульсами гравитаторов. Пока мимо, но стоит кораблю хоть на мгновение оказаться в гравитационном поле, его мгновенно вырвет из субсвета и распылит в «медленном» космосе на фотоны.

Книжица, из-за которой с конструктором механических передач Николаем Коперником случилась эта история, имела формат, близкий к размерам «покетбука», а выглядела плачевно. Обложка отсутствовала вовсе, так же как и приличная часть страниц. Некоторые листки слиплись между собой намертво, некоторые были подпорчены плесенью, а некоторые — людьми… На широких полях первой страницы (первой по фактическому наличию, а не по номеру, ибо номер ее был 12) виднелась расплывшаяся надпись химическим карандашом, от руки: «В. В. Хлопьев, Полный перечень констант Власти. Канберра, 1912 г., тир. 14 экз.»

Луна светила вовсю, невесомыми кружевами оседая на деревьях, рисуя руны на земле. В ее свете Тур Финшог казалась нетронутой — будто ночью возвращались те времена, когда эльфы были хозяевами Холмов.

По ночам здесь было холодно. Сопляк допросился у Длинного Петара огоньку, зажег самокрутку, присел на каменную скамейку. Луна била в глаза, как, бывает, солнце. Тяжелая, седая, с пролысинами, она угрожающе нависла прямо над башней. Заколдованное здесь место, правду бабка говорила.