Число Файгенбаума

Нэнси Кресс

Число Файгенбаума

Пер. - А.Мирер

Смотри! Вот существа человеческие, живущие

в логове под землей... Подобно нам, они видят

только свои или других людей тени, кои огонь

костра отбрасывает на стены пещеры.

Платон. "Республика".

Я поднялся с кровати. Дайана растянулась поперек скомканной простыни улыбка во все лицо, губная помада размазана, толстый живот блестит от пота. Она промурлыкала:

Другие книги автора Нэнси Кресс

Созданный под редакцией Джона Джозефа Адамса и Хью Хауи — опытнейших составителей фантастических антологий, Триптих Апокалипсиса представляет собой серию из трех сборников апокалиптической фантастики.

«Хаос на пороге» фокусируется на событиях, предшествующих массовой катастрофе, когда лишь единицы предчувствовали грядущий коллапс. «Царствие хаоса» обрушивает на человечество мощные удары, практически не оставляющие выбора ни странам, ни отдельным людям. «Хаос: отступление?» изображает участь человечества после Апокалипсиса.

В этом сборнике вашему вниманию представлены 20 новых, ранее не публиковавшихся историй, вышедших из-под пера Тананарив Дью, Нэнси Кресс, Кена Лю, Дэвида Веллингтона, Джейми Форда и многих других мастеров современной фантастической прозы.

Семиклассник Аллен Додсон сидел на уроке математики, уставившись в затылок Пегги Коркоран, когда на него снизошло озарение, изменившее мир. Сперва его собственный мир, а затем постепенно, наподобие костяшек домино, падающих в заранее заданном ритме, мир каждого из нас. Хотя мы, разумеется, тогда этого не знали.

Источником озарения стала Пегги Коркоран. Аллен сидел позади нее с третьего класса (Андерсон, Блейк, Коркоран, Додсон, Дюквесн…) и никогда не считал сколь-нибудь примечательной. Да она таковой и не была. Происходило это в 1982 году, и Пегги расхаживала в майке с Дэвидом Боуи и с растрепанными косичками. Но в тот момент, глядя на ее мышиного оттенка волосы, Аллен внезапно осознал, что в голове у Пегги наверняка полная каша из обрывков мыслей, противоречивых чувств и полуподавленных желаний — совсем как у него.

Самая популярная тема последних десятилетий — апокалипсис — глазами таких прославленных мастеров, как Орсон Скотт Кард, Джордж Мартин, Паоло Бачигалупи, Джонатан Летем и многих других. Читателям предоставляется уникальная возможность увидеть мир таким, каким он может стать без доступных на сегодня знаний и технологий, прочувствовать необратимые последствия ядерной войны, биологических катаклизмов, экологических, геологических и космических катастроф. Двадцать одна захватывающая история о судьбах тех немногих, кому выпало пережить апокалипсис и оказаться на жалких обломках цивилизации, которую человек уничтожил собственными руками. Реалистичные и легко вообразимые сценарии конца света, который вполне может наступить раньше, чем мы ожидаем.

БОДРСТВУЮЩИЕ«Испанские нищие» (1993) «Нищие и властьимущие» (1994) «Прогулки нищих» (1996)В начале XXI века генная инженерия уже достигла значительного прогресса в таких вопросах, как внешность, интеллект и здоровье. Тогда же одной чикагской биотехнической компании удалось создать новую геномодель для воспитания Бодрствующих или не знающих сна. Девятнадцать подопытных младенцев бета-версии этой модели вообще не нуждались в сне, не спали никогда, добавив, таким образом, к своему «рабочему» времени по восемь часов в сутки. Кроме того, уничтожение сна сопровождалось и исчезновением сновидений, что делало детей более спокойными и легко адаптирующимися к перемене обстановки, нежели обычные «нормальные» дети.В романе «Испанские нищие» миллиардер Роджер Кемден подвергает свою дочь Лейшу обработке с целью вызвать у нее эффект бодрствования. Но когда обработанная яйцеклетка имплантируется жене Кемдена, то в матке одновременно оказывается и другая яйцеклетка, оплодотворенная естественным путем. Лейша рождается вместе с сестрой-близняшкой, которая начисто лишена особенностей, присущих Лейше.Пока девочки растут, обнаруживается нечто такое, что полностью меняет мир Лейши и отношение нормальных людей к Бодрствующим. Оказывается, что ткани Бодрствующих регенерируют естественным путем. Лейша и другие такие же дети, число которых достигло многих тысяч, могут жить бесконечно долго. Это обстоятельство вызывает острую реакцию общества. У многих «нормальных» людей возникают чувства зависти, страха, злобы, отвращения, так как они боятся, что новая раса вытеснит их и их потомков в ходе эволюции. По мере того как Бодрствующие растут, богатеют, добиваются успеха и увеличивают свое влияние, возникает поляризация общества, которая усугубляется организацией «Убежища Бодрствующих» - хорошо защищенного анклава в штате Нью-Йорк, где они могут чувствовать себя в безопасности.В романе анализируются последствия раскола общества на имущих и неимущих. Бодрствующие под руководством вдовой Дженнифер Шарифи предпринимают все более хитроумные меры безопасности, обеспечивающие им почти полную изоляцию. Одновременно они используют генную инженерию для укрепления позиций своих потомков. «Убежище», которое теперь находится на околоземной орбите, принимает решение отделиться от Соединенных Штатов. Только Лейша и еще несколько сторонников компромисса, включая ее сестру Алису, пытаются убедить мир, что никаких двух рас не существует, а есть лишь одна - общечеловеческая.В «Нищих и властьимущих» действие происходит несколькими годами позже. В романе три главных действующих лица пытаются определить свое место в том «трехслойном» мире, в который превратились Соединенные Штаты. Билли Вашингтон - нищий и малограмотный, уже приближающийся к концу своей тяжелой жизни - все же обретает семью и любовь. Диана Ковингтон - из «имущих», которую генная инженерия наделила всеми достоинствами и талантами, за исключением вечного бодрствования, полностью лишена иллюзий и цели в жизни.Дрю Арлен - художник огромного таланта, любовник Миранды Шарифи - внучки Дженнифер Шарифи. Миранда мечтает дать нищим своей страны свободу и независимость путем насильственного вмешательства в человеческую физиологию. Она добивается своего, хотя Диана и другие члены Агентства по поддержанию генетического стандарта пытаются ей помешать. Результаты оказываются совершенно неожиданными даже для Миранды. Только один Билли находит ответ на центральный вопрос романа: кто должен контролировать новые радикальные технологии - ученые, правительство или люди, которые являются объектами внедрения этих технологий.Действие романа «Прогулки нищих», завершающего трилогию, происходит на поколение позже. Соединенные Штаты стали еще более «балканизированной» страной. Большая часть населения, объединенная в своего рода племенные группы, ведет кочевой образ жизни. Племена самодостаточны и не нуждаются даже в закупке продовольствия. Все это - результат биологических изменений, осуществленных Бодрствующими, которые к этому времени уже покинули Землю. Генетически улучшенные «имущие» живут в защищенных анклавах, но сама их жизнь все больше лишается смысла и цели. Страна на грани полного распада и потери культурного, политического и экономического единства.Джексон Араноу - врач, в котором не нуждаются пациенты, и его слабоумная сестра Тереза живут исключительно личными интересами и переживаниями. Однако неожиданно они оказываются вовлеченными в борьбу между Дженнифер Шарифи, только что вышедшей из тюрьмы, где она просидела двадцать семь лет за измену родине, и ее внучкой Мирандой. Война идет с применением искусственно выведенных вирусов, поражающих не столько тело, сколько рассудок. Фактически это борьба между двумя концепциями. Дженнифер одержима идеей обеспечения безопасности таких, как она, «имущих», тогда как Миранда стремится обеспечить «прогресс» человечества. Ни Джексон, ни Тереза не обладают беспощадной решимостью обеих Шарифи, но тем не менее именно брат и сестра становятся теми, кто находит выход для страны, которая так изменилась, что даже ее основные принципы теперь уже не годятся для повседневной жизни и их нужно заново выводить из новой реальности.

Джаред Стоффель — грубый и недалекий парнишка из американских трущоб, катаясь на скейте, попадает под автомобиль. С этого момента и начинаются странные события, изменившие его жизнь…

«Свет чужого солнца» — это и боевик, и роман о контакте, и психологический триллер. Этой книгой начинается знакомство отечественного читателя с творчеством популярной американской писательницы Нэнси Кресс.

В НОМЕРЕ:

Нэнси КРЕСС. ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Эмпатия — самый благородный дар матушки-природы. Однако, когда он «поддельный», последствия могут быть самые неожиданные.

Тим САЛЛИВАН. ПОД НЕСЧАСТЛИВОЙ ЗВЕЗДОЙ

«На лицо ужасные», эти создания вызывают страх у главного героя, но бояться ему следует совсем другого…

Карл ФРЕДЕРИК. ВСЕЛЕННАЯ ПО ТУ СТОРОНУ ЛЬДА

Ничто не порождает таких непримиримых споров и жестоких разногласий, как вопросы мироустройства.

Дэвид МОУЛЗ. ПАДЕНИЕ ВОЛШЕБНОГО КОРОЛЕВСТВА

Каких только «реализмов» не знало человечество — критический, социалистический, магический, — а теперь вот еще и «динамический» объявился.

Джек СКИЛЛИНСТЕД. НЕПОДХОДЯЩИЙ КОМПАНЬОН

Здесь все формализованно, бесчеловечно и некому излить душу — разве что электронному анализатору мочи.

Тони ДЭНИЕЛ. EX CATHEDRA

Бабочка с дедушкой давно принесены в жертву светлому будущему человечества. Но и этого мало справедливейшему Собору.

Крейг ДЕЛЭНСИ. AMABIT SAPIENS

Мировые запасы нефти тают? Фантасты найдут выход.

Джейсон СЭНФОРД. КОГДА НА ДЕРЕВЬЯХ РАСТУТ ШИПЫ

В этом мире одна каста — неприкасаемые.

А также:

Рецензии, Видеорецензии, Курсор, Персоналии

Чтобы предотвратить гражданскую войну в Англии 16 века, Институт истории похищает Анну Болейн - вторую жену Генриха VIII.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Евгений БЕНИЛОВ

Предыдущий часовой пояс

1.

Александр открыл глаза и увидел синее, безоблачное небо. Спину колола сухая трава, где-то стрекотал кузнечик. В зените располагалось круглое, будто вырезанное из желтой бумаги солнце. Странно: Александр мог смотреть на небесное светило широко раскрытыми глазами, не прищуриваясь.

Медленно, с усилием он сел. Кругом была степь. Справа из земли торчал большой белый валун. Александр встал на колени, потом на ноги...

Кандидат географических наук В. БЕРДНИКОВ

Картины художника Дарова

(Фантастический рассказ)

Стояли жаркие дни середины июля, солнце нещадно раскаляло улицы, и поэтому я поторопился выехать из города ранней утренней электричкой. Поезд осторожно выполз из-под крыши перрона, миновал застроенные домами пригороды, высокую серую дугу кольцевой автодороги и, набирая скорость, заспешил мимо дачных домиков, садов и полей. Через час я вышел на платформу небольшой станции, пересек железнодорожные пути и по крутому зеленому откосу поднялся в старый дачный поселок.

Михаил Николаевич ГРЕШНОВ

НАДЕЖДА

Увлекательная работа - придумывать географические названия: Мыс Рассвета, Озеро Солнечных Бликов... Мы только и делали, что придумывали, придумывали. Не только мы - Северная станция тоже. Вся планета была в распоряжении землян - в нашем распоряжении.

- Ребята! - кричала с энтузиазмом Майя Забелина. - Холмы Ожидания хорошо?

- Река Раздумий?

- Ущелье Молчания?..

- Хорошо, - говорили мы. Подхваливали сами себя: работа нам нравилась, планета нравилась. Нравились наши молодость и находчивость. Давали названия даже оврагам: Тенистый, Задумчивый.

История Разума в галактике

(История Разумной Галактики).

История миров. Избранное.

Старик. Начало.

Старик. Он плыл в пустоте, и его бесстрастный взгляд бесцельно скользил среди вселенской темноты, в поисках… Да, вот эта звездочка немного интересна, и, наверно любопытно будет понаблюдать за ней недолго, в попытке чуть оживить мысль, чуть отвлечься от безысходного ощущения близкого конца… отогнать, слегка развеять почти смертное оцепенение, все глубже проникающего и все сильнее овладевающего самой сутью Старика.

ОСТАНОВИСЬ

ПОДОЖДИ, ПОКА НЕ ОТКРОЮТСЯ ВОРОТА

ПОВЕРНИ НАЛЕВО

ПОВЕРНИ НАПРАВО

ИДИ ДО СЛЕДУЮЩЕГО ПЕРЕСЕЧЕНИЯ

ПОВЕРНИ НАЛЕВО

ДЕРЖИСЬ ПРАВОЙ СТОРОНЫ

ПОВЕРНИ НАПРАВО

Он шел вдоль шоссе, один; вокруг ни души, лишь эхо его шагов да почерневшие дома.

Знаки были развешены исключительно ради него. Он миновал знаки, следуя их воле.

ПОДНИМИСЬ ПО ЭТОЙ ЛЕСТНИЦЕ

ЗДЕСЬ — ВХОДИ

При раскопках развалин средневековой мечети неподалеку от Самарканда археологическая экспедиция нашла рукопись 202-й ночи Шехерезады. В рукописи рассказано, как сын царя Шахрамана по имени Камар-аз-Заман встретил пришельцев с неба.

Это мутно-червонное крошево под ногами хрустело и разлеталось. Высотные дома, магазины, пустые проезжие части – все было покрыто им. Красиво и жутко. Желтая Москва.

Восемнадцать лет – превосходный возраст для саморазвития. При грамотном подходе можно добиться много, главное отыскать правильную мотивацию, а отыскав – не дать ей себя прикончить. Пусть ты уже худо-бедно оперируешь сверхэнергией, постигаешь основы права и криминалистики, неплохо дерёшься и уверено обращаешься с табельным оружием, но всё же пока бесконечно далёк и от истинного могущества, и от настоящего профессионализма. И если в институте можно уповать на пересдачу, то на тёмных ночных улочках первый провал станет и последним.

То, что не убивает оператора сразу, не убивает его вовсе? Ну да, ну да…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Нэнси Кресс

Цветы тюрьмы Аулит

Пер. - А.Кабалкин

Моя сестра неподвижно лежит на кровати напротив меня. Она лежит на спине, со сведенными пальцами и вытянутыми, как ветви дерева элиндель, ногами. Ее нахальный носик, который гораздо симпатичнее моего, указывает в никуда. Кожа светится, как распустившийся цветок. Но это не свидетельство здоровья, наоборот: она мертва.

Я вылезаю из кровати и стою, покачиваясь от утренней слабости. Один земной лекарь говорил, что у меня пониженное кровяное давление; земляне горазды провозглашать всякие бессмыслицы - скажем, объявляют воздух чересчур влажным. Воздух это воздух, а я это я.

Александр Алексеевич КРЕСТИНСКИЙ

Далеким знойным летом

Стояли душные безветренные дни конца июля, и поселок, и холмы вдалеке, и речка в низине - все дрожало в знойном мареве, и в лиловой солнечной мгле люди куда-то плыли, едва передвигая ноги, а собаки и кошки валялись, будто дохлые, под заборами и мостками, вытянув в одну сторону все четыре лапы. Звуки были приглушены, словно у природы не оставалось сил от зноя, и она раскинулась, смежив глаза, терпеливо, покорно ожидая, когда станет легче.

Александр Алексеевич Крестинский

Мальчики из блокады

Рассказы и повесть

Лирико-драматическое повествование о жизни ребят в осажденном фашистами Ленинграде.

________________________________________________________________

СОДЕРЖАНИЕ:

РАССКАЗЫ

ДОВОЕННЫЕ МОИ ИГРЫ

МАРТЫН И ШАЛУПЕЙКА

ГНОМ

НАША С ВОЛЬКОЙ БОРЬБА

БЕЛАЯ ДВЕРЬ В АКТОВЫЙ ЗАЛ

А ПОТОМ НАЧАЛАСЬ ВОЙНА. Повесть

Александр Алексеевич КРЕСТИНСКИЙ

Маленький Петров и капитан Колодкин

Повесть

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Каштанов, Каштанов, возьми меня с собой

Маленький Петров давно уже не спал. Он слышал, как мать встала, как, стараясь не шуметь, босиком ходила по комнате, осторожно мылась на кухне, грела чайник, одевалась... Затаив дыхание, он лежал с закрытыми глазами и терпеливо ждал. Ждал и вспоминал вечерний разговор. Мать читала ему письмо из деревни, от бабушки, то и дело останавливаясь и вставляя свое. "Видишь, что пишет, - говорила мать, - картошка не окучена... руки не доходят... Окучишь, значит, первым делом, как приедешь!.. "Морковь и свекла не полоты, тяжко мне, спина худо гнется..." Слышишь? Чисто поли, сорняк не оставляй! Да бабушка тебе объяснит все... "Воду, слава богу, Кузьмич носит..." Какой там еще Кузьмич? А-а, сосед. Смотри не надорвись, по одному ведру носи!.. А курам дать, а поросенку... Через два дня поедешь, собирайся, слышишь? Что молчишь? Какой еще поход? Мне эти ваши походы вот где! Сиди и дрожи тут - не утонул бы, не убился... И думать забудь!.."