Четыре трети нашей жизни

Н.А.Кривошеина

Четыре трети нашей жизни

СОДЕРЖАНИЕ

От автора

ВВЕДЕНИЕ - Мой отец А.П. Мещерский

ЧАСТЬ I - РОССИЯ (1895-1919)

Французское детство в Сормове

Петербург

Сергей Прокофьев

Дворцы Екатерининский и Мраморный

25 октября 1917 года

Побег

ЧАСТЬ II - ФРАНЦИЯ (1919-1948)

ПЕРВЫЕ ГОДЫ В ПАРИЖЕ

За стойкой

Младороссы

"Чудная война"

Шабри

Популярные книги в жанре История

Новая система общественного устройства, рождённая на севере Европы и Азии и установленная новыми народами на развалинах Западной империи, теперь уже имеет почти семивековую давность — срок достаточно длительный, чтобы испытать себя на этой новой, более обширной арене и в новых соотношениях, развиться во всех своих видах и разновидностях и пройти через все свои различные формы и изменения. Потомки вандалов, свевов, аланов, готов, герулов, лангобардов

Уже в течение нескольких лет в Лондоне под заглавием «Collection universelle des Mémoires particuliers relatifs á l'histoire de France» выходит полное собрание исторических мемуаров для французского читателя; это побудило издателя настоящего труда предпринять такое издание и на немецком языке, но расширив план французского издания, охватив все сочинения данного рода, какой бы истории они ни касались, на каком языке ни были написаны. Благодаря этому, а также присоединению к отдельным мемуарам обзоров всемирно-исторических событий данной эпохи и заполнению пробелов там, где мемуарист прерывает повествование, издатель надеялся возвысить это собрание до уровня некоего исторического целого и тем самым сделать его возможно более пригодным для той части читающей публики, для которой оно в сущности предназначено. По этой же причине он начинает свой труд с эпохи крестовых походов, ибо лишь отсюда можно хотя бы в некоторой последовательности вести издание мемуаров.

Неужели в этом доме была тюрьма?

Этот дом знают многие, но не все знают, да и кто бы мог предположить, что в этом доме… была тюрьма? Да – Туполевская шарага» – так эта тюрьма и называлась, когда с весны 1939 по июль 1941года здесь размещалось пресловутое ЦКБ-29.

На мемориальной доске, что на углу дома, об этом, конечно, ни слова: «Здесь работал… Туполев» Стоит ли о тюремных годах? Действительно, дом этот А.Н.Туполев строил, начиная с 1932 года, с целью разместить в нём свой отдел КОСОС (Конструкторский отдел сектора опытного строительства), в то время ещё один из отделов Московского ЦАГИ. В 1936-ом Туполев был уже полновластным хозяином этого отдела, а вернее КБ. Но… наступил 1937-ой год.

Книга «Зимми» (французское издание — 1980 г., английское — 1985 г.) считается незаменимой для желающих получить наиболее глубокое представление о доктрине и практике ислама по отношению к зимми — неарабским и немусульманским общинам в странах Ближнего Востока, то есть в странах, подпавших под владычество мусульман после арабского завоевания. В ходе глубокого научного анализа автор умело отделяет факты от наслоившихся на них мифов. Исследовательница привлекает огромное количество документов, относящихся к различным эпохам и регионам, и наглядно описывает историю и судьбу зимми. Многие из документов публикуются впервые. Этот труд позволяет современному читателю — специалисту и неспециалисту — уяснить крайне существенный аспект сложной жизненной ситуации на Ближнем Востоке.

В этой статье делается попытка выяснить некоторые вопросы, связанные с личностью князя Олега: его полное имя, происхождение и место гибели.

Юго-Восточная Азия — это громадный, почти забытый теперь театр военных действий Второй мировой войны. Строя свою колониальную империю, Япония сокрушила устоявшийся мир европейского и американского господства в этом регионе. Эти события не получили должного освещения в западной историографии, так как поражение — крах колониальной империи — не слишком популярная тема для проигравшей стороны. Для нас же события в Юго-Восточной Азии воспринимались как далекие и не очень актуальные, хотя этот фронт по масштабам сопоставим с европейским. В этой книге впервые в отечественной историографии всесторонне анализируется ход событий, которые привели к образованию нового мира.

Герой этой книги, Александр Николаевич Шелепин, председатель КГБ, член Политбюро и секретарь ЦК, глава Комитета партийно-государственного контроля, вошел в историю, как человек, отправивший в отставку Никиту Хрущева.

Многие считали, что не Брежнев, а Шелепин должен стать главой партии и Советского государства. В таком случае изменилась бы судьба нашей страны? Возможно, избежали бы застоя, не понадобилась бы и перестройка. А следовательно, не распался бы и Советский Союз...

От своих родителей, Тенгерекова Сергея Ивановича и Тенгерековой Лидии Николаевны в девичестве Сарбачаковой, я знал историю моего народа— теленгетов совсем иную, не такую какую нам преподносят до сей поры. Впервые официальное подтверждение истории моего народа теленгетов я нашел в трудах ученого тюрколога, профессора Уманского Алексея Павловича. Профессору Уманскому А.П. надо отдать должное, он всю свою сознательную жизнь посвятил восстановлению истории теленгетов 17— первой четверти 18 века. Его труды «Телеуты и русские в 17— 18 веках», «Телеуты и их соседи в 17— первой четверти 18 века» должны стать настольными книгами в каждой семье теленгета. Профессор Уманский А.П. одним из первых подверг ревизии труды академика Л.П. Потапова, он первый из отечественных историков на официальном уровне сказал о нас правду. В его трудах я впервые на официальном уровне нашел подтверждение той истории моего народа, которую поведали мне мои родители. Чтобы поведать вам историю теленгетов такой, какой мне преподнесли мои родители, мне пришлось в течение более двадцати лет вести по крупицам сбор и обработку материалов касающихся истории теленгетов.

На сегодняшний день я могу предложить моему читателю первую часть своей работы «Теленгеты до вхождения в состав Российской империи». В настоящее время мною готовится к печати вторая часть моей работы «Теленгеты под короной Российской империи».

Текст публикуется в авторской редакции.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Игорь Крючков

Ангел-хранитель

Я стоял на крыше дома и смотрел на расстилающийся внизу город, смотрел в последний раз. Все, пора свести счеты с этой глупой жизнью, в которой я не видел ничего, кроме боли и неудач. И в довершение всех бед, моя девушка бросила меня, бросила навсегда. А город внизу жил своей жизнью, так же он будет жить и завтра, но уже без меня...

Что ж, пора, решился, значит медлить не надо. Я, больше не раздумывая, прыгнул вперед, как можно дальше. Все закрутилось и перемешалось, земля и небо, дома и деревья. Еще несколько секунд и все... Hу, только бы я умер сразу, ненавижу боль...

Игорь Крючков

Поэт

"Поэты не рождаются

случайно..."

Его звали Поэт. Он редко писал стихи, чаще всего крайне неудачные. Он знал, что не обязательно писать стихи, чтобы быть Поэтом. Поэтом нельзя стать, им можно только родиться. Ему не повезло родиться именно им. В этом и состояла главная проблема его жизни. Он не мог чувствовать, как другие. Его чувства были иными... странными... Он иногда видел то, чего другие не замечали. Поэт понимал природу вещей, но не мог заставить себя с ней бороться. Он понимал и одновременно не понимал других людей. Ему не хотелось ничего менять и ни на что влиять. Он верил, что все идет, как задумано, что Природа сама знает, чего хочет. Ему нравились люди, в большинстве своем. Конечно, встречались и такие, которых он терпеть не мог, но их было довольно мало. К основной массе людей он относился скорее равнодушно, хотя знакомых у него было много. Своих друзей он любил и готов был отдать за них свою жизнь. Жизнь Поэта.

Игоpь Кpючков

Вспоминай

День выдался тяжелым, но к счастью все рано или поздно проходит. Прошел и этот день со всеми его проблемами. Я медленно брел в сторону своего дома по тихой, плохо освещенной аллеи. Мысли мои были далеко от происходящего вокруг. Интересно, позвонит сегодня Иpишка или опять нет. Как же мне надоело это каждодневное ожидание: позвонит или нет? Или позвонить мне? Впрочем, нет, наш уговор все еще в силе - когда посчитает нужным, позвонит сама. Я ее беспокоить не буду.

Игоpь Кpючков

Ждать и надеяться

Катя сидела на кухне и пила холодный чай. Было грустно и тоскливо. Одиноко. В дверь раздался звонок, от неожиданности она вздрогнула. Возможно сегодня...

Hа пороге стоял Сергей, придерживаясь рукой за дверной косяк. Он был явно в не совсем трезвом состоянии, что происходило с ним не так уж и часто.

- Что случилось? - спросила Катя.

- Она меня бросила, - Сергей взглянул на Катю так, что у нее сжалось сердце. - Вот так вот взяла и бросила, не объяснив даже почему. Так надо и все тут.