Черный топор

ДМИТРИЙ КОРОСТЕЛЕВ

ЧЕРНЫЙ ТОПОР

РАССКАЗ

Багряное, полное нерастраченного огня светило, лениво скрылось за виднокраем, и сразу же, словно по велению могучего колдуна, мир накрыла вязкая, как кисель, осязаемая мгла. Мрачное серое небо отблесками заходящего солнца осветило макушки соснового бора. Вдоль узенькой, неумело вытоптаной колеи брел широкоплечий моложавый отрок весен восемнадцати от роду. Суровое, не по годам хмурое скуластое лицо обрамляли золотистые, слегка вьющиеся локоны в суете вечернего мрака казавшиеся седыми. Задумчивый взгляд голубых, как весеннее небо глаз, устремлялся вдаль, далеко за границы леса, и смутные, плавающие в тумане вершины исполинов-скал. На широком кожаном поясе вожделея крови поблескивала широченная, с зазубринами, бывалая секира. Цепкие, переплетенные узлами мускулов руки, настороженно напряжены. Левая - за пазухой, готовая в любую секунду метнуть узкий отравленный нож. Правая - на рукояти секиры, если вдруг яд не подействует.

Другие книги автора Дмитрий Коростелев

Растет мощь былинной Руси, а вместе с ней приумножается и слава киевского князя Владимира. Но враги не дремлют — византийский император засылает коварного и умелого убийцу Северьяна в Киев.

К счастью Северьян не справился с заданием императора. Не по силам ему оказался Владимир, да и Верховный волхв Белоян не сплоховал. Схватили неудачливого убийцу, а убивать не стали. Принудил его Белоян дать клятву верности князю киевскому и на первое задание послал...

Книга из многоавторской серии «Княжеский пир».

Дмитрий Коростелев

ИСПЫТАТЕЛЬ

(Рассказ)

Стены были покрыты стилизованными под мрамор плитками, и блестели так ярко, что свет отраженных от них неоновых ламп слепил глаза, невольно заставляя жмуриться. Шумели проезжающие поезда, иногда раздавался уставший недовольный голос диспетчера, сообщавший, что 'на пребывающий поезд посадки нет'. Люди спешили по своим делам в тараканьей суете не замечая окружающей рутины, становились частью ее, вливались в огромный механизм, будучи уже винтиками шестеренками и еще черт знает чем.

ДМИТРИЙ КОРОСТЕЛЕВ

АБСОЛЮТНАЯ ПРАВДА

(РАССКАЗ)

" Сам дьявол рухнул на колени,

И небо поглотила тьма..."

Громкие крики вырвали мудрого Хорха из цепких обьятий сна. Старый отшельник вышел из пещеры, огляделся: на поляне четыре здоровенных мужика измывались над молодой девушкой. Руки и лицо ее были в кровоподтеках, одежда изорвана. Заметив Отшельника она из последних сил крикнула: помогите!

И тут же уродливые волосатые руки схватили ее, стали срывать одежду.Девушка упала без чувств. Хорх еще раз огляделся и залез обратно в пещеру. Крики стихли, и он попытался снова уснуть, но гадкие мысли не давали Отшельнику успокоения.

ДМИТРИЙ КОРОСТЕЛЕВ

ГИБЕЛЬ БОГОВ

(РАССКАЗ)

Он лежал на земле, распиленный циркулярной пилой. Силы уже покинули Его, лишь слабая пульсация мозга все еще поддерживала в Нем слабую искорку жизни. Он был стар, стар, как никто в его мире. Он видел появление и исчезновение различных видов разумной жизни: одни поклонялись ему, другие с опаской обходили стороной, но никто, никто из ранее живущих не посмел причинить вред самому Мудрому и Доброму. Но произошло то, что Он и предсказывал. Пришло новое племя: злобные и жадные существа, получившие свое рождение в результате эволюции диких животных. Первое время уродливые особи были слабы и беспомощны, но звериный страх и звериная ненависть помогли им выжить. Это был единственный случай, когда существа с животными инстинктами и повадками смогли обрести самое недоступное и непостижимое для многих других видов: разум! Время шло, и они научились общаться между собой при помощи звуков, стали изобретать различные виды оружия для борьбы сначала с природой, а позже и друг с другом.

Дмитрий Коростелев

Последний Закат

Рассказ

Окан размеренно парил высоко над землей, подставляя могучие крепкие крылья веселому, кричащему ветру и незабвенно наслаждался колючим воздухом, бьющим прямо в глаза, топорщущим яркие перья, превращая мысли и чувства в один, стремительно несущийся порыв, которому нет ни преград ни препятствий. Громадный диск солнца, багряный и пышущий жаром, словно крупный кусок угля, уже отгоревший, но тлея, дающий еще больше тепла, медленно уползал за горизонт. Мышцы под перьями напряглись, Окан чувствовал, как они играют, там под кожей, налитые дикой силой, первородной животной мощью. Все вокруг казалось таким мелким и незначительным, что в тот момент, когда где-то внизу громыхнуло, Окан даже не встрепнулся. Встрепенулся он чуть позже, когда правое крыло вдруг обожгла волна жарящей, саднящей боли. Это было так непривычно, что Окан даже на мгновение потерял орентацию, и выскользнул из обволакивающего потока ветра, пулей устремившись вниз. В груди клокотало, то бурлили ярость злость и... недоумение. Кто посмел тронуть могучего и непобедимого Окана? Кто осмелился?

Наступившая весна выдалась на редкость холодной и жестокой, видимо, униженная, побитая, словно бездомная собака, природа наконец решилась объявить войну жалким тварям, возомнившим себя богами, и дала достойный отпор. Редкие потепления сменялись сокрушительными декабрьскими морозами, высыпавший было снег, не успевая растаять превращался в грязно-серые корки льда, уродливыми сгустками гнилой копоти лежащие повсеместно, и распространявшиеся со скоростью эпидемии. Всю неделю непрерывно моросил холодный, терпкий, как перебродившее вино, дождь, периодически сменялся мутным снегом, а временами и крупным, с горох, градом. Одинокий мокрый двортерьер пересек обезлюдевшую улицу, оглашая громким лаем подъезды близлежащих домов. Сегодня на безликих Московских улицах было особенно хмуро и промозгло, казалось людская неприязнь, копившаяся в течение зимы вдруг воплотилась в злой нескончаемый ливень.

Дмитрий Коростелев

ПРОСТО ЗАЖИГАТЬ ЗВЕЗДЫ...

РАССКАЗ

Уходя в никуда я сжигаю мосты,

Почему же тогда мне мерещишься ты

Золотые глаза, трепет в светлой душе

Я ушел на всегда, ты осталась во мне...

Вместо эпиграфа

* * *

Пригородная электричка весело стуча колесами прокладывала себе путь по старым, дребежжащим, словно расшатавшийся гитарный колок, шпалам . Зеленая полоса леса размеренно мелькала за мутным, как полиэтилен окном, теплое июльское солнце заполняло помещение вагона живительным летним светом.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Новый председатель колхоза «Светлый путь», что имеется в селе Медведка, сразу же ретиво принялся за искоренение пьянки. Перво-наперво были строго предупреждены самогонщики, а затем ликвидирован винный отдел в местном универсальном магазине. Пром- и продтовары размещались в просторной пятистенке, всем заведовала и торговала Нюся. Закрытие винного отдела она пережила тяжело. Несколько дней ходила с заплаканными глазами и скандалила в сельсовете, требуя снижения плана. Значимый тёмный привесок к товарообороту давали бутылки «бормотухи», разные портвейны и, конечно, водка. Жители Медведки забегали за хмельным больше по праздникам и по случаю приезда родни из дальних мест. Основными же потребителями считались буровики. Который год бурили они в тайге, километров за двадцать от деревни, и в любую погоду навещали Нюсю. Несколько раз даже, к восторгу деревенских ребятишек, прилетали на вертолёте. Товар всегда забирали оптом, сдачи не брали.

Как трудно молодому поколению понять привязанности старшего... А конфликт непонимания повторяется между каждыми новыми поколениями в новом своем витке. И не так важно, что непонятно новому поколению: езда в переполненных электричках на дачный огород или путешествие на глиссере в родной город…

«Восторг Калифорнии» пошел на посадку. На информационном табло загорелась соответствующая надпись, а потом в салоне появилась длинноногая стюардесса и на правильном до отвращения интерлинге поздравила «уважаемых пассажиров» с окончанием пути и прибытием на планету Зор.

Бесс проводил глазами стройную фигурку и вздохнул. Вздохнул просто так, на всякий случай, поскольку прекрасно знал, что стюардесса – всего-навсего оптический робот, и ее внешний вид полностью зависит от того, что хочет увидеть тот, кто на нее смотрит. Вполне вероятно, что кристаллическому кубу с Лингемы стюардесса представлялась идеально правильным параллелепипедом. Во всяком случае, Бесс готов был заложить месячную выпивку против стакана воды, что куб тоже вздохнул.

Вы помните, как это началось? Цуккербиллер поднялся на кафедру и поправил очки. Затем громко высморкался и вытащил из кармана узкого лоснящегося пиджака клочок бумажки.

– Современная наука наконец-то имеет возможность однозначно решить самый драматический вопрос, который мучает человечество с незапамятных времен. Каждый человек, вслух и втихомолку, про себя и в обществе друзей в силу своих умственных способностей каждый день и каждый час решает этот вопрос. Решает и терзается в бессилии его решить. Он решает его…

Из газет все знают, как погиб доктор Глориан. Накануне своего отъезда на охоту он чистил ружье, и оно случайно выстрелило. Говорят, что любое оружие хотя бы один раз стреляет помимо воли хозяина. Корреспонденты так и изображают гибель Глориана.

Я бы никогда не написал этот документ, если бы после того, как сенсация, вызванная смертью Глориана, утихла, вдруг в газетах не появилось заявление его адвоката, Виктора Бомпа, о том, что по просьбе жены и ближайших родственников покойного он не будет вести расследования обстоятельств гибели ученого. «Пусть люди сами решат, – писал Виктор Бомп, – было ли это самоубийство или несчастный случай».

Это началось в день возвращения Альберта из поездки по Европе. Он подъехал к вилле своего отца и расплачивался с шофером такси, как вдруг из-за изгороди вылетел огромный пестрый мяч и запрыгал по сырой асфальтовой дороге.

– Будьте добры, передайте мне мяч, – услышал он женский голос.

Он повернулся и увидел белокурую головку девушки. Она выглядывала из-за изгороди, на ее тоненькой стройной шее серебрилась нитка жемчуга.

– Здравствуйте. Кто вы такая? – спросил Альберт, протягивая ей мяч.

Сорен Алазян оказался невысоким, худощавым, очень подвижным армянином с небольшими усиками на тонком напряженном лице. Такой образ возник в глубине экрана. Алазян сказал что-то неслышное, заразительно засмеялся и исчез.

Гостев сунул в карман овальную пластинку с округлыми зубчиками — ключ от своей квартиры, который машинально крутил в руках, недовольно оглянулся на оператора — молодого парня с короткой, старящей его бородкой.

— Что случилось?

— Посмотри, что это?

Редактор всемирно известного еженедельника «Планеты» Уво Бенев, к которому было обращено восклицание, человек, по слухам, знавший все, что происходит в солнечной системе, заинтересованно повернулся к иллюминатору и целую минуту смотрел вниз. Под аэробусом текла река. То есть было полное впечатление настоящего потока, хотя какие могли быть реки среди лунных, пропастей, где для того, чтобы выжать стакан воды, нужно переработать тонну руды.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Юрий Коростелкин

Гостиница  "Мухтар"

Глава 1

Трупиканка

Зарплата. Хождение по церкви и моргам. Трупаниада. Что он за истины такие

знает, какие я не знаю?

Наконец-то мы получили деньги в школе "Экстернов", где работала наша фирма. Не куриные яйца и женские туфли, как в прошлый раз, и не простыни с обогревателями, как в позапрошлый.

Вот они - живые деньги, и они топорщатся в твоем кармане. И можно прямо сейчас заглянуть в магазин, как бывало в достославные времена. И купить, допустим, вина.

Вадим Коростылев

Король Пиф-Паф или Про Ивана не великана

Однажды, ранним утром, когда едва выглянувшее солнце лишь начало пробивать косыми лучами лес, на глухую поляну в самой его чаще выбрался царь Горох.

Отряхнул кафтан из листьев и трав, расправил гороховые усы, уселся на пень и заиграл в рожок. А лес словно большой оркестр тотчас стал вторить ему многими голосами. Царь Горох отнял от губ рожок, прислушался и торжественно объявил:

Николай Коротеев

Перевал

Очень не понравилось механику Лютову предложение Павла Сергеевича Сидорова, начальника одной из мехколонн на строительстве Байкало-Амурской магистрали.

"Конечно, дело почетное, - рассуждал Лютов, - быть командиром колонны бульдозеров, которые протащат по бездорожью на перевал экскаватор "Ковровец". Даже славное дело. И денежное - само собой..."

Но слишком живыми оставались в душе механика воспоминания о первом, осеннем походе по этому пути. Наломались - ладно, привычная вещь. Но ведь едва не попали под лавины. Правда, сейчас весна, но коли запуржит, тоже ой как солоно придется.

Пирует шляхта. Женится молодой князь Кизгайла. И даже весть о крестьянском мятеже не омрачает праздника. Спешит на свадьбу и старинный друг — Роман Ракутович. Только не радуется его приезду невеста, предчувствуя надвигающуюся беду...