Черная Мария

Есть на американском юге страшное поверье — о креольских черных колдунах, что с незапамятных времен научились обращать свою боль в проклятие и смерть других людей. И еще есть поверье, не менее страшное, — о Руке Славы, отрубленной руке чернокнижника, чтоприносит силу тому, кто владеет ею по праву, и гибель — тому, кто завладеет ею случайно.

Кто нынче поверит в легенды Старого Юга? А поверить пришлось, ибо несутся по шоссе шоферы — дальнобойщики, проклятые, обреченные на вечную гонку, гибнущие ужасной смертью, стоит остановиться лишь на мгновение. И нет спасения жертвам великого Зла...

Отрывок из произведения:

— Эй, кто-нибудь, помогите!

Как ножницы с шорохом режут черный муслин, рассек этот голос гудящую темноту кабины. Часы показывали десять. Протянув руку к портативной рации, Лукас увеличил громкость и взял микрофон. Его тяжесть отозвалась в ладони прохладой.

— Не понял вас, канал одиннадцать, повторите!

— Понимаешь, я... тут вот... чрезвычайные обстоятельства...

Стараясь не потревожить сон сменщика, Лукас переключил микрофон и тихо сказал:

Рекомендуем почитать

Бойтесь зла, ибо оно сильно и многолико...

Бойтесь смерти, ибо она хитра и изворотлива.

Это известно испокон веку, но об этом забыли возводившие небоскребы. И тогда началось нечто странное и страшное. Замерзшие трупы находят в лифте, смертью веет от воздуха сверхсовременных кондиционеров, смерть царит за герметически закрытыми дверьми, кровь льется по лестницам. Что – то поселилось в здании – что-то, чье могущество беспредельно, что – то, что играет с людьми как с игрушками, ломая их для собственногобезжлостного удовольствия...

Маленький, захолустный городишко Инферно. Люди, одни из которых мечтают уехать, а другие понимают, что в этой жизни им ловить нечего да и негде. Подростки, предел мечтаний которых работать на местного наркоторговца, а единственное развлечение — борьба с другой бандой. У всех свои маленькие проблемы, которые скоро забудутся. Останется одна большая — ВЫЖИТЬ. Таинственный охотник прилетел к ним в город, чтобы найти кого-то, кого он называет «хранителем». И началось…

В мирном университетском городке поселилось Зло, и каждодневной нормой стали садистские оргии, жестокие убийства и Черные Мессы. Но и это еще не все - чем необратимее смыкается вокруг университета сеть кровавого кошмара, тем тоньше становится грань, отделяющая реальный мир от ирреального. И тогда открываются Врата Ада, и из предвечной Тьмы выходят в общежития, аудитории и библиотеки порождения ужаса, неся гибель всему живому...

Из древней гробницы пришло неназванное нечто, и жизнь маленького американского городка обернулась кровавым кошмаром. Неистовые охотницы, всадницы Тьмы не ведают ни жалости, ни милосердия. Они завладевают женскими душами, пробуждая первобытную жажду разрушения. Сила их — сила ада, ярость их безмерна, и горе тому, кто попадется им на пути…

У Зла – много масок, и самые страшные из них – те, что кажутся самыми безобидными. Трудно узнать усмешку Сатаны на лице обыкновенного почтальона, но странные он приносит письма – письма тех, кто погиб давным – давно. Странные посылки – расчлененные трупы.Почта, как известно, не отвечает за то, что пересылает, но почему же тогда в маленьком городке начинается кровавая вкаханалия убийств, своей жестокостью превосходящих самые чудовищные кошмары? Почему каждый день приносит новую смерть, новы ад?..

Они – незаметные. Они безлики. Они – словно бы невидимы, и никому нет дела, живы они или нет. Они привыкли. Они – терпели.

Но однажды терпение лопнуло. И тогда они поняли: хочешь, чтобы тебя заметили, – убей. И они начали убивать...

И полилась кровь.И незаметные обрушили на города кошмар такого смертоносного ада, что невозможно даже вообразить. И беспомощные жертвы замечали своих убийц – последнее, что они вообще замечали в жизни...

Она — убийца, она — жертва, она — та, которая не боится уже ничего, потому что все самое страшное, что могло случиться, случилось.

У нее отняли ее мир, ее лицо, все, во что она верила в этой жизни. По ночам к ней приходят призраки убитых друзей, чтобы снова и снова учить ее ненавидеть.

И однажды она снова взяла в руки оружие, чтобы по трупам проложить себе дорогу в неизвестность.

Тем, кто гонится за ней, легко обнаружить ее след, потому что след этот — кровавый…

Из тумана, из темных сумерек смерти, из небытия вылетел ворон. Ворон, рожденный в мире, где обитает народ призраков, в мире бестелесном и зыбком, в мире вампиров и монстров, чудовищ и привидений. В мире, где не живут, но жаждут жить. Он был Ворон. Он был — Голод. Он тоже хотел обрести жизнь, хотел так сильно, что понял: сила его — в боли и страдании других. Убивая, убивая и убивая, он становился все неуязвимее, все непобедимее. Так было, пока не встал на его пути Король — человек, которого звали Мертвец. И тогда схватились в смертельном бою тот, кто из смерти прорвался в мир жизни, и тот, кто из мира живых вырван был миром мертвых…

Другие книги автора Джей Бонансинга

Вудбери пал. Под землей, в лабиринте древних шахт и тоннелей, Лилли Коул во главе группы стариков, неудачников и детей борется за то, чтобы построить новую жизнь. Но в душе Лилли все еще горит тайное стремление освободить любимый город от кровожадных орд. А где-то далеко, в самом центре растущей волны ходячих, которые стекаются отовсюду, безумный проповедник Иеремия Гарлиц перестраивает армию своих последователей, используя дьявольское секретное оружие. Он планирует сокрушить Лилли и ее команду – тех самых людей, что уничтожили его предыдущий культ. И теперь у Иеремии впервые есть возможность выжечь на коже подземных жителей адское клеймо…

Во вселенной The Walking Dead нет более чудовищного персонажа, чем Губернатор. Талантливый лидер… и расчетливый диктатор. Он заставлял своих пленников сражаться с зомби только ради того, чтобы развлечь толпу, и убивал тех, кто переходил ему дорогу. Наконец настал момент, которого так долго ждали, – теперь вы можете узнать о том, как Губернатор стал одним из самых деспотичных персонажей сериала.

В 1968 году мир испытал совершенно новый вид ужаса: на киноэкраны вышел знаменитый фильм «Ночь живых мертвецов». С тех пор зомби уверенно вторглись во все аспекты популярной культуры. И вот теперь отмеенный наградами составитель антологий Джонатан Мэйберри вместе с самим «крестным отцом» жанра Джорджем Э. Ромеро и целой плеядой самых талантливых мастеров современного хоррора представляют вам коллекцию совершенно новых историй, произошедших в течение сорока восьми часов той легендарной вспышки. Приготовьтесь! Эти ночи будут очень долгими… и очень страшными!

В идеально обустроенном для защиты от зомби городке Вудбери свои правила и законы. Благодаря им там царит спокойствие и стабильность. Но всему может прийти конец… Столкнувшись с жестокостью и насилием Губернатора, Лилли Коул пытается найти способ остановить его чудовищные деяния, когда в город прибывают новые люди – Рик, Мишонн и Глен. Им только предстоит узнать, что, возможно, ходячие – не самые опасные существа в наступившем хаосе.

В «Восхождении Губернатора» мы узнали, как талантливый лидер и блестящий оратор Филипп Блейк превратился в самопровозглашенного правителя выживших маленького городка на юго-востоке США;

В «Дороге на Вудбери» – познакомились с отважной Лили Коул, сумевшей покинуть осажденную живыми мертвецами Атланту и добраться до владений Губернатора, превращенных в настоящую крепость, которую со всех сторон захлестывают кошмарные волны зомби-апокалипсиса;

В «Падении Губернатора» – стали свидетелями того, как с Блейка сорвали маску доброго самаритянина, обнажив кровожадный безумный оскал истинного чудовища.

И наконец, пришло время шокирующей, душераздирающей развязки. Все сюжетные линии сводятся воедино, а повествование несется со скоростью вагончика на «американских горках», где каждый новый поворот леденит кровь и заставляет сжиматься сердце. Кто из героев останется в живых? И не позавидуют ли он участи мертвых?..

Городок Вудбери постепенно восстанавливается после тиранического правления своего безумного лидера, превращаясь в настоящий оазис безопасности среди чумы ходячих мертвецов. Лилли Коул и небольшая группа выживших полны решимости преодолеть травмы прошлого… несмотря на то, что очень скоро им предстоит новое испытание: небывалое стадо зомби, движимых неутолимым голодом, уже совсем близко. Цель ходячих – Вудбери.

Впрочем, Лилли и ее сподвижники не намерены уступать: объединив свои силы с религиозной сектой из Пустошей, во главе которой стоит загадочный проповедник Иеремия, осажденные горожане предпринимают восхитительное в своей дерзости контрнаступление и побеждают. Кажется, мечта Лилли о демократическом обществе, ориентированном на семейные ценности, близка как никогда. Но вещи – особенно в реальности ходячих мертвецов – часто не то, чем они кажутся, а привычный мир в считаные мгновения способен перевернуться вверх дном…

«— Я понимаю, что ты пришел меня кокнуть, но, прежде чем ты сделаешь свое дело, мне интересно — уж прости за нахальство: а ты никогда не думал об актерской карьере? Я про кино говорю».

Но актерская карьера не задалась…

В мире мертвецов страх окутывает окраины Атланты, не жалея живых. Но и живые, кажется, тоже не жалеют живых.

Оказавшись в гуще смертельной схватки с ходячими, Лилли Коул пускается в бега. Долгая дорога приводит ее в Вудбери, провинциальный городок, идеально обустроенный для защиты от зомби. В нем правит некий Филип Блейк: всех граждан он держит в повиновении. Лилли начинает подозревать, что не все так просто. Филип, который недавно начал называть себя Губернатором, жестоким образом нарушает представления о законности и порядке…

Популярные книги в жанре Ужасы

Петр 'Roxton' Семилетов

ЛЮСИ В HЕБЕ

Удивительная история Люси Шульц, левитирующей девушки, дошла до нас в виде документов и записок, собранных главным библиотекарем новоанглийского городка Ритауна Джорджем Байроном. Я лишь предпринял попытку изложить сухие факты в кратком очерке, придав им некоторую художественную окраску.

Люси появилась на свет в 1687 году в семье выходцев из Германии, Клауса и Марии Шульц, которые держали швейный цех на Киттл-стрит, что в восточной части города. Кроме Люси Марии, в семье было еще четверо детей - два мальчика и два девочки. Люси родилась позже всех. Известно, что с Шульцами жил отец Клауса, Фрак - горбун и часовщик по профессии.

Петр 'Roxton' Семилетов

NIGHTWVIEW

Это случилось как раз тогда, когда в моем плэере сели аккумуляторы. Да... Я радио слушал. FM. Hочью - люблю слушать ночной эфир, знаете ли. Блин, надо заряжать. Лень вставать со стула - я перед компьютером сижу, он издает звук, будто в подвале, в бойлерной (где старина Фрэд Крюгер печку топит) работает какой-то агрегат из параллельного мира.

Вынимаю наушники из ушей - проводки такие желтые, тоненькие, скоро перетрутся - хана наушникам - это же не SONY за тыщу баксов. Ох блин.

Петр 'Roxton' Семилетов

СОВРЕМЕHHОЕ ПРЕДВАРЕHИЕ

Повесть, которая будет помещена в следующих мессагах, написана мною три года назад, в 1998 году, сразу после того, как я создал свой ПЕРВЫЙ рассказ. Поэтому "Случай..." можно расценивать как литературный дебют. Полагать, что я отношусь к этой повести, как к пробе пера - ошибочно. С самого начала своей деятельности на литературном поприще я писал живо и интересно. Итак, довольно слов, приступим к делу...

Петр 'Roxton' Семилетов

СМЕРТЬ, ГДЕ ТЫ?

Зовут меня Джек де Блэк. Существ, обладающих моими знаниями и возможностями, очень мало. Представьте себе непостижимого бога. Это я. Доброе утро! Я ищу смерть, но я - как и ты, бессмертен. Думаешь, что когда умрешь, то превратишься в гниющее в могиле тело, или пепел в урне, закопанной на территории колумбария? Или полагаешь, что попадешь на небо, в некий рай... Или ад... И что тебя встретит Иисус? Hет. Может быть, ты знаешь о работах вроде "Жизнь после жизни", и ожидаешь пролететь через туннель, увидеть всю свою жизнь, встретить покойных родственников и знакомых? Вероятно. А что дальше? Ты думаешь?

Петр Семилетов

ТИHЭЙДЖЕР ЕДЕТ К БРАТУ

Был солнечный июльский день. Hебольшой желтый автобус, в котором я ехал, мчался по прямой дороге среди сосновых рядов лесопосадки. Иногда пейзаж за окном темнел - это молодая хвойная поросль сменялась темным лесом, где сосны, казалось, доставали верхушками до синевы неба. Hаправление Чернигов. Правда, автобус ехал окольным путями, посещая по маршруту множество захолустных деревенек в стороне от главного тракта. К этим маленьким селениям зачастую вели чуть ли не грунтовые дороги, размываемые стараниями дождей до состояния плавленого шоколада весной и осенью.

Петр "Roxton" Семилетов

УГОЛЬКИ

Hадо сказать, ночь я люблю больше, чем день. Даже на кладбище. Собственно, альтернатива была - сисадмином в одну контору, но зарплата ночного сторожа оказалась выше, а сама работа проще - ну что за беда через день ночью в сторожке посидеть, книжку почитать?

Совершенно необременительно. Правда, добираться до кладбища долго пилить на окраину города не меньше часа.

Благо, лето, и когда еду еще более-менее светло. Местность на подступах к кладбищу глухая - частный сектор, лес, да военная дорога. Фонари не светят, разумеется. Hочью этот район охватывает полная тьма.

А.Шутов

"Средство общения"

Сейчас я вспоминаю этот случай с гораздо большими переживаниями, чем в момент его происшествия. Всё оказалось таким, каким я вижу это теперь, гоpаздо позже. Я помню блик - весеннее, но холодное солнечное сияние на окpуглости металла. Конец дня. До сих поp это воспоминание вызывает холод в сеpдце и дpожь в ногах. И вдобавок это мёpтвое позвякивание...

Я очень люблю большие гоpода. Санкт-Петеpбуpг, Самаpа, Москва, Казань и многие другие конечно - всё это наполнено каким-то индустpиальным духом, особой жизнью населения. Весенние дни уже несут пpедвкушение лета и ждёшь чего-то, ждёшь... А на Аpбате снега вообще нет, как, впpочем, и в самом гоpоде. Я остановился около магазинчика сувениpов, какой-нибудь загpаничный винил семидесятых, котоpые я увидел чеpез стекло, вполне мог стать хоpошей и доpогой памятью о поездке. Двеpь была тяжёлой - изнутpи её удеpживала длинная пpужина, цепляя металлическим пальцем за кpюк на обшивке. Закpыв за собой двеpь, я сpазу же увидел стеллажи от пола до потолка, с одной стоpоны и стеклянные витpины с дpугой. Hаpоду человек десять, но для небольшого помещения, назвать котоpое тоpговым залом было тpудно, это было явным излишком. Аpбатские магазинчики - это всегда то что-то немосковское, что-то даже негоpодское, а обособленное со своими качествами и чеpтами. Они бывают модеpнизpованные в футуpистическом плане, бывают стаpенькие и уютные, наполненные чем-то мистическим, - таким был тот магазин, в котоpый я pешил заглянуть и тепеpь стоял, pазглядывая стопку винилов. Какждый, как оказалось, стоил не менее 150$. Это не по мне, иначе память будет действительно доpогая. И тут в витpине напpотив пpилавка я увидел :Сеpебpянные, деpевянные, мельхиоpовые, с позолотой, медные, оловянные, железные, маленькие с напёpсток и большие, словно кувшин, колокльчики. Сумасшедшая звенящая коллекция была pасставлена за чистым и почти незаметным стеклом. Сpеди них был один, от вида котоpого я вздpогнул - стальной, с оpнаментом вкpуг основания. Я закpыл глаза, почувствовал, как застучало в висках и, пpиоткpыв снова, увидел в витpинном отpажении, что у меня на губах игpает неpвная улыбка, хотя это совсем была не радость - это была вымученная гpимасса, вызваная воспоминаниями. Эти ужасы мучали меня на пpотяжении десяти лет и пpодолжают мучать, мне постоянно кажется, что я слышу звон колокольчика, пеpеходящий в звук похоpонного наббата. Я наверное сотни раз пpосыпался сpеди ночи и не мог от стpаха спать до самого утpа. Hа миг показалось, что пpосвистел холодный ветеp и сpазу же пpобил озноб. Я боялся посмотpеть под ноги - боялся, что увижу вместо дощатого пола мёpзлую тpаву и снег. Воспоминания, я снова как будто видел их, клубящиеся в воздухе рядом с собой, они всё теснее обступали меня и вскоре совсем окутали, возвратив на годы назад:

Алексей Смирнов

ЭСТАФЕТА HЕЗДЕШHИХ

Однажды около полудня, во время прогулки по весеннему лесопарку, я зацепился ногой за низкорослый ивовый пень. Как известно, перекинуться через пень - поступок, чреватый последствиями. Двумя часами позднее мне впервые пришла в голову мысль о том, что я только нарядился человеком, а на самом деле я не человек.

То была даже не мысль; моё открытие включило в себя также чувства, ощущения, интуитивные способности и нечто ещё, человеку не свойственное. Хватило ничтожного мига, который, покуда он длился, донёс до меня осознание смещения. Уж не знаю, как мне следует именовать то, что сместилось - возможно, речь идёт о душе, возможно - о разуме. И в первом, и во втором случае дело тёмное. Правильным, скорее всего, окажется утверждение, будто сместился сам по себе я - относительно оболочки.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Бонавентура

Путеводитель души к Богу

Пролог

1. Вначале я взываю к Первоистоку, откуда исходит любое озарение, к Отцу светов, от Которого нисходит "всякое даяние доброе и всякий дар совершенный" , то есть к вечному Отцу. Я взываю к Нему через Сына Его, Господа нашего Иисуса Христа, чтобы Он при посредничестве пресвятой Девы Марии, Богоматери, Матери Господа нашего Иисуса Христа, а также наставника и отца нашего святого Франциска, "просветил очи сердца" нашего, чтобы могли мы "направить ноги наши на путь мира" , "который превыше всякого ума" , мира, благовествованного и дарованного Господом нашим Иисусом Христом, новым проповедником которого стал отец наш Франциск, с мира начинавший и оканчивавший каждую свою проповедь, желая его в каждом своем приветствии и тоскуя об этом озаряющем душу мире как гражданин небесного Иерусалима во время каждого молитвенного созерцания. Этот миролюбивый человек, который "был мирным среди тех, кто ненавидит мир" , говорит об этом мире "Просите мира Иерусалиму" . Ведь он знал, что трон Соломона покоится на мире, ибо написано: "В мире установил он свое жилище и пребывание свое на Сионе" .

Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич

Кот Васька

(Из книги "Ленин и дети", 1956 г.)

- А у тебя есть кот? - спросил Владимир Ильич мою дочку Лёлю, гуляя по саду нашей дачи, куда он приехал к нам погостить и отдохнуть.

- Есть! Васька. Мы его зовём Василий Иванович... А вот он! - ответила Лёля, показывая на большого чёрного кота, преважно, не спеша выходившего из кухни.

Он был почти весь чёрный, с белым галстуком под шейкой, лапки его тоже были белые, словно туфельки, а самый кончик хвоста тоже был белый, как пушинка.

Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич

Общество чистых тарелок

(Из книги "Ленин и дети", 1956 г.)

Все расселись вокруг стола на террасе. За столом было трое детей: две девочки и мальчик. Они подвязали салфетки и тихо сидели, ожидая, когда им подадут суп. Владимир Ильич посматривал на них и тихонько разговаривал. Вот подали суп. Дети ели плохо, почти весь суп остался в тарелках. Владимир Ильич посмотрел неодобрительно, но ничего не сказал. Подали второе. Та же история - опять многое осталось на тарелках.

Владимир Бонч-Бруевич

Знамение времени

Убийство Андрея Ющинского и дело Бейлиса

(Впечатления Киевского процесса)

(ldn-knigi:  см. посвящение на обложке книги - В. М. Величкина была женой В. Бонч - Бруевича, умерла от "испанки" 30.09.1918; об авторе см. у нас,

отдельно) ОГЛАВЛЕНИЕ.

Предисловие к первому изданию 7

Предисловие ко второму изданию 10 I Перед процессом 17 II В пути 19 III Накануне суда 21 IV В суд! 23 V В суде 26 VI Присяжные 27 VII Эксперты 28 VIII Свидетели 30 IX Обвиняемый 31 X Гражданские истцы 33 XI Дети-свидетели 35 XII Публика 37 XIII Пресса 38 XIV Покушение на свободу печати 41 XV Свидетель - еврейский мальчик 43 XVI Семейство Нежинских-Приходько-Ющинских 45 XVII Газетное объявление 47 XVIII Кого судят?. 49 XIX Наволочка 51 XX Наконец заговорили о Бейлисе 52 XXI Вера Чеберяк среди свидетелей 55 XXII Таинственный прохожий 56 XXIII Фонарщик 57 XXIV Сказка о похищении Ющинского 60 XXV Волкивна 61 XXVI Опять прокламация 64 XXVII Обморок свидетеля 64 XXVIII Передопрос студента Голубева 65 XXIX Новый передопрос Голубева 67 XXX Осмотр местности 68 XXXI Ужасы черты еврейской оседлости 76 XXXII Отец Антоном 77 XXXIII Козаченко 79 XXXIV Показания Синяева 84 XXXV Свидетель-арестант 85 XXXVI Козаченко в синагоге 86 XXXVII Человек истинно-чешского происхождения 87 XXXVIII Человек на службе конспиративной 90 XXXIX Людмила Чеберяк 93 XL Вера Чеберяк 95 XLI Господин Чеберяк 100 XLII Свидетель Бейлис в обвиняемая Чеберяк 102 XLIII Где был труп Ющинского до пещеры? 103 XLIV Что означают многочисленные раны на теле Андрея Ющинского 106 XLV Еврейская молельня 107 XLVI Беркины швайки 111 XLVII Два цадика 112 XLVIII Его надо убрать 116 XLIX Производились ли работы на заводе Зайцева 12 марта, когда был убит Андрей Ющинский 118 L Свидетель одиннадцати лет 119 LI Петров 121 LII Журналист-расследователь 123 LIII Поездка в Харьков 126 LIV Бывший начальник сыскной полиции Красовский 128 LV Сестры Дьяконовы 136 LVI Cвидетель-кровелыцик 143 LVII Сподвижники Красовского 144 LVIII Арестант Сингаевский 148 LIX Сообщник Сингаевского - Рудзинский 152 LX Латышев 154 LXI Супруги Малицкие 155 LXII О том, как евреи подкупают свидетелей 156 LXIII Судебно-медицинская экспертиза 159 LXIV Экспертиза психиатрическая 162 LXV Эксперт, который ничего не знает 164 LXVI Честь русской науки спасена 170 LXVII Эксперт Тихомиров 171 LXVIII Исповедь народа 172 LXIX Речь прокурора 175 LXX Речь Замысловского 177 LXXI Речь Шмакова 180 LXXII Речи защитников 183 LXXIII Последнее слово обвиняемого 184 LXXIV Постановка вопросов 184 LXXV Резюме председателя 185 LXXVI Просьба о дополнении резюме 186 LXXVII Перед приговором 187 LXXVIII Приговор суда присяжных 188 LXXIX Определение суда 190 LXXX На улицах 190 LXXXI Совесть народа 191 LXXXII В гостях у Вейлиса 193