Череда

Повесть посвящена морально-этической теме. В ней писательница стремится показать своих героев не только в труде, но и раскрыть их внутренний мир, их ответственность перед обществом и своей совестью.

Суть сюжета в том, что парень бросает беременную девушку, чтобы уехать в большой город. Но спустя годы прошлое напоминает о себе.

Сообщить об ошибках в книге можно по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?p=17765 и через некоторое время исправленный вариант книги появится в библиотеках.

Отрывок из произведения:

В своем почтовом ящике Павел Иванович вместе с английским журналом увидел белый конверт с узкой синей печатью под адресом. Сразу догадался, что это извещение из суда, его вызывают на заседание.

Нес почту в квартиру и думал, что завтра у него свободный день, нет лекций, так что не надо будет переносить занятия, просить, чтоб его заменили.

Он открыл своим ключом обитую черным дерматином дверь, вошел в квартиру, положил журнал и конверт на полку, прибитую к стене возле вешалки.

Популярные книги в жанре Советская классическая проза

Книга-очерк о колонии Дзержинского. При жизни автора издана не была. Пролежав в Издательстве художественной литературы, рукопись книги вернулась к автору. Позже, когда А.С.Макаренко работал над повестью «Флаги на башнях», он воспользовался некоторыми главами «ФД-1», включив их в свою новую повесть. Поэтому «ФД-1» публикуется в посмертных изданиях сочинений Макаренко с существенными пропусками.

Вытянутые с запада на восток, по весеннему небу медленно плыли мелкие, кипельно-белые облака, и снизу, с залитой апрельскими лужами земли, казалось, что кто-то неторопливо гонит по лазурной степи несметную отару тонкорунных, чисто вымытых овец.

В бескрайней, как небо, холодной степи, словно тень недоступной облачной отары, оставляя заметный след на бурой, вязкой земле, брела окружённая лохматыми собаками овечья отара.

В это сияющее свежее утро после долгой голодовки овцы впервые покинули зимние кошары и вышли в степь. Худые, давно не мытые, захлюстанные грязью, глинисто-бурые, как земля, они брели понуро, еле передвигая ослабевшие тонкие ноги. Снег только что стаял, обнажив мокрый старник — жёсткий рыжий типчак, примятые заросли чёрной полыни, редковатый кермек, — но голодные овцы, горбясь, шевеля влажными губами, жадно пережёвывали горькие пожухлые листья и медленно двигались вслед за Отцом, который, опираясь на герлыгу, грузно шагал впереди.

Тетралогия «Семья Ульяновых» удостоена Ленинской премии 1972 года.

Занятия в учебном корпусе закончились, и курсанты по широкой каменной лестнице хлынули вниз, в раздевалку. В электротехнической лаборатории остались двое: преподаватель капитан Корзун и командир третьей батареи старший лейтенант Крупенин.

— Ну как показались вам наши упражнения? — собирая и складывая в стопку учебные пособия, спросил высокий и степенный Корзун.

Крупенин, жмурясь от бьющего в окно торопливого зимнего солнца, смущенно улыбнулся.

Рустам Ибрагимбеков

В КОМАНДИРОВКЕ

Алтай Марданов, инженер-нефтяник, приехавший в Москву в командировку, поставил на запорошенную снегом лестничную ступеньку свой портфель, ухватился обеими руками за ручку тяжелой двери одного из московских научно-исследовательских институтов и, резко откинув назад свое небольшое округлое тело, что было сил потянул ее на себя. Дверь медленно отворилась... Марданов знал, что о масштабах и значении ведущихся в научном учреждении работ можно судить по тому, как оно охраняется, и по количеству людей, пытающихся в него проникнуть; поэтому, миновав дверь, он тотчас же уверился в том, что находится в крупном институте. В небольшом вестибюле на диване и вокруг длинного, покрытого зеленым сукном стола сидело человек десять. Еще несколько человек толпилось у телефона, выставленного в маленькое, пробитое в одной из стен окошко. Вестибюль кончался лестницей, рядом с которой бесшумно и безостановочно двигался лифт-транспортер. Кабина за кабиной поднимались в одном его стволе, такие же кабины шли сверху вниз, в землю, в другом стволе. Лестница и лифт были отгорожены от остальной части вестибюля, и в узком проходе сидел охранник.

Рустам Ибрагимбеков

ПРОСНУВШИСЬ С УЛЫБКОЙ

Конечно, сестра могла что-то и преувеличить, и не все рассказать, женщина есть женщина. Но если даже она и виновата, больше, чем считает, у нее есть муж и родной брат, и это им решать, как ее наказать, раз уж возникла необходимость. А тот, кто не понимает таких простых вещей или, получив на прокорм чуть больше овса, чем полагается, позволил себе поднять руку на женщину,- тот за это пострадает. Обязательно пострадает, какие бы должности ни занимал.

Нравственная атмосфера жизни поколения, опаленного войной, взаимосвязь человека и природы, духовные искания нашего современника — вот круг проблем, которые стоят в центре повестей и рассказов ивановского прозаика А.Малышева.

Владимир Дягилев

ВЕЧНОЕ ДЕРЕВО

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Степан Степанович Стрелков сидел у подернутого ледком окна и разглядывал свои руки, будто за сорок восемь лет жизни ему все некогда было рассмотреть их и только теперь выдалось свободное время.

Руки-тяжелые, с широкими запястьями, с негладкими ладонями, в мелких узловатых шрамах.

Он мог бы рассказать историю каждого шрама. Вот этот, между большим и указательным на левой, - память о задержанном нарушителе. Сбитый ноготь на среднем-"визитная карточка" рабочей молодости. Вся правая кисть шершавая, как терка,-пожизненная отметина Отечественной войны.

Оставить отзыв