Человек с тремя именами

Герой повести «Человек с тремя именами» — Матэ Залка, революционер, известный венгерский писатель-интернационалист, участник гражданской войны в России и а Испании. Автор этой книги Алексей Владимирович Эйснер (1905—1984 гг.) во время войны испанского народа с фашизмом был адъютантом Матэ Залки — легендарного генерала Лукача. Его повесть — первая в серии «Пламенные революционеры», написанная очевидцем изображаемых событий. А. В. Эйснер — один из авторов в сборниках «Михаил Кольцов, каким он был», «Матэ Залка — писатель, генерал, человек», «Воспоминания об Илье Оренбурге». Его перу принадлежат сборник очерков «Сестра моя Болгария» и повесть «Двенадцатая, интернациональная».

Отрывок из произведения:

Герой этой книги жил и действовал в Венгрии, в России и в Испании, а так как он «посетил сей мир в его минуты роковые», на его долю ныпало участие в трех войнах. В 1916 году он, юный вольноопределяющийся австро-венгерской армии, сражался сначала против берсальеров[Стрелки (ит.)] Итальянского королевства, а потом и против пехоты Российской империи. Тяжело раненным он был взят в плен, около года провел в лазаретах и по выздоровлении попал в лагерь для военнопленных за Хабаровском.

Рекомендуем почитать

Натан Эйдельман — писатель, кандидат исторических наук. Он автор книг «Лунин», «Тайные корреспонденты „Полярной звезды“», «Герцен против самодержавия», «Ищу предка», «Герценовский „Колокол“», «Путешествие в страну летописей», а также нескольких десятков литературоведческих работ, документальных очерков, исторических исследований.

Сфера научных и художественных интересов Н. Эйдельмана — историческое прошлое России, особенно первые этапы русского освободительного движения; он много пишет о Пушкине, Герцене, декабристах, революционерах-шестидесятниках, стремясь раскрыть яркие, сложные характеры этих людей.

Новая книга Эйдельмана посвящена Сергею Муравьеву-Апостолу, одному из главных деятелей декабристского движения, руководителю восстания Черниговского полка на Украине, принадлежавшему к той «фаланге героев», «воинов-сподвижников», которые, по словам Герцена, вышли «сознательно на явную гибель, чтобы разбудить к новой жизни молодое поколение…». Книга рисует процесс формирования личности декабриста, его революционных воззрений, нравственных понятий.

Книга получила положительные отзывы читателей и прессы. Выходит вторым изданием.

В книге рассказывается о революционной деятельности М.И. Калинина, его участии в революционных событиях 1917 года, в становлении Советской республики, участии в гражданской войне, государственной деятельности в качестве председателя ВЦИК, ЦИК СССР, Верховного Совета СССР.

Вольф Долгий не впервые обращается к историко-революционной теме. Читателям известны его повести «Книга о счастливом человеке» (о Николае Баумане) и «Порог» (о Софье Перовской), вышедшие ранее в серии «Пламенные революционеры», роман «Предназначение» (о лейтенанте Шмидте).

Перу писателя принадлежат также пьесы «После казни прошу», «Думая о нем», «Человек с улицы» и киносценарии художественных фильмов «Я купил папу», «Алешкина охота», «Первый рейс».

Повесть «Разбег» посвящена ученику и соратнику В. И. Ленина, видному деятелю КПСС и международного коммунистического движения Осипу Пятницкому. Книга охватывает почти двадцать лет жизни профессионального революционера. Немало страниц посвящено II съезду РСДРП, Пражской конференции, Кенигсбергскому процессу 1904 года.

Повесть, тепло встреченная читателями и прессой, выходит вторым изданием.

В повести рассказывается о деятельности революционера, военачальника Гражданской войны Клима Ворошилова в бытность его членом Реввоенсовета Первой Конной армии.

Н.Н. СЕЧКИНОЙ-УСПЕНСКОЙ - комсомолке двадцатых годов.

Автор

Армен Зурабов известен как прозаик и сценарист, автор книг рассказов и повестей «Каринка», «Клены», «Ожидание», пьесы «Лика», киноповести «Рождение». Эта книга Зурабова посвящена большевику-ленинцу, который вошел в историю под именем Камо (такова партийная кличка Семена Тер-Петросяна). Камо был человеком удивительного бесстрашия и мужества, для которого подвиг стал жизненной нормой. Писатель взял за основу последний год жизни своего героя — 1921-й, когда он готовился к поступлению в военную академию.

 Все события, описываемые в книге, как бы пропущены через восприятие главного героя, что дало возможность автору показать не только отважного и неуловимого Камо-боевика, борющегося с врагами революции, но и Камо, думающего о жизни страны, о Ленине, о совести. Перед читателем предстает образ практика революции, романтика и мечтателя, самоотверженно преданного высоким идеалам.

Писатель Николай Кузьмин живет и работает в Алма-Ате. Имя его известно читателю по романам «Первый горизонт», «Победитель получает все», по повестям «Трудное лето», «Авария», «Два очка победы». Н. Кузьмин в своем творчестве не раз обращался к художественно-документальному жанру, однако историко-революционная тематика впервые нашла свое отражение в его новой повести «Меч и плуг». Герой ее — легендарный комбриг, замечательный военачальник гражданской войны Григорий Иванович Котовский.

Книгой «Навсегда, до конца» (повесть об Андрее Бубнове), выпущенной в серии «Пламенные революционеры» в 1978 году, Валентин Ерашов дебютировал в художественно-документальной литературе. До этого он, историк по образованию, в прошлом комсомольский и партийный работник, был известен как автор романа «На фронт мы не успели», однотомника избранной прозы «Бойцы, товарищи мои», повестей «Семьдесят девятый элемент», «Товарищи офицеры», «Человек в гимнастерке» и других, а также многочисленных сборников рассказов, в том числе переведенных на языки народов СССР и в социалистических странах. «Преодоление» — художеетвенно-документальная повесть о В. А. Шелгунове (1867–1939), кадровом рабочем, одном из ближайших соратников В. И. Ленина но петербургскому «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса», талантливом самородке, человеке трагической судьбы (он полностью потерял зрение в 1905 году). Будучи слепым, до последнего дня жизни продолжал активную работу в большевистской партии, членом которой являлся со времени ее образования.

Юрий Давыдов известен читателю как автор исторических романов и повестей.

История давно и серьезно интересует писателя. С первых своих шагов в творчестве он следует неизменному правилу опоры на документальную основу. Его литературной работе всегда предшествуют архивные разыскания.

В центре повести «Завещаю вам, братья…» – народоволец Александр Михайлов. Выдающийся организатор, мастер конспирации, страж подполья – таким знала Михайлова революционная Россия.

Повествование ведется от лица двух его современников – Анны Ардашевой, рядовой деятельницы освободительного движения, и Зотова, ныне забытого литератора, хранителя секретных портфелей «Народной воли».

И новизна материалов, и само построение сюжета позволили автору создать увлекательную книгу.

Другие книги автора Алексей Владимирович Эйснер

В данную подборку вошли избранные стихи и проза (в основном эмигрантского периода) Алексея Эйснера (1905-1984) – поэта, эмигранта «первой волны», позже вернувшегося в СССР, никогда не издавшего поэтической книги, друга Цветаевой и Эренбурга, участника Гражданской войны в Испании, позже прошедшего суровую школу сталинских лагерей.

В основе данной подборки тексты из:

Поэты пражского «Скита». Стихотворные произведения. М.,  2005. С. 271-296.

Поэты пражского «Скита». Проза. Дневники. Письма. Воспоминания. М., 2007. С. 18-35, 246-260.

Стихотворений, найденные в Сети.

Популярные книги в жанре Историческая проза

НИК. ШПАНОВ

КРАЙ ЗЕМЛИ

Наше юношество прежде всего должно познакомиться с тем миром, на который направлен человеческий труд. И если бы за работу сели знающие люди, обладающие небольшой литературной талантливостью, как сумели бы они увлечь читателей живым рассказом хотя бы о наших природных богатствах: о лесах севера, об угле и рудах Донбасса, об умиравшем при власти помещика мощном Урале, Кавказе и о неисчислимых богатствах хотя бы только одного Кузнецкого или Алтайского района. Это вернее, чем вся гуманная литература, вдохнет в юношество пафос трудовой борьбы, пафос строительства, обновляющего весь мир.

Случайные находки археологов, а позднее и специальные научные исследования позволили воскресить трагическую картину гибели Бенинского царства. И перед нами оживают страницы жизни, быта и нравов трудолюбивого народа, создавшего свою самобытную культуру.

В двадцатые годы двадцатого века мир облетела сенсационная весть обнаружена нетронутая гробница египетского фараона Тутанхамонаивн. Гробницы разыскивались и находились до и после выявления данного исторического памятника, но, к великому сожалению археологов и ученых, они зияли пустотой — грабители прошлого почти всюду опережали их.

Следует напомнить, что тысячелетия назад египтяне верили в загробную жизнь, поэтому снабжали скончавшегося фараона всем необходимым, чем усопший пользовался при жизни.

На примере вскрытия гробницы Тутанхамона человечество впервые соприкоснулось с обычаями, бытом, жизнедеятельностью египетских фараонов, насчитывающих всего тридцать династий.

В предлагаемом издании речь пойдет о представителе 18-й династии, юном Тутанхамоне, престольное имя которого было Небхепрура и о котором нам мало что известно.

Раскопанная гробница была буквально усеяна золотом и драгоценностями, которые в семидесятые годы экспонировались в Москве. Не был выставлен, пожалуй, только один сиротливо забытый предмет, найденный на мумии.

Это — скромный букет цветов.

Цветы, как ничто другое, свидетельствуют о мимолетности веков, о быстротечности жизни, о магическом символе гуманного, возвышенного и простого человеческого чувства — чувства любви, перед которым и золото блестящий сор.

«Букет, — пишет западногерманский журналист К. Керам, — не потерявший однако окончательно своей естественной окраски. Последнее „прости“ любимому супругу от молодой вдовы».

Началось изучение материалов о древнем Египте.

История Египта подразделяется на четыре периода — Ранний, Древний, Средний и Новый. Тутанхамон жил в эпоху последнего царства, когда в Египте господствовала завоевательная политика.

Имена главных действующих лиц в произведении подлинные. Описанные события — авторский вымысел, которые, впрочем, могли бы иметь место в далекой древности.

Сложнее было установить родственные отношения Тутанхамона с Аменхотепом IV (Эхнатоном). Одни источники утверждали, что Тутанхамон являлся его сыном (Дерри, Англия), другие — зятем. Но на мой взгляд, права советский египтолог Р. Рубинштейн. Ведь если верить общепринятому мнению о том, что престолонаследие в древнем Египте шло по женской линии, то Тутанхамон никак не мог приходиться сыном Эхнатону. Вероятнее всего, зятем, так как у Эхнатона и его жены Нефертити было шесть дочерей. И, что близко к истине, одна из них могла быть женой Тутанхамона, опустившей в гроб трогательный букет как вечный гимн неувядающей любви, над которой бессильно даже Время.

Как детский писатель искоренял преступность, что делать с неверными жёнами, как разогнать толпу, изнурённую сенсорным голодом и многое другое

"Но кто мы и откуда, когда от всех тех лет остались пересуды, а нас на свете нет"… Б.Пастернак

– Ну, держись теперь большевички и эсеришки поганые! Демократия, вот она, в кулаке. Собрания, со – вещания, разговорчики. Витька Чернов, подонок, к Ленину подался заговоры заключать против зелёно-белой Сибири. Вот ему! – и показывал громадную, волосатую ручищу, поставив её в промежность ниже пояса.

Папа Просандеев, купец первой гильдии, отец Ивана Семёновича, неодобрительно поглядывал на разбуянившегося соседа по зелёному столу. Рукавишников всегда нахалом был. И тогда, когда ему рысака проиграл, это ещё давно было, и тогда, когда жидо-масонские взгляды свои на большевиков проповедывать стал, начитавшись “Протоколов сионских мудрецов”. Это уже совсем недавно, когда сын миллионщика Смирнова из-за несчастной любви к одной толстухе за рекой на даче застрелился. И в белом костюме на дорожке возле дачи валялся. А толстуха-то,не будь дурой,сбежала в Заварзино с местным стрекулистом, адвокатишкой.

«... Красная площадь известна миру и населена славой.

Здесь, у старых стен, революция нашла новое место старому памятнику Минину и Пожарскому.

Вожди народного ополчения стоят у самых ворот Кремля, там, где они принимали парад исправно одетого войска в 1611 году.

Народное бедствие кончилось.

Кремль был вымыт, убран, возвращен народу.

Каменный куст храма цвел за Мининым и Пожарским, а мимо шли одетые в цветное суконное платье нижегородцы – первая в мире регулярная армия с жалованьем, с полковыми котлами, с артиллерией при полках.

Так стоят и теперь бронзовые Минин и Пожарский.

Хочу положить к памятнику короткие слова. ...»

Картины из жизни начинающего сибирского писателя в 1948 г.

К вопросу о национальной идее.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Ужас в том, что о т.н. "сочинских автобусах", которыми вывозили из прихорашивающегося для Зимней Лимпияды ЮЖНОГО города бомжей и беспризорников, мне рассказывали несколько раз самые разные люди. И о том, что однажды пропал автобус с девочками – тоже… (Олег Верещагин).

Жили-были когда-то, давным-давно, три девочки. Первой считалась Ми, второй — До, третьей — Ля. Была у них крестная, душистая-предушистая, и она никогда не читала детям нотаций, и ее прозвали «крестная Мидоля».

Самая красивая из трех этих девочек — Ми, самая умная — До, ну а Ля скоро умрет.

День ее похорон — памятный день в жизни Ми и До. Вереницей стоят зажженные свечи, горкой высятся шляпы на столе в церковном притворе. Гробик Ля — белый, земля на кладбище — сырая, вязкая. Яму роет человек в куртке с золотыми пуговицами. На похороны приехала крестная Мидоля. И когда ее целует Ми, крестная говорит: «Ненаглядная моя». А До она говорит: «Ты пачкаешь мне платье».

Книга о том, что должна наступить расплата за содеянное преступление, даже через 30 лет.

Я не люблю детективы потому, что привлекательность их определяется фабулой. Поэтому и назвала «криминальной историей с размышлениями», в которой хотела высказать свои взгляды на многие аспекты жизни: вопросы добра и зла, закона и правосудия, веры и безверия. Хочется, чтобы высказанные в книге мысли, затронули душу читателя и стали созвучны моим.

Людмила Бержанская

Не летит голубь с вестью, и праздник далёк,

Но, нас увидав, стёкла в окнах зардели,

И, белою козочкой,

Облако – скок! –

Спустилось на крыши и лижет там зелень.

Горячие руки аллею теснят.

Щипки, поцелуи, играючи в прятки…

Дрожа, губы алые вытянул сад –

Прижаться к груди стен украдкой.

Газелью свирель,

Львицей – гомона рокот,

Я базару на плечи взобрался с толпой.

Господь, как роскошен твой ликующий город!