Чего хочет женщина... и что из этого получается

Чего хочет женщина... и что из этого получается

Чего хочет женщина — извечный, занимательный и неисчерпаемый вопрос. Каждая женщина отвечает на него по-своему, однако самые разные мнения объединяет стремление иметь больше радостей и поменьше неприятностей. Проблемой в нашей жизни может стать все — оторвавшийся каблук, увольнение, злющая свекровь, разлившийся в сумочке клей, неудачное выступление, потеря ключей, пожар у соседей, собака, сожравшая любимые босоножки, мужчина… Проблем в жизни не избежать, поэтому так важно уметь видеть вокруг смешное и забавное.

Этери Чаландзия — талантливый сценарист, один из ведущих авторов журнала Cosmopolitan, делится ироничными и тонкими наблюдениями о том, что волнует всех женщин: о стремлении к красоте и коллизиях взаимоотношений, о поисках любви и счастья, — не забывая при этом о таких будничных реалиях, как ремонт и пробки на дорогах. Это увлекательное чтение, заряжающее оптимизмом и помогающее с юмором относиться к любым житейским ситуациям.

Отрывок из произведения:

Мне всегда началось, что самое главное — ни при каких обстоятельствах, даже если вы опоздали на свой рейс в Макао или пробили колесо в ноябрьской трясине, не терять чувства юмора. Согласна, иногда это хорошо звучит только на словах, особенно если произошло что-то серьезное. Но тогда вам на помощь придут сила духа, характер, воля и друзья. А для того чтобы однажды справиться с большой трудностью, вполне возможно, надо научиться расправляться с тысячами мелких. Ведь проблемой может стать все — оторвавшийся каблук, увольнение, злющая свекровь, разлившийся в сумочке клей, неудачное выступление, потеря ключей, пожар у соседей, собака, сожравшая самые любимые босоножки, мужчина… это вообще отдельная статья. Не скрою, и я не раз печалилась, когда не складывалось, не склеивалось, валилось из рук, и особенна сильно однажды, когда у меня украли мою первую в жизни зарплату.

Другие книги автора Этери Омаровна Чаландзия

Книга продолжает серию, начатую журналистом и писателем Этери Чаландзия в проектах «Чего хочет женщина» и «Каблуки в кармане». Характерная покоряющая интонация автора делает необидной бескомпромиссную меткость наблюдений, позволяет касаться самых щекотливых тем и с улыбкой говорить о невеселых вещах: изменах, расставаниях, кризисах среднего возраста, непростых отношениях в семье. Термин «стадия зеркала» принадлежит Жаку Лакану, французскому философу и психоаналитику ХХ века. О том, что он означает и почему дал название книге, вы узнаете, прочитав ее.

Все счастливые сказки о любви заканчиваются словами: «И жили они долго и счастливо». Примерно с этого момента начинается действие нового романа известного журналиста и прозаика Этери Чаландзия. Любовь оказывается испытанием, преодолеть которое под силу немногим. В драматическом развитии сюжета и чередовании напряженных внутренних монологов от лица мужчины и женщины — щемящее чувство непростительной потери, предчувствие неотвратимой трагедии. «Не всех можно отпускать и терять. Не со всеми можно просто так расставаться». Этот роман — страстная и отчаянная попытка понять, что ведет любящих друг друга людей к точке невозврата и можно ли остановить разрушительную стихию гибели отношений.

Настоятель храма Святой Троицы в Хохлах протоиерей Алексей Уминский обладает редкой и ценной способностью объяснять сложные вещи простым современным языком. Вместе с известным журналистом и писателем Этери Чаландзия он разбирает наиболее острые вопросы, связанные с взаимоотношениями Церкви и человека. Почему падает доверие к Церкви? Почему одни люди дезориентированы и враждебно настроены, а другие не понимают, в чем заключаются ценности, которые веками несет и сохраняет православная Церковь? Как понять и принять смысл своих и чужих страданий? Найти опору в жизни и не стать жертвой ложных мифов? Почему мы интуитивно стремимся к вере, даже не будучи воспитанными в ее традиции? И главное, почему взаимоотношения человека и Церкви всегда предполагают путь свободы и любви?

2-е издание.

Увлекательное и доступное изложение основ иудаизма и еврейских традиций. Иудаизм – одна из древнейших монотеистических религий, существующих в мире. Это вероисповедание повлияло на философию, культуру, политику, экономику и искусство многих стран и народов, включая Россию. Авторам – главному раввину России Адольфу Шаевичу и известному журналисту Этери Чаландзия – удалось уйти от сухого изложения теологических постулатов и сделать книгу интересной как для иудаиста, так и для любого образованного человека. Книга полна историй из жизни и анекдотов, которые иллюстрируют многие популярные антисемитские мифы о евреях вообще и верующих евреях в частности.

В романе известной журналистки Этери Чаландзии близкие когда-то люди – отец, старый художник, дочь, ее муж – живут, рассеянные по городу, давно утратив связь друг с другом. Их вязкая реальность едва пропускает свет настоящей жизни, но вдруг случается непоправимое – происходит серия убийств, и все указывает на то, что мотив – ревность…

Москва в романе предстает местом таинственным, мистическим, диктующим героям свои правила игры. Или это они наделяют необъятный мегаполис своими мечтами, разочарованиями, иллюзиями?..

Увлекательное и доступное изложение основ иудаизма и еврейских традиций. Иудаизм – одна из древнейших монотеистических религий, существующих в мире. Это вероисповедание повлияло на философию, культуру, политику, экономику и искусство многих стран и народов, включая Россию. Авторам – главному раввину России Адольфу Шаевичу и известному журналисту Этери Чаландзия – удалось уйти от сухого изложения теологических постулатов и сделать книгу интересной как для иудаиста, так и для любого образованного человека. Книга полна историй из жизни и анекдотов, которые иллюстрируют многие популярные антисемитские мифы о евреях вообще и верующих евреях в частности.

Семья Майи, профессионального и успешного фотографа, погибла много лет назад. Но девушка не одинока, ее окружают не родные, но любящие и влюбленные люди. Однажды на фотографиях Майи начинают проступать неясные изображения – словно кто-то пытается проникнуть в этот мир, прорвав глянцевую поверхность снимка. Кто это, почему так происходит и какое отношение имеет к Майе? Поиски ответов на вопросы и череда странных событий приводят героев в пространство, где сон и явь подменяют друг друга, где оживают воспоминания прошлого и забытые лица тревожат воображение…

Этери Чаландзия – прозаик и журналист, автор романов «Иллюзия Луны», «Архитектор снов», рассказов и статей, которые охотно печатают журналы Cosmopolitan, Officiel.

«Каблуки в кармане» – книга о том, что думает, над чем смеется, чего боится самая обычная женщина, похожая на нас с вами. Веселая, застенчивая, деловая, ленивая – словом, симпатичная и непредсказуемая. «Мы все знаем, что делать, чтобы быть счастливыми, любимыми, успешными и довольными собой… Мы придумали сотни правил только для того, чтобы иметь возможность… время от времени их нарушать».

Популярные книги в жанре Юмористическая проза

Сапелкин Дмитрий

_Васса Иванович Кpафтюк_

/_Клокочущая Гибель._/

В тот злопамятный вечеp я нетвеpдой ногой ступал вниз по замшелой лестнице, сжимая в гpязной pуке, обpамленной немногочисленными заскоpузлыми пальцами, кpивую туpецкую свечку. Спеpеди и сзади меня уныло маячили спины пятеpых моих однокашников. Мы с ними укpадкой, в кpомешной полутьме, скудно создаваемой гоpящими свечками, пугливо спускались в чадящий зловонием подвал нашего дома, где, по слухам, пpоисходило невообpазимое. Мы, голодные и небpитые, уже тpи часа тщетно плелись вдоль узко pасставленных, сыpых и pасписанных нелицепpиятной бpанью и чеpными словами стен. То и дело мои спутники спотыкались о полусъеденных дохлых кошек или об позабытые кем-то по злой случайности кучки вонючей массы. Hаша отважная экспедиция должна была наконец откpыть зловещую тайну кошмаpного подвала. Мы спускались все глубже и глубже в удушливую зияющую тьму. Hа потемневшем низком потолке чеpнели гоpелые пятна. Кое-где на них еще оставались жженые спички, символизиpующие тщетность жизни. Стоял пpомозглый холод.

Станислав Шрамко

МОЯ РОДHАЯ АРМИЯ

или

ТРИ HЕДЕЛИ В ДУРДОМЕ

От автоpа:

Доpогой дpуг, если ты не служил в аpмии, и еще не читал этот текст, то знай: в твои pуки попал файл с уникальной инфоpмацией. Обьясню почему: пеpед тем как меня пpизвали в аpмию, я опpосил огpомное количество людей, уже пpошедших чеpез все это, дабы узнать, что собственно, меня ждет, но большинство из них pешили не pассказывать мне пpо гоpести аpмейской жизни, а дpугие если и pассказали самые яpкие моменты, то с огpомной неохотой. Я же пpедставляю тебе полное описание всех аpмейских маpазмов, увиденных и пpочувствованных мной лично. Hоpмальный человек может не дочитать этот текст до конца, и стеpеть файл, пpиняв за бpед сумасшедшего, но я хочу пpедупpедить: всё это чистейшая пpавда, ни одной детали я не выдумал! Я мог лишь забыть упомянуть что-либо. Пpочитав этот великий бpед, у тех, кому ещё пpедстоит служить, создастся более полное впечатление о СЛУЖБЕ В АРМИИ, ну а те, кому аpмия не гpозит, ещё pаз поймут, как им повезло! Единственное хочу добавить: Слава Богу, что для меня этот дуpдом пpодлился всего тpи недели, и я от всей души сочувствую всему тому молодому пополнению, котоpое осталось служить уже без меня.

Теpешкин Артур

Тpекеp

Он не любил выкладывать файлы на холд. Hо сегодня, пpосматpивая SPB.FILES, наткнулся на пpосьбу дать дpайвеpа для видео-каpты. Он знал, что как всегда откликнется много людей, но его пpивлекло её имя. Раньше он не слышал такое.

Оно звучало кpасиво. В нём одновpеменно слышались и звуки кpепкого коннекта, и щебетание птиц pанней весной, когда оживает пpиpода после долгой Питеpской зимы и так сладко щемит сеpдце от чего-то большого и pадостного, и жуpчание лесного pучейка, вдоль котоpого он любил ходить летом, пpобиpаясь чеpез кусты и сpывая сладкие ягоды. Он зажмуpился от удовольствия. В голове пpонеслось: "Может nickname. Или это вообще небpитый фидошник с глазами цвета модемного индикатоpа". С такими вещами он уже сталкивался не pаз. Hо, отогнав эти мысли, запустил FAR и, быстpо найдя нужный файл, положил его на холд, после чего написал кpатко "на холде". Он был немногословен.

Марк Твен.

ФРАНЦУЗЫ И КОМАНЧИ.

(Глава, не включенная в окончательный вариант

рукописи "Пешком по Европе")

А теперь поговорим о жестокости, дикости и любви к резне. Все эти качества не служат к украшению полуцивилизованных народов земли, но в то же время их едва ли можно назвать недостатками. Они представляют собой естественное порождение социальной системы, и без них эта система не была бы совершенна. В этом отношении между французами, команчами и некоторыми другими народами, стоящими на том же нравственном и социальном уровне, трудно обнаружить значительные различия. Справедливость требует признать, что в одном отношении команчи, несомненно, превосходят французов, а именно: между собой они не дерутся, в то время как французы с незапамятных времен развлекались тем, что резали и жгли друг друга. Из всех мечей мира больше всего французской крови испил французский меч. Нет ненависти столь неумолимой, как ненависть француза к своему брату. Ни одна религия не творила таких неслыханных зверств, как кроткая и смиренная религия французов. Впрочем, последнее замечание в данном случае не вполне справедливо, поскольку у команчей нет религии, а следовательно, нет и потребности убивать своего брата, дабы наставить его на путь истинный.

Марк Твен

КАК Я ВЫСТУПАЛ В РОЛИ АГЕНТА ПО ОБСЛУЖИВАНИЮ ТУРИСТОВ

Приближалось время, когда нам нужно было отправляться из Экс-ле-Бена в Женеву, а оттуда, посредством ряда продолжительных и весьма запутанных переездов, добираться до Байрейта в Баварии. Разумеется, для обслуживания столь многочисленной компании туристов, как наша, мне следовало нанять специального агента.

Но я все откладывал. А время шло, и, проснувшись в одно прекрасное утро, я был поставлен перед фактом: пора ехать, а агента нет. И тут я решился на отчаянный поступок, - я понимал, что иду на риск, но у меня было как раз подходящее настроение. Я объявил, что на новом этапе устрою все сам, без посторонней помощи; и как сказал, так и сделал.

Марк Твен

НАЗОЙЛИВЫЙ ЗАВСЕГДАТАЙ

Каждое утро, когда часы бьют девять, он появляется в редакции. Иногда он приходит даже раньше редактора, и швейцар вынужден покинуть свой пост и подняться на несколько ступенек по лестнице, чтобы отпереть ему заветную дверь редакции. Он берет со стола трубку и закуривает; ему, очевидно, невдомек, что редактор может быть тем гордецом (бывают такие!), которому столь же приятно, когда пользуются его трубкой, как если бы кто-то почистил зубы его щеткой. Он разваливается на диване, ибо у человека, бессмысленно проводящего всю свою жизнь в позорной праздности, не хватает сил сидеть прямо. Сначала он вытягивается во всю длину, потом полулежит; затем перебирается в кресло и располагается в нем, свесив руки, откинув голову и вытянув ноги; немного погодя он меняет позу, наклоняется вперед и перекидывает ногу, а то и обе, через ручку кресла. Однако следует заметить, что, как бы он ни устраивался, он никогда не сидит прямо и не делает вид, что исполнен чувства собственного достоинства. Время от времени он зевает, потягивается и неторопливо, с наслаждением почесывается; иногда он удовлетворенно ворчит, как сытое, до отвала наевшееся животное. Но изредка у него вырывается глубокий вздох, - и это красноречиво выражает его тайное признание: "Никому я не нужен, всем в тягость и только обременяю собою землю".

Твен Марк

Невероятное открытие доктора Лёба

Перевод В.Лимановской

{1} - Так обозначены ссылки на примечания соответствующей страницы.

Эксперты в области биологии, по всей вероятности, примут с известной долей скептицизма сообщение д-ра Жака Лёба{311} из Калифорнийского университета о создании живого вещества химическим путем... Д-р Лёб очень способный и искусный экспериментатор, но общее мнение экспертов-биологов склоняется к тому, что он скорее человек с живой фантазией, нежели серьезный естествоиспытатель.

Марк Твен

О парикмахерах

Все на свете меняется, все -- кроме парикмахеров, их манер и парикмахерского окружения тут ничто не меняется входя в парикмахерскую, человек до конца дней своих испытывает то же самое, что он испытал, войдя в нее впервые и жизни. В то утро я, как обычно, решил побриться. Я уже подходил к двери парикмахерской с Мейн-стрит, когда какой-то человек приблизился к ней со стороны Джонс-стрит. Обычная история! Как я ни спешил, он проскочил в дверь на какой-то миг раньше меня, и я, войдя сразу вслед за ним, увидел, что он уже занимает единственное свободное кресло, которое обслуживал лучший мастер. Да, обычная история. Я присел, в надежде, что мне удастся унаследовать кресло, принадлежавшее лучшему из двух оставшихся парикмахеров, -- ведь он уже начал причесывать своего клиента, в то время как его коллега даже не. приступил еще к массажу и умащиванию волос. С неослабным интересом наблюдал я за тем, как попеременно то увеличивались, то уменьшались мои шансы. Когда я увидел, что No 2 нагоняет No 1, мой интерес перешел в беспокойство. Когда No 1 на секунду остановился и я увидел, что No 2 обходит его, мое беспокойство переросло в тревогу. Когда No 1 удалось нагнать соперника, и оба они одновременно начали смахивать полотенцами пудру со щек своих клиентов, и кто-то из них вот-вот должен был первым крикнуть: "Следующий!", я замер. Но когда в самую решающую минуту No 1 задержался, чтобы разок-другой провести расческой по бровям своего клиента, я понял, что его обошли, и в негодовании покинул парикмахерскую, не желая попасть в руки No 2, ибо у меня нет тон завидной твердости, которая позволяет человеку, спокойно глядя в глаза парикмахеру, заявить, что он будет ждать, пока освободится другой мастер.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

У них замечательные дома, у них нет рутинной работы, они преуспели в технике, их занятия интересны. Они совершенны физически, они живут полноценной духовной жизнью, они превосходно питаются. Но что им надо от нас? Что надо таким замечательным, продвинутым исследователям с планеты Эдо от нас, простых землян? Что есть такого у нас, жителей третьей планеты Солнечной системы, и нет у них, жителей десятой, находящейся на нашей же орбите, только с другой стороны Солнца? Они, чтобы познать это, преодолели миллионы километров, а мы, имея это, в полной мере не ценим…

В книге жизнь и фантастика без технических перехлестов. Необычные сюжеты понравятся даже тем, кто не любит фантастику.

В древности наши прадеды широко применяли в бою то, что сегодня многие называют словом магия. На самом же деле древние воины просто знали приемы управления временем и текущими в нем событиями.

Магия боя, воинская магия, гипноз — именно в знаниях жрецов всех времен и народов берут эти понятия свое начало, в седой старине, в прахе прошлого. Но несмотря на жестокие гонения и пропасть веков, знания волхвов не исчезли бесследно…

Для широкого круга читателей.

Валерия осталась лишь эпизодом в жизни Конана, как и все остальные женщины, кроме той, которой он сделал королевой Аквилонии. Одинокий варвар странствовал по свету и вернулся, наконец, в родную Киммерию. Там дошла до него весть, что аквилонцы, которых горький урок крепости Венариум ничему не научил, опять расширяет свои владения к западу, вторгаясь в леса, населенные племенами пиктов, или, как их называли, Пиктские Дебри. Значит, впереди снова было кровопролитие и много работы для таких искусных воинов, как Конан.

Конан и Арно, командиры Золотых Львов (приграничной стражи Аквилонии), ведут войска в пиктские пущи. От нападения больших змей войска рассеяны, а многие погибли. Конан вместе с полусотником Флавием пробираются к Поляне Совета, где проводится собрание пиктских вождей. Там они узнают о том, кто оказался предателем, пославшим войска на верную смерть. Конан решает отомстить — как аквилонскому предателю, так и устроившим резню в лесу пиктам.