Чайный сервиз «Арлекин»

Рассказ, в котором главным действующим лицом является Мистер Саттертуэйт. Он направляется в гости к своим друзьям за город. По пути у него ломается автомобиль, и, пока его чинят, Саттертуэйт сидит в кафе. Туда же заходит старинный знакомый Саттертуэйта, таинственный мистер Кин, имеющий обыкновение неожиданно появляться и также неожиданно исчезать. Кин выслушивает рассказ Саттертуэйта о семье, в которую он едет. Саттертуэйт чувствует, что должно что-то произойти. Кин оставляет ему подсказку, как предотвратить преступление.

Отрывок из произведения:

Мистер Саттертуэйт был вне себя. Сбывались самые его худшие опасения. Самое обидное, он ведь прекрасно знал, что доверять можно только старым машинам: надежным и испытанным. Конечно, у них свои недостатки, но они, по крайней мере, известны, предсказуемы и, как следствие, не фатальны. А эти новые автомобили! Сплошные окошки и куча непонятных приспособлений! Чего стоит одна панель! Блестит, конечно, здорово, но пока разберёшься, что там к чему... Руки лихорадочно мечутся между бесчисленными переключателями: противотуманные фары, дворники, глушитель и так далее и тому подобное. При этом всё — в самых неожиданных местах. И когда это сверкающее совершенство вдруг выходит из строя, механик флегматично цедит сквозь зубы: «Отличная машина, сэр, просто замечательная! Последнее слово техники. Только ещё не обкатана. Я бы сказал, сэр, ха-ха, у неё просто режутся зубки».

Рекомендуем почитать

Мистер Саттертуэйт выглянул в окно и поежился. Дождь все лил и лил. Как плохо, что в деревенских домах нет приличного отопления, подумал он. Слава Богу, уже через несколько часов поезд увезет его отсюда в Лондон. Да, только после шестидесяти начинаешь в полной мере оценивать все достоинства столичной жизни.

Сегодня мистер Саттертуэйт особенно остро ощущал свой возраст. Все остальные гости в доме были гораздо моложе его. Четверо из них только что отправились в библиотеку проводить «сеанс столоверчения». Его тоже звали, но он отказался: ему доставляло мало удовольствия мучительно долго высчитывать буквы алфавита, а потом разбираться в их бессмысленных сочетаниях.

«Мистер Саттерсвейт задумчиво смотрел на хозяина дома, который сидел напротив него за столом. Тот был полной его противоположностью, даже странно, что они подружились. Полковник больше всего на свете любил деревню и лошадей. И если и приезжал в Лондон, то на неделю, на две, да и то не по своей воле. Мистер Саттерсвейт был горожанин до мозга костей. Он прекрасно разбирался в тонкостях французской кухни, в дамских нарядах, знал про все городские скандалы. Обожал изучать на практике тонкости человеческой натуры, никогда при этом не отступая от однажды взятого правила: оставаться в роли стороннего наблюдателя…»

Судья завершал обращение к присяжным.

— Итак, господа, моя речь подходит к концу. Подсудимому было предъявлено обвинение в убийстве Вивьен Барнаби, и вам, на основании имеющихся фактов, предстоит решить, справедливо ли это обвинение. Вы ознакомились с показаниями слуг и убедились, что между ними нет расхождений в определении момента выстрела. Вы ознакомились с письмом, которое Вивьен Барнаби отправила подсудимому утром в ту самую пятницу, тринадцатого сентября. Серьезность этой улики признается даже защитой. Вы видели, что подсудимый поначалу вообще отрицал, что был в тот день в Диринг-Хилле, и лишь после того, как полиция представила неопровержимые доказательства, был вынужден признать этот факт. Думаю, что причины подобной непоследовательности достаточно понятны. Прямых очевидцев преступления нет. Вам предстоит сделать собственное заключение относительно мотива, средств и возможности его совершения. Версия защитника состоит в том, что некто проник в музыкальную комнату уже после ухода подсудимого и выстрелил в Вивьен Барнаби из ружья, которое подсудимый, по странной забывчивости, оставил у входа. Вы также выслушали рассказ самого подсудимого, из коего явствует, что дорога домой заняла у него в этот вечер целых полчаса. Если вы не удовлетворены объяснениями подсудимого и пришли к твердому убеждению, что в пятницу тринадцатого сентября именно он произвел ружейный выстрел с близкого расстояния в голову Вивьен Барнаби с целью убийства, — тогда, господа присяжные, вы должны вынести приговор «Виновен». Если же, напротив, вы имеете какие-либо основания в этом сомневаться, то ваш долг — вынести оправдательный приговор. Теперь я попрошу вас удалиться в комнату присяжных для совещания. Я жду вашего решения, господа.

— Меня немного беспокоит Марджери, — сказала леди Стренли. — Это моя девочка, — пояснила она и печально вздохнула. — Имея взрослую дочь, поневоле начинаешь чувствовать себя старухой.

Мистер Саттертуэйт, на которого изливались эти признания, галантно запротестовал.

— Невозможно поверить! — с поклоном сказал он.

— Вы льстец, — обронила леди Стренли, впрочем, несколько рассеянно, словно голова ее была занята чем-то другим.

Мистер Саттертуэйт окинул одобрительным взглядом стройную фигуру собеседницы. Даже предательское каннское солнце не высвечивало в ее облике ни единого изъяна. С некоторого расстояния она казалась совсем юной, можно было даже усомниться, взрослая ли это женщина или девочка-подросток. Мистер Саттертуэйт, которому вообще очень многое было известно, прекрасно знал, что по возрасту леди Стренли вполне могла бы уже иметь взрослых внуков. Она как бы олицетворяла собою торжество искусства над природой: благодаря труду над ее восхитительной фигурой и цветом лица обогатилось немало салонов красоты.

Таинственный мистер Харли Кин появляется и исчезает внезапно. Недаром его имя так похоже на «Арлекин». Он всегда выступает другом влюбленных, но появление его ассоциируется со смертью. Сама Агата Кристи считала этого загадочного мистера одним из любимых своих персонажей.

— Вот послушайте!

Отставив руку с газетой в сторону, леди Синтия Дрейдж зачитала:

«На этой неделе мистер и миссис Анкертон устраивают прием гостей. В Гринуэйз съедутся: леди Синтия Дрейдж, мистер и миссис Ричард Скотт, кавалер ордена „За боевые заслуги“ майор Портер, миссис Стэйвертон, капитан Алленсон и мистер Саттертуэйт».

— Будем хоть знать, кого они наприглашали, — небрежно отбросив газету, заметила леди Синтия. — Да уж, в хорошенькой мы оказались компании!

Мистер Саттертуэйт так до конца и не понимал, что заставляет его ездить к Денменам. То были люди не его круга. Они не принадлежали ни к высшему свету, ни к артистической элите — словом, самые заурядные обыватели. Мистер Саттертуэйт познакомился с ними в Биарицце и принял их приглашение. Приехав в гости, он тут же смертельно заскучал, однако вскоре почему-то приехал опять и вот теперь едет снова.

Почему? — спрашивал он себя двадцать первого июня, выезжая из Лондона на своем «роллс-ройсе».

«Мистер Саттерсвейт от досады дважды издал звук, похожий на кудахтанье. Так это или нет, но он все больше склонялся к мысли, что старые автомобили куда надежнее новых. Доверять можно только тому, что прошло испытание временем. Старые автомобили, они тоже с капризами, но все их капризы известны, понятны, и, если за машиной следить, ничего особенного не случится. А вот новые! Сколько штучек, окошки с форточками, сверкающая панель, которая выглядит-то замечательно, но непривычная и неудобная, рука тянется не туда, куда надо, и не сразу находит, где включаются дворники, где ближний свет и так далее. Почему-то все это на ней находится там, где меньше всего ожидаешь найти. А уж если вдруг ваше новое блестящее чудо забарахлит, механики в гараже с удивительным постоянством начинают твердить все одно и то же: „Зубки-то еще не прорезались. Отличная машина, сэр, просто супер. Последнее слово техники. Но вот зубки еще не прорезались. Ха-ха-ха“. Будто машина – это какой-нибудь вам младенец…»

Другие книги автора Агата Кристи

В третий том Собрания сочинений Агаты Кристи вошли романы «Тайна голубого экспресса» (1928), «Тайна Семи циферблатов» (1929), «Убийство в доме викария» (1930).

Агата Кристи была великой женщиной. Мало кто мог столь успешно совмещать две, казалось бы, взаимоисключающие роли: автора леденящих душу детективов и образцовой домохозяйки. «Десять негритят» сама писательница считала лучшим своим произведением. Читатели вполне солидарны с ней – у книги лучшие продажи. Итак, скалистый остров, на котором собрались десять незнакомых друг с другом людей. Они не знают, что им предстоит повторить судьбу персонажей известного детского стишка про десять негритят.

Кому понадобилась смерть тихого отставного военного, никому не делавшего зла и на досуге составлявшего кроссворды? Как получилось, что это убийство было предсказано во время спиритического сеанса, со скуки устроенного группой молодых людей? Кто все-таки сможет разгадать сложнейшую «Загадку Ситтафорда»?

Остросюжетный политический детективно-приключенческий роман Агаты Кристи. Интересы трёх стран, двух злодейских организаций, результаты одной кражи, двух убийств и дворцовых интриг сворачиваются клубком в замке Чимниз. Среди главных героев один из любимейших детективов Агаты Кристи — суперинтендант Баттл. И всё это пересыпано прекрасным чёрным юмором.

© Карамазов

В тот вечер была жуткая погода. За окнами противно завывал ветер, а дождь со страшной силой лупил в окна.

Мы с Пуаро сидели перед камином, протянув ноги к его живительному огню. Между нами располагался низенький столик. С моей стороны на нем стоял отлично приготовленный горячий пунш, а со стороны Пуаро дымился густой ароматный шоколад, который я не стал бы пить даже за сотню фунтов! Отхлебнув из розовой фарфоровой чашки глоток этой густой коричневой жижи, Пуаро удовлетворенно вздохнул.

Суперинтендант Баттл, чья работа в полиции связана с расследованием преступлений, имеющих тонкую политическую подоплеку, снова в деле! Ему предстоит расследовать «чисто английское убийство», совершенное прутом от каминной решетки…

«… Опустившись в кресло перед камином, мистер Тревис подвинул к себе поднос с письмами.

Мысленно он все еще продолжал развивать тему, кратко обрисованную им в клубе.

«Возможно, именно сейчас, – думал мистер Тревис, – некая драма… некое убийство находится в стадии приготовления. Если бы я решился написать одну из тех развлекательных историй о кровавом преступлении, то непременно начал бы с того, что некий пожилой джентльмен сидел перед камином и распечатывал свою почту… приближаясь, без ведома для себя, к той самой нулевой точке…»

Разрезав конверт, он извлек письмо и рассеянно смотрел на исписанный лист бумаги.

Внезапно выражение его лица изменилось. Он словно вернулся из мира фантазии в реальный мир.

– О боже, – сказал мистер Тревис. – Какая досада! Какое исключительно неприятное известие! После стольких лет!.. Да, придется менять все мои планы. …»

Смерть под развалинами во время бомбежки, убийство в маленькой сельской гостинице странного незнакомца, схватка за наследство между юной вдовой и родственниками миллионера, дело о пропавшем без вести муже… В калейдоскоп событий оказывается втянут даже сам Эркюль Пуаро. Но природная наблюдательность к мелочам поможет великому сыщику распутать клубок загадок.

Две смерти – обыденная и загадочная. Пассажир метро, упавший под колеса поезда, и странное убийство туристки в старинном английском замке. Казалось бы, как могут быть связаны между собой столь разные происшествия? Ключ к разгадке тайны – человек в коричневом костюме!

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

Журналистка Алена Соколова, оказавшись в центре расследования обстоятельств гибели своей соседки, решает сама выяснить, кто убийца. Очевидно одно — смерть Ольги далеко не первая и не последняя в череде загадочных убийств девушек, снявшихся в рекламе фирмы «Тендер». Алена приходит к мнению, что все нити ведут на студию «Степ», которая снимает эти рекламные ролики. Не долго думая, отважная журналистка решает сняться в рекламе, чтобы поймать преступника с поличным в тот момент, когда он явится ее убить…

Женщину предупреждают о том, что она будет убита, будущая жертва обращается за помощью к частным детективам, но ее ничто не может спасти, даже то, что в ночь убийства она делила постель со своим защитником…

Таинственный незнакомец просит частных сыщиков раскрыть убийство, совершенное в некоем закрытом роскошном пансионате. Сибиряк, москвич, вор, мент и бандит проводили в нем «деловое совещание», и по ходу его одного из них убивают… в постели горничной. Сыщиков вместе с постояльцами запирают на некоторое время в «золотой клетке», но раскрывать им приходится уже тройное убийство.

А что объединяет эти два дела? Конечно, замечательный сыщик Максимов, который с коллегами блистательно их расследует.

Книга посвящена проблемам борьбы с преступностью среди молодежи. Герои повести — сотрудники уголовного розыска Арсентьев, Таранец и другие, работающие по раскрытию квартирных краж. В повести рассматривается ряд вопросов, связанных с причинами и условиями нравственных срывов, провалами человеческой совести, драмами людей, утративших верные жизненные ориентиры.

В сборник вошли две детективные повести Светланы Алешиной из серии «Папарацци» о расследованиях главного редактора криминальной газеты «Свидетель» Ольги Бойковой.

«Винтовая лестница» — один из лучших и, пожалуй, наиболее жестоких романов Мэри Робертс Райнхарт. Летний отдых в деревне нарушает цепь загадочных убийств. Безумие одного человека и тайна запертой комнаты.

Илья Деревянко. «Мордоворот». Приключенческая повесть из жизни рэкетиров.

Художники Алексей Филиппов, Роман Афонин.

http://metagalaxy.traumlibrary.net

А. Беркхоф — журналист и профессор Высшей торговой школы. Его всегда интересовала социальная тематика. И после наблюдений и выводов во время путешествий по Северной Африке, Мексике, Индии, социальные различия стали основной темой его романов.

Данный роман из сборника "Убийство в купе экспресса".

Солдатами невидимого фронта назвал работников милиции автор одного из очерков, собранных в этой книге.

Мы, советские люди, за полвека своей истории вынуждены были так часто воевать, столько раз отражать вооруженные нападения врагов, что слово «фронт» естественно вошло в наш быт. И в мирное время мы привычно говорим: «На трудовом фронте» или: «Фронт борьбы за коммунизм».

Понятие фронта неразрывно связано с представлением об упорной борьбе, об опасностях, о человеческом мужестве. В этом смысле у нас и в мирной жизни немало подлинно «фронтовых» профессий. На фронте борьбы со стихией постоянно сражаются летчики, моряки, полярники, альпинисты. Их борьба трудна, их противник силен и беспощаден, но фронт у них — «видимый», поскольку можно нанести на карту циклоны и тайфуны, грозы, ледовую обстановку и крутизну горных склонов.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дэвид Лэтимер попадает в дом, из которого нельзя выбраться. Кому же понадобилось такое заточение?

Спокойствие тихого мирного Бамфорда снова нарушено: могильщики братья Лоу обнаружили на старинном кладбище, где давно никого не хоронят, останки неизвестной женщины, убитой и погребенной предположительно лет двенадцать назад. Пожилая миссис Этеридж вспомнила, как примерно в то же время она увидела в кладбищенской церкви ночью горящую на алтаре свечу и букет космей. Это навело ее на мысль, что в городке действует сатанинская секта. Мередит Митчелл и суперинтендент Алан Маркби принимаются задело: им предстоит установить личность погибшей и найти убийцу…

Мужественная семилетняя девочка, Тия Кейд, дочь знаменитых космических археологов, заразившись инопланетным вирусом, тяжело заболевает. Единственный способ спасти этого талантливого и не по годам развитого человечка — поместить в капсулу, чтобы затем сделать «мозгом» космического корабля. Однако никто не хочет брать на себя ответственность — обычно капсульниками становятся только дети младенческого возраста и нет гарантий, что Тие удастся адаптироваться в этом новом качестве. Но сила воли, энергия мечты и добрые друзья, которые в нее верят, позволяют Тие начать новую, полную опасных приключений и ярких эмоций жизнь и найти сокровища, которые не снились никаким археологам.

Для чтения данного произведения нужна особая подготовка: подвяжите чем-нибудь живот, чтобы не лопнул от смеха, укрепите изолентой нижнюю челюсть, чтобы не свело от хохота, ибо читать без оного данное произведение невозможно. Максимальная плотность «болтов» и шуток на каждой странице, что доставляет несравненное удовольствие. Даже биография профессора Донды, история его рождения заставляет рыдать в истерике, не говоря о его деяниях. Пересказывать что-либо о профессоре не имеет смысла, ибо лучшего самого Лема это никто не сделает.

© ozor