Час ожидания

Час ожидания
Автор:
Перевод: Н. Лунгина
Жанр: Драматургия: прочее
Год: 1990
ISBN: 5-280-01217-3

В пьесах, специально написанных для радио, Бёлль, пожалуй, не вносит ничего нового в проблематику своего искусства, но существенно обогащает его формальные возможности, добиваясь редкой естественности воссоздания жизни в узких рамках драматургического диалога, где не остается места для лирических отступлений, описания, вообще для авторской речи, где «работает» только голос персонажей и воображение читателя.

Отрывок из произведения:

Тихий закуток перед окошком камеры хранения на большом вокзале. Время от времени сюда доносится приглушенный грохот составов, перестук колес, далекий голос диктора, объявляющего о прибытии или отправлении поездов, топот пассажиров. То и дело со скрипом отодвигается и задвигается заслонка окошечка камеры хранения.

Носильщик. Так я сдаю ваши чемоданы?

Хрантокс. Подождите.

Носильщик. Еще не решили?..

Другие книги автора Генрих Бёлль

Послевоенная Германия, приходящая в себя после поражения во второй мировой войне. Еще жива память о временах, когда один доносил на другого, когда во имя победы шли на разрушение и смерть. В годы войны сын был военным сапером, при отступлении он взорвал монастырь, построенный его отцом-архитектором. Сейчас уже его сын занимается востановлением разрушенного.

Казалось бы простая история от Генриха Белля, вписанная в привычный ему пейзаж Германии середины прошлого века. Но за простой историей возникают человеческие жизни, в которых дети ревнуют достижениям отцов, причины происходящего оказываются в прошлом, а палач и жертва заказывают пиво в станционном буфете.

«Глазами клоуна» — один из самых известных романов Генриха Бёлля. Грустная и светлая книга — история одаренного, тонко чувствующего человека, который волею судеб оказался в одиночестве и заново пытается переосмыслить свою жизнь.

Впервые на русском языке роман в классическом переводе Л. Б. Черной печатается без сокращений.

В романе "Групповой портрет с дамой" Г. Белль верен себе: главная героиня его романа – человек, внутренне протестующий, осознающий свой неприменимый разлад с окружающей действительностью военной и послевоенной Западной Германии. И хотя вся жизнь Лени, и в первую очередь любовь ее и Бориса Котловского – русского военнопленного, – вызов окружающим, героиня далека от сознательного социального протеста, от последовательной борьбы.

Во второй том Собрания сочинений Г. Бёлля входят произведения, написанные им в 1954–1958 гг. Это роман «Дом без хозяина», повести «Хлеб ранних лет» и «В долине грохочущих копыт», «Ирландский дневник», рассказы, эссе. В эти годы Г. Белль все больше обращается в своем творчестве к современным проблемам ФРГ, пишет много статей, посвященных политической ситуации молодой республики.

Рассказ «Молчание доктора Мурке» опубликован в декабрьском номере журнала «Франкфуртер хэфте» за 1955 год. В русском переводе — «Иностранная литература», 1956, № 7.

Перевод с немецкого С. Фридлянд

«Я клоун и собираю мгновения», – говорит о себе Ганс Шнир, нищий артист, «свой среди чужих, чужой среди своих», блудный сын богатого общества крупных буржуа, герой одной из лучших, самых пронзительных и горьких европейских книг ХХ века.

Действие впервые опубликованного в 1963 году романа Бёлля, который критики называли «немецким «Над пропастью во ржи», происходит в течение всего лишь одного дня жизни Ганса, но этот день, в котором события настоящего перемешаны с воспоминаниями о прошлом, подводит итоги не только жизни самого печального клоуна, но и судьбы всей Германии, – на первый взгляд счастливой и процветающей, а в действительности – глубоко переживающей драму причастности к побежденному, но еще не забытому «обыкновенному фашизму»…

Роман «И не сказал ни единого слова…» и повесть «Хлеб ранних лет» — одни из первых произведений известного немецкого писателя Генриха Бёлля — посвящены событиям в послевоенной Германии, людям, на чьих судьбах оставила неизлечимые душевные раны война. Герои этих его произведений упрямо сопротивляются отчаянию, не теряют надежды на возможность лучшей, более разумной, более человечной жизни.

Из подвала на него пахнуло спертым кислым воздухом; он медленно спускался по липким ступеням, нащупывая путь в желтоватом мраке; откуда-то сверху капало, — должно быть, крыша прохудилась или лопнула водопроводная труба; вода смешалась с пылью и мусором, и ступени от этого стали скользкими, как дно аквариума. Он прошел дальше. Из двери позади него падал слабый свет, справа, в полутьме он увидел табличку: «Рентгеновский кабинет, просьба не входить». Он подошел поближе к свету, свет был желтый, мягкий, и по мерцанию он понял, что, должно быть, горит свеча. Идя дальше, он заглядывал в темные помещения, где можно было различить наваленные в беспорядке стулья, кожаные кушетки и сплющенные шкафы.

Где-то там впереди начинался фронт. Всякий раз, как колонна грузовиков застревала в деревне, где по колено в грязи суетились фельдфебель и солдаты с равнодушно-жестокими лицами, он решал, что они прибыли. Но колонна неизменно приходила в движение вновь, и от этого делалось страшно, ведь давно уже звуки боя слышались совсем рядом. Они миновали позиции тяжелой артиллерии, и теперь залпы орудий громыхали сзади, там, откуда тянулась колонна. А они упорно продвигались вперед. Было холодно, шинель не грела, как бы он ни старался укутаться получше и поднять куцый воротник. В тонких перчатках коченели руки, даже курить не хотелось, так было холодно, к тому же он чудовищно устал, глаза слипались, а задремать никак не удавалось, настолько ему было плохо. Его подташнивало от бензиновой вони, тревога неопределенности росла, никто из сидевших в кузове не пытался теперь нарушить молчание, а ведь обычно они не закрывали рта. Еще совсем недавно, в эшелоне, они гоготали дни напролет, хвастались своими женщинами и героическими подвигами, роскошными квартирами, оставшимися дома, и потрясающими профессиями. У всех без исключения оказались в прошлом роскошные квартиры и распрекрасные специальности, зато сейчас они здорово присмирели, и по прерывистому дыханию слышно было, как все дрожат от холода. Машину подбрасывало на ухабах. Полуметровый слой грязи весь разворотили танковые гусеницы, лишь время от времени попадался след копыт. Бедные лошади, подумал он. Ему и в голову не пришло пожалеть солдат, месивших эту грязь ногами. Им повезло, что они на грузовике, но может, лучше было бы тащиться пешком, хоть немного согрелись бы дорогой и не так быстро продвигались вперед…

Популярные книги в жанре Драматургия: прочее

Пьеса в пяти действиях

По мотивам Александра Сумарокова

«В доме Мацневых на Посадской улице. Четверг Страстной недели, сияющий апрельский день; время к заходу солнца.

Просторный, провинциально обставленный зал-гостиная; у окон много зимних цветов, среди коих фуксия и уже зацветшая герань. Одно окно выходит в стеклянный коридор, идущий вдоль всего дома и кончающийся парадным крыльцом; другие четыре окна выходят на улицу – немощеную, тихую улицу, с большими садами и маленькими мещанскими домишками. Сейчас все заняты тем, что выставляют первую зимнюю раму. Собрались: сам Мацнев, Николай Андреевич, высокий, полный, красивый еще человек, со смуглым цыганским лицом; видимо, обычно носит русский костюм, но сейчас домашне и привычно распущен: красная шелковая, полурасстегнутая в вороте рубашка без пояса, широкие черные шаровары, внизу завязанные тесемочками…»

Великий полководец Амфитрион с триумфом возвращается с войны. Он ждёт у города, чтобы войти в него, в соответствии со всеми полагающимися традициями. В это время к его жене, прекрасной Алкмене, проникает Юпитер, принявший образ Амфитриона. При помощи Меркурия, сопровождающего его, он хочет завладеть красавицей, чей настоящий муж давно уже холоден к ней и больше занят войной и своей славой. Так перед нами начинает разворачиваться классическая комедия, посвящённая, на самом деле, современным и, прежде всего, семейным проблемам, не потерявшим своей актуальности до сих пор.

Петер Хакс – немецкий драматург, поэт и эссеист. В 60-е годы стал основателем социалистического классицизма и считался одним из наиболее значительных драматургов ГДР. Длительное время Хакс был единственным современным писателем, чьи произведения ставились на театральных подмостках не только ГДР, но и ФРГ. Всемирную известность Хаксу принесла его пьеса «Разговор в семействе Штейн об отсутствующем господине фон Гёте».

Перевод с немецкого Эллы Венгеровой

Пьеса «Фредегунда» – еще одно обращение Петера Хакса к событиям давно минувших дней. В центре сюжета – реальная историческая личность – Фредегунда. Дословно это имя переводится со старого верхнего немецкого, как «мирная воительница». Фредегунда была королевой франков в VI веке. Но в начале своего пути она была лишь простой наложницей. Фредегунда погубила жену франкского короля Галсвинту и заняла ее место, нажив себе врагов и продолжив борьбу за власть, которую она получила.

Лидия Мартин, знаменитая актриса. Слегка за 50 или 60.

Даниэл, её сын. 20 с небольшим. Обаятельный, хорошо воспитанный.

Катерина, личный костюмер Лидии.

Пол, отец Даниэла, чуть моложе Лидии.

Роже, режиссёр спектаклей с участием Лидии.

Чарльз, жених Лидии. Весьма почтенного возраста. Очень богат.

Барри, агент Лидии.

Декорации

Действие пьесы не привязано к какому-то конкретному месту или времени. Однозначно может происходить как в наше время, в современной обстановке, так и во второй половине прошлого столетия. И время, и место действия — всецело во власти и видении режиссёра и художника спектакля. В зависимости от выбранного времени может, в определённой степени, меняться и язык героев пьесы.

В разгар Второй Мировой войны в Берлин на встречу с Гитлером приезжает Муссолини. Пока фюрер и дуче заняты своими делами, их любовницы, Ева Браун и Клара Петаччи, коротают время в обществе друг друга и солдата, приставленного прислуживать им и не спускать с них глаз. Постепенно легкомысленная женская болтовня приобретает зловещее звучание.

Постановки и публикации: пьеса написана для Citizens Theatre в Глазго, где и была поставлена впервые — премьера состоялась 20 января 1978 года. Премьера в Вест-энде в Лондоне состоялась 28 апреля 1982 года; в спектакле были заняты Гэри Олдман, Гленда Джексон и Джорджина Хейл.

В России постановок и публикаций нет.

Сцена: Начало разгульных выходных недели праздника Марди Гра[1] во Французском Квартале Нового Орлеана. Занавес открывает нам гостиную в мягком голубоватом свете заходящего солнца южной весны: этот свет льется внутрь сквозь стекла французских дверей, выходящих в патио, представляющее собой миниатюрный японский сад с прудиком, где плавают рыбки, родником, плакучей ивой и даже небольшим изогнутым мостиком, украшенным бумажными фонарями. Интерьер гостиной также выполнен в японском или псевдо японском стиле, с бамбуковой мебелью, низкими столиками, соломенными циновками, и глянцевыми вазами различных форм: в их белом и бледно-голубом фарфоре красуются искусственные ветви цветущего кизила, либо вишни, и длинные прутья красной вербы с серебристыми почками — все специально подобрано в нежных, пастельных тонах. Занавеска из бисера или бамбука отделяет маленькую спальню, укрытую в глубине сцены. Расстроенное механическое пианино играет мелодию «Несчастная Баттерфляй»: она звучит до тех пор, пока на сцене не появляется Кэнди — новоорлеанская «королева[2]

Две одноактные пьесы Теннесси Уильямса «Тень Чехова» (1939) и «Я восстаю из пламени, рыдающий феникс» (1940) можно считать своеобразной дилогией, если помнить о том, что художник проходит ученичество у близких ему по духу творцов. Один из самых «американских» писателей, наряду с Уильямом Фолкнером, ярчайший представитель южной литературной школы США, Теннесси Уильямс избрал для себя в качестве литературных наставников английского писателя Дэвида Герберта Лоуренса и А. П. Чехова.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Продолжение истории перерожденного Нейла Ренфо – Айяра и других ему подобных. Погибает Вечная Ифтсайга – твердыня, которую не смог разрушить древний враг, последняя надежда цивилизации ифтов. Чтобы возродить жизнь на планете, нужны воспоминания и умения двух разных рас.

Коммунистическое сверхгосударство, построенное тяжкими усилиями и неисчислимыми жертвами русских и, прежде всего, великороссов, распалось при молчаливом взирании вконец уставшего и ошалелого от всего происшедшего народа, под улюлюканье свободной и успешно направляемой верхами прессы. Вместо мощного монолита — груда «суверенных» обломков, предлагающих себя на распродажу загранице, мировому и теневому капиталу. Исполнилось, свершилось то, о чем мечтали реформаторы-«западники» все пять лет перестройки и о чем могли только грезить наши западные и восточные соседи все годы после революции и до нее. Момент торжества «общечеловеческих принципов», мгновенье сначала затаенной, но скоро бурно прорвавшейся радости Америки и Европы и миг призрачной славы Президента СССР Михаила Горбачева.

Разобраться с самыми удивительными загадками нашего времени, понять причину многочисленных аномальных явлений (АЯ) пытались многие ученые, популяризаторы, эзотерики, оккультисты и контактеры; количество книг и статей на эту тему с трудом поддается подсчету. Фактов много, но систематизировать и осмыслить весь материал чрезвычайно сложно. Данная книга, в которой приведены статьи о загадочных, необычных, странных местах и фактах, прямо или косвенно связанных с проблемой изучения АЯ, расследуются как реальные события, так и "запущенные в широкий оборот" небылицы. Это - одна из попыток систематизации опыта исследователей, первая аномалистическая энциклопедия на русском языке и первая энциклопедия в мире, для написания которой были организованы более сотни исследовательских экспедиций. Поскольку в энциклопедии приведены адреса исследовательских организаций и советы начинающим, фактически эта книга - приглашение к читателям разобраться с обозначенными научными проблемами совместными усилиями.

Когда оказываешься перед выбором, и тебя подталкивают сделать ошибку, а та, которую любишь, живет не только тобой, но ты узнаешь об этом в самый неподходящий момент…

Когда тебя подставили, и нет ни алиби, ни доказательств невиновности, а друг делает карьеру, используя твое доверие в своих подлых планах…

Когда мечта исполняется ценой гибели человека, а сны предвещают смерть…

Когда оружие направлено на врага, но пуля выбирает тебя…

Остается одно — не верить! Тогда появится возможность выжить, а все «доброжелатели» сгорят в аду.