Чародей Голод

Чародей Голод

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Отрывок из произведения:

Широко раскинулись огромные палаты именитого боярина Коршуна. Богат и знатен боярин. Много у него всякого добра казны в больших укладках и ларцах напрятано. Много тканей, бархата, парчи, мехов собольих да куньих да камней самоцветных и зерен жемчужных схоронено под крышками тяжелых кованых сундуков. По всему дому, неслышно скользя, снуют челядинцы (слуги) боярина. Много их у него. И все-то они сыты, одеты и обуты. Для всех их много хлеба и всякой снеди в амбарах и кладовых боярских припасено.

Рекомендуем почитать

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Другие книги автора Лидия Алексеевна Чарская

Повесть о приключениях маленькой девочки, оставшейся без родителей в сибирской тайге.

Лидия Чарская была в предреволюционные годы самой популярной детской писательницей в России. Повесть «Записки маленькой гимназистки» — одно из лучших ее произведений. История девочки-приемыша привлекает читателей своим лиризмом, чистосердечностью. Это правдивый рассказ о том, как учились, как жили русские дети в начале XX века.

Рассказ из сборника «Гимназистки».

Русская писательница Лидия Чарская (1875–1937), творчество которой долгие десятилетия было предано забвению, пользовалась в начале века исключительной популярностью и была «властительницей сердец» юных читателей. Вошедшие в книгу повести «Записки институтки» и «Люда Влассовская» посвящены жизни воспитанниц Павловского института благородных девиц, выпускницей которого была и сама писательница. С сочувствием и любовью раскрывает она заповедный мир переживаний, мыслей и идеалов институтских затворниц. Повести Чарской, написанные добротным русским языком, воспитывают чувство собственного достоинства, долга и справедливости, учат товариществу, милосердию, добру.

Книга адресована прежде всего юному читателю, но ее с интересом прочтут и взрослые.

Лидия Алексеевна Чарская (1875–1937) – детская писательница и поэтесса, актриса. Семь лет Лидия провела в Павловском женском институте в Петербурге. Впечатления от институтской жизни стали богатым материалом для её будущих книг. Произведения Лидии Чарской пользовались огромной популярностью у юных читателей. Героиня книги «Княжна Джаваха» (1903) – смелая, не по годам мудрая девочка Нина, которая очень хорошо знает историю своего рода и всегда готова защитить своих друзей и близких! На её долю выпадают непростые испытания: смерть матери, тяжёлый характер бабушки, переезд из родной и милой сердцу Грузии в институт в Санкт-Петербург. Но, несмотря ни на что, Нина всегда остаётся верна себе и своему сердцу!

Жила в роскошном замке маленькая принцесса Эзольда, хорошенькая, нарядная, всегда в расшитых золотом платьях и драгоценных ожерельях. Словом, настоящая сказочная принцесса — и, как все сказочные принцессы, недовольная своей судьбой.

Совсем избаловали маленькую Эзольду. Баловал отец, баловала мать, баловали старшие братья и сестры, баловала угодливая свита. Чего ни пожелает принцесса — мигом исполняется…

Я помню маленькую светлую комнату, всю залитую лучами весеннего солнышка. Высокая, полная женщина укладывает меня в кроватку и, гладя мою белокурую головку, шепчет сквозь слезы:

— Бедная, бедная моя сиротка!

Эта полная женщина с добрым лицом — моя няня… Она так ласково смотрит на меня.

— Покойной ночи, нянюшка, — говорю я, протягивая к ней руки, и она целует меня и крестит.

Я знаю, что няня любит меня теперь еще больше, гораздо больше прежнего, с тех пор как умерла моя милая, дорогая мамочка…

Люди всегда задавали себе вопросы: можно ли во имя хорошей цели совершать плохие поступки? Если мой друг голодает, то можно ли украсть яблоко, чтобы помочь другу? Сколько ни думали, а ответы были разные: одни говорили — можно, а другие — нельзя. Но великая книга человечества Новый Завет отвечает на этот вопрос однозначно: нельзя. Прекрасная цель не оправдывает дурных средств.

Популярные книги в жанре Сказка

Маргарита Каганова

Сказка про Экибана-дурака и Мицубиси-прекрасную

И было у отца 7 сыновей: Тосиро, Танако, Акива, Синуэ, Куюто, Раюку, и младшенький - Экибан-дурак. Все сыновья люди как люди, работали в отцовской фирме, один Экибан ничего делать не хотел, только целый день напролет мечом размахивал. Сидел он как-то перед телевизором, который братья собрали, и смотрел мультфильм с маленьким существом, существо красными глазками подмигивало. И только, убоявшись, хотел Экибан-дуpак выключить телевизоp, как существо и говорит человечьм голосом: Hе делай этого, Экибан-дурак, я тебе еще пригожусь. И превратилась тут же в Мицубиси-прекрасную. Hедолго радовался Экибан-дурак, потому что погрустнела вдруг его Мицубиси и пpоизнесла печальным голосом, глядя вдаль:

Григорий Остров

Похождения мэнээса

Сказка

Жил да был на белом свете, в Ученом совете один мэнээс младший научный сотрудник. И не было у него ни жены, ни квартиры, ни денег - ничего не было. Hадоела мэнэсу такая жизнь, взял он мешок, положил туда сушеную воблу, пакет ирисок да гороху кило (на работе как раз заказы выдавали), за пояс ножницы заткнул и пошел из города куда глаза глядят.

Шел он, шел и пришел на развилку трех дорог. Видит - стоит бетонный столб, а на столбе указатель:

Джанни Родари

Давай придумывать числа

- Давай придумывать числа!

- Давай. Чур, я первый. Чуть не один, чуть не два, чуть не три, чуть не четыре, чуть не пять, чуть не шесть...

- Э! Слишком маленькие числа. Слушай, какие у меня: биллиардон миллиардонов, сексильярд сексилионов, квинтильон биквинтильярд.

- Подумаешь! А я могу таблицу умножения сочинить. Вот:

Трижды один "Едут в Берлин".

Трижды два "Лев и Сова".

Джанни Родари

Дом на слом

Одно время в городе Бусто Арсицио ребята так все портили, ломали и рвали, что горожане не на шутку встревожились. Не подумайте, что мы говорим о подметках, штанах и школьных ранцах. Нет! Когда эти ребята принимались играть в футбол, летели стекла, за столом они били тарелки, в кафе - стаканы, и если пока еще не разбивали стен, то только потому, что под рукой у них не было молотков.

Родители просто не знали, как быть и что предпринять, и под конец обратились к городскому голове.

Джанни Родари

Дома и дворцы

Как-то зашел я в богадельню навестить закадычного своего друга, одного старого каменщика. Не виделись мы... даже не помню уж, сколько лет мы не виделись.

- Ну, все разъезжаешь? - спрашивает он меня.

- Да, только что из Парижа.

- О! Париж! Я тоже там был. Давно, правда. Мы там строили дворец. Ох, и дворец! На самом берегу Сены. Уж кто там теперь живет - не знаю. Ну, а еще где ты был?

Джанни Родари

Масляные человечки

Случилось так, что великий путешественник и знаменитый первооткрыватель Джованнино Бездельник очутился в Стране масляных человечков. На солнце они таяли, поэтому им всегда приходилось прятаться в тени. Для пущей безопасности все они поселились в городе, где вместо домов стояли холодильники. Джованнино бродил по улицам этого города, заглядывал в окошки и видел, как масляные человечки сидят в своих домах-холодильниках и у каждого на голове грелка со льдом. На дверце каждого холодильника висел телефон, чтобы можно было перезваниваться с хозяином дома.

Джанни Родари

Сакала, пакала

Двое ребятишек сидели как-то в тихом дворике и придумывали новый язык. Кроме них, этот язык не должен был понимать ни один человек на земле.

- Сакала, лакала, - сказал один.

- Пакала, сакала, браф! - ответил другой.

И оба покатились со смеху.

Неподалеку от них, на балконе второго этажа сидел старый добры синьор и читал газету. А в доме напротив смотрела из окна старая синьора, обыкновенная, ни добрая, ни злая.

Джанни Родари

Солдатское одеяло

Когда кончились все войны, солдат Винченцо Да Джакомо вернулся домой. Вернулся он в драной армейской форме, с сильным кашлем и с солдатским одеялом. Кашель и прожженное одеяло - вот и все, что он заработал за долгие годы войны.

- Теперь-то уж я отдохну, - сказал он своим домашним.

Но кашель не давал ему ни минуты передышки и меньше чем в три месяца свел его в могилу. Жене и детям осталось от солдата только старое одеяло. Ребят у вдовы было трое, а самому младшему, тому, что родился между двумя войнами, только-только исполнилось пять лет. Солдатское одеяло досталось ему.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

1929 год.

Любовь к истине — не потребность в достоверности, и крайне неосторожно смешивать одно с другим.

Истину любишь тем больше, чем яснее сознаешь, что никогда не достигнешь абсолютного, хотя на поиски его толкает нас истина неполноценная.

Сколько раз мне приходилось замечать, что религиозные люди, в особенности католики, тем слабее тянутся к этой ублюдочной (однако единственно доступной) истине, чем сильнее они убеждены в обладании истиной высшей, подчинившей себе осязаемый мир и наше о нем представление. Да и понятно: тот не производит наблюдений над молнией, кто верит, что она послана богом, тот не следит ни за прорастанием зерна, ни за метаморфозами насекомого, кто во всех явлениях природы видит только непрерывное чудо и слепое подчинение вечному вмешательству божества.

Сочинения Юза Алешковского долгое время, вплоть до середины 90 – х, издавались небольшими тиражами только за рубежом. И это драматично и смешно, как и сама его проза, – ведь она (так же, как произведения Зощенко и Вен. Ерофеева) предназначена скорее для «внутреннего употребления». Там, где русской человек будет хохотать или чуть не плакать, американец или европеец лишь снова отметит свою неспособность понять «этот загадочный народ». Герои Алешковского – работяги, мудрецы и стихийные философы, постоянно находятся в состоянии локальной войны с абсурдом «совковой» жизни и всегда выходят из нее победителями. Их причудливые истории, сдобренные раблезианской иронией автора, – части единого монолога – исповеди; это язык улицы и зоны, коммунальных кухонь и совканцелярий, язык и голос, по словам Бродского, «русского сознания, криминализированного национальным опытом… издевающегося над самим собой и, значит, не до конца уничтоженного».

1933 год.

F. V. удивляет богач, высказывающийся за коммунизм. Он находит это смешным. Не может от этого опомниться.

Меня же гораздо больше удивляет тот богач, который объявляет себя христианином, т. е. последователем того, кто утверждал, что ни один богач не может быть его сторонником, и кто ответил богатому юноше, спросившему у него, как ему жить: «Продай все достояние твое, а деньги раздай неимущим». Юноша, как сказано в Евангелии, возвратился в глубокой печали, ибо обладал большим состоянием. Ведь и коммунизм и христианство проповедуют разбогачивание. Но в то время как коммунизм стремится отнять у богача его привилегии, христианство предлагает ему самому от них отрешиться. Если он этого еще не сделал, так чего же он ждет? А пока не сделал, как он смеет считать себя христианином?

Банда ультралевых террористов, захватив самолет направляется на Кубу; самолет терпит аварию над пустынным районом. Пассажиры из-за длительного кислородного голодания утрачивают человеческий облик и превращаются в вооруженных убийц…