Цена жестокости

Вячеслав Кондратьев

ЦЕНА ЖЕСТОКОСТИ

По образованию Вячеслав КОНДРАТЬЕВ - художник. По призванию и главному делу своей жизни - писатель, исвестный военной прозой: "Сашка", "Салжаровский тракт", "Отпуск по ранению", "Встречи на Сретенке". Сам фронтовик, первую книгу о войне, точнее, "своей войне" он задумал лишь через 20 лет после войны, когда почувствовал, что должен, просто обязан высказаться.

Русские писатели минувшего века неукоснительно следовали, как заповеди, словам великого Александра Пушкина "И долго буду тем любезен я народу, // Что чувства добрые я лирой пробуждал. // Что в мой жестокий век восславил я свободу // И милость к падшим призывал". Эти слова на века. Их благородным воздействием мы, мое поколение, - и в этом наше счастье! - надышались в отрочестве и юности. Наверное, именно это и помогло сохранить нашему поколению человечность в жестокостях и крови Отечественной войны, в самые тяжкие периоды жизни страны Пушкин, Толстой, Достоевский, Чехов заложили и развили в нас те нравственные начала, преступить которые означало бы потерять себя.

Другие книги автора Вячеслав Леонидович Кондратьев

— А вообще-то, можно сказать, деревню дуриком взяли, — пробурчал рядовой Мачихин, после того как все отдышались, пришли малость в себя и заняли оборону на другом конце взятой ими деревни.

Карцев, именовавший себя ласково Костиком, ничего на это не ответил, либо ему было не до разговоров, либо согласен был с Мачихиным.

Но только что подошедший политрук, такой же почерневший, как и все они, в ободранной о колючие заграждения шинели, пропустить такого не смог.

Военная проза Вячеслава Леонидовича Кондратьева (1920-1993) пропитана воспоминаниями о пережитом и воссоздает мир, в котором его героям приходиться сражаться, жить и умирать.

Тема повести о войне "Сашка" — сохранение нравственных основ в жестоком военном противостоянии. Главный герой — молодой солдат, вчерашний школьник, принявший на себя все бремя ответственности за судьбу Родины.

В книгу вошли две повести о войне «Сашка» и «Отпуск по ранению», главный герой которых – молодой солдат, вчерашний школьник, принявший на себя все бремя ответственности за судьбу Родины.

Для старшего школьного возраста.

В повести и романе Вячеслава Кондратьева читатель встретится с поколением людей, которых война лишила юности и которые в послевоенные годы вынуждены были заново приобретать навыки мирной жизни. Лихолетье опалило их, воспитало в суровой, зачастую в жестокой атмосфере. Однако они не стали грубее, равнодушнее. Их отличают непримиримость, неприятие приспособленчества, несправедливости — всего того, что было порождено эпохой, названной впоследствии сталинизмом.

Тем моим сверстникам, которым воевать было труднее, чем остальным, но воевавшим не хуже, а может, и лучше других

— На запад, ребята? — спросил Андрей.

— Наверно… Что смотришь так? Завидуешь?

— Завидую. Мне еще год трубить здесь.

— Нечего завидовать. На западе-то неспокойно.

— Ну, если там начнется, то и тут заваруха будет.

— Это уж точно…

Эшелон тронулся. Андрей смотрел, как вначале медленно, а потом все быстрей поплыли мимо него товарные вагоны с раздвинутыми дверьми, в проеме которых стояли за деревянным брусом красноармейцы — целая воинская часть подавалась на запад.

— Жалею я вас, ребятки, — говорил Мачихин. собирая свое нехитрое барахлишко в вещмешок. — Я, кажись, вроде отвоевался, а вам еще топать и топать…

Дело происходило в санбате, расположенном в семи километрах от передовой в деревеньке Пеньково. Мачихину минным осколком срезало пол-ладони правой руки, но два пальца остались — большой и указательный. Ежели и не спишут совсем, то быть ему нестроевым, в обозе, где война не такая уж страшная, хотя, конечно, и там всякое может случиться… Отправлялся он из санбата в тыл, в какой-то полевой эвакогоспиталь, до которого тащиться верст двадцать. Там, может, долечат, а может, отправят куда подальше. Здесь-то в санбате война давала о себе знать все время: и бомбили немцы деревеньку два раза, и тяжелой артиллерией обстреливали, ну и все время слышна была передовая, особенно по ночам.

Вячеслав Леонидович Кондратьев

ВСТРЕЧИ НА СРЕТЕНКЕ

Повесть

Володька шел по Сретенке, по главной своей улице... Если считать по нумерации домов, то начиналась она от Сретенских ворот, но для Володьки - от Колхозной, бывшей Сухаревской площади, где когда-то, впрочем не так давно, возвышалась знаменитая Сухаревская башня. Слева на углу магазин одежды, до революции Миляева и Карташева, до сих нор так и называемый москвичами "миляй-карташев". За ним шел магазин спорттоваров, потом молочный. Напротив, на правой стороне улицы - большой гастроном, бывший торгсин, затем столовая, банк, а пройдя мимо Большого Сухаревского переулка, кинотеатр "Уран". Чуть наискосок от него Селиверстов переулок, где был небольшой, но уютный пивной бар... Вообще вся Сретенка полна была магазинов, больших и маленьких, многие из которых сейчас закрыты. На углу Малого Головина переулка в сороковом году построили новую школу, куда влилась старая Володькина с 1-й Мещанской. Дальше, ближе к Сретенским воротам, букинистический магазин, часто посещаемый Володькой в довоенные времена, ну, а еще дальше, в Колокольном переулке, Дзержинский райвоенкомат, учреждение, памятное и важное для всех ребят их района.

У фронтового поэта Юрия Белаша есть стихотворение под названием "Что всего страшнее на войне". Один солдат говорит, что танки, другой, что бомбежка, третий про артобстрел, а четвертый, "табачком дымивший в стороне, и такой вдруг сделал вывод твердый: — Ну зачем вы говорите без толку? Ведь всего страшнее на войне — это когда, братцы, нет махорки…" Для меня же, испытавшего все, о чем спорят солдаты Ю. Белаша, самым страшным оказалось то, что я увидел в первый же рассвет на передовой, — раздетые до нижнего белья трупы наших солдат. Белье сливалось со снегом, а четко видны были лишь головы, кисти рук и ступни ног. Словно бы разъятые от тела, они страшными темными пятнами увиделись нам сквозь предрассветную серую дымку, и вид их ударил в сердце острой, не проходящей до сих пор болью…

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Я познакомился с Всеволодом Ивановым давно, в незапамятные времена «Красной нови».

В редакции этого толстого ежемесячника работало шесть человек. Это нисколько не мешало (а может быть, даже и помогало) тому, что «Красная новь» была превосходным журналом.

Редактировал его сначала А. Воронский, а в мое время Иван Беспалов. Я называю «моим временем» 1930 год, потому что тогда на страницах «Красной нови» появилась моя первая большая вещь. Она-то и послужила поводом к знакомству с Всеволодом Ивановым.

Иоанн Павел II стал значимой фигурой на международной арене ХХ – XXI века. Данный понтифик внес особый значимый вклад в мировую политику.

(Труды и подвиги достойной жизни святого и блаженного отца нашего архимандрита Григория, строителя Хандзты и Шатберди, и с ним многих блаженных отцов) I. Источник благ, Христос, бог всех тварей, насадил [корень мудрости] в природе истинных мудрецов; посему от совершенных мудрецов требуй осторожного мудрословия, а от глупцов, разумеющих [свою немощь?], того, чтобы они молчаливо слушали мудрых. Ныне глупцы мудрословят от себя, а мудрецам [предоставили] молчание: они не уразумели, что "мудрая речь – чистое серебро, а молчание – отборное золото", как сказал Соломон.

Впервые в кн.: Первые литературные шаги. Автобиографии современных русских писателей. Собрал Ф. Ф. Фидлер. М., 1911. Автограф: ЦГАЛИ, ф. 2567, оп. 2, ед. хр. 3.

Опубликованные сведения о жизни И. Ф. Анненского сравнительно скудны. Ниже приводятся данные еще не опубликованных документальных материалов, хранящихся в ЦГАЛИ, ЦГИАР и ГИАЛО. Факты семейной жизни и служебной деятельности И. Ф. Анненского выявлены и систематизированы А. В. Орловым, даты литературного творчества и данные из эпистолярного наследия И. И. Педольской. Указания на время написания и публикации критических статей Анненского здесь не приводятся, так как помещены в примечаниях к этой книге.

"Лёва умер в 90-м году и похоронен […] в Тюбингене. А родился он в 1921 году. Это была долгая жизнь, в ней было много тяжелого и много болезней. Но он был очень счастливым человеком, потому что его любили. Если вы прочтете "Спасенную книгу", вы тоже его полюбите. Ее рекомендую прочесть и тем, кто думает, что ценность и счастье человеческой жизни напрямую зависят от наличия и подвижности членов тела. Ее же рекомендую тайным и явным сторонникам эвтаназии. А тем, кто умеет любить "некрасивых ангелов" рекомендую книгу Льва Друскина в утешение. Упокой, Господи, душу ангела нашего Лёвушки!"

Юлия Вознесенская

В Москве на Новодевичьем кладбище на могиле известного русского поэта Велимира Хлебникова, умершего в 1922 году, лежит подлинная «каменная баба» – изваяние, сделанное неведомым скульптором без малого полторы тысячи лет назад…

Тот, кто видел и слышал оперу Бородина «Князь Игорь», вряд ли сможет забыть грозного половецкого хана Кончака, полные огня, дикие и грациозные половецкие пляски…

С начала XI века нашей эры половцы, или, как их еще называли, куманы или кипчаки, захватили южнорусские причерноморские степи, пройдя но широкому евразийскому степному коридору из глубин Средней Азии и Монголии. Отсюда, через прикаспийские, приазовские, причерноморские равнины испокон веков двигались к Дунаю кочевые ираноязычные и тюркоязычные племена.

Что, если принцесса не вышла замуж за прекрасного принца, а вместо этого решила полететь в космос? В этой книге собрано 100 сказок про 100 великих женщин, иллюстрированных 60 художниками со всего света. Эти сказки основаны на реальных женщинах, совершенно разных – от балерин до космонавтов, от древних королев до современных законодательниц моды. Коко Шанель, Мария Кюри, королева Елизавета и многие другие – всех их объединяет то, что они не боялись быть первыми, открывать новое и добиваться своего. Каждая из них добилась успеха в своем деле и помогла множеству людей обрести веру в себя – и все это своими силами. Теперь, изложенные в простой и сказочной форме, эти рассказы лежат перед вами, чтобы служить доказательством простого факта: ничего невозможного нет, если твердо идти к своей цели.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вячеслав Кондратьев

ДЕРЕВНИ РУССКИЕ...

Деревни русские - чужие и родные!

Я через двадцать лет иду вас брать опять...

Вы снились мне - в пожарище и дыме,

Деревни те, что не смогли мы взять.

Мы брали вас раз двадцать и... не взяли...

Деревни русские, какие вы сейчас?

Засеяно ли поле, где ничком лежали

И где остались многие из нас?

Сейчас иду дорогой старой ржевской,

Распутица и грязь, как и тогда.

Вячеслав Леонидович Кондратьев - об авторе

(1920-1993)

Родился 30 октября в Полтаве. Прозаик, один из писателей фронтового поколения. С первого курса института в 1939 году был призван в армию. Служил в железнодорожных войсках на Дальнем Востоке. В декабре 1941 года ушел на фронт. В 1942 году воевал под Ржевом в составе стрелковой бригады. Был ранен, награжден медалью "За отвагу". После отпуска по ранению служил в железнодорожных войсках, был снова тяжело ранен, пробыл полгода в госпитале, стал инвалидом.

С. Кондулуков

90 тысяч лет до нашей эры

К читателю

Я давно хотел написать историческую повесть о жизни древних людей.

Герои замечательной повести Ж. Рони - Старшего: Нао -Сын Леопарда, его верные спутники

Нам и Гав, навсегда вошли в мою жизнь. Да, наверное, и в жизнь всякого мальчишки, стремящегося узнать о том неведомом таинственном и загадочном времени, когда человек отстаивал своё право на жизнь в повседневной, зачастую беспощадной борьбе с дикими силами природы, коварными и злобными зверьми.

Сергей КОНДУЛУКОВ

АВАНТЮРИСТЫ

Повесть

Содержание:

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Эпилог

Той, чьи прелестные глаза

согревали меня своим живительным

светом в холодные

тусклые вечера отчаянья

Посвящаю

Пролог

Вечерело. Дул лёгкий ветерок. Жаркое африканское солнце медленно заходило за горизонт, бросая свои последние лучи на мрачные коньоны Олдувайского ущелья, отчего оно делалась ещё более мрачным и неприветливым. Профессор Грей задумчиво закурил сигарету. В этот день ему должно повезти. Неужели двадцать лет напряженного труда пропадут даром, неужели он так и будет комментировать находки других учёных так и не сделав своей. Утром он проснулся с чувством, что уж сегодня то ему обязательно повезёт.