Цель и средства

Афиши извещали о приезде в город знаменитого акробата Лиго Ставена. Не то чтобы это была такая уж знаменитость. Лиго был еще слишком зелен, и слава его едва ли перешагнула границы штата. Но знатоки предрекали Ставену большую будущность. Правда и то, что заштатный городишко Тристаун не был избалован гастролями столичных знаменитостей.

Из четырех запланированных выступлений Лиго успел уже дать одно, и некоторые цирковые завсегдатаи узнавали его в лицо. Они раскланивались с ним на улице, церемонно снимая старомодные шляпы.

Рекомендуем почитать

В курортный городок Кара-Бурун к своему племяннику Михаилу Левицкому приехал дядя, Георгий Платонов. Михаил видел его впервые в жизни и очень удивился: дяде должно было быть за семьдесят, однако выглядит он едва на сорок. Разве такое может быть? Зачем вообще приехал этот дядя? Эти вопросы не дают Михаилу покоя…

Другие книги автора Владимир Наумович Михановский

Роман «Тени королевской впадины» — история бывшего военного разведчика Ивана Талызина. В годы Второй мировой войны, выполняя задание разведслужбы, герой намеренно становится узником концлагеря. Спустя годы Талызину снова пришлось встретиться со своим заклятым врагом — нацистом Миллером…

Фон, на котором развертываются события, широк: от военной и послевоенной Москвы, от гитлеровской Германии, разваливающейся под ударами союзников, до Южной Америки, куда герой, сменив профессию, попадает после войны и где волею судеб ему приходится принять участие в разоблачении нацистского подполья.

Книга повестей и рассказов, посвященных проблемам различных наук — физики, космонавтики, биологии, кибернетики и т. д.

Полный текст сборника 1979 года. В библиотеке Либрусек лежит другой вариант повести «Гостиница „Сигма“», не этого издания.

СОДЕРЖАНИЕ:

Гостиница «Сигма»

Разгадка Плутона

Какое оно, небо?

Погоня

Мастерская Чарли Макгроуна

Захлопни ящик Пандоры

Малыш и Грубиян

Место в жизни

«Анитра» распределяет лавры

Степная быль

Искуситель

Жажда

Тобор Первый

Приключение в лесу

Беспроигрышная лотерея

Гравитация, или всемирное тяготение, – могущественное свойство природы, оказывающее огромное влияние на все природные закономерности Земли.

Но гравитация до сих пор не подвластна людям. Действие научно-фантастического романа В.Михановского происходит в далеком будущем, когда наука достигнет таких высот, которые позволят ей овладеть гравитацией.

Подготовка к этой цели и сверхдальняя экспедиция для ее достижения, вот тема романа.

Содержание:

Майкл Коллинз. СТРАХ (роман, пер. Л. Дымова)

Владимир Михановский. ЗЕЛЁНОЕ ОБЛАКО (рассказ)

Оформление и иллюстрации художника Борис Мокина.

Даже спартанская обстановка в кабинете гармонировала с характером ee хозяина: шеф компании «Уэстерн» любил повторять, что рабочее место администратора в идеале – та же кабина космического корабля: ничего лишнего. Чалмерс подумал, что слова Джона Вильнертона вроде бы не расходились с делом. Пластиковые стены его кабинета были девственно чисты, ни один портрет, ни одна картина не оскверняли их. Комната была пуста – даже стулья, необходимые для совещаний, были утоплены в стене и появлялись, лишь повинуясь нажиму президентской кнопки.

После того как термоионная, с блуждающей запятой, «Анитра», проанализировав «Кориолана» и «Двенадцатую ночь», окончательно установила авторство Шекспира, до этого многократно оспаривавшееся, репутация ее поднялась на недосягаемую высоту. Для «Анитры» не составило труда определить среднюю длину слов и строк «Илиады» и «Одиссеи», и из полученных цифр следовало как дважды два, что написал эти поэмы не коллектив авторов, как предполагали иные ученые, а один-единственный человек – Гомер.

В книгу вошли повести и рассказы о физических парадоксах, о киборгах, роботах, их взаимоотношениях с человеком, о кибернетическом обучении студентов и школьников. Художник Анатолий Иванович Сухоруков. СОДЕРЖАНИЕ: «Гибкая тактика» «Последнее испытание» «Важный вопрос» «Точный расчет» «Ошибка» «Джи Джи» «Облако» «Аполлон» «Находка» «Берег надежды»

Владимир Наумович Михановский

ГЛАДИАТОР

Когда Фостер Ленчли очнулся, его окутывала непроницаемая тьма. Странная вещь! Ему казалось, что он чувствует руки и ноги, а между тем не может и мизинцем пошевельнуть.

Фостер с трудом припомнил предшествовавшие события. Ослепительно белую дорогу, залитую техасским солнцем. Громыхающий "форд", из которого Фостер, следуя приказу хозяина, выжимал максимальные сто шестьдесят миль в час. Встречный "Линкольн", черной молнией вынырнувший из-за поворота... Дальше мысли Фостера обрывались. "Крышка, - подумал он, потерял зрение".

Популярные книги в жанре Научная фантастика

И вдруг он узнал медовый запах-намёк, витавший над дорогой. Вербейник!.. Так пахла Вера. Девушка, чьё присутствие в его жизни казалось ему нынешнему — искушённому и всё пережившему — какой-то игрой воображения, наваждением юности — загадочным и властным.

В комнате теней давным-давно заблудилась ночь. Темнота проникала во всё, даже в воздух, делая его тяжёлым и несвежим. Штрихи чёрных, неживых силуэтов нависали над чем-то: ещё живым, тёплым и сопящим в две дырочки. Обычно, чтобы привыкнуть к темноте, нужно закрыть глаза и немного подождать. Или сосчитать до двадцати. 1,2 … 19, 20. Вот она видимая темнота. Теперь можно не торопясь описать чёрный хлам этой комнаты. В углу телеящик без киноскопа, в центре стол на трех ногах (одна хромая), у стены гардероб с выходной одеждой, рядом книжный шкаф с ушедшими классиками, на стене циферблат с отлетевшими стрелками. Много разных, грязных мелочей, которые опустим, главное: в комнате продолжает спать человек.

Написано в начале 90-х. Переработано 22 ноября 2013г. Мой первый нормальный рассказ. Наверное, лучший. Рассказ первый цикла.

Вам, разумеется, в основном известно все, что касается Хомера Грина. Значит, мне нет нужды рассказывать об этом. Я и сам многое знал, но тем не менее, когда мне довелось, одевшись по-старинному, попасть в этот необыкновенный дом и повстречаться с Грином, я испытал странное чувство.

Сам дом, пожалуй, не назовешь таким уж необыкновен-ным — не больше, чем его изображения. Зажатый между другими зданиями XX века, он, вероятно, хорошо сохранился и не выделяется на фоне окружающих его старин-ных домов. Но несмотря на предварительную психологи-ческую подготовку, когда я вошел, ступил на ковер, уви-дел кресла, обитые ворсистой тканью, и принадлежности для курения, услышал (и увидел) примитивный радиоприемник (хотя мне было известно, что он воспроизводит старые записи) и, наконец, самое удивительное — смог взглянуть на разожженный в камине огонь, меня охватило ощущение нереальности.

30 ноября 1986 г. на Землю прибыл инопланетный миссионер, дабы проповедовать религию Вселенской Любви и преподнести землянам Дар Любви. За короткое время человечество было покорено силой его Любви, и один лишь Генеральный секретарь ООН оказывал сопротивление…

В недалёком будущем существует технология для дешёвого изготовления чего угодно — лекарств, одежды, мебели. Наличие её в личном пользовании государство объявило экономическим преступлением.

Герои, инженеры-физики, внезапно для себя оказываются на страшно засекреченном объекте № 0, где идет строительство военного супер-лазера. Результатом испытаний лазера должен стать взрыв страшной мощности по обе стороны океана, который уничтожит и сам объект № 0, и всех его обитателей. Однако в процессе запуска супер-машины герои обнаруживают физическую аномалию, которая, в конце концов, позволит им спастись.

Фантастические повести и рассказы писателей Киргизии

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Колокольчик на входной двери продребезжал начальные такты матчиша. Нельзя сказать, что это вызвало у профессора Артура Зарембы особо радостные чувства. Он избегал непрошеных посетителей, особенно теперь, после своего сенсационного выступления в Клубе технических новинок. Заремба приотворил дверь и увидел в щель двух молодых людей в рабочей униформе. – Чего нужно? – спросил он не очень вежливо. – Электрокомпания «Разряд», – произнес один из них, покачивая плоский чемоданчик. – Проверить у вас проводку, – добавил другой и простодушно улыбнулся. Заремба нахмурился: – Я на проводку не жаловался. И никого не вызывал. – Раз в год компания проводит обязательную проверку, – словно заученный урок, сказал первый. – Во избежание несчастных случаев, – продолжал улыбаться второй. – Не пущу! – категорически заявил Заремба. – Дело ваше, – пожал плечами первый электрик. Другой добавил: – Фирма отключит вам свет. Оба повернулись к лифту, а профессор яростно захлопнул дверь: «Шляются тут всякие!..» Он на несколько мгновений задумался. Отключат свет… Похоже, это не пустая угроза. В конце концов жить можно и при свечах, но вот работать… Теперь, когда Джи Джи набирает силу и поглощает такую массу энергии! Заремба снова приоткрыл дверь: – Эй! Молодые люди! Представители «Разряда» вернулись. – Документы! – потребовал Заремба. Привыкшие, видимо, к чудачествам клиентов, представители фирмы сунули в щель свои рабочие удостоверения. Заремба долго и придирчиво изучал их. – Входите, – буркнул он наконец, снимая цепочку. Рядом с лабораторией, за стенкой, располагалась и квартира, что было очень удобно. Профессор опустился на стул, не спуская глаз с электриков, которые без лишних слов приступили к делу. Работы, к их неудовольствию, оказалось достаточно. Кое-где провод был отодран от стены и свисал вниз, а в одном месте нарушена изоляция. – Словно кто-то грыз провод, – сказал один и покачал головой. – Звери у вас тут резвились, что ли? – поинтересовался второй. – Делайте свое дело, – бросил Заремба. Работали молодые люди споро, обмениваясь только необходимыми репликами, и это пришлось по душе Зарембе. Впрочем, внимания он не ослаблял. Заремба отнюдь не был простаком – по крайней мере, сам не считал себя таковым. Ученый прекрасно был осведомлен о различных формах научного и промышленного шпионажа, подчас невероятно изощренных, и потому, как говорится, держал ухо востро. Больше всего его беспокоил телефон, но рабочие даже не посмотрели в его сторону, и это тоже понравилось Зарембе. Быстро завершив свое дело, представители «Разряда» извинились за причиненное беспокойство. – Поосторожнее с проводкой, – сказал один. – Так недалеко и до короткого замыкания. – Фирма может сделать лаборатории новую проводку, скрытую, – предложил другой. – Денег нет. – Заремба нетерпеливо поднялся со стула. – Денег нет ни у кого, это верно. – Улыбка рабочего приобрела иронический оттенок. – Они неуловимее, чем нейтрино, о котором сейчас столько толкуют. Однако люди умудряются существовать, и иногда неплохо. – Сегодня денег нет – завтра они есть, – добавил другой. – Тогда и потолкуем, – сказал Заремба, легонько, но настойчиво подталкивая гостей к выходу. – Отлично, – подхватил один из электриков. Он достал из чемоданчика проспект фирмы – ее визитную карточку – и протянул Зарембе. – Наша фирма универсальная, занимается не только электропроводкой… Впрочем, там все написано. – Для вас в целях рекламы работы будут произведены на льготных условиях, сказал второй уже в дверях. Когда служащие электрокомпании ушли, Заремба тщательно, как всегда, запер все замки. Затем внимательно осмотрел лабораторию, задержав на мгновение взгляд на проспекте фирмы, небрежно брошенном на угол лабораторного стола. Покрутил в руках счет, оставленный электриками, – тот оказался весьма скромным. Внимательно и дотошно осмотрел новые участки проводки, ожидая, что наткнется на какой-нибудь сюрприз: то ли в виде миниатюрного микрофончика, то ли в виде плоской бляшки, нафаршированной транзисторами… Поиски Зарембы, однако, не увенчались успехом, и мысли его повернули в другое русло. Похоже, это и в самом деле обычные электрики. Нельзя ведь видеть кругом сплошной подвох, невозможно существовать в атмосфере тотальной подозрительности и слежки! Заремба прошелся по лаборатории, покрутил неплотно прикрытый кран, щелкнул ногтем по выпуклому зрачку катодного осциллографа. «Вот закончу с Джи Джи, тогда будет полегче, – подумал он. – Мебель новую заказать, что ли?» За бронированным стеклом окна, совсем рядом, лениво проплывали облака клочья ваты, вывалившиеся из прохудившегося тюфяка небес. Первое время, когда Заремба, переехав в эту страну, на последние деньги арендовал помещение здесь, на Аллонзо-сквер, он никак не мог отделаться от ощущения, что находится в салоне высоко летящего лайнера. Сто пятьдесят девятый этаж – не шутка. Он прислонился лбом к стеклу. Далеко внизу, на нулевом уровне, чернели мартовские деревья чахлого городского сквера, похожие отсюда на изломанные спички. Словно муравьи, суетились люди. А повыше, на магистральных горизонтах, проносились реабили, проплывали битком набитые монопланы. Услышав сзади шаги, Заремба обернулся. – Джи Джи, – строго сказал он, – я не звал тебя. – Мне стало скучно, Артур. С До До не поговоришь, а я… – Это не причина, – перебил Заремба. Андроид повернулся, чтобы уйти. – Оставайся, я пошутил. В голосе профессора послышались ласковые нотки. «Хорошо, что эти двое уже ушли», – подумал он. Джи Джи еще никто на свете не видел. Правда, Заремба рассказал о нем в Клубе технических новинок. Но одно дело услышать, и совсем другое – увидеть… Суть изобретения Зарембы состояла в создании биопластика, из которого можно было создать человекоподобного робота. Над синтезом биомассы Заремба бился добрых двадцать лет, все, включая личную жизнь, принеся в жертву Джи Джи. Воспитание андроида шло успешно. Уже после первого года обучения Джи Джи настолько походил на своего создателя, что даже прихрамывал, как он. И вызвано это было не желанием подражать, а общим биополем, которое связывало их на молекулярном уровне. Биопластик Зарембы представлял собой своеобразный органический компьютер, которому можно было задать определенную программу. Для начала Заремба «настроил» его на свою собственную личность. И Джи Джи сам конструировал себя день за днем, час за часом, как ЭВМ может строить себе подобные… На определенном этапе перед Зарембой встала задача – выяснить уровень развития своего питомца. Тогда-то он и поручил ему собрать из биомассы До До – подобного себе андроида. Получился До До на славу, хотя «интеллект» его был еще достаточно слаб. По существу, Джи Джи сделал для себя куклу. «Теперь мы уже не двойники, а тройники»– думал часто Зарейба, однако в Клубе технических новинок о До До умолчал. – Выучил книгу, которую я тебе дал? – спросил Заремба. – Я прочел «Курс обществоведения» один раз и сразу его усвоил, похвастался биоробот. – Сколько раз я говорил тебе: запомнить – еще не значит усвоить, поправил его Заремба. – Не понимаю… – пробормотал Джи Джи, и его большие, чуть навыкате глаза глаза Зарембы на мгновение блеснули. – Разве я мало знаю об окружающем мире? – Твоим познаниям мог бы позавидовать иной институт, а то и Академия наук, – улыбнулся профессор. – Но кое в чем ты разбираешься пока очень мало. Тебя, боюсь, любой сможет обвести вокруг пальца. Джи Джи посмотрел па него: – Но ты меня любишь? – Как сына, которого, как ты знаешь, у меня нет. – И я тебя люблю, – произнес Джи Джи и добавил: – И еще люблю До До. «Вот-вот, с легкой грустью подумал профессор, – он ставит меня на одну доску с куклой. Уровень семилетнего ребенка, не выше. Будет просто ужасно, если он попадет в чужие руки…» Джи Джи, прихрамывая, принялся носиться по лаборатории. Через несколько минут, став серьезным, присел к столу и занялся какой-то транзисторной безделушкой: настроение у него менялось, как у Зарембы в детстве. Профессор произнес еле слышно: – Мальчишка. – Что? – приподнял голову Джи Джи. – Ничего. Делай, что тебе интересно. Джи Джи скрутил несколько разноцветных проводов в толстый жгут, затем легко, без видимых усилий, разорвал его. «Как бы он визитную карточку не порвал», – мелькнули в голове у Зарембы, и он переложил проспект фирмы «Разряд» на середину стола. Откуда было знать простодушному профессору, что оставленная у него визитная карточка представляла собой не что иное, как хитроумно сработанный миниатюрный телепередатчик. Люди, находящиеся за несколько миль от дома на Аллонзо-сквер, могли записывать теперь на видеопленку все, что происходит в лаборатории. Энергии устройства должно было хватить на две недели непрерывной работы. Больше, собственно, и не требовалось. Решение, связанное с «визитной карточкой», пришло не сразу. Военный консорциум был очень заинтересован в том, чтобы раскрыть тайну изобретения профессора Зарембы, но как внедрить передающее устройство в лабораторию на Аллонзо-сквер? Прикрепить его с помощью ремонтной бригады где-нибудь в укромном местечке? Не очень много шансов на успех: эти ученые стали держать ухо востро, их на мякине не проведешь… Наконец остановились на плане с «визитной карточкой», тщательно разработанном с помощью штатных психологов военных фирм. Единственное неудобство его состояло в том, что точка, из которой велась передача, зависела от чистой случайности – от того, куда Зарембе будет угодно положить «визитную карточку». Но с этим приходилось мириться. Спасибо хоть, что Заремба нс порвал и не выбросил «визитку». А что, с него сталось бы! Сам того не ведая, Заремба невольно помог тем, кто стремился похитить секрет биопластика. Несколько раз перекладывал «визитную карточку» с места на место, тем самым меняя «точку зрения» передающего устройства: это помогло экспертам увидеть интересующие их предметы под разными углами. И все же организаторов хитроумной акции ждало разочарование. Хорошо, конечно, что загадочный Джи Джи был наконец зафиксирован на видеоплепке, которую без помех можно было прокручивать туда и обратно множество раз. Однако главное уловить не удалось: сущность биопластика, его структура на молекулярном уровне оставались неразгаданными. Всего дне недели длилась секретная видеозапись, и много месяцев специалисты изучали каждую минуту, каждый миг ее, приговаривая совсем по Гёте: «Остановись, мгновенье». Увы, прекрасным оно для них ни в коей мере не оказалось. Итоговое совещание военных специалистов носило отчетливо выраженный мрачный характер. Думаю, этот проклятый биопластик – некая самонаращивающаяся система, способная сама себя воспроизводить. Но как нам узнать структуру клетки? Пленка, полученная с таким трудом, нс смогла ответить на этот вопрос, сказал один из руководителей консорциума, открывая обсуждение. Что будем делать? – Остается только одно: похитить Джн Джи! – предложил кто-то после продолжительного молчания. Невозможно! – послышались возгласы. – Почему, собственно, невозможно? – руководитель консорциума обвел взглядом ученых. – У нас достаточно средств и техники. – Заремба держит свое создание взаперти. Он не решился продемонстрировать его даже в Клубе технических новинок. Опасается выпускать его из дома, и не без оснований., Слышали ведь сами: у Джи Джи разум как у семилетнего ребенка. – С тех пор прошло время. – Ну десятилетнего – разве это ценяет дело? – Заремба врезал в дверь хитроумные замки, – добавил кто-то. – Не сбрасывает цепочку, не проверив документы… Разве вы не слышали рассказ наших ребят? – Ерунда все это замки, запоры… – махнул пренебрежительно рукой руководитель консорциума. – Да и документы не проблема. – Не забудьте, лаборатория на Аллонзо-сквер находится под спецохраной, напомнил старичок с бородкой клинышком. – И это чепуха, – сказал руководитель. – Спецохраной ведает полиция, а с полицией мы договоримся. Все заговорили наперебой, обсуждая план похищения Джи Джи. – Можно под дверь лаборатории подвести шланг с газом и усыпить на время Зарембу. На робота ведь газ не действует!.. – Но такую дверь без шума не высадишь. А нам нельзя привлекать внимание. – Идея! – воскликнул кто-то. – Если дверь отпадает, остаются окна. Выберем время, когда Зарембы нет, и через окно вытащим этого семилетка. Даже усыпляющего газа не понадобится! – А ты не забыл, на каком этаже лаборатория? – А вертолеты зачем? – парировал автор предложения. – Толпа внизу соберется. – Дымовое облако выпустим! Оно окутает вертолет, словно шуба. – Стекла бронированные, это установлено, – не сдавались оппоненты. – Алмаз не возьмет. – Выдавим целиком! – защищал автор свой проект. – Все это пустое! – прорезал общий шум дискант старичка с бородкой, слывшего одним из ведущих специалистов в области синтеза мозговых клеток. Насколько я понял из видеопленки, Джи Джи – робот слишком тонкой организации, и потому любое насилие может вызвать у него необратимые изменения. А он, не будем забывать, существует только в единственном числе. Значит, либо нужно организовать похищение так, чтобы робот ни о чем не догадался, либо придумать что-нибудь другое. – Не забывайте: все наши действия должны быть в рамках законности, напомнил руководитель. Кто-то протянул: – Задачка… – Нужно предложить Зарембе кругленькую сумму за его изобретение – и делу конец, – решился подать голос розовощекий молодой человек в очках. – Уже предлагали, – ответило сразу несколько голосов. – Отказался. Это, мол, все равно что продать собственного сына. – Значит, мало предлагали, – усмехнулся розовощекий. – Все это не то, – оборвал дискуссию руководитель. – Думайте над тем, как нам заполучить Джи Джи. Автор приемлемого проекта получит вознаграждение. – Есть еще одна возможность, – проговорил кто-то из задних рядов. Все обернулись к нему. – А что, если нам…

С Ричардом Кроули, который долго оставался для меня загадкой, я познакомился на нашем прославленном исследовательском судне «Витязь».

Как всегда в марте, небо над Тихим океаном хмурилось. Солнце, воспетое фейерверком красок на полотнах Гогена, проглядывало лишь изредка, и трудно было поверить, что где-то здесь, в Океании, на самом деле существуют сказочные по красоте и пышности острова. Впереди по курсу лежал архипелаг Фиджи. «Витязь» прибыл без опоздания в намеченный район – северную часть желоба Тонга. Я с волнением ожидал начала работ. Ведь именно в этом месте дно океана, как свидетельствовали приборы, дало узкую и глубокую трещину. Достичь «Дна Мира», самой глубокой впадины на Земле, всегда было моей мечтой. К счастью, море было спокойным, «Витязь» почти не качало. Я представлял себе бездонную трещину под многокилометровой водной толщей.

С невыразимой тоской смотрю я на серебристую звездочку, ярко горящую в черном небе. Это «Изабелла». Час назад она стартовала с Нептуна курсом на Землю. Я смотрю, смотрю не уставая на серебристую звездочку, не будучи в состоянии вытереть соленую влагу, застилающую глаза.

Я являюсь как бы составной частью Крониуса, точнее – его мозгом. Этот дрейфующий корабль полностью и практически мгновенно подчиняется моим командам. Но такое послушание досталось мне дорогой ценой. Все тело мое изрезано, и тысячи электродов и датчиков жадно приникли к каждому нерву.

– ...Такова в общих чертах схема ОМПТ, обучающей машины переменной тактики, созданной нашим коллективом, – заключил профессор. Он протер запотевшие стекла очков и добавил: – Хочу еще раз подчеркнуть – наш агрегат по ходу учебного процесса непрерывно меняет методику обучения, каждый раз выбирая наилучший план.

На полукруглом возвышении рядом с докладчиком стояла приземистая фигура с квадратным туловищем. Это был новый обучающий автомат. Время от времени он подмаргивал зеленым глазком, будто знал что-то, еще неизвестное уважаемым членам ученой комиссии.