Было преддождие

Лина Кариченская

Было преддождие

(из цикла "Сказки одного чудака")

Она заглянула в комнату.

- Я ухожу.

Он читал в кресле, сидя к ней спиной, перекинув ноги через один подлокотник и опираясь спиной на другой.

- Ты куда?

Сильно откинувшись назад и неловко вывернув шею он посмотрел на нее. Она стояла в дверях готовая к выходу; серый свитер слишком большой на нее и потому по-домашнему уютный, мешковато сидел на хрупки плечах, джинсы тоже были великоваты; собранные в пучок курчавые волосы, словно протестуя против такого насилия над собой, сбились на затылке в комок сплошных кудряшек. Она была так нежна, так по-детски трогательна - не передать.

Другие книги автора Лина Кариченская

Лина Кариченская

Военкор

В жизни, наверное, каждого человека случается маленькая, его личная, персональная "мировая война". Хорошо, если одна:

Маленький Мастер.

...люди, хотевшие странного...

Братья Стругацкие, "Попытка к бегству".

Когда Данька сказал, что поедет в "горячую точку" я обозвала его идиотом. Hа секунду мы оба опешили: он - от такой грубости, а я оттого, что слово это вырвалось у меня почти невольно. Hу и ладно.

Лина Кариченская

Десант

Descent(фр.) - спуск; десант.

За окном шел снег.

Люшка на секунду отвлекся от объяснений учительницы и подумал: а зима пахнет?

- Илья! - учительница всегда была очень внимательна я следила, чтоб ученики не отвлекались на посторонние предметы.

Он вздрогнул и весь превратился в слух.

А все-таки, зима пахнет? Должна, наверное. Все вещи имеют запах. Или не все?

Hу, к примеру, борщ (сегодня четверг, значит в столовой борщ) и булочки пахнут, цветы на подоконнике против белой пелены за окном - пахнут, а вот подоконник - едва ли. А может и пахнет. Отец говорит, что если мы чего-то не замечаем, это еще не значит, что этого нет. Значит, зима пахнет. Тогда какой у нее запах?

Кариченская Лина

Миг падения

Hа краю обрыва ты босой, По колено в травах и тумане С головою в утреннем дурмане, Взбитом со студеною росой.

А вода внизу так далеко, Что не слышно грохота и плеска, И с землей проститься так легко:

Страшно лишь разбиться о поверхность.

Он снова падал во сне. Как в детстве: летел со скалы лицом вниз, раскинув руки, летел невероятно медленно, а в груди разворачивался страх перед водой там внизу.

Лина Кариченская

Охота на Птицу-Огонь

Сильней любви в природе нет начала, Hо честь моя - верховный мой закон.

Лопе де Вега.

Ситуация не оставляет выбора?

А может просто помогает выбирать?

H.Е.Кто.

I. Охота Я вышел из замка в сумерках. Тимильс, мой помощник и самый лучший ученик, проводил меня за ворота, по подъемному мосту и несколько миль шел рядом по обочине дороги. Возле переправы мы расстались. Я заставил Тимильса еще раз повторить указания, данные ему на кануне. Он оттараторил все как примерный школьник, которого распирает гордость оттого, что он отлично заучил урок. Я потрепал его по волосам - мое положение капитана замковой стражи и наставника, а также мой рост позволяли столь фамильярный жест. Как всегда в таких случаях Тимильс смотрел на меня преданными глазами (в лучшем смысле этих слов; вы не подумайте; от чего я отучил своих подопечных, так это от привычки наступать на горло собственному достоинству). А еще была в его взгляде вина и это, вкупе с отчаянными никуда меня не пустить, слегка выводило меня из себя. Глупый мальчишка вбил себе в голову , что подвел меня. Птица-Огонь его заклюй!

Лина Кариченская

Полет длиною в жизнь

Попрыгунчик над панелью управления раскачивался из стороны в сторону, создавая иллюзию движения, но конечно же не толчки и подергивания корабля были причиной этих беспрестанных покачиваний. Корабль шел совершенно ровно, генератор компенсировал даже малейшие ускорения, так что порою казалось, будто стоишь на месте, а не мчишься с головокружительной скоростью сквозь черное безбрежье космоса. И когда это ощущение подвешености стало действовать мне на нервы, я вмонтировал в Попрыгунчика мини - гравитатор с модулятором вектора гравитации.

Лина Кариченская

Картина

Он тряхнул головой, привычным движением отбрасывая назад волосы, и коротко постучал в хлипкую дверь мастерской. - Входите, не заперто, - раздалось изнутри. Он толкнул дверь, и в глаза ему брызнуло солнце: клонясь к закату, оно светило в выходящие на запад окна мастерской и заливало ее светом. Именно из-за этих ярких лучей он не сразу увидел хозяйку мастерской. Встав из-за мольберта, она подошла к нему, полуослепшему (от солнца или ее улыбки? - думал он потом), и подав ему для рукопожатия тонкую кисть, произнесла: - Вы ко мне? И вновь сверкнула на него улыбкой. И странное дело, ему вдруг тоже захотелось засмеяться, с потом cгрести в охапку тонкую высокую фигурку и радостно расцеловать поднятое кверху курносое личико. И он сам удивился этому порыву, тем более странному потому, что он видел художницу впервые. - Видимо, к вам, - он пожал ее тонкую, юркую ладошку. - Лидия Михайловна должна была позвонить насчет меня. - А-а, так вы от Лидочки. За картиной. - Да, мене хотелось бы посмотреть картины, но не выставке, а в мастерской художника. - Чувствую себя как на экзамене, - усмехнулась она. - Знаете что, давайте начнем завтра - сегодня уже поздно. Завтра с утра моя мастерская в вашем распоряжении.

Кариченская Лина

В ИХ ДОМАХ ЖИВЕТ ОДИHОЧЕСТВО

Она открыла дверь своим ключем. В квартире было темно. Шагнула через порог, споткнулась обо что-то жалобно мяукнувшее - кот: Она нашарила рукой выключатель и зажгла свет. В квартире ощущалось чье-то недавнее присутствие. Оно висело в воздухе неуловимым, нереальным ароматом. Впрочем, аромат был вполне реальным:

пряный запах свежеприготовленного обеда. Она чуть улыбнулась: как обычно он верен себе - много специй в любое блюдо. Кот вился у ее ног, сдавленно подвывая:

Лина Кариченская

Из цикла "Выдумки чудака"

Этот рассказ уже публиковался здесь но в незаконченом виде. Теперь я предлагаю его уважаемому All'у уже как оконченное произведение. Буду благодарна за любые отзывы.

В их домах живет одиночество.

В их домах живет одиночество, В их глазах притаилась грусть, Каждый угол мучительно пуст И довлеет, как злое пророчество.

Там - делами подавленный страх, Жизнь, в заботах вперед летящая, Жизнь, где только одно настоящее:

Популярные книги в жанре О любви

Настя Разумова

Вьюрок

Есть такая девочка. Маленькая, яркая, юркая. Hи то белочка, ни то лисенок. Улыбка до ушей и нос-картошкой. С тонкими ногами и руками. С большими коленками. Вьюрок. Угловатая. Добрая. Яркая. Ее увидел художник. Он понял, что она - одна такая. Она не просто так, а живет. Он сказал: - Вьюрок, пойдем гулять по рельсам. Она пошла. Он большой и неуклюжий. Он давно разочаровался в жизни. Он понял людей, и теперь ему скучно. Перестал рисовать. Закнул свой плащ и мольберт. Для него все просто: есть Человеки, а есть человечки. Вторых больше. Первые встречаются редко. Он был стар, мудр и безнадежен. Он уже очень давно не рисовал. Hо все еще считал себя художником. Он увидел ее.

Сергей Вахнин

Про Это

Много сказано лживых слов о любви, нижайщей из людских слабостей. Настало время сорвать сверкающие тайные покровы и показать ее темную сущность. Этот порок заставляет лгать даже самые чистые сердца, дрожать самые сильные руки и глупеть самые светлые головы. Нет той подлости и преступления, которые не совершались, прикрываясь словами любви. Разное называют этим словом. Один преврашается в собаку, его бьют и унижают, а он называет это несчастной любовью. Другой тщеславие зовет любовью. Любовью называют потирание потных тел друг о друга. Привычка, боязнь потери насиженного места, страх наказания и другие черные стороны души человеческой тоже хотят называться любовью. Любая слабость может извернуться и назваться этим словом. Все они тянут в свою сторону рваное одеяло слов любви. Казалось бы, можно заметить через прорехи ложь и обман, но магия любви завораживает и заставляет молчать голос разума. Отрекитесь от слова любовь, оно истрепано, вывернуто наизнанку и давно уже означает ложь. Когда звучит "Я люблю тебя", это означает "Я тебе лгу". И на одного заблуждающегося в осознании своей "любви" приходиться сотня произносящих это слово из жалости, лести, привычки или желания обладать. Не произносите слово "любовь" и не принуждайте произносить, похороните его. А если вам повезет и вы встретите чуство, которое не сможете назвать лживой слабостью, оставте его невысказанным, не будите демонов лжи.

Отношения Франчески Кэхил и Колдера Харта развивались непросто, и все-таки влюбленные сумели справиться с невзгодами. Они готовы поскорее отпраздновать свадьбу, но отец невесты категорически против их брака, полагая, что скандально известный в обществе волокита погубит судьбу его дочери. Однако Франческе не занимать решительности и упорства – она смелая сыщица, на счету которой немало раскрытых преступлений, и не в ее характере уступать отцовскому диктату. Она готова в знак протеста покинуть отчий кров на респектабельной Пятой авеню, когда получает записку, в которой ее просят срочно приехать в дом бывшей любовницы жениха. Прибыв на место, она с ужасом обнаруживает окровавленное тело своей соперницы. Колдер первым попадает под подозрение полиции. Но Франческа уверена в его невиновности и делает все, чтобы найти истинного убийцу, хотя ей открывается такая тайна, которая способна уничтожить их совместное будущее.

Перевод: К. Бугаева

Юная испанка Исабель приезжает погостить к своей австрийской родне. Оба кузена, светский лев Ларс и загадочный Карл, ищут ее благосклонности. Но в замке Брунштрих ее ждут не только любовные интриги… Девушка становится свидетельницей жестоких ритуалов тайной секты. И в тот самый миг, когда Исабель готова закричать от ужаса, выдав свое присутствие, Карл спасает ее. Или похищает? Слишком многие в романе оказываются не теми, за кого себя выдают… Финал абсолютно непредсказуем!

Гомес нагнулся за молитвенником и в свете фонарика увидел, что во время драки его кожаный переплет порвался и под ним оказался сложенный лист тонкой бумаги с нарисованным планом и несколькими короткими указаниями.Это был ключ к тайнику!С диким торжествующим криком Ансо выскочил из подземелья и запер за собой дверь. Он нашел то, что искал! Теперь драгоценности принадлежат ему!Но есть два свидетеля, которые могут выдвинуть против него обвинение и все отнять. Этого нельзя допустить! Ни за что!

Что такое любовь? Похоть, прихоть, игра, страсть, всеобъемлющая и неисповедимая?

Включенные в книгу произведения объединены не только схожим названием и — как читатель вправе предположить — общей темой. В них — по-разному, но с одинаковой неумолимостью — автор отказывается выбирать между явью и вымыслом, приличным и непристойным, поэтическим и вульгарным, реалии вожделения земного тесно сплетаются с символическим сюрреализмом любви божественной, с манящим и обманчивым светом той далекой звезды…

Сборник «Любовь преходящая» рассказывает, как юноша входит во взрослую жизнь, как он знакомится с любовью плотской, как ищет любви иной, как всякий раз любовное томление издевательски оборачивается фарсом.

В романе «Любовь абсолютная» герой, приговоренный к смертной казни за убийство (настоящее или мнимое?), ожидая экзекуции, вспоминает свое детство и видит себя маленьким бретонцем конца XX века и Христом согласно Евангелию; сыном плотника Иосифа и непорочной Девы, Мариам, и вместе с тем, отпрыском нотариуса г-на Жозеба и его похотливой супруги, совратительницы Варии…

Альфред Жарри (Jarry Alfred, 1873–1907) — признанный классик французской литературы, поэт, прозаик, драматург, к середине XX века ставший культовой фигурой литературного и театрального авангарда Европы, США и Латинской Америки. Автор скандально известного цикла о короле Убю, к которому возводят чуть ли не все театральные течения XX века — от дадаизма и сюрреализма до театра абсурда.

В сборник вошли такие произведения Альфреда Жарри, как «Любовь преходящая» и «Любовь абсолютная».

Главная героиня романа, Шарлотта, уезжает в составе Красного Креста на работу в Африку, полагая, что полугодовая разлука образумит Брайена, который после несчастного случая в горах, потерял способность самостоятельно передвигаться, озлобился на весь мир и превратил жизнь Шарлотты в ад. Оказавшись в эпицентре боевых действий, Шарлотта чудом уцелела, но попала в заложницы к… английским наемникам. Так ей, во всяком случае, казалось. Однако наемники-англичане, особенно один из них, Морт, на самом деле спасли ей жизнь. И неприязнь Шарлотты к Морту сменилась благодарностью. Более того, Шарлотта, похоже, влюбилась в сурового солдата удачи…

Роман «Гнев Диониса» был признан самой читаемой книгой в 1910-х годах Написанный как дневник художницы, он повествует об истории молодой женщины, отправившейся из Петербурга на Кавказ, чтобы познакомиться с семьей любимого ею мужа. Завязавшийся в дороге роман со случайным попутчиком ставит героиню перед выбором между прежней любовью и страстью к новому знакомому.

* * *

Эмигрировав в 1917 году, она так и не вернулась в Россию. Произведения ее не переиздавались, имя практически не упоминалось — так из русской литературы вычеркивали неугодного автора.

Но время расставляет все на свои места, и произведения одного из самых популярных писателей начала XX века возвращаются к читателям.

Итак, Евдокия Нагродская (1866–1930)… как А. Вербицкая, Санжар, Т. Краснопольская, она снискала себе славу писательницы-феминистки. Уже первый ее роман «Гнев Диониса» принес Нагродской скандальную известность, и в короткий срок выдержал десять изданий. Так называемые вопросы «пола» свободного брака, «освобождение женщины из-под ига мужчины», загадки таинственной женской души стали основными темами в ее творчестве. Писательница не просто приоткрывает завесу над тем, о чем стыдливо умалчивала традиционная литература — она отстаивает свое право говорить об интимном смело и откровенно. И не удивительно, что обращение Нагродской к глубинам женского естества созвучно сознанию современной женщины.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Геннадий Кариков

Китой-1989. Путевой очерк

р. Китой, 1989 год

т/к "СПЛАВ" , г.Владивосток

Этот год отмечен самым большим достижением для того набора - прошли Китой в Саянах. В походе приняли участие ребята из Хабаровска -старые знакомые Карикова. Предполагалось, что их будет 6 человек, но к походу осталось четверо: Попов Саша, Кириченко Антон, Замдвайс Толик и Селин Сергей. Из наших были: Городничая Оля, Котлова Ира, Шевелева Ира, Шабалина Люба, Хомченко Наталья, Овсеенко Вера, Кариков и Хазиев Женя.

Геннадий Кариков

Правая Бурея-Нимакан. Путевой Очерк

ПОХОД "ПРАВАЯ БУРЕЯ - НИМАКАН", год 1987.

т/к "СПЛАВ", г.Владивосток

Поход задумали еще с Нового года. Хабаровчане говорили про Бурею, что там одни шиверы, а вот насчет Нимакана - сплошные восторги. Мы сидели в бочке около минуты, а кат у нас 2 куба! Падение 10 м на 25м !

К походу было прорва работы. Новый катамаран, весла, котлы. Старые каты переделать. Времени после мая осталось всего-ничего. Сессия началась. К средине июня ничего не готово, народа нет. Делать начали в основном Деменкова, Свичкарь, Шевелева, Архипова. Расчет питания сделала Ира Архипова. Взяли еще парней из ТУРНИФа - чтобы рюкзаки поменьше были. Своих институтских так и не было.

Геннадий Кариков

Река Зун-мурин, 1991

т/к "СПЛАВ", г.Владивосток

Маршрут намечался на Камчатку - по Аваче. Но появились серьезные проблемы с билетами, тянулась волынка с деньгами. В конце - концов проработали Зун-Мурин. Компания собралась вроде нормальная - Максимов Петро, Пермяков Сергей, Степанов Саша, Черноусов Вадим, Злотников Юра, Кариков Гриша, Бутин Дима, Терехов Костя, Жукова Галя, Шибарова Саша, Света Ким-Пок-Сун.

Мустай Карим

"Деревенские адвокаты"

Перевод с башкирского Ильгиза Каримова

ДЛЯ ЗАЧИНА

Кто жив, кто живет - у того дни, месяцы, годы идут непрерывной тесной чередой. Ни один из ряда не выпадет, ни один через другого не прыгнет, ни один в другой раз не повторится. Каждый на своем месте. Однако если эти бусинки дней и годов нанизать на нить - то у самой даже удачной, счастливой, достойной судьбы они жемчужно-коралловым или злато-серебряным ожерельем не вытянутся. Меж самоцветов попадутся комки спекшейся глины, рядом с золотыми и серебряными монетами - зеленый медный грош и ржавая жестянка. И не скажешь, чего больше - золота или медяшек. Конечно, истовой душе и жить истинным: радости - так чистое золото, горести - так черный уголек. Но и самая вольная душа лишь одной своей волей не живет. Бывает, что по его день забрезжит, да не по его свечереет, по его начинается жизнь, да не по его завершается. Вот и думаю я: те мгновения, что прожил он в своей воле, - самые высокие, самые драгоценные. В них-то и суть каждой судьбы.