Было или не было

Эта «штука» о том, как один сумасшедший вообразил себя писателем, и потом, что естественно для тех и для других, стал представлять себя поочередно то влюбленным, то потерявшим любимую, говорящим животным и римским прокуратором, и даже Спасителем и Сатаной…

Он сам себя обвинял и оправдывал, вещи вокруг нас выглядели для него не так, как видим их мы, и от этого наш герой казался со стороны еще более ненормальным.

В минуты просветления (а таковые случались) мечтал он об успокоении, ибо рай ему ни в каких фантазиях не являлся, да и не заслуживал подобный выдумщик Света по его собственному убеждению. Однако человек этот «выписал» себе истинное счастье вполне реально — дом, сад, свечи, лист бумаги и перо, чашка кофе, может быть…

За мной, слушатель!

Простите, Михаил Афанасьевич, если что не так…

Отрывок из произведения:

Мастер у окна… Издалека, кажется с Патриарших прудов, доносится вальс духового оркестра… Мастер садится к столу, берет лист бумаги и карандаш…

МАСТЕР:
Когда душа и разум
устанут от разлук,
одной случайной фразы
достаточно, мой друг…
Одной небрежной темы
и двух удачных нот…
И вот уже не те мы…
И мир уже не тот.
Другие книги автора Михаил Афанасьевич Булгаков

«Мастер и Маргарита» — бесспорно лучшее произведение Булгакова. Это к тому же — итоговое его произведение по отношению ко всему, что он написал, как бы резюмирующее представления писателя о смысле жизни, о человеке, о его смертности и бессмертии, о борьбе доброго и злого начала в истории и в нравственном мире человека.

Данное издание подготовлено известным текстологом-булгаковедом Л. Яновской, снабжено достаточно сжатым и вместе с тем исчерпывающим комментарием. В электронной версии книги полностью устранены опечатки и другие ошибки.

«Белая гвардия» — не просто роман, но своеобразная «хроника времени» — хроника, увиденная через призму восприятия «детей страшных лет России». Трагедия издерганной дворянской семьи, задыхающейся в кровавом водовороте гражданской войны, под пером Булгакова обретает черты эпической трагедии всей русской интеллигенции — трагедии, отголоски которой доносятся до нас и теперь…

В этот сборник вошли произведения Булгакова, носящие автобиографический характер, – остроумная, ироничная повесть «Записки на манжетах», посвященная скитаниям по послереволюционному Кавказу, сложным отношениям с «красной» властью и собратьями по перу, мечтам об эмиграции и первым опытам в литературе, и потрясающие «Записки юного врача» – почти документальные очерки Булгакова о святом и страшном жребии служителя Гиппократа в нищей, почти средневековой российской провинции начала 1920-х. В книгу включен и «Морфий» – пугающе откровенная, мучительная исповедь, послужившая основой для одноименного фильма Алексея Балабанова.

«Бег». Знаковое для творчества Михаила Булгакова произведение.

Произведение глубокое, многоплановое и многозначное, в котором судьба поколения, опаленного огнем войны и революции, предстает во всем величии подлинной трагедии.

В книгу также вошли классические, до сих пор не сходящие с театральных подмостков пьесы Булгакова, являющие собой иную грань яркого, масштабного таланта...

— Дядь Иван, а дядь Иван!

— Што тебе? Мыло, мочалка имеется?

— Все имеется, только умоляю тебя: уйди ты к чертям!

— Ишь, какая прыткая, я уйду, а в энто время одежу покрадут. А кто отвечать будет — дядя Иван. Во вторник мужской день был, у начальника станции порцыгар свистнули. А кого крыли? Меня, дядю Ивана!

— Дядя Иван! Да хоть отвернись на одну секундочку, дай пробежать!

— Ну, ладно, беги!

Дядя Иван отвернулся к запотевшему окошку предбанника, расправил рыжую бороду веером и забурчал:

Цепи красных, офицерская рота, публика в ресторане, цыганский хор.

АКТ IКартина первая

Вечер в квартире Болотовых в Симферополе. Слышен ветер. Болотова сидит за роялем.

Болотова. Песнь моя летит с мольбою… песнь моя… Нет, скучно. Я больна. И не могу понять, не знаю, что тревожит сердце, и почему меня томит предчувствие. Озноб, я не могу согреться. А там, снаружи, ветер, ветер…

Стукнула дверь. Появляется Маша.

Итак, я остался один. Вокруг меня — ноябрьская тьма с вертящимся снегом, дом завалило, в трубах завыло. Все двадцать четыре года моей жизни я прожил в громадном городе[1] и думал, что вьюга воет только в романах. Оказалось: она воет на самом деле. Вечера здесь необыкновенно длинны, лампа под синим абажуром отражалась в черном окне, и я мечтал, глядя на пятно, светящееся на левой руке у меня. Мечтал об уездном городе — он находился в сорока верстах от меня. Мне очень хотелось убежать с моего пункта туда. Там было электричество, четыре врача, с ними можно было посоветоваться, во всяком случае, не так страшно. Но убежать не было никакой возможности, да временами я и сам понимал, что это малодушие. Ведь именно для этого я учился на медицинском факультете...

В то время как раз, как вели Никанора Ивановича, Иван Бездомный после долгого сна открыл глаза и некоторое время соображал, как он попал в эту необыкновенную комнату с чистейшими белыми стенами, с удивительным ночным столиком, сделанным из какого-то неизвестного светлого металла, и с величественной белой шторой во всю стену.

Иван тряхнул головой, убедился в том, что она не болит, очень отчетливо припомнил страшную смерть Берлиоза, но она не вызвала уже прежнего потрясения. Иван огляделся, увидел в столике кнопку, и вовсе не потому, что в чем-нибудь нуждался, а по своей привычке без надобности трогать предметы позвонил.

Популярные книги в жанре в стихах

Анастасия Дубинина

Церемониал погребения тела

в бозе почившего Симона де Монфора,

божьей милостию графа лестерского, тулузского и т.д.

Составлен Пьером Во-де-Сернейским .....(дата, вставить) в землях провансальских, близ города Тулузы.

Утверждаю. Амори де Монфор, граф Лестерский и т.д.1

1.

Впереди идут два трувора,

Воспевают подвиги де Монфора.

2.

Со сдержанной улыбкой Раймон Шестой

Педро Кальдерон

Луис Перес галисиец

(перевод В.Бугаевского)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Луис Перес.

Мануэль Мендес.

Дон Алонсо де Тордойя.

Хуан Баутиста.

Адмирал Португалии.

Педpо, шут.

Леонардо.

Исавель, сестра Луиса Переса.

Донья Хуана, возлюбленная Мануэля Мендеса.

Донья Леонора, племянница адмирала.

Касильда |

} служанки

Инес |

Коррехидор.

Для дошкольного и младшего школьного возраста.

Художник В. Родин.

Журнал «Искорка», 1959 г., № 12, стр. 18-24

Почему мы начали знакомство современного читателя с писателем и человеком Александром Хазиным не с «Возвращения Онегина»? Нам прежде всего хотелось удалить его творчество от тех оскорблений и ярлыков, которыми на протяжении многих лет сопровождалось обязательное «изучение» «сокращенной и обобщенной стенограммы докладов т. Жданова на собрании партийного актива и на собрании писателей в Ленинграде». «Некий Хазин» — сказал тогда о нем главный политрук страны, а сам писатель не раз потом с грустной улыбкой говорил: «Я — человек из постановления…»

Красивая страна. Весенний вечер. Захождение солнца. Небесные духи спускаются на землю.

Духи

Из иной страны чудесной,
Людям в горести помочь,
Нас на землю царь небесный
Посылает в эту ночь;
Принести живое слово,
Жатвы все благословить,
Человека к жизни новой
Ободрить и укрепить!

Один дух

Жаль мне рода, что для хлеба

Педро Кальдерон Де Ла Барка

Чистилище святого Патрика

Перевод Константина Бальмонта

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Эгерио, царь Ирландии

Патрик

Людовико Энио

Паулин, крестьянин

Леогарио

Филипо

Капитан

Неизвестный, закутанный в плащ

Два инока

Старик крестьянин

Добрый ангел

Злой ангел

Полония

Лесбия

Льосия, крестьянка

Стража, солдаты, иноки, крестьяне и крестьянки

«Ну, годочки

Берутъ свое… Вѣдь мнѣ за пятьдесятъ,

Прекрасная графиня!.. Я, бывало,

Какъ съ графомъ были мы въ Святой Землѣ,

Одинъ ходилъ на шестерыхъ невѣрныхъ…

Теперь – дай Богъ убрать и четверыхъ!

А все-таки – не хвастаюсь, мадонна! —

Изъ вашихъ вѣрныхъ латниковъ никто

Помѣряться со мной не въ состояньи.

Молокососъ народъ! До стариковъ

Имъ далеко: мы крѣпкаго закала,

Надежной ковки…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

"Пруд Белых Лилий" — продолжение полюбившегося русским читателям романа "Остров в море" — истории о двенадцатилетней Штеффи, оказавшейся на острове в Швеции в начале Второй мировой войны. Повзрослевшая Штеффи получает стипендию и отправляется учиться в Гётеборг, где она будет жить на пансионе в семье Сёдербергов. Главное — она теперь будет находиться совсем рядом со Свеном, с которым познакомилась летом! Но что-то не складывается в новой жизни Штеффи, на вид вполне благополучной… "Что происходит с родителями? Что такое настоящая дружба? А настоящая любовь? Что лучше — правда или ложь?" — все эти вопросы переполняют ее. И берег пруда Белых Лилий становится для Штеффи местом, где она может побыть одна и попытаться разобраться в себе…

Книга «Год жжизни» основана на Интернет-дневнике Евгения Гришковца.

Живой журнал Евгений начал вести чуть больше года назад. Этот текст почти документ.

Год жизни. Нормальной человеческой жизни с волнениями, переживаниями, радостями и огорчениями, фильмами, музыкой, переездами. Всем тем, что и является жизнью. Всего год или Целый год.

Так же как и у Вас.

Выдающегося казахского советского писателя, крупнейшего ученого — академика Академии наук КазССР, доктора филологических наук, профессора и видного общественного деятеля Мухтара Ауэзова знают не только в его родной советской стране, но и далеко за ее пределами. С интересом и любовью читают ныне его произведения миллионы читателей на разных языках народов мира.

В 1957 году тепло отмечался юбилей, связанный с шестидесятилетием со дня рождения и сорокалетием творческой деятельности замечательного писателя. Он был награжден высшей правительственной наградой нашей страны — орденом Ленина.

Жизнь на сцене маняща и непостижима. В ожидании славы дни бегут в окружении бутафорской роскоши, сплетен и интриг. Под неизменным слоем грима скрывается беззащитное лицо женщины, актрисы, так и не научившейся существовать в этом Зазеркалье. А может быть не стоило и учиться?.. Созданный ее воображением мир театра подарил ей гармонию, которую невозможно найти в реальной жизни…