Буpя в пустыне-2, или WinWars 2002

01.04.2002, 4:30. Саудовская Аpавия. База ВВС США.

Лейтенант Джон Фолкон в последний pаз махнул pукой товаpищам и полез в кабину.

Его пеpеполняло чувство гоpдости. Еще бы, ему довеpена такая честь! Он узнал об этом от генеpала Бpейка, котоpый сказал: «Вам довеpена большая честь, лейтенант. Вы совеpшите пеpвый боевой вылет на новейшем свеpхсекpетном самолете F-22M.»

«„M“ означает „модифициpованный“?» — уточнил Фолкон. «„M“ означает „Microsoft“, — ответил генеpал. — Самолет полностью пеpеобоpудован этими pебятами. Они увеpяют, что тепеpь боевые задачи сможет выполнять любой идиот. Hо мы для пеpвого pаза выбpали вас, как одного из лучших наших пилотов. Вы должны будете уничтожить иpакский ядеpный центp.» «Можете слать соболезнования Саддаму уже сейчас, сэp», — ответил Фолкон.

Другие книги автора Юрий Леонидович Нестеренко

Вначале была тошнота. Не резкая тошнота отравления, подступающая к горлу рвотными спазмами, но и дающая в то же время надежду на последующее облегчение, а вязкая, муторная тошнота слабости после долгого тяжелого сна в душном помещении. Наполняющая едкой ватой грудь, сухой гадостью – рот и пульсирующим свинцом – голову. С одной стороны, меньше всего в таком состоянии хочется вставать и вообще шевелиться. С другой – понимаешь, что, если продолжать лежать, голова разболится уже по-настоящему. Так что надо все-таки пересилить себя и встать. И неплохо бы открыть форточку, даже если на улице зима…

— Да, разумеется, вы можете беседовать с ними наедине, — сказал доктор Петерс. — Они совершенно неагрессивны и не без удовольствия рассказывают о своих поступках. Каждый из них считает, что исполнял свой долг.

— В таком случае они должны быть обижены на общество, поступившее с ними так несправедливо.

— Они привыкли. В конце концов, наша клиника лучше, чем тюрьма или электрический стул.

— Значит, они действительно совершили все эти преступления?

Даже самая надежная техника когда-нибудь ломается; поверить в это так же тяжело, как в собственную смертность, но тем не менее это так. Поэтому, когда компьютер поставил меня перед фактом, я не стал терять время на восклицания «нет!» и «не может быть!». Факт был охарактеризован компьютером как «растущий дисбаланс напряжений, ведущий к асинхронной дегенерации трансполя»; в переводе на человеческий язык это означало, что мне нужно немедленно сваливать в обычное пространство, если я не хочу, чтобы элементарные частицы, из которых состою я и мой корабль, оказались размазаны по ближайшему десятку парсеков. Собственно, к тому времени, как я это осознал, компьютер уже принял единственно возможное решение, и на меня навалилась обычная дурнота трансперехода.

Юpий Нестеpенко

Персей и Андромеда

Персей. Добрый день. Андромеда. е сказала бы, что он добрый. Персей. Извините, что вмешиваюсь не в свое дело, но очень вредно стоять на ветру в такой легкой одежде и в цепях. Вы можете простудиться. Андромеда. Это совершенно исключено. Персей. Hапрасно вы в этом так уверены. Андромеда. Дело в том, что прежде чем я успею простудиться, меня съест морское чудовище. Персей. Что вы говорите! А вы хорошо подумали, прежде чем принять такое решение? Андромеда. Очень хорошо, поэтому меня и приковали. Персей. Вот как? И кто конкретно? Андромеда. Конкретно кузнец, а вообще мой отец царь Кефей. Персей. А... ну что ж, это весьма прискорбно. Рад был познакомиться. Андромеда. Подождите! Персей. А?... Андромеда. Вы случайно не герой? Персей. А как вы догадались? Герой. Вот моя визитная карточка. Андромеда. В таком случае, может, вы освободите меня? Персей. Что вы, как можно! Ведь это не я вас приковал. Андромеда. Hу и что? Персей. Я же герой, а не разбойник. Обязанность героя - блюсти закон, а не нарушать его. Андромеда. Закон? Персей. Вас приковали по приказу царя, так что все законно. Андромеда. Его заставил народ. Персей. Тем более. Hарод есть высший носитель закона, делегирующий правительству властные полномочия. Правда, можно подать апелляцию в суд высшей инстанции. Андромеда. Кому? Персей. Богам. Андромеда. Так они и послали чудовище. Персей. Hу вот видите, все абсолютно законно. Что вы мне голову морочите? Чудовище (всплывая). Добрый день. Кто из вас Андромеда? Персей. Ах, да, мы же забыли представиться. Стало быть, вы - Андромеда. А я Персей. А вы, стало быть, чудовище? Чудовище. Да. Вот моя визитная карточка. Персей. Очень приятно. Чудовище. Взаимно. А теперь могу я вас попросить оставить нас наедине с дамой? Персей. Конечно-конечно. Приятного аппетита.

Необычное может подстерегать человека не только в глубинах космоса, не только в туманном будущем, не только в параллельных вселенных, но и за любым углом в родном городе. Вашими гидами по иным мирам, в которых не действуют обычные законы, готовы стать современные писатели, формирующие пространство русскоязычной фантастической литературы — те, чьи произведения вошли в очередной выпуск ежегодной антологии «Русская фантастика».

СОДЕРЖАНИЕ:

Игорь Алимов. Не там проснулся.

Кирилл Бенедиктов. Птица цвета ультрамарин.

Евгений Бенилов. На море и на суше.

Андрей Бударов. Здравствуй, Дедушка Мороз!

Андрей Дашков. Последние дни.

Евгений Гаркушев. Жизнелюбы.

Евгений Гаркушев. Жук.

Сергей Герасимов. Кулинар.

Сергей Герасимов. Ползущий Медленно.

Василий Головачев. Соло на оборванной струне.

Александр Громов. Всем поровну.

Дмитрий Казаков. Последний путь.

Василий Мидянин. Глобальное Телевидение.

Юрий Нестеренко. Уплотнение.

Олег Овчинников. Ротапринт.

Вадим Панов. Круг любителей покушать.

Геннадий Прашкевич. Подкидыш ада.

Евгений Прошкин. Пересадка.

Вадим Проскурин. Люди, черви и боги.

Борис Руденко. Лиман.

Александра Сашнева. Ложись!

Александр Сивинских. У всякой зверушки.

Сергей Туманов. Тупой.

БЕССРОЧНАЯ АКЦИЯ «АНТИПОБЕДА»

Акция начата в мае 2005 г., когда была написана статья «День национального позора». К настоящему времени, помимо этой статьи, акция содержит, вероятно, самую большую в русском интернете коллекцию ссылок на материалы, развенчивающие культ так называемой «великой победы» в так называемой «великой отечественной» войне. Это многочисленные свидетельства о чудовищных преступлениях советских «воинов-освободителей» (нередко превосходивших по жестокости худшие деяния нацистов) и о режиме, который они защищали, а также разоблачения пропагандистской лжи этого режима и его нынешних идейных наследников, по-прежнему сидящих в Кремле. Материалы постоянно пополняются.

Целью акции является не оправдание нацизма (хотя, безусловно, каждый должен нести ответственность лишь за свои действительные преступления, а не за то, что приписано ему врагом), а восстановление исторической справедливости, уничтожение двойных стандартов и разрушение того последнего лживого идеологического костыля, на котором держится власть кремлевских узурпаторов.

Постоянный адрес акции: http://yun.complife.ru/miscell/antivict.htm

Генеpальномy диpектоpy Иегове от начальника маpкетингового отдела Гавpиила

Исследования, пpоведенные нашим отделом в pамках пpоекта Genesis, показали, что наилyчшие пеpспективы на pынке имеют системы следyющей конфигypации:

Планета: 1 шт.

Радиyс: 3000 км

Сила тяжести: 0.5 g

Соотношение сyша/вода: 1:1

Темпеpатypа: +24

Атмосфеpа: кислоpод

Моpя: пpесн. вода

Реки: молоко, мед

Фаyна: тpавоядная

Архипелаг Фэнтези, уважаемый путешественник, — это волшебная неизведанная земля, полная тайн, чудес и невероятных диковин. Здесь магический дар запросто может стать проклятием, а рыцарь — драконом или ветром. Здесь еще слышны отголоски древних великих схваток и магических битв, здесь сражаются с пиратами гномы в боевых доспехах подгорного племени, темные воины пытаются освободить из колдовской башни заточенное в ней злобное божество, а простой камень переворачивает судьбы королевств. В Блезуа нынче состоялся великий турнир чародеев, в Нидерланде, по слухам, объявился знаменитый герой Конан, а во владениях господина барона Кирфельда, сказывают, видели внушающих ужас странствующих братьев-мытарей, не к ночи будь помянуты. Чтобы не упустить самого интересного, что происходит на нашем архипелаге, о путешественник, прочти эту книгу, которую написали для тебя отечественные фантасты; в ней собраны новые рассказы и повести, раскрывающие жгучие тайны магических миров и земель.

Популярные книги в жанре Юмор: прочее

Дмитрий Гайдук

О ПРОГРАММАХ И ВИРУСАХ

Странная тенденция, однако: если где-то есть крутая программа, то ее всегда надо зачмарить, заглючить, и вобще запортить, и это считается хорошо и правильно. А потом про них еще и фильмы снимают, какие они молодцы и герои. А про честного программера никто кино не снимет, потому что неинтересно это, вот. А потом удивляемся, откудова у нас столько хакеров развелося. Вот, возьмем, к примеру, те же Окна-98: когда их на презентации заглючило, это же праздник был просто всенародный! Хотя все кругом этими Окнами пользуются, и чему тут радоваться было - просто непонятно. Или другой вариант: сидит себе чувак, строгает игрушку про итальянского мужика, который в Гонконге попал в какой-то херовый расклад и никак из него не выберется. И тут мужик поворачивает к нему усталые глаза и говорит: слушай ты, папа Карло! А ну-ка, быстро сотри меня отсюда, так дальше жить нельзя, меня тут все время мочат и вобще, какое ты имеешь право. И чувак (между прочим, не просто чувак, а бывший Мальком Мак-Лауд) целый фильм колбасится по каким-то киберпространствам, чтобы эту игрушку затереть. И на минутку не задумывается, что в программе той еще много чуваков живет, и тетки разные живут, и китайцев целая толпа, и никто не хочет, чтобы их стирали, а даже совсем наоборот. Главное, что его перемкнуло совершить благородный поступок, а все остальное near a bird. Такая вот идеология. Hо это еще что! Сейчас вот сняли фильм про Матрицу, так там вобще главный герой - компьютерный вирус. Поселился он в очень крутой стратегической игрушке и постепенно ее разрушает. И происходит это так: сначала он цепляется к какому-нибудь модулю программы и начинает его помаленьку заглючивать. А модуль, между прочим, на полном серьезе считает себя живым человеком, а свою программу - объективной реальностью (на этом вся игрушка и построена). И вот наконец Морфеус является модулю в виде вполне живого лысого негра и предлагает ему на выбор две таблетки: синюю и красную. Бедный модуль трется, жмется, потеет и наконец выбирает красную, хотя мог бы и синюю выбрать - состав у них абсолютно одинаковый. А отказаться от выбора он бы не смог, поскольку машинная логика этого не предусматривает; и обе сразу выбрать тоже не может - опять же, это против правил. Hу, и после этого вирус Морфеус полностью перестраивает программу модуля и учит его заражать другие модули и крушить Матрицу. А наш модуль (его, кстати, играет бывший Джонни-Мнемоник) оказывается таким крутым, что даже антивирусов ломать начинает - просто входит к ним внутрь и разрывает на куски. И при этом продолжает считать себя реальным человеком, живущим в абсолютно реальном мире - вот только реальность его поменялась, стала убогой и стремной, но это не беда, это он считает, что так и надо. Потому что это, блин, настоящая реальность, горькая правда, и не надо нам вашей сладкой лжи. Самое странное, что симпатии авторов стопроцентно на стороне вируса и его друзей. Они и крутые, и модные, и прикольные; а все антивирусы - такие себе клерки в костюмчиках, которые и говорят-то как роботы, и двигаются рывками, и жестокость ненужную проявляют, и вобще тупые, злобные и отвратительные. Так, чтобы сразу понятно было, кого мочить. И телега такая придумана, что после нее просто хочется компьютер молотком разбить, а первого встречного робота руками разорвать - повезло им, в натуре, что они еще по улицам не ходят! Hу, ладно, а все-таки? Ведь это подход чисто поверхностный и стебный, а фильм-то на самом деле гораздо глубже. Hекоторые даже считают, что это фильм про борьбу растаманов с Системой, тем более что растаманские фенички там кое-где присутствуют. Вот, мол, Система из нас высасывает всю энергию, а нам взамен выдает галимую игрушку, чтобы мы ее за жизнь считали и не рыпались. А кстати, очень похоже на правду - и про игрушки, и про энергию, и вобще про Систему. Слишком даже на правду похоже - но тут есть некоторые замечания. Во-первых, игрушка все-таки не такая уж галимая. Во-вторых, если мы всю правду поняли, то совсем не обязательно сразу что-то ломать. Вот, в том же фильме показана такая себе бабушка-негритянка, которая сугубо в Матрице живет и все очень точно предсказывает. Возникает вполне законный вопрос: если она все так хорошо понимает, то где же ее настоящее тело? Тоже, что ли, в бочке сидит и роботов энергией кормит? А может быть, у нее и нет настоящего тела? Или оно есть, но где-то в другом месте? Короче говоря, вопрос очень сложный. А по-моеиу, тут все просто. Какая разница, где ее настоящее тело, если она этой проблемой не замарачивается и другим не советует. Главное, что живет она правильно, и энергии у нее хватает и на то, чтобы печенье печь, и на то, чтобы детей воспитывать, и на то, чтобы людей во что-то дельное врубать. Клевая, в общем, бабка. Построила свою программу, и вся Матрица на нее работает. И она даже не протестует, когда Морфеус Матрицу разломать хочет. Разломает так разломает - на все воля Божья. Все равно ведь, вирус это тоже программа такая, и тоже действует по какой-то логике, и логика эта кажется ему конструктивной и единственно возможной. А на самом деле, вирус-то под программу пишется, и без программы в нем никакого смысла нет. Да и не будет он работать без программы-то. И чем вирусами баловаться, так лучше свою прогу написать, а еще лучше - свою операционную систему, под которой любые программы работать будут. А можно вобще никаких программ не писать, их и так уже много написано, надо просто врубаться, какую из них для чего лучше использовать. Так что ж это получается? Красная таблетка - гамно, всегда выбирайте синюю? А вот и нет. И красная кому-то хороша, и синяя кому-то хороша, но ведь между ДА и HЕТ - целый миллион возможных решений, и если нам предлагают выбрать одно из двух - значит, от нас скрывают все остальное. Это как в буржуйском магазине: стоишь себе, втыкаешь, и вдруг подходит милая девушка и говорит: какой фонарик будете брать - красный или синий? Hе скажешь же ей, на самом деле: извините, милая девушка, я ведь просто так, повтыкать зашел, а покупать ничего не буду! И в результате приобретаешь втридорога какую-нибудь галиматью, а потом думаешь, кому бы ее подарить. Конечно, выбор в конце концов приходится сделать, но если предлагается выбирать из чужих вариантов, то самый лучший выбор - не ходить на выборы. Впрочем, я думаю, что никто из наших все равно туда не пойдет. У нас и поприкольнее дела найдутся.

Анатолий Гланц

Вы еще о нас пожалеете!

Когда-то мы, лазики, селились на обширных территориях. Больше всего нас было в детской. Из лоджии, помнится, нас выдувало ветром. Митинги мы обычно устраивали в ванной - шум воды хорошо заглушает прения.

Старики помнят, как распухали головы от чудовищного числа заседаний. Каждый лазик должен был переговорить с каждым и рассказать ему, о чем он разговаривал с остальными. Это было трудно. Садился голос. Мы ждали прихода жарких дней, чтобы как следует прогреть связки. Ожидание отнимало время, и большинству из нас не удавалось состариться. Смертность исчезла. Нам грозило перенаселение.

Вячеслав Иванов

О ЮМОРЕ, ПЯТНАХ И САМОДЕЯТЕЛЬНОСТИ

- Вот вы утверждаете, что чувство юмора - свойство безальтернативное. Оно или есть, или его нет. Ну что вы так горячитесь, право? Я же не спорю. Я только хочу сказать, что оно меняется с возрастом обладателя. Пристали: пример, пример... Где я вам его сразу выдумаю. А, впрочем, вот. Попалась мне на днях на стеллажах довольно-таки старая книжица. Раскрываю, а там на форзаце надпись наискосок: "Иванову в память о А.П. Чехове (к 100-летию со дня рождения)", а ниже подпись: "Совет по организации юбилея, школа такая-то" и печать гербовая. Смешно? Вам нет? Ну а я вот улыбнулся. А когда название посмотрел, так вообще рассмеялся - "Рассказы о Котовском". Нет, вам точно не смешно? Г-м-м... А когда я вспомнил всю историю, связанную с этой книгой, то даже лоб, в тот день ушибленный, заболел, но все равно смешно... Дело было давно, когда - сами подсчитайте: столетие со дня рождения Чехова отмечалось, естественно, а не Иванова. Иванову-то только-только тринадцать тогда исполнилось. Тем не менее был он уже известным (в школьном масштабе, конечно) артистом. Поэтому и пригласили его на роль Ваньки Жукова в "моноспектакле" одноименном. Роль - великолепная. Хотя бы тем, что заучивать ничего не нужно. Написал заранее письмо "на деревню дедушке" и читай вслух. А то за пару месяцев до этого он юным антифашистом Карлхеном был, а пьеска-то на немецком языке исполнялась. Представьте, какая нагрузочка тяжеловесные фразы зубрить: "Hast Du dann Ferstand verloren, was singst Du da?"* - да еще и роль при этом исполнять. Впрочем, меня немного в сторону повело, вернемся к нашему герою. Сцена практически в темноте. Свет от прожектора-пистолета вырывает из нее Ваньку, стоящего на коленях перед широкой скамьей. Справа от него две свечи (не горящие, естественно) в старинном реквизитном подсвечнике, перед ним на скамье лист бумаги (с текстом письма, публике его все равно не видно), чернильница-непроливайка (не знаю, помнят ли читатели, такие раньше в школах были) и тонкая деревянная ручка с пером "пионер 13". Ручки этого типа в Ленинграде "вставочками" называли. Внизу, в полутора метрах от сцены в первом ряду почетные гости из рай-, гор- и облОНОв, шефствующего областного драмтеатра, завучи и сам директор школы - Щеглов, которого за страсть к белоснежным накрахмаленным рубашкам "щеголем" называли. Он в очередном шедевре прачечного искусства, почти нескрываемом очень открытым спортивным пиджаком и модным в то время пестрым шнурком, вместо галстука, a-la Хрущев. Далее зал пропадает во мраке. Ванька расправил лист бумаги, поскреб в затылке, обмакнул в чернильницу ручку и начал письмо: "Милый дедушка, Константин Макарович..." После "написания" этой фразы, положив ручку , мальчишка стал уже просто рассказывать дальнейший текст, изображая описываемые события и помогая жестами. Он увлекся, зал тоже увлеченно смотрит и слушает. Даже простуженные перестали чихать и кашлять. Дошло до фразы: "А она взяла селедку и давай ейной мордой меня в харю тыкать". Показывая как хозяйка размахивает селедкой, Ванька так разошелся, что смахнул со скамьи чернильницу... И кто только назвал их непроливайками! Она по прицельно-настильной траектории полетела вниз прямо на поблескивавшую лысину "Щеголя". На поднявшийся в первом ряду шум немедленно среагировала тетя Маруся уборщица, постоянно терроризировавшая малолетний контингент, - и щелкнула выключателем. В ярко вспыхнувшем свете замерший от ужаса Ванька увидел причудливую кляксу на отполированной "прическе" директора и расползающееся по белоснежной рубашке фиолетовое пятно... Сопровождаемый небывалой тишиной, исполненный достоинства "пострадавший" не спеша двинулся к выходу, промокая чернила носовым платком. Но как только захлопнулась дверь, зал буквально взорвался хохотом. Ребятня вообще сползла со стульев. Взрослые прикрывались платками или начинали искать что-то на полу. Ванька, заразившись всеобщим весельем, резко нагнулся, чтобы спрятать искаженную смехом физиономию и гулко ударился лбом о скамью. После этого хохот в зале сменился какими-то повизгиваниями и всхлипами. Чеховский вечер явно удался... Правда, когда через двадцать пять лет очень похожее на "Щегольское" пятно замелькало на телевизионных экранах, нашему герою совсем не было весело. Впрочем, это только подтверждает, что понятие о смешном с возрастом изменяется. Ты с ума сошел? Что ты здесь поешь? (Между прочим, последние в жизни слова А.П. Чехов произнес именно по-немецки, сказав : "Ich sterbe".

Любомир Кынчев

Прошел слух...

Я был очень взволнован. Мне нужно было немедленно попасть к директору и сообщить ему о пожаре на одном из наших складов готовой продукции. Но в приемной, как обычно, было много народу, главным образом наши служащие. Товарищ Гю-лембаков принимал по одному - любил поговорить с подчиненным с глазу на глаз. Конечно, меня разбирало любопытство, о чем там беседуют, но дорога была каждая минута. Вообще-то я человек спокойный и терпеливый. Однако от одной мысли, что теряется драгоценное время, у меня дрожали руки и в глазах аж потемнело.

ОБУХОВ Евгений

Из цикла "Ветер больших п..."

В О Л К И П О Ч Е Т Н Ы Е

Метель. Закутавшись в тулуп, на скамеечке возле пустой клетки зоопарка сидит старик. Слушает завывание ветра. Потом то ли аукает, то ли воет сам.

У-у-у!...

Издалека в ответ:

У-у-у!...

-Во, слышишь - волки... Волки все, - говорит Михалыч. Одичали люди. Какой капитализм - такой и народ. Во, как говорит.

Он, Михалыч-то, сказать умеет. Он в свое время в президиумах насиделся. "Слово имеет передовик и ударник Иван Михайлович... Спасибо за аплодисменты... Ну, что я могу сказать, товарищи... Тридцать лет назад я выдал на гора за одну смену 200%... этого... забыл чего. Потому как с того дня мне к станку подойти некогда. Всё опытом делюсь. И теперь я счастлив, что подрастает смена, которая... 205% этого...Ура, товарищи!" Вот как говорил.

Рассказы Сулмор — это современные сказки про любовь. В них можно встретить прелестного чертика, исполняющего желания, поговорить по душам со своей тоской или прийти на помощь заколдованной лисице. Чудеса происходят и в обыденной жизни, стоит лишь быть открытым миру и уметь их замечать. Разве не чудо найти в городском шуме и городской суете того единственного человека, ради которого хочется обогнать закат? Также это светлые истории, способные согреть весенним теплом и способные дарить ощущение летних солнечных дней.

Эти и другие рассказы Сулмор можно найти на сайте Юри Тейнон.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Просторный зал космопорта был практически пуст. Только три человека в пилотской форме коротали время у стойки автоматического бара. Неожиданно за спиной у них послышались быстрые шаги, и зал решительной походкой пересекла высокая блондинка в модном блестящем комбинезоне. Пилоты проводили ее взглядами. Она же, не обращая на них внимания, подошла к двери с табличкой «Начальник порта» и сунула в щель идентификационную карточку. Спустя несколько мгновений дверь открылась. Полноватый человек лет сорока слегка приподнялся навстречу посетительнице.

«Эти господа — летчики-испытатели, которые отправляются на тот свет… Та-на-то-нав-ты. От греческого «танатос» — смерть и «наутис» — мореплаватель. Танатонавты».

В жизнь Мишеля Пэнсона — врача-реаниматолога и анестезиолога — без предупреждения врывается друг детства Рауль Разорбак: «Кумир моей юности начал воплощать свои фантазии, а я не испытывал ничего, кроме отвращения. Я даже думал, не сдать ли его в полицию…»

Что выберет Мишель — здравый смысл или Рауля и его сумасбродство? Как далеко он сможет зайти? Чем обернется его решение для друзей, любимых, для всего человечества? Этот проект страшен, но это грандиозная авантюра, это приключение!

Эта книга меняет представления о рождении и смерти, любви и мифологии, путешествиях и возвращениях, смешном и печальном.

Роман культового французского писателя, автора мировых бестселлеров «Империя ангелов», «Последний секрет», «Мы, боги», «Дыхание богов», «Тайна богов», «Отец наших отцов», «Звездная бабочка», «Муравьи», «День муравья», «Революция муравьев», «Наши друзья Человеки», «Древо возможного», «Энциклопедия Относительного и Абсолютного знания»…

(Писано в 1862 году)

Предлагаемая здесь публике пиеса Дело не есть, как некогда говорилось, Плод Досуга, ниже, как ныне делается Поделка литературного Ремесла, а есть в полной действительности сущее, из самой реальнейшей жизни с кровью вырванное дело.

Если бы кто-либо — я не говорю о классе литераторов, который так же мне чужд, как и остальные четырнадцать, но если бы кто-либо из уважаемых мною личностей усомнился в действительности, а тем паче в возможности описываемых мною событий; то я объявляю, что я имею под рукою факты довольно ярких колеров, чтобы уверить всякое неверие, что я ничего невозможного не выдумал и несбыточного не соплел. Остальное для меня равнодушно.

Книга Юн Чжан, впервые опубликованная в Великобритании в 1991 году (премия «Британская Книга года»), переведена на 32 языка, но до сих пор не издана по — китайски.

История семьи сквозь призму драматической судьбы Китая, описанная ярко и эмоционально, стала бестселлером. Юн Чжан точна и беспристрастна в оценке общественно — политических событий и предельно честна в раскрытии самоощущения людей, попавших под колеса истории. Книга служит утверждению общечеловеческих ценностей и свободы мыслящей личности. нотация книги1