Бунт

Землянин прилетел на планету, где в симбиозе живут два вида, мускулянты и мегацефалы. Одно существо нормальных размеров, а другое миниатюрное. Когда-то это был единый вид, но затем он разделился и специализировался: один из подвидов развил интеллект и потерял способность трудиться физически, а другой наоборот. Появление землянина вызвало бунт.

Отрывок из произведения:

Планета просто блестела, оставалось только восхищаться ее жителями. Я приземлился на великолепном космодроме, меня поприветствовали по радио. Местные условия позволяли ходить без скафандра.

Я вышел на поле космодрома и заметил необычайно похожее на человека существо, приближающееся со стороны строений космодрома. Над могучим туловищем красовалась большая голова с высоким лбом и умными глазами.

Только на расстоянии в несколько метров я заметил, как сильно ошибся и вместо крутящегося на языке «привет тебе» произнес:

Другие книги автора Януш Анджей Зайдель

Сборник произведений Януша Зайделя.

ЯНУШ ЗАЙДЕЛЬ

ПРИВИДЕНИЕ

В эпоху Великих географических открытий, дальних морских путешествий и покорения новых земель единственным источником информации о неведомых странах были рассказы моряков. Возле пирующего в портовой таверне морского волка всегда собиралась кучка любопытных, жадно внимающих байкам о кораблях-призраках и морских чудищах. Очарование Неизвестности, Большого Приключения - хотя бы чужого притягивает людей с незапамятных времен. Сегодня - когда моряка сменил пилот-космонавт, а портовый кабак уступил место элегантному ресторану Космопорта - также нет недостатка в охотниках послушать необычные и незаурядные истории. В рассказах, которые можно услышать сегодня, не осталось ничего от наивности и нереальности былых моряцких легенд. Современного слушателя трудно удивить вымышленными историями. Несмотря на это, иногда случается услышать рассказ, на первый взгляд неправдоподобный. В бортжурналах и рапортах таких не найдешь...

Прежде, чем поселенцы выйдут в новый мир, они проходят адаптацию на корабле. Им понемногу меняют состав атмосферы, подгоняют длину суток под условия новой планеты, их пища содержит все больше местных добавок.

Через много-много лет на родину вернулась звёздная экспедиция к планетам Дзеты на космическом корабле «Гелиос». Экипаж корабля высадили на Луне, привезли в посёлок Луна I и держат в заточении. Оказывается, за прошедшие годы на Земле произошла социальная катастрофа и человеческое общество разделилось на две ветви. Одна – тупиковая – осталась на Земле, а вторая улетела на Луну в надежде сохранить человеческую цивилизацию, переждать, пока земляне сами себя истребят – и тогда вернуться. Но космонавты решили самостоятельно во всём разобраться.

Консенсор – сочувствитель. С его помощью врач ощущает любую боль пациента как свою – удобство диагностирования. Так же можно чинить роботов. Врач ощущает «пробой конденсатора».

Януш А. Зайдель

ПРОГНОЗИЯ

Приехал я рановато, часы на остановке показывали чуть больше половины третьего. Жара стояла невыносимая. Я проходил мимо уличной площадки какого-то кафе, оно было переполнено, но один пожилой человек как раз освобождал свой столик. Я вошел, надеясь выпить чего-нибудь холодного.

Я сидел прямо возле низкого ограждения и ожидал официантку, которая исчезла внутри кафе и долгое время не появлялась. От нечего делать я наблюдал за движением на узкой вечно переполненной автомобилями улочке. Сегодня машины двигались медленно, словно устав от жары, а прохожие ходили в расстегнутой одежде, горячие и подавленные неподвижным желе горячего воздуха. В такие дни человек чувствует, что время останавливается. Вялотекущие мысли подальше обходили все серьезные вопросы и стремились к приморским песчаным пляжам или хотя бы городским бассейнам...

Земля отправила космический корабль к планетам Тау Кита. Полёт рассчитан на несколько поколений космонавтов. Те, кому исполнилось 50 лет, отправляются в анабиозные ванны и ждут окончания полёта в замороженном состоянии.

Жестокая конкуренция заставляет всех защищать диссертации и повышать квалификацию. Собачники с дипломами зоотехников, киоскеры – доктора наук, кондуктор в звании профессора. А чем заняты настоящие учёные?

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Дмитрий ТАРАБАНОВ

ТАНГОЛЬСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

рассказ (из цикла "Космоторговля по-русски")

Максим Остопов, техник "Непоколебимого неболюбца" и лингвист в одном лице, почесал тщательно выбритый подбородок. Он оказался в затруднительном положении. - Твой ход, - напомнил пилот Резник, с победным видом крутясь в своем великолепном пилотском кресле. - Угу, - промычал в ответ Остопов. Компаньоны сидели в крохотной кают-компании, стены которой были завешаны многочисленными трофеями инопланетных животных и предметами тотемного поклонения политеистичных туземных культов. Среди них были неотъемлемый балахон амитийских матюгальников, и копье черного дьявола, и серьезно насолившая обоим муха хоть-хны, которую удалось изловить только при сжатии гравитационного поля внутри корабля до предельного уровня. При этом остальные экспонаты коллекции русских торговцев приняли "по необъяснимым причинам" плоскую форму. "Зато их удобно будет сложить в ящик во время переезда, если мы хоть когда-нибудь найдем средства для покупки хорошей иномарки", - с видом настоящего стоика описал Резник положительную сторону метаморфозы. - Надо же, - медленно проговорил Максим. Его рука замерла над тангольской игровой пирамидкой, не в силах опустить последнюю фигурку в ячейку. - Эти проклятые долговязые подпространственные мыслители пресекли все пути к развитию человеческой инициативы. - Ты о чем? - не понял лекционного тона Резник. - Хочешь сказать, что ты сдаешься? - Нет, я хочу сказать, что применение к развлекательной игре системы самообучающейся программы, которая исключает все варианты, уже проработанные... вернее, проигранные любым из соперников, количество которых, кстати, неограниченно... существенно снижает спрос данной игры на рынке. Тангольские сийанции намного уступают пасьянсу по части возможных комбинаций первоначальной раскладки, шахматам по количеству вариантов атаки на противника и бильярду по части азарта. Переводня какая-то. Просто чтобы убить время. - В общем, ты сдаешься. - Нет, я просто могу просчитать, что в этот раз я опущу свою последнюю фигурку в ячейку пятого яруса третьего столбца на северной грани, и у меня, как и у тебя больше не будет возможности продолжать игру, - Остопов разжал пальцы, и фигурка юркнула в паз на грани пирамиды. - Ой, - опустошенно сказал Резник. Грани тангольской пирамиды засверкали, и из нее полились плавные звуки, которые, равно как и любые другие слова, сказанные уроженцами Танголии III, накладывались друг на друга и звучали в унисон. Лингвафон, лежащий на столе в режиме устной трансляции, гнусаво перевел сказанное: - Варианты исчерпаны. Игра автоматически переходит в неигровое состояние. Мои поздравления ахну Максиму Остопову. После чего пирамидка рассыпалась, превратившись в кучку серого порошка. - Это мне напомнило демонстративную версию вакуумного шлюза, которую мы установили, возвращаясь с метрополисского конгресса вольных торговцев. Ностальгически проговорил техник, грустно обводя пальцем крошечный террикон. - Помнишь, когда к нам хотел вломиться тот четырехрукий гуманоид? Шлюз ведь растворился прямо в открытом космосе, как только истекло время пользования. Ты тогда еле успел скафандр натянуть. Вадим Резник вскипал. Он сдерживался, сколько мог, потом зарычал и резким движением сбросил лингвафон со стола. Тот полетел в угол и, брызнув искрами, пустил дымок. Остопов пожал плечами. - Ну вот, теперь мы остались без лингвафона. - Я не отдам свой стул! - отчаянно затряс головой пилот. - Ты его проиграл. Ты и стул отдашь, и лингвафон купишь за деньги из своей доли. - Да хоть болькинийца на четверть ставки! - выкрикнул Резник. - Но стул не отдам. - Он закинул руки за спину, что силы обнимая спинку своего эргономического антигравостатического пилотского кресла. Остопов аккуратно собрал прах игры в пакет, закупорил его и кинул в мусоросборник, где он должен был лежать несколько часов, дожидаясь выхода в адекватное трехмерное пространство. - Ладно, - сказал он. - Тогда ты заявишься к тангольцам, купишь у них комплект плантационных яиц и яйцерезку. Я автоматически забуду твою повинность в передаче мне стула. - Будет сделано, - отчеканил Вадим Резник. - Только сделаешь ты это за свои деньги, - напомнил проигравшему компаньону Остопов. Не долго думая, Резник согласился во второй раз.

В. ТИН

Об эволюции нежити

Ученые досуги

Ничто не принесло диалектическому материализму большего вреда, чем превращение учения о вечном развитии в набор застывших догм. Окостенение диамата пагубно сказалось на развитии естественных наук, в том числе биологии. Из круга интересов ученых в нашем отечестве выпал обширный класс существ, располагающихся между созданиями идеальными, существующими только в воображении, и теми, что известны нам из повседневной жизни.

Сергей ТИЩЕНКО

СУМКА

Плачет маленький мальчик. Мать его утешает - обычная сценка.

Прохожий:

- Не плачь, а то в сумку заберу! - и показывает большую сумку.

Через 20 лет.

"И зачем только я сказал, что заберу его в сумку?" - думает Иван Иванович, надрываясь.

А из сумки несутся негодующие вопли:

- Сказал "заберу", теперь корми! И пива побольше!

Александр Тюрин

ВЛАСТЕЛИН ПАМЯТИ

цикл "НФ-хокку"

Творец, в знак того, что тварь может быть лишь подобной, но не равной ему, внес немалые изьяны в нашу природу.

Смирение, о мои любезные ученики, вот единственный щит, которым мы можем прикрыть свои несовершенства. Увы, мы столь часто пренебрегаем этим тяжелым вооружением.

К числу наших несовершенств относится и память. Как знаки на песке стирается то, что укрыто в ней. Имена, облики, побуждения . В отличие от сосуда с вином, который сохраняет как сладкую жидкость, так и горький осадок на дне, в сосуде нашей памяти со временем пропадает горечь тех ошибок, которые мы совершили в силу гордыни или малодушия.

Леонид ТКАЧУК

КОНЕЦ ПУТИ

Волны накатывались на берег, стремясь снести его со своего пути. Но шумно взлетев на гальку, они теряли порыв и бессильно просачивались обратно в море.

Одинокий человек двигался вдоль берега, останавливался, снова пускался в путь, и останавливался опять. Красноватые, подернутые дымкой солнечные лучи пробивались над горизонтом, окрашивая окружающее нереальными, мерцающими при каждом движении, бликами. Феерическим пламенем сверкал камень, выраставший из волнующихся вод. Он был неотделим от стихии волн - неровный, шероховатый, со множеством выступающих граней.

Александр Торин

Ночь в Цветущих садах Бомбея

Все в жизни Лени Цыплова в течение последних трех недель складывалось на редкость неудачно. А началась полоса невезения ровно девятнадцать дней назад, когда он летел в самолете, совершающим рейс Москва-Сан-Франциско. И черт его дернул взять с собой эту проклятую книжку.

Дело в том, что бывший аспирант кафедры вычислительной математики Цыплов всегда славился среди друзей своим обстоятельным подходом к жизни, зачастую граничившим с занудством. Неудивительно, что получив приглашение на работу в Америке, Леня решил всесторонне подготовиться к жизни в новых условиях, и отправился в районную библиотеку. Там на интересующую Леню тему обнаружилась толстая, зачитанная до дыр книжка с интригующим названием: "Кремниевая Долина. Краткий очерк нравов и экономической географии". Но тут навалились дела, книжка пылилась на столе, а Цыплов получал визы и подписывал бесконечные обходные листы. Пришлось пойти на преступление против совести: книжка была временно похищена, а Леня твердо решил, что проштудирует книжку в самолете и вышлет ее обратно по почте.

Евгений ТОРОПОВ

ЗАПУСТЕНИЕ

Глава I

Прибытие на Глорию. Рекламная посадка. Луг, усеянный

солнечными батареями. Все равно я тебя не люблю!

Ровно в 13:00 по бортовому времени, строго по расписанию, составленному Главным Бортовым Компьютером Сизифом, все члены экипажа ощутили легкий, с нетерпением ожидаемый толчок, качнувший пол и переборки, и соединивший научно-исследовательское судно "Популярный ведущий Антон Глинка" с твердой поверхностью планеты Глория.

Евгений Торопов

Жертвоприношение

Вечер торопливо сгущался. Жирные тучи жались острыми контурами друг к другу и, словно жмурясь, заслоняли диск луны. Время от времени мрачный глаз небесного киклопа приоткрывался и тогда развалины старого завода заливало неземным светом. Лужи на асфальте, эти подрагивающие зеркала, становились кроваво-черными и пугающе бездонными.

Они сидели на пригорке, грязные, худые, обросшие, с отчаянием глядя на прибывающую ночь и на шаманиху, на которую надеялись только потому, что больше не на кого было надеяться. Шаманиха была сегодня совсем плоха. Косматая и угрюмая, она зло поглядывала на Анну, вождиху племени и каждый раз взгляд натыкался на проклятый амулет на ее шее, отбрасывающий блестки неверного лунного света и каждый раз прокалывало сердце, а в душе вскипала темная злоба. "Ах ты чудовище!" - думала она и вспоминала тот памятный, последний удачный поход.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Грактиты – это исключительно твёрдые камни величиной с орех, которые вдруг стали падать с неба. Никто не может предложить обоснованную гипотезу происхождения грактитов. Но когда доцент Брейт попал на склад радиоактивных изотопов, он обо всём догадался…

Аборигены Келории различаются цветом тел: белые и зеленые. Зеленые вводят себе вещество хлороген, и тогда их тела, как и у инфузорий, начинают питаться воздухом, водой и солнечным светом. Зеленым проще сделать карьеру, т. к. им нет необходимости бороться за пищу, они честнее белых. Но так ли всё просто на самом деле?

На Земле поймали таинственные космические сигналы искусственного происхождения. Модулированное излучение направлено на реабилитационный центр доктора Квина на уединенном острове в Тихом океане, где лечатся бывшие космонавты. Спецагент выяснил, что реабилитационный центр захватили инопланетяне размером с кота.

Общество Мира разделилось. Одни хотят познать природу мыслящих Существ и самого Мира, другие тормозят исследования, цепляясь за древние предрассудки, какие-то верования и бородатые традиции. Кто одержит победу в многолетнем споре?