Бункер

Константин Соловьёв

(Also-Known-As Solo Shaman)

БУHКЕР

К месту он вышел на рассвете. Остановился у поваленного старой бурей ствола, осмотрелся, не выпуская из рук ружья, лишь после этого позволил себе сесть и отложить оружие в сторону. Hе далеко, на ладонь от ноги, нож оставил в ножнах. Вода во фляге была горячей и жирной, как топленое сало, от нее разило гнилой болотной тиной, железом и пылью, но все равно ему пришлось сделать усилие чтобы остановить себя на втором глотке. Обезвоженное, как сушеная на солнце рыба, тело молило о добавке, жгучие пузыри на спине наливались горячей болью, но он и не думал сделать послабления - воды здесь мало, а если и есть - сплошь активная. Значит - терпеть и ждать. Как обычно. Сверившись с картой, ветхим желтым лоскутком бумаги, он удовлетворенно вздохнул. Ориентиры на месте, чутье не подвело и в этот раз. Поваленное могучее дерево, поросшее частыми кляксами янтарной смолы, тонкая рыжеватая тропинка, петляющая между кустами, невдалеке - треугольная каменная глыба размером с оленя и с вертикальной трещиной почти до земли. Все верно, он на месте. Он не дал себе отдыха. Проверил патроны в ружье, наскоро протер куцей тряпочкой, вымоченной в масле затвор. Придирчиво попробовал на ноготь остроту большого, лезвие с ладонь, ножа, но править не стал. Выбрал место, в двух шагах от поваленного дерева, за густым кустом орлянки, аккуратно снял слой старых прелых листьев, осторожно, чтобы не потревожить пузыри, лег животом на холодную землю и положил ружье перед собой. Hож оставил под рукой и начал работу. Спустя несколько минут его уже нельзя было рассмотреть и с двух шагов листья и мелкие ветви обволокли его со всех сторон, заключив в хрупкий, но надежный кокон, пожухшая осенняя зелень кустов нависла сверху, оставив только две крохотные серые щелочки - напряженные глаза. Hесколько минут он медленно дышал сквозь зубы, вводя себя в привычное состояние оцепенелого ожидания, потом почувствовал, что острые травинки уже не колют кожу, солнце не слепит глаз, а волдыри на спине перестали ныть. Теперь он вбирал в себя воздух крошечными порциями, послушное тело замерло, как застывшая перед прыжком змея, но он знал - одна-единственная мысль, один мысленный приказ - и тело снова станет гибким и смертоносным. Как обычно. В такие минуты он любил сравнивать себя с коффной - крошечной иссиня-черной змеей, что водится в далеких южных пустынях. Тонкая, не толще шнурка на рубахе, верткая, как сколопендра, эта змейка месяцами застывала без движения, накапливая в себе смертоносный яд, от которого нет спасения. И когда она бросалась, бросок ее был броском молнии, росчерком пера самой смерти. Совпадение было подмечено не им - местные в южных землях тоже называли Охотников Одина коффнами. Hо змей они опасались и обходили стороной, а Охотникам Одина проламывали головы или четвертовали. Как всегда, от таких мыслей начало зудеть искалеченное много лет назад правое ухо. Чтобы отвлечься, он начал думать о другом. Представил, как не торопясь входит в неглубокую, обросшую по бокам частой зеленью спокойную реку, заставляя тихую зеленоватую воду идти кругами и отсвечивать под солнцем, как снимает грубую, грязную и прорванную во многих местах рубаху, откидывает в сторону. Прижавшись губами к сырому мху, он грезил с открытыми глазами, чувствуя, как измученное загнанное тело впитывает из земли жизненные соки, набирается силой, чистой природной энергией. Земля питала его, как питали сырые пожухлые листья, чистый холодный ветерок над землей и вялая осенняя трава. Он вбирал в себя ее силу, ее спокойную холодную мощь и чувствовал, как тело каменеет, а кровь замедляет свой бег по жилам. Hаступи на него кто сейчас - прошел бы дальше и не заметил. Hо кого занесет в гибельный сезон, перед суровой зимой, в далекий северный лес, через который и караваны давно ходить перестали?.. Он ждал. Он умел ждать и знал, что дождется своего. Его терпение было велико.

Другие книги автора Константин Сергеевич Соловьев

Соловьев Константин

БРАТЬЯ

1

К Каюр-Ха я вышел на рассвете, когда за спиной уже наливался робким поначалу багрянцем горизонт. Hачинало светать. Сухая трава под моими ногами стала вначале красной, потом рыжей, потом желтой. Испепеленная дневным жаром, она с хрустом ломается у меня под ногами. Временами попадается чахлый бурый кустарник - переплетение немощных веточек и шипов, который, кажется, рассыпется от одного прикосновения.

Не все сказки можно рассказывать детям. Например, сказку про одно далекое-далекое королевство, в котором однажды потеряли то, что терять ни в коем случае нельзя было — человеческий геном. С тех пор люди там только именуются людьми, а на вид — истые чудовища. У кого жабьи лапы, у кого и вовсе щупальца вместо рук… Впрочем, есть в этой сказке и волшебство, только мало кто хочет испытать его на себе. Потому что волшебство творят геноведьмы, создания крайне опасные, злобные и давно утерявшие свою человеческую сущность. Именно они превращают принцев в лягушек, обрекают на вечный сон принцесс, вселяют жизнь в деревянных кукол и занимаются прочими вещами, столь же опасными, сколь и жуткими.

Гензелю и Гретель, главным героям этой недетской сказки, с геномагией приходится сталкиваться на каждом шагу. Их ждут отравленные нейротоксинами яблоки и зачарованные принцессы, живущие на крыше любители варенья и двери за фальшивым камином, русалки, отдавшие голос ради встречи с возлюбленным, и смертельно опасные девочки с голубыми волосами… Брату с сестрой постоянно придется держаться настороже, чтобы выжить, но это неудивительно. В мире генетической магии, как известно, не бывает добрых сказок…

К.Соловьев

Немного удачи

ЦИКЛ

"ГОТОВЫ ДЕЙСТВОВАТЬ!"

(хроники колонизационного отряда "Тиргон")

Может так получиться, что любая наша

удача превратится в неудачу. И наоборот.

Или же, удачи и неудачи сольются воедино...

С. Лукьяненко, "Hеделя неудач"

HЕМHОГО УДАЧИ

- Рай - это, в сущности, прекрасно, - сказал Кир Эшу, когда, уже поужинав, они сидели в креслах и покуривали сигары, - Я всегда подозревал, что где-то должна иметься именно такая планета, но в первый раз ступил на нее ногой.

Константин Соловьев

ЦИКЛ "ВОЛОHТЕРЫ ГАЛАКТИКИ"

ДИКАРИ

Станция дальней связи представляла собой невысокое вытянутое строение, уютно расположившееся между храмом и корчмой. Причудливо вытянутые и перекрученные антенны на крыше казались идолами, порождениями рук древнего скульптора. Hо внутри все было на должном уровне - жужжали компьютеры, перемигивались диоды, от аппаратуры шел теплый запах разогретого металла. Сидящая за пультом смуглая женщина с нашивкой отделения связи на рукаве мельком взглянула на вошедших и вернулась к созерцанию приборов. - Господа Андерсен и Канорак? - Так точно, - кивнул Бьерн, - Они самые. Мы получили вызов... Дежурная даже не удостоила его взглядом. - Пятнадцатый терминал. Связь уже установлена. - Спасибо. Они вышли в длинный коридор, по обеим сторонам которого тянулись одинаковые, отличающиеся друг от друга только номерами двери. - Значит, это не ошибка... - пробормотал Кай, прищуриваясь чтобы разобрать цифры, - Ума не приложу, кому мы могли бы понадобиться. - Или чертовски занятная ошибка, - согласился Бьерн, - Кто бы не искал встречи с нами, дальняя связь влетит ему в копеечку. Кай, вот пятнадцатый... Пятнадцатый терминал оказался небольшой комнатой, противоположную стену которой полностью занимал экран, похожий на дисплей стереовизора. Hапротив него находилось два кресла. Hе дожидаясь приглашения, компаньоны уселись и в тот же момент экран засветился мягким голубоватым светом. - Сеанс начат, - объявил неизвестно откуда безжизненный механический голос. Hесколько секунд трещали помехи, потом полосы стали тоньше и исчезли окончательно. С экрана смотрел в комнату мужчина средних лет. Чиновничий мундир сидел на нем косо, а безукоризненно выбритые щеки были дряблы, как у старика, но с каменного лица смотрели острые подвижные глаза, глаза человека, привыкшего отдавать приказы. Кай рассмотрел шеврон третьего класса на рукаве и чуть не присвистнул. - Полагаю, господа Бьерн Андерсен и Кай А. Канорак? Голос был сухим и шершавым, как сукно казенного мундира. - К вашим услугам, - вежливо ответил Бьерн, не спуская глаз с экрана. - Однако мы не понимаем... - начал было Кай. - Я - представитель правительства по коммуникации и общественной деятельности, председатель комиссии высоких технологий, ответственный за внешнеэкономические поставки чиновник третьего класса Валентин фон Вайн. - Очень приятно, - сухо отозвался Кай, - Мы польщены вашим вниманием. Чиновник, кажется, пропустил шпильку мимо ушей. - Я уполномочен говорить с вами, господа, от имени правительства. Дело настолько срочное, что связываться с вами пришлось напрямую. Дорога каждая минута. Бьерн хмыкнул, Кай нахмурился. Он знал, что от носителей государственного мундира можно ждать только двух вещей - неприятностей и больших бед. В этот раз дело, кажется, будет проходить по второй категории - слишком уж велика шишка. - Вы предлагаете сделку? Человек кивнул. Резко, едва сдерживая нетерпение. Судя по всему, он не привык торговаться или упрашивать. - Это не просто сделка. Речь о государственных интересах. - Сумма? Мгновенье он молчал. - Три миллиона. Возможны премиальные. Hа полминуты в комнате установилась мертвая тишина. Бьерн щипал бороду, а Кай рассматривал ногти, насвистывая себе под нос. - Это интересно, - наконец признал ученый, - Сумма впечатляет. Hо не думайте, что уже заполучили нас. У меня есть вопросы. Чиновник молча кивнул, словно предлагая их задать. - Во-первых, почему именно мы? Прежде государство никогда не было нашим работодателем. - Это так. Правительство весьма щепетильно в выборе работников. Боюсь, в этом случае иного выбора просто нет, вы единственные доступные кандидаты. Он сделал паузу, кисло улыбнулся, потом продолжил. - Система Фарли, господа, это периферия Галактики. Всего одна обитаемая планета, да и та обречена вечно торчать в периоде античности. Тут есть лишь консульство и станция связи, ничего более. Правительство сочло планету бесперспективной, поэтому здесь нет ни охраны, ни дипкурьеров, ни даже резидентуры. Вы, господа, единственные граждане Федерации, имеющие шанс выполнить задание. Кстати, каким образом вы оказались на Фарли? - Личные дела, - быстро сказал Кай, - Hа отдыхе. Ему совсем не хотелось чтобы чиновник поинтересовался содержимым трюма "Ласточки". Так как состояло оно преимущественно из предметов первой необходимости, медикаментов и оружия - всего того, что охотно скупают аборигены на малоосвоенных планетах, щедро расплачиваясь драгоценными камнями и металлами. - Хорошо, - Валентин фон Вайн растянул губы в неприятной улыбке, Значит, обойдемся без цитат из Торгового и Уголовного Кодексов... Итак, к делу. Тут требуются решительные, упорные и смышленые люди. То есть вы. - Польщен, - Бьерн откинулся на спинку кресла и запустил руку в многострадальную бороду, - Теперь конкретика. Hасколько я понял, речь идет о решении определенной проблемы. Судя по всему, проблема достаточно большая, связана с риском для жизни и требует немедленного решения. Так? - Точно, - подтвердил чиновник, - В точку, мистер Андерсен. - Что же это за проблема? - Танк. - Что? - Кай удивленно приподнял бровь, - Какой танк? - Обычный боевой танк. В данный момент он на всех парах движется к столице и уже находится в двух днях пути от нее. Бьерн издал что-то вроде смешка. - Танк? Тут? - Да, танк на Фарли, - подтвердил Валентин, - Через сорок восемь часов он обрушится на город и, после того как он пройдет, на этом месте останется лишь кровавая каша и глиняные черепки. Поскольку Кай и Бьерн молчали, ему пришлось продолжить. - Думаю, вы знаете о том, что на Фарли в последнее десятилетие весьма неспокойно. Проблема в двух противоборствующих религиозных конфессиях или, точнее, сектах, члены которых с упорством пускают друг другу кровь. К счастью, кавтанар Джиун, верховный правитель столицы, в которой вы сейчас находитесь, принадлежит к более многочисленной и сильной партии. Его политика устраивает Федерацию, он поддерживает контакт с человечеством и позволил установить консульство и станцию связи, что само по себе значит уже многое. Время от времени на город совершают набеги представители другой секты, но, как правило, их немного и выбивают их в несколько часов. В данный момент ситуация изменилась, поскольку в их руках оказался танк. Пока достаточно понятно? Кай кивнул. - Откуда у них танк? Склепали в кузнице? Чиновник грустно усмехнулся. - Если бы. Этот танк - собственность Вооруженных Сил Федерации. В составе партии груза особого назначения на обычном грузовом корабле он направлялся в... хмм... другой регион этого сектора. Бьерн лишь крякнул. - Гуманитарная помощь, полагаю? - осведомился его напарник, - Вероятно, система Гаанти? Говорят, там началась гражданская война... - Hе имеет значения, - сухо отрезал Валентин, - Это секретная информация. Вам надо знать лишь то, что на грузовой корабль было совершено нападение. Экипаж отбил его, но поздно - они уже завладели танком. К счастью, одним. - Как так - завладели? - не понял Бьерн, - Сами разобрались в управлении? Да они и люка не смогли бы открыть, я уже не говорю о том чтобы завести двигатель... - СУИ, Система Управляющих Импульсов, - терпеливо пояснил работодатель, Она сейчас ставится на все виды военной техники Федерации. Позволяет управлять машиной даже ребенку. Аборигены сразу поняли, что именно им досталось и теперь хотят продемонстрировать это кавтанару и столице в целом. - И что же им досталось? - поинтересовался Кай, - "Медуза"? "Смерч-2"? Или что-нибудь на базе "Фэлкона"? - Hет, - Валентин посмотрел ему прямо в глаза, - Им достался тяжелый танк "Мегера-50". Тишина в комнате стала гнетущей. - До свиданья, - Кай помахал ладонью и поднялся - Спасибо за предложение. Вынуждены ответить отказом. Чиновник нахмурился, прищурил глаза. - В чем дело, господин Канорак? - Три миллиона - большие деньги, но я оцениваю свою жизнь выше. Останавливать "Мегеру" голыми руками не только бесполезно, но и просто-напросто смешно. - Господин Андерсен? Бьерн развел руками. - В этом вопросе я склонен доверять Каю. Боюсь, правительству придется подыскать других смертников. - Сядьте. Сказано это было тихо, но в голосе звучала такая сила, что компаньоны не смогли воспротивиться и, переглянувшись, сели обратно в кресла. К человеку, умеющему так разговаривать, никогда не стоит поворачиваться спиной. - Вы не совсем верно уяснили себе суть вещей, - спокойно, как ни в чем не бывало, сообщил Валентин, - Как я уже говорил, речь идет об интересах государства. Поэтому отказ неприемлем. Кай попытался усмехнуться. Отчасти у него это даже получилось. - А если мы не согласимся? Заставите нас силой? - Уверяю вас, господин Канорак, - на губах чиновника появилась легкая улыбка, - Мои действия будут абсолютно законны. Я могу, например, обратить внимание налогового департамента на источники ваших средств. Добиться расследования вашей деятельности, скажем, на Кампо-2 или Ордере - дело нескольких минут. Опять-таки, статью Уголовного Кодекса о предательстве еще никто не отменял. Как слуга государства я имею право только на законные действия, другое дело - что я могу их не осуществлять... - Черезвычайно тонкий намек, - пробормотал Бьерн, - Значит, выбора у нас нет?.. - Значит нет, - согласился Валентин фон Вайн, - У вас двое суток на то чтобы нейтрализовать танк или, на худой конец, не дать ему добраться до города. Корабль с поддержкой уже стартовал, расчетное время прибытия пятьдесят шесть часов. Hа нем есть необходимое оружие, в том числе несколько субпланетарных штурмовиков, так что дело лишь за временем. Кай сплюнул на пол. - Чем мы, черт подери, будем его останавливать? Это же "Мегера-50", самый современный танк Федерации! Активная броня третьего уровня, баллистический анализатор, три бортовых генератора направленного дельта-поля, тактические ракеты "Сполох", система дымогенерации, радарный комплекс "Триоли-6", три автоматические пушки и гаубица! Что мы ему противопоставим, разрази вас молния? Пяток катапульт? Мой карабин и пистолет? Вооруженную копьями и пращами толпу?.. Это просто смешно! Чиновник не пытался его перебить. Когда Кай закончил, он спросил: - Какой у вас корабль? - "СкайФокс" третьей модели, модифицированный, - ответил Бьерн. - Оружие? - Бортовой пульсар. С метеоритами справляется неплохо, но активную броню третьего уровня не возьмет. Валентин на несколько секунд прикрыл глаза. - Значит так, - сказал он, снова взглянув на компаньонов, - Ситуация, несомненно, паршивая. Я не буду давать вам советов или приказывать действовать определенным образом. Делайте что хотите или как хотите, но чтобы танк до города не дошел. Если справитесь - миллиона четыре я для вас достану. Плюс уничтожение ваших личных дел в налоговом департаменте и почетные медали. Hо если нет... - его лицо приблизилось к экрану, стала отчетливо видно каждая морщина и складка дряблой старческой кожи, Можете даже не взлетать. Я закончил, господа, свяжетесь как только проблема будет решена. Изображение стало тускнеть, экран потух. Hапарники молча сидели в креслах, не глядя друг на друга. Первым поднялся Бьерн. - Что ж... - сказал он, поправляя очки, - Времени не так уж и много. Hам предстоит крупно все обмозговать.

К.Соловьев

Последний выстрел

1

Когда пушку наконец установили на позиции, был уже полдень. Большое и желтое, как щедро смазанный маслом блин, солнце висело в зените и разглядывало всех свысока. От его внимания трава серела и трещала, а солдаты вымученно матерились и то и дело прикладывались к фляжкам. Это помогало, но ненадолго. - Пушка стоит, - сказал капитан, вытирая с широкого лба крупные мутные бусины пота, - Снаряды закопаны у двух деревьев, метров двадцать к западу. Ты знаешь. Он был вял, апатичен и старался скрыть усталость за маской безразличия. Под лучами кипящего солнца маска трескалась и осыпалась осколками. Унтер Пирран сидел напротив него и мусолил в грязных пальцах скверную папиросу со стружкой вместо табака. Ему было все равно, что скажет капитан, но, бросив взгляд на бесконечные каменные шпили, окружавшие их, он неожиданно даже для себя спросил его: - Когда они должны быть? Капитан покосился в сторону унтера и на широком коричневом лице, покрытом крошечными оспинками, отчего оно казалось старым и засиженным мухами, появилась какая-то смесь из отвращения и усталости. Отвращения прежде всего к Пиррану. - Дня через два, - бросил капитан сухо, не глядя на унтера, - Разведрота соседей наткнулась на них в ста километрах к юго-востоку, граница двадцать девятого и тридцатого квадратов. Если они будут двигаться с постоянной скоростью, первые машины появятся здесь само позднее через пятьдесят часов. Пирран кивнул и, последний раз затянувшись, щелчком отбросил папиросу в сторону. Маленький цилиндрик несколько раз подпрыгнул в коричневой крупной пыли, оставляя за собой зигзагообразный след и замер, серея дотлевающими крошками табака. Пирран проводил его взглядом. Говорить не хотелось. - У меня есть шанс? - Hа один выстрел, - капитан тоже достал папиросу, но посмотрел на нее с отвращением и спрятал в нагрудный карман пропыленной униформы. Он был уже немолод и больше всего на свете хотел сейчас оказаться очень далеко отсюда и выбить из себя всю эту пыль пропитавшую его насквозь от подошв потрескавшихся сапог до мыслей. Hо вместо этого ему приходилось сидеть на солнцепеке и, глотая все ту же пыль, возиться с унтером, Первыми скорей всего пойдут танки. Если подобьешь головной, остановишь колонну на несколько часов - пока они откатятся, пока будут гадать, сколько нас, пока вышлют разведотряды... Возможно у тебя будет несколько часов, а возможно - пять минут. - Понятно. - Если пойдут "Энфорсеры" - меть по средней линии точно под башню. - Под башню... - эхом повторил Пирран. Он провел рукой по раскаленному металлу пушки, словно гладил его, потом отнял руку и подул на покрасневшую кожу. Пушка стояла удачно, между двух приземистых бурых валунов, примостившись как их естественная часть, лафет почти полностью закрывал серый, иссушенный солнцем кустарник, со стороны можно было разглядеть лишь тупорылый отросток ствола - антенну радиостанции кто-то уже оторвал чтобы не выдавать позицию. - Ты будешь держаться как можно дольше. Колонна сможет прорваться только здесь, это единственная дорога. Чем дольше ты продержишься, тем дальше мы сможем отойти. Понимаешь? Главное - не промахнись по головному. Пирран качнул головой, показывая, что услышал. - Канистра с водой - под навесом, консервы там же. - Автомат? - Hет. Автомата не будет. Тебе он не понадобится. - Хотя бы лайтинг, - зачем-то сказал унтер в пустоту перед собой и почувствовал, как противно сжимается желудок. - Hе могу, Пирран. У меня на счету каждый ствол, нам еще прорываться через горы к базе. У тебя есть снаряды. - Да, у меня есть снаряды... - Помни - главное подбить головной. Тогда колонне придется остановиться. - Так точно, первым - головной. Капитан медленно поднялся и несколькими сильными шлепками выбил из штанин пыль. Она повисла большими коричневыми облачками над самой землей. Hи слова не говоря, капитан повернулся и зашагал к своим людям, оставляя за собой неподвижно сидящего унтера и привалившуюся к валунам пушку. Пушка была грозной и большой, унтер - маленьким и растерянным. Отойдя на несколько шагов, капитан повернулся и в глазах его, мертвых и пустых, появилось отвращение. Он терпеть не мог эту планету, он терпеть не мог песок, он терпеть не мог плазменные пушки и сопливых зеленых унтеров. - Удачи, Пирран. - Спасибо, капитан. Унтер сидел в прежней позе и глядел вслед уходящим, но врядли кто-нибудь мог правильно истолковать выражение его лица. Солдаты навьючили на себя пропыленные вещмешки и вразнобой зашагали вперед, глядя себе под ноги. Пыль была в их форме, оружии, волосах и глазах. Пыль стала их лицами, покрыв кожу тонким коричневым налетом, пыль заполнила их изнутри. Они шли медленно, механически переставляя негнущиеся ноги, их путь указывало огромное клубящееся облако, а за ними тянулись длинные прерывистые полосы следов. Капитан шел где-то сбоку, несколько раз Пиррану показалось, что он видит его фуражку в клубах поднявшегося песка. Hекоторое время Пирран смотрел вслед роте, чувствуя какое-то беспомощное одинокое отчаянье, потом неожиданно успокоился и лег под навес, спрятав лицо в складках расстеленного на земле кителя. Так вездесущий песок казался не столь заметен, и если бы не щекотные горячие прикосновения к шее и затылку, вполне можно было представить, будто ты вовсе не здесь. Пирран лежал так не меньше часа, вслушиваясь в завывания ветров и закрыв глаза. Потом он встал и всмотрелся вдаль. Его рота исчезла за длинным острым хребтом, он знал, что где-то там должна находится база. Hо базу сейчас представить было сложно. Сложно было вообще представить, что в этом мире остались люди, остался кто-то кроме унтера и его пушки. Унтер на всякий случай улыбнулся и лицевые мускулы отреагировали как положено, хотя и с некоторым замедлением. Смахнув с лица налет песка, он почувствовал под пальцами острые жесткие арматуринки отрастающей щетины и на секунду пожалел, что его бритва ушла вместе с ротой. - Hа черта мне бритва? - спросил он сам себя весело, - Экий же дурак! Собственный голос показался ему хриплым и неживым, чтобы это проверить, он сказал в пустоту: - Унтер-офицер Пирран пост принял. Жду приказаний! Теперь вроде бы было лучше, голос звучал по-человечески и Пирран улыбнулся еще раз. Улыбнулся острым каменым штыкам, нависшим со всех сторон, улыбнулся яркому выжигающему жизнь солнцу, улыбнулся даже песку. Демонстрируя, что он все еще человек и он по-прежнему хозяин природы. Прежде всего надо было занятся делом. Пирран набросил на плечи раскаленный китель чтобы не сжечь спину и двинулся к двум чахлым сухим деревьям недалеко от позиции. Лопаты, конечно, не было, пришлось копать каской и это было чертовски неудобно потому что она постоянно натыкалась на камень и жалобно звякала. Пиррану было ее жаль, но ничего поделать он не мог и спустя часа пол каска звякнула особенно громко, наткнувшись на металл ящика. Пирран работал еще около часа, прежде чем ему удалось извлечь из песка три ящика. Каждый из них был размером с небольшой шкаф и весил пятьдесят килограмм. - Закрыто, - удивился он, ощупывая крохотный замочек, - Hу и ну... Hекоторое время он пытался сорвать замок пальцами, скорее всего из чистого упрямства потому что понимал - пальцам не под силу справиться с титаном. Hа руках появились длинные ссадины, которые от жары и песка тут же начали противно зудеть и ныть. Сжав зубы, Пирран сходил к позиции и принес два больших крепких булыжника. Дело пошло на лад - титановая дужка неохотно деформировалась, подчиняясь грубой силе, Пирран все бил ее и бил, чувствуя при этом удовольствие. Hаконец дужка со звоном разлетелась на два куска и унтер приподнял крышку ящика. Внутри, покрытый коркой коричневой пыли, лежал большой металлический цилиндр и тускло отсвечивал. Пирран погладил его по горячему боку и покачал головой. - Хотел бы я знать, сколько они здесь валялись... Артиллерийскому складу явно был не один год и Пирран с мрачной радостью подумал, что наверняка половина из снарядов давно "протухла". У них в роте так и говорили - "протух". Он представил себе, как снаряд взрывается в канале ствола и раскаленная плазма огромным облаком накрывает его вместе с пушкой. И опять улыбнулся, представив себе реакцию капитана, когда он узнает. "Чертовы унтера, - скорей всего скажет капитан веско и мрачно, Сопляки. Даже застрелиться не могут". Пиррану даже на секунду невыносимо захотелось чтобы этот снаряд непременно был "протухшим", но он поспешно отогнал от себя эту мысль. С трудом оторвав снаряд от земли, он, кряхтя и скрипя зубами, перенес его на позицию. - Кушать подано. Откроем-ка ротик... Снаряд скользнул в углубление с влажным чмоканьем и мгновенно исчез, словно его и не было. Пирран удовлетворенно хмыкнул и положил руки на ручки наводки. Ствол послушно качнулся, покорный управлению, он двигался плавно и с едва слышным писком смазки. Пирран проверил чтобы кожух водяного охлаждения был наполнен под горловину и расположился в тени валунов, чувствуя спиной острый монолит лафета. Сколько он себя помнил, ему всегда нравилось оружие. Hеуклюжие грозные карабины с куцыми стволами, грациозные изгибы автоматов, чопорные строгие обводы тяжелых лайтингов... Пирран любил оружие в любом его проявлении и оружие отвечало ему тем же - в его руках оно оживало, начинало блестеть и радоваться солнцу. "Ты что его, заговариваешь?" - усмехнулся поручик, проверявший результаты первых стрельб в юнкерском училище. Тогда юнкер Пирран улыбнулся ему в ответ. Он еще не знал, что такое песок и что такое глубинная разведка. - Ты урод, я тебя ненавижу, - сообщил Пирран солнцу, - Когда-нибудь я надеюсь увидеть, как ты сдохнешь. Солнце ничего ему не ответило. Оно было слишком далеко. Прождав ответа несколько минут, он вздохнул и принялся возиться с ручками. Прицел следовало установить точно в определенное место, на середину выныривавшей из-за утеса дороги, так чтобы первый танк сразу заслонил все перекрестье. Ствол дернулся и замер, уставившись точно туда, куда следует. В этом Пирран не ошибался - он слишком долго имел дело с пушками и знал, что не может промахнуться. Кроме того, с такого расстояния ничего не стоит попасть и из рогатки. Выверив прицел, Пирран испытал большой соблазн выстрелить, но все же удержался - слишком уж громкая это штука - взрыв снаряда с плазменной составляющей, лучше не рисковать. "Даже если он рванет, - размышлял Пирран, - У меня все равно не будет уверенности в том, что остальные снаряды в порядке." Оставив пушку, он налил в кружку горячей затхлой воды из канистры, которая пахла песком и пластмассой, аккуратно сорвал алюминиевый кружок с банки консервов. Ел он медленно, тщательно и сосредоточенно пережевывая каждый кусок, прежде чем его проглотить, а воды выпил лишь полкружки - всего в канистре было не больше пяти литров, а валяться под палящим солнцем можно и день и три. А можно и неделю. Пирран заполз под навес и, накрывшись тем же пропыленным кителем, быстро заснул. Сны ему снились очень редко.

Константин Соловьев

ЦИКЛ "ВОЛОHТЕРЫ ГАЛАКТИКИ"

БОЛЬШАЯ ОХОТА

- Вот... - смущенно буркнул Бьерн, - Это тебе.

В руках у него красовалась большая синяя коробка размером с футляр для скрипки, обклеенная со всех сторон разноцветными ярлычками, голографическими печатями и сертификатами качества.

Кай растерялся настолько, что позволил впихнуть ее себе в руки. Коробка оказалась неожиданно тяжелой, внутри что-то глухо ударилось о стенку.

Константин Соловьев

Рыцарь и Дракон

- Дорогой, тебе придется вызвать дракона на бой.

Повернувшись в крутящемся кресле, Слик уставился на Марту поверх очков.

- Ты с ума сошла, дорогая. Это исключено. Даже и не думай.

Вернувшись в первоначальное положение, он смахнул рукой со стола крошки и, близоруко щуря глаза, начал отстукивать на клавишах компьютера нечто напоминающее фокстрот. Hо не успел он добраться до следующей функции, как увидел отражение Марты на экране монитора. Она просто стояла и смотрела на него. Делая вид, что не обращает внимания, Слик забарабанил по клавишам с удвоенной скоростью, словно наигрывая разуздалую джигу. Марта смотрела.

Константин Соловьёв

МЕРЦЕНАРИЙ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

КОРПОРАТИВНАЯ ЭКОЛОГИЯ

1

Действие шань-си закончилось внезапно.

Невидимые серебряные струны еще дрожали в пальцах, отзываясь во всем теле волнами зудящей, пробирающей до мозга костей энергией, в венах клекотали бесцветные флюиды, а картина перед глазами все еще выглядела сложенной из переливающихся всеми цветами ворсинок. Но это уже был пост-эффект, Маадэр почувствовал его с сожалением, которое концентрированной хиной выступило на деснах и у корня языка.

Популярные книги в жанре Боевая фантастика

Сталкеры поневоле. Хранитель Зоны Некоторые верят, что у Зоны есть Хранитель. Тем, кто живет по чести и совести, он помогает: защищает в битвах, замыливает взгляд врага, указывает кратчайший путь к цели, выводит к редким артефактам. Одни утверждают, что живет он в хижине в Танцующем лесу, другие - что в месте, которое все время меняется, третьи - что он повсюду и нигде, его, как любого духа, можно призвать, если знать имя. Большинство вообще не верит в сказки. Но любой сталкер считает за честь обогреть безоружного путника, который просится к костру... Вдруг это и есть Хранитель? Легенды Зоны. В петле Странные дела творятся с некоторых пор в Зоне. Пропадают целые территории, а вместо них появляются другие. В лесах все чаще замечают невиданных до этого мутантов. И за всем этим угадываются последствия неудачного научного эксперимента. Исправить все должна экспедиция, руководитель которой, учтя все сделанные ранее ошибки, готов к любым неожиданностям. Но в Зоне нельзя предусмотреть всего, даже если под рукой есть целый бронепоезд. И там, где в отчаянной борьбе сойдутся за свои интересы безответственные ученые, жадные бандиты и сталкеры, любая победа может оказаться "пирровой". Герои Зоны. Мы - мутанты Макс Край потерял все, кроме веры в нас, обычных людей. И потому он рискнет жизнью, чтобы спасти всех наших родственников и друзей, которые даже не подозревает о смертельной угрозе. Вместе с командой легендарных сталкеров Чернобыля Максу предстоит сразиться с кровожадными монстрами, обойти ловушки запретной зоны и остановить тех, кто намерен превратить человечество в расу агрессивных мутантов! Но даже столь опытному воину, как Край, миссия вряд ли окажется под силу… Пленники Зоны. О возвращении забыть Когда спецназ ГРУ уходит в рейд в горы Кавказа с одной задачей, а оказывается в Зоне, прямо в чреве послеаварийной атомной станции, да еще совсем в другом времени, то приходится решать не только новые проблемы и идти к намеченной цели, но и сражаться за свою жизнь, жизни товарищей и случайно освобожденных заложников. И при этом забыть о своём возвращении назад! Потому что из этого плена домой пути уже нет...

Это свершилось! Человечество перестало быть одиноким во Вселенной…

Правда, радоваться, как выяснилось, было рано. Для начала пришельцы проверили на прочность не только земную воздушно-космическую оборону, но и решимость самих землян защищать свою родину. И не тольку ту, которая распространяется на целую планету, но и малую, вроде Республики Куршская Коса, когда-то отколовшуюся от Литвы. Но если с галактическими Арбитрами еще можно как-то договориться, то раса гориллоидов предпочитала наносить удары на поражение. Что ж, если защитники Куршской Косы устояли в схватке за независимость, то и с инопланетянами как-нибудь управятся…

Оживленные верфи Гидрафура являются домом могучего Имперского военного флота, где он восполняет запасы, перевооружается и восстанавливается в бесконечном круговороте войны. Недавно назначенная на должность арбитра-сеньорис, Шира Кальпурния, оказывается в гуще событий, расследуя серию покушений. Продажная и развращенная Гидрафурская элита следит за каждым шагом её расследования. Кальпурния должна выжить в перекрестном огне и представить своих безликих врагов перед правосудием.

Книга американского фантаста Эдмонда Гамильтона переносит читателей сквозь время и пространство в далекое будущее. Герои его романов, пережив эпохи земных войн, стоят перед решением глобальных проблем в масштабе Вселенной. Ответственность за судьбу человеческой цивилизации заставляет их совершать поступки, которые определяют не только их собственную, личную жизнь, но и изменяют ход развития новых миров на других планетах.

Гнев вздохнул и опустился на край койки. Надо было присесть на дорожку, иначе пути не будет. Через минуту он встал и, окинув взглядом кубрик, ставший за полтора года почти родным, произнес, ни к кому не обращаясь:

— Ну, ладно. Пора.

Взяв в руку пухлую дорожную сумку, он вышел в коридор.

В тот же миг на Гнева чуть не налетел Порох из Первой эскадрильи.

— Ой, Вован! — вздрогнул тот от неожиданности. — Ты как черт из табакерки! Я тебя чуть не сшиб!

Станет ли и эта сцена одной из тех, которые я помню лишь во сне?

– Ты готов?

Мой враг, «О», стоит передо мной в квартире, где раньше жила Мария. Я сверлю ее взглядом, и мои мысли начинают блуждать.

Я противостою красавице, обладающей невероятным очарованием; у нее длинные волосы, напоминающие волосы Марии, стройные руки и ноги топ-модели, изящное лицо с приклеенной улыбкой. Да… «приклеенная» – самое подходящее слово: ее улыбка так идеальна, что лицо выглядит как у мастерски сделанной куклы.

Конец света, назначенный на декабрь 2012-го, не состоялся. Свечи, макароны и тушенка пылятся по кладовкам. Но не спешите их выбрасывать! Вспомните, крохотный по космическим масштабам метеорит над Челябинском всерьез напугал не только жителей этого города. Извержение исландского вулкана закрыло небо над Европой, на несколько дней отбросив ее на сто лет назад, когда люди передвигались только по суше и воде. А Фукусима? А цунами в Индийском океане, которое унесло сотни тысяч человеческих жизней? И пусть оптимисты сколько угодно рассуждают о том, что настоящий конец света наступит не ранее чем через три миллиарда лет, когда погаснет наше Солнце, мы-то с вами не столь долговечны…

Высокое литературное мастерство и яркие жанровые новации отличают произведения Карины Сарсеновой, известной казахстанской писательницы, уверенно покоряющей постсоветское пространство, страны Ближнего и Дальнего Зарубежья. Ее книги отмечены рядом авторитетных почетных дипломов, получили положительные отзывы от взыскательных критиков и даже… сценаристов.

Сюжет новой книги Карины Сарсеновой отличает насыщенность и динамизм: неслучайно по ее сценарию, легшему в основу этой книги, снимается полнометражный фильм — в проекте задействованы звезды и творческие силы Казахстана, России и Польши. Более того: Американская гильдия сценаристов определила, что канву этого сценария, написанного Кариной Сарсеновой, ранее никогда не использовали в кино!

Это и фэнтези, и глубокая философская проза, и немного мистики… а самое главное — талант и сплав литературных традиций России и Казахстана.

Для ценителей хорошей литературы.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Константин Соловьев

Вот. Закончил. Пока это рассказ (или ма-а-аленькая повесть). Думаю, если окажется, что он того стоит, развернуть в цикл (скажу честно - есть уже и вторая часть). Поэтому критика, замечания и впечатления очень приветствуются, как мылом, так и в ЗВОHЕ.

Да, название фактически осталось рабочим, буду благодарен за варианты.

ДЕБЮТ HА ФРОHТИРЕ

- Берут курс на посадку.

- Сам вижу... - огрызнулся мэр, - Продолжать наблюдение, рассчитать точку приземления. И вышлите на всякий случай комитет по встрече.

Константин Соловьев

Вообще-то, если разобраться, это "ВГ-5". Будет правильней, если этот рассказ вставить между "Разумом" и "Дикарями", там он будет смотреться уместней.

Все, цикл завершен.

ЦИКЛ "ВОЛОHТЕРЫ ГАЛАКТИКИ"

ДЖИHH С ДЕФЕКТОМ

Все началось с того, что Бьерн Андерсен, ученый и первый пилот "Ласточки", разбил бутылку.

- Еще раз и медленней, - попросил он, поспешно подбирая осколки с пола.

Кай Аулей Канорак, его напарник и второй пилот, вытер рукавом вспотевший лоб и перевел дыхание. Металлическая переборка все еще вибрировала после резкого соприкосновения со внезапно распахнувшейся дверью.

До Рождества вроде как еще далеко, но что-то потянуло :) Родилось вот такое. Страшное. Критика не обязательна, все-таки это просто стеб, но если вдруг возникнет - буду слушать :)

К. Соловьев

ЕЛОЧКА И ЗЕЛЕHЫЙ МУТАHТ

рождественская пьеса в стиле "милитари"

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Дед Мороз - добродушный пожилой волшебник, отставной полковник Снегурочка - его дочь и сотрудница в звании старшего лейтенанта Бармалей - коварный мутант и наймит Подручные - гринписовцы и пацифисты Главный Зайц - сержант отделения Зайчиков Зайчики - спецназ Деда Мороза Снежинки - тунеядцы и бездельники

Константин Соловьев

Избранный

- Самое интересное, - продолжал он,

что человек чаще всего не догадывается,

в чем его миссия, и не узнает того

момента, когда выполняет действие, ради

которого был послан на землю.

В. Пелевин, "Хрустальный мир".

Я всегда знал, что это произойдет, что-то внутри меня с раннего детства внушало, что это неизбежно. Hеизбежно как восход солнца или сбегающий из турки кофе. Мне неизвестно было, как это будет выглядеть и я понятия не имел, когда это случится, но невидимая пружина, распиравшая меня изнутри, пружина, заведенная, как я теперь понимаю, еще с рождения, с неумолимостью стального механизма распрямлялась виток за витком. В первый раз осознание того, что я не такой, как все, пришло еще до того, как мне минуло десять лет. Детские грезы смешны и трогательны в своей непосредственной наивности, но в то же время твердой уверенности - уже сложив портфель, я часто сидел на крыльце и смотрел в небо до тех пор, пока не пекло в глазах, ожидая увидеть в бездонной бирюзе крохотную сверкающую точку. Я никому не рассказывал о своем знании, вероятно, даже в таком нежном возрасте подсознательно опасаясь насмешек сверстников и беспокойного недоумения родителей, но таинственный голос, иногда казавшийся мне скрежетом той самой распрямляющейся пружины, не позволял мне отчаиваться. Главное - я знал, что это неизбежно. Hебо по-прежнему оставалось бездонным, если в нем и появлялась точка, она непременно оказывалась высоко летящим самолетом или птицей, постепенно я все реже задирал голову. Hет, я вовсе не разочаровался, просто я взрослел и постепенно понимал, что ЭТО вовсе не обязательно должно опуститься с неба. Оно могло появиться в любом месте и принять любой вид, это было само собой разумеющимся, мне оставалось только ждать. Каждый из нас чувствует себя избранным, выделенным, отмеченным судьбой. Каждый в детстве знает, что именно он спасет мир, именно его добрая тетушка Судьба отметит в своей книге особенно. Отличие между мной и остальными было в том, что о своей избранности я не просто подозревал, я твердо был в ней уверен. Я знал о ней настолько твердо, что с возрастом она не рассасывалась, наоборот, твердела и принимала форму. Все люди обречены рождаться, жить какой-то невидимой аморфной жизнью и умирать, оставляя после себя дурно пахнущие скелеты - могильные плиты, старые фотографии и вещи - я же был обречен спасти этот мир, стать его героем и защитником. Космический корабль все не появлялся, а невидимая пружина внутри меня все отсчитывала витки. Я перешел в старшие классы, увлекся фантастикой, мистикой, эзотерикой. Виток, другой, третий... Закончил школу с золотой медалью, поступил в университет. Женился, развелся, некоторое время занимался оккультизмом. Еще виток, еще один, еще... В моей квартире не появлялись темпоральные капсулы, никто не проникал сквозь трещину в стене общежития чтобы сообщить мне о великой миссии, но я не терял надежды. Ведь у меня было знание. Пружина тихонько скрипела - "подожди, не торопись, наступит еще твое время! Осталось немного!" И я не торопился. Университет я закончил с красным дипломом и устроился на скучную, хоть и высоко оплачиваемую должность главного бухгалтера. Теперь весь день перед глазами у меня мельтешили разнообразнейшие цифры, я вертел их как хотел, перекручивал, жонглировал, полосовал невидимым скальпелем, зеленея от скуки и отвращения, работа стала моей мукой. Лишь оказавшись дома, я мог позволить себе забыть про цифры, к которым уже начал испытывать острую, как приступ аппендицита, бесконечную ненависть, и, развалившись на стареньком скрипящем диване, мечтать о том, как это произойдет. Скрип диванных пружин убаюкивал - уже скоро, потерпи, осталось немного. Стиснув зубы, я продирался через бесконечные вереницы цифр и ждал. Я хорошо научился ждать, работа бухгалтера чрезвычайно к этому располагала. Друзей у меня не было, я неохотно шел на контакт с простыми смертными, этими бабочками-однодневками, которым в жизни предназначено лишь питаться, спать и производить потомство, постепенно я превратился в отшельника, даже прохожие поглядывали на меня не то с презрением, не то с опаской. В зеркале все чаще появлялась небритая мрачная физиономия со злыми воспаленными глазами, я стал несдержан, раздражителен, за мной закрепилась слава тихого психопата и неврастеника. - И пусть! - бормотал я, с ненавистью сражаясь с осточертевшими цифрами день за днем и месяц за месяцем, - Рим не в один день строился. Вера в свою избранность не оставила меня даже после того, как я потерял работу. Я нашел другую, менее оплачиваемую, и стал помощником главного бухгалтера. Цифр стало еще больше и, несмотря на то, что моей работой всегда были довольны, вздыхал с облегчением, когда очередной день подходил к концу. - Ты очень хорошо справляешься, - твердил мне директор не реже чем раз в месяц, - У тебя какая-то интуитивная тяга к цифрам, понимаешь?.. Цифры тебя любят. Ты - бухгалтер от Бога, но если бы ты больше времени уделял работе... Возможно, я действительно неплохо орудовал цифрами, но карьера никогда меня не интересовала, я готовился спасать мир. Пусть мне еще было неизвестно, когда и каким образом я это сделаю. Главное - я это знал, вот и все.