Бремя личности

Сборник литературно-критических статей Андрея Балабухи.

Отрывок из произведения:

Каюсь, за последние два-три года западная фантастика мне порядком поднадоела — итог неожиданный, грустный, но, если вдуматься, совершенно естественный. Еще в ранней юности мое поколение было зачаровано магией англо-американской — в первую очередь; но и зарубежной вообще — НФ, первыми, прорвавшимися к нам в начале шестидесятых, книгами Рэя Брэдбери и Айзека Азимова, повестями и рассказами Саймака и Джоунса, Киза и Годвина, Лейнстера и Хайнлайна… Это было так непохоже на привычный — пусть и увлекательный по-своему — мир отечественной фантастики. Наши сердца отнюдь не охладели ни к Ефремову, ни к братьям Стругацким, но… За этим «но» для великого множества читателей открывался «необъятный двор», откуда можно было попасть в самые что ни на есть «невероятные миры». И мы нимало не задумывались тогда над тем, что все эти рассказы, повести и романы достигали нас, просеиваясь сквозь фильтры переводческого и издательского отбора — о третьем, цензорском фильтре, я сейчас не говорю; работая в противоположном двум первым режиме, он преимущественно отсеивал лучшее, и нынешний книгоиздательский бум лишь компенсирует потери, причиненные его деятельностью. Но первые два, как правило, — случались, разумеется, и ошибки — отсекали не только худшее, но даже посредственное. И потому за пределами идеологических ограничений мы все-таки снимали сливки западной НФ. Ныне же эти сливки разведены не то что молоком — я бы сказал, даже обратом; и потому пришло время не впиваться в каждую попавшую в руки книгу, а выбирать. Но прежний стереотип действует — невольно хватаешься за все подряд. И вот печальный итог — расплата за забвение «постулата Старджона», этого прекрасного фантаста, одного из столпов и отцов-основателей «золотого века» американской НФ, у нас до сих пор не слишком известного; постулата, гласящего: «девяносто процентов всякого явления суть хлам» (в оригинале словцо использовано более крепкое, но врожденная бонтонность не позволяет мне его употребить). Раньше мы получали если не исключительно десять оставшихся процентов, то, скажем, пятнадцать; ну, двадцать; теперь же — без разбору; и это не говоря уже о весьма сомнительных достоинствах большинства переводов…

Другие книги автора Андрей Дмитриевич Балабуха

В тот день я задержался на работе. Вышел на улицу и почувствовал, что вот сейчас просто умру от голода. Согласитесь, что для здоровенного двадцатипятилетнего оболтуса выпитый в полдень стакан чая и пара бутербродов! И когда, наконец, в нашем КБ организуют столовую? Сколько лет твердим об этом на каждом профсоюзном собрании, а воз, как говорится, и ныне там.

У ворот Иоанновского равелина стояли на скамейке прикрытые клеенкой дымящиеся корзины, и две женщины бойко торговали пирожками. Я споткнулся о кабель, который тянулся из ленфильмовского автобуса к «юпитерам» в проеме ворот, — опять в крепости снимали какой-то фильм. Сглотнув слюну, сунул руку в карман, на ощупь вытащил два двугривенных и протянул продавщице.

— Пошли на третий, — сказал Баркан. Он имел в виду третий виток облета. Поскольку он ни к кому в отдельности не обращался, ответа не последовало. Впрочем, ответа Баркан и не ждал. Он слегка ослабил ремни, но оборачиваться не стал: чем заняты остальные четверо, было ясно и без того. Баркан отчетливо представил их себе. Штурман Бурдо, работа которого уже практически кончилась, сидит сейчас с закрытыми глазами и мечтает. О чем? Трудно сказать. Но одно можно утверждать с точностью — мысли его не там, внизу, а на Земле, в Академии Космонавигации. Он, наверное, больше всех думает о возвращении. Оно и понятно — годы дают себя знать. И Баркану понять это гораздо легче остальных: он и сам не намного моложе… А юная троица, пожалуй и после трех месяцев полета все остается внове, мужественно вперила взгляды в экраны и ждет посадки. Сейчас они чувствуют себя героями-космопроходцами. В конечном счете именно они ведь добились организации этого перелета. Неразлучная тройка — Банах, Белин, Беляков: бортинженер, врач и связист.

Андрей Балабуха родился 10 апреля 1947 года. Окончил семь классов 157-й средней экспериментальной школы Академии педагогических наук (бывшей гимназии принца Ольденбургского), два года учился в Ленинградском топографическом техникуме, в 1970 году окончил 12-ю ШРМ Октябрьской ж.-д. Работал топографом, шлифовщиком на зеркальной фабрике, фотографом в Центральном военно-морском музее, рентгенодефектоскопистом на листопрокатно-штамповочном заводе, легководолазом, прошел путь от чертежника до начальника отдела строительства и генплана в проектно-конструкторском бюро Управления местной промышленности. В 1966 году участвовал в создании коллективной радиоповести ленинградских писателей-фантастов «Время кристаллам говорить». Первый рассказ «Аппендикс» был опубликован в 1967 году в ежегоднике «Фантастика» издательства «Молодая гвардия». С 1974 года — профессиональный литератор. Член Профессиональной группы писателей при Ленинградском отделении Литфонда РСФСР, затем — член Союза писателей СССР и Союза писателей Санкт-Петербурга; председатель секции фантастической и научно-художественной литературы. С 1983 года соруководитель (совместно с Анатолием Федоровичем Бритиковым), а с 1996 года — руководитель Студии фантастики. В 1994–1999 годах президент благотворительного литературного Беляевского фонда. Автор многочисленных переводов с английского, публицистических статей. В 1999 году избран членом-корреспондентом Метрологической академии Российской Федерации.

Через систему Ксении проходит неизвестный объект, предположительно исскуственного происхождения. Отправленный на перехват и исследование этого небесного тела, экипаж Бориса Болла опознает в объекте космический корабль «Велос» более трехсот лет назад направленный на ныне уже закрытую и загадочную планету, на которой происходят соврешенно непонятные и опасные вещи и получивший в последствии название Карантин. 

Похоже что «Велос» побывал на той планете и смог улететь оттуда. Какие загадки он несет сейчас в себе?…

А еще говорят, будто эльфы не умирают…

Фортинбрас Стукк встал, сделал шаг и невесомо-легким движением закрыл покойному глаза. Он провел здесь весь вчерашний вечер и всю ночь, потому что хоббит ли, эльф, верзила или гном, да хоть орк поганый, не важно — всегда должен найтись тот, кто посидит рядом и проводит в неведомое. Туда никто не должен уходить в одиночестве. Так заведено спокон веку, и заведено правильно.

Кто сказал, будто эльфы не умирают?

Сегодня заговорщики собрались в доме Мелиссандра Стукка в последний раз. Дом, собственно, был уже продан, и деньги за него полностью получены, причем солидным мингириатским золотом, но по цене достаточно разумной, чтобы новый владелец — брандмейстер Перегар Водкинс из Переселья — согласился вселиться только на следующей неделе. Так что покуда они по-прежнему оставались тут полными, хотя уже и не полноправными хозяевами.

Последним, сгибаясь под тяжестью рюкзака, пришел Пишегрю Бар-Сукк.

Работать по утрам не любит никто — а уж хоббиты меньше всех. Утречком порядочному хоббиту надо: во-первых, выспаться, а для этого встать надлежит поближе к полудню; во-вторых, позавтракать, а на это серьезное занятие отводить меньше двух часов грешно; в-третьих, вдумчиво перекурить, что означает минимум три трубки. За этим последним занятием, правда, можно заодно обдумать дела, которыми предстоит посвятить день. Так то порядочным! А здесь собрались те, кому на приличную нору где-нибудь в Засельи, скажем, да чтобы с каким-никаким участком, еще вкалывать и вкалывать. А вкалывать приходится и по ночам, и по утрам. Какая уж тут порядочность — один распорядок!

Выйдя из третьей вихревой, командор почувствовал себя свежим и чуть ли не поскрипывающим в суставах, как только что смонтированный андроид. Но это было внешним: там, в глубине, ему чего-то не хватало. Странно — раньше он пользовался только двойной стимуляцией, но такого ощущения не бывало. Хотя нет, это началось давно, вскоре после того, как он из Пионеров перешел сюда, в службу Охраны Разума. Просто прежде он не хотел признаваться себе в этом.

Популярные книги в жанре Публицистика

Братьев Стругацких в советское время правящая идеология относила к категории писателей-фантастов. С одной стороны, эта «принадлежность» позволяла печатать их книги, с другой стороны, как бы отделяла их от писателей основного и, пожалуй, единственного направления советской литературы — направления социалистического реализма. И все, что не вписывалось в рамки этого понятия, должно было упаковываться в многослойные обертки. Одной из таких оберток была «научно-фантастическая литература». И талантливые братья использовали эту единственную возможность для реализации нестандартной литературы, хотя продвинутые читатели меньше всего считали их «научными фантастами» и поглощали их произведения как образцы настоящей литературы с большой буквы. При этом я с почтением отношусь и к «истинной», так называемой технической научной фантастике…

О маленьком очкарике по имени Гарри Поттер писали так много, что ничего нового сказать невозможно, а повторяться моветон. А потому речь у нас пойдет не о книгах как таковых, а о людях, которые читают. Еще точнее о тех, кто, прочитав или не прочитав сам, изо всех сил стремится запретить их к прочтению прочими.

Вначале несколько курьезных фактов из недолгой, но бурной жизни произведений (книг и кинокартины Криса Коламбуса). Не далее как в декабре прошлого года в городе Аламогордо американского штата Нью-Мехико пастор церкви Сообщества Христа Джек Брук назвал книги о Гарри Поттере «ненавистными Богу» и заявил, что романы о колдунах и привидениях разрушают молодое поколение. В рождественский сочельник он призвал прихожан принести эти книги к церкви, чтобы [1]

Александр Графский

Идеология свободы интеллектуального труда

Вместо эпиграфа:

-А почему проституция считается выгодным занятием?

-Смотри: у тебя есть нечто...

ты это нечто продаешь...

и у тебя это нечто опять остается...

(Анекдот)

Все, кто более-менее долго сталкивался с компьютерами, программами или хотя бы компьютерной публицистикой, обязательно слышали про проблему т.н. "компьютерного пиратства", а также и более общий ее вариант - проблему т.н. "авторских прав".

???????? ?????? ???? ???? ??????? ???? ???? ??????? ???? ???????? ?????? ???? ???? ?? ?? ?? ? ?? ?? ?? ?? ? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ??? ? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ? ?? ? ?? ?? ? ?? ?? ?? ?? ?? ???????? ????? ???????? ?? ?? ? ?? ?? ?? ?????? ?? ?? ?? ?? ????????

?? ?? ?? ?? ?? ?? ? ?? ? ?? ?? ?? ? ?? ?? ?? ?? ??

?? ?? ?? ?? ?? ??? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ??

?? ? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ??

В 1973 году к моменту выхода по-русски моих «Записок Сологдина»[1] Солженицын находился ещё в вотчине «вождей»[2] СССР, и я счёл своим долгом во вступлении к этому изданию написать следующее: «С Александром Солженицыным мы находились в дружеских отношениях с 1947 по 1952 годы. По выходе из заключения виделись редко и расходились во взглядах». Солженицын был в стане врага, я в свободном мире. Поэтому двадцать страниц в моей книге, посвящённых Солженицыну, я заполнил только лучшим, что в те годы о нём можно было сказать. На странице 516 того же издания я специально подчеркнул ещё раз: «Наша четырёхлетняя жизнь под общим кровом, в теснейшем общении, окончилась. Дороги наши разошлись, по выходе на волю мы встречались редко и нерегулярно: я обиделся за искажение образа Сологдина, и чёрная кошка пробегала между нами».

Социальными науками сегодня охотно признается, что Платон является одним из главных предтеч элитологии как науки, изучающей страту, поставляющую лидеров, раскрывающей процесс социально-политического управления в обществе, описывающей тот социальный слой, который непосредственно осуществляет это управление. Между тем фундаментальной работы, которая бы всесторонне в социокультурном ключе дала бы теоретическое обоснование этому утверждению, на сегодняшний день пока еще не существует. Имеющиеся критические (К. Поппер) или комментирующие (А.Ф. Лосев, В.Ф. Асмус) труды, как правило, освещают какие-то отдельные социальные или гносеологические стороны платоновского элитологического наследия и не дают цельности самой этой теории.

< АHТИПРОГИБИЦИОHИСТЫ ВСЕХ СТРАH N 1/98 >

Информационный бюллетень антипрогибиционистских действий Выходит один раз в две недели

15 января 1998 - (Год четвертый) N 1

===================================== CO.R.A. |

| Ассоциация Радикальная | Транснациональной Антипрогибиционистская | Радикальной Партии Координация | =====================================

OLD - Observatory of laws on drugs

Hаблюдательный совет по законам о наркотиках

Известный советский журналист Юрий Гейко написал открытое письмо другому известному в прошлом советскому журналисту - Валентину Юмашеву, зятю покойного Бориса Ельцина.

***

Вы, друзья-форумчане, самые близкие мне люди. Вы больше - ЕДИНОМЫШЛЕННИКИ.

И кому, как не вам я могу показать то, что родилось, да просто вырвалось из души. Как крик о спасении. Из души, истерзанной происходящим в стране.

Высказывайтесь, критикуйте, спорьте, только не флудите, пожалуйста. Для меня ЭТО - слишком серьезно.

Это я писал, вообще-то, не для Валентина Борисовича. Для вас. Для людей. Потому что Юмашев В.Б., судя по его боевому интервью в позавчерашнем "МК" к юбилею его благодетеля Ельцина, уже не тот Валька.

Я начал обдумывать это письмо давно, и оно практически было в моей голове готово, но именно наступательное интервью Юмашева заставило меня обнародовать его.

Может быть, кое-кому из вас это мое откровение откроет глаза...

Читайте.

Юрий Гейко

03.02.11

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Стивен Шиффман признан лучшим инструктором Америки по технике продаж.

Как добиться согласия клиента на встречу и с успехом провести ее, как выработать в себе уверенность и успешное "нахальство", как постоянно повышать планку собственных результатов в продажах, достигать ее и превосходить.

Способы решения всех перечисленных задач подробно описываются в предлагаемой книге.

"Я внедрил технику холодных звонков Стивена Шиффмана в двух торговых организациях. В обоих случаях количество назначенных встреч за четыре недели возросло вдвое, а объемы продаж выросли на 20 процентов за шесть недель". (Рекс Касвелл, директор U.S.Sales Force, OneSource Information Services, Inc.).

Стивен Шиффман обучил более 350 000 торговых агентов таких организаций, как ATT Information Systems, Chemical Bank, Manufacturer's Hanover Trust, Motorola and U.S. Healthcare. Он автор ряда бестселлеров по технике продаж.

Наиболее краткий и доступный современный фундаментальный учебный курс, в котором изложены основы теории и практики маркетинга. Описан весь комплекс механизмов и основных элементов маркетинговой деятельности. Показано, как использовать маркетинг в условиях российской экономики переходного периода, как формировать стратегию хозяйственной деятельности, основанную на маркетинговой концепции, как решать задачи, возникающие в работе руководителей, экономистов и других специалистов организаций.

Предназначен для студентов, преподавателей, руководителей и специалистов предприятий и организаций, предпринимателей.

Каждый человек, вступая в определённую фазу своей жизни, хочет знать, как ЭТО протекает у других людей. Подросток переживает – всё ли с ним нормально, так ли он себя ведёт, ему нужны ориентиры, и ему нужна… правда!

Эта книга – не нравоучительные сентенции о том, что девушка должна беречь свою девственность до первой брачной ночи. И не дворовые рассуждения о том, что только секс делает из мальчика мужчину. Это неформальные беседы с психологом о спокойном, разумном и грамотном подходе к важной сфере человеческих взаимоотношений – половой. Книга адресована прежде всего тем, кто собирается начать половую жизнь, но будет также интересна и полезна «более опытной» аудитории.

Первосортной звезде Голливуда Бобби Даю угрожает смертью второсортная калифорнийская мафия. На пути преступления встает Дэвид Шпандау, частный детектив (в прошлом каскадер), нанятый Даем в качестве телохранителя. Удастся ему предотвратить убийство или нет, можно узнать, лишь прочитав этот напряженный и хитросплетенный триллер, в котором Голливуд выступает во всем блеске… своей изнанки!