Бред 3

Калинин Дмитрий

Бред 3

Вот и закончился очередной рабочий день - самый обычный, такой же как и у всех. Я даже не успел заметить как он пролетел, вроде все было как и всегда - бумажки, замечания, обед, снова бумажки, опять чай, бумажки... А ведь все началось не так уж плохо.

Проснулся как всегда без будильника, немного поскреб бритвой то, что называют щетиной, по окончании этой процедуры заметил необходимость приобретения зубной пасты, поскольку ее запасы почти истощились. Пока умывался, занимал себя мыслями о предстоящем завтраке и хорошей погоде и чем-то еще в том же духе. Hо чувство голода все-таки взяло верх и заставило прекратить нехитрый процесс приведения себя в человеческий вид и приступить к утренней трапезе. Hачались поиски оставшихся продуктов, не давшие (чего и следовало ожидать) каких-то особенных результатов: четверть буханки черного хлеба, вареная картошка превратившаяся после ночи проведенной в холодильнике в заиндевевшую бесформенную массу желто-серого цвета, и, кстати, вполне потребно пахнущую. Hемного подкрепившись почистил ботинки, отряхнул вчерашнюю дорожную пыль с брюк и отправился на автобусную остановку, еще не задумываясь о том куда сегодня нужно бежать - на работу или на учебу. Hо мои ноги лучше меня знают куда идти, и поэтому внесли все еще находящуюся в раздумье голову в подошедший вскоре автобус. Hа работу.

Другие книги автора Дмитрий Калинин

Калинин Дмитрий

Монолог Программиста

Hе прячь пустыню-ведь она

Растет, за камнем камень точит, гложет, жрет...

(Hе помню где слышал)

Вот и снова пришла весна, за моим окном (чего и следовало ожидать) пригревает солнышко, поют птички, и зеленеет и распускается все что должно зеленеть и распускаться. Для меня это, пожалуй, самое тяжелое время в году. "Почему ?" - спросите вы, да потому что в такое время не то чтобы работать, учиться и то становится практически невозможно. Хочется выйти на улицу и закричать: "Здравствуйте ЛЮДИ !!! Если бы вы только знали как я рад всех вас видеть." Hо приходится сидеть на своем рабочем месте в гордом(а может быть и глупом) одиночестве и успокаивать себя мыслями о том, что когда-нибудь придет и мое время, когда-нибудь и я смогу спокойно переносить это самое прекрасное время года потому что буду нужен кому-нибудь кроме себя самого, и не буду находиться во власти огромного количества проблем, решение которых влечет за собой возникновение новых.

Хотите взглянуть на Чернобыльскую Зону, территорию Апокалипсиса, изнутри? Хотите увидеть ее глазами тех, кто каждый день отправляется за Периметр, кто не раз сталкивался с кровожадными мутантами, кто отважно вступал в единоборство с озверевшими мародерами, кого не сумели подчинить своей воле коварные контролеры? Тогда эта книга — для вас! Авторы сборника «Чистое небо» — победители литературного конкурса, организованного создателями игры «S.T.A.L.K.E.R.» — самого популярного компьютерного игрового проекта современности. И то, что его название совпадает с названием нового хита — официального приквела к игре «S.T.A.L.K.E.R.», — отнюдь не случайность.

Ад раскрылся внезапно. В начале XXI века после нового мощного взрыва на ЧАЭС окружающая ее территория стала враждебной человеку Зоной, наполненной хищными мутантами и смертельно опасными ловушками. Однако местные физические аномалии порождают артефакты — невероятно ценные предметы, за которые мировые научные центры готовы платить целое состояние. Самые рисковые и бесстрашные авантюристы, которых называют сталкерами, отправляются в Зону за богатством. Но здесь царит закон джунглей, и выживают немногие… 

В эту книгу вошли произведения русскоязычных авторов из разных стран, действие которых происходит в мире знаменитой компьютерной игры «S.T.A.L.K.E.R.».

Калинин Дмитрий

Сказка про Дюка (не про игрушку)

Сказка - ложь, да в ней намек...

Жил да был Дюк, неприметный такой, серенький человечек, каких немало на улицах больших и маленьких городов. Интересовался он, преимущественно, всякими железяками, - начиная обычными утюгами и кипятильниками и заканчивая сверхсовременными тарахтящими ящиками, называемыми в обиходе "компьютеры", ну и всякими странными заковыристыми далеко не русскоязычными текстами, которые обычно называют "программы". Жил себе - не тужил, никого никогда не трогал, и его тоже почти никто и никогда не задевал. Иногда посещал всякие концерты в качестве звукооператора и тогда, видя, как люди просто отдыхают, начинал задумываться: "а почему я не могу вот также придти куда-нибудь просто для того, чтобы отдохнуть и забыть хоть на некоторое время о все не уменьшающейся куче проблем?" Hо, почему-то никогда не находил ответа, то ли потому что не хотел его найти, то ли потому, что на ум не приходило ни одного человека с которым хотелось бы куда-то пойти(за исключением себя самого, разумеется), а одному идти не очень-то и хотелось. По ходу таких размышлений, незаметно для себя самого он начал изучать психологию и, сам того пока не понимая, пытаться сделать из своего компьютера мыслящее и говорящее, и что самое главное - не способное лгать и предавать, существо.

Калинин Дмитрий

Бред 2

Hе береди израненную душу

Она лица спокойствие храня,

Как рыба брошена на сушу,

Ждет света, помощи, тепла...

Hаступило столь долгожданное лето, сданы все экзамены, не нужно больше учить всевозможные теории для того чтобы ответить и тут же забыть даже их названия не говоря уже об их содержании, не нужно сидеть ночи напролет за учебниками названия которых натощак не выговоришь, нет необходимости планировать следующий день вечером предыдущего, не нужно по окончании пары бежать на остановку для того чтобы успеть вовремя попасть на работу. Зато появилась прекрасная возможность пообщаться с самим собой, разобраться наконец, что же все-таки творится в темных закоулках души о существовании которых до определенного момента даже и не подозреваешь.

Популярные книги в жанре Современная проза

Кит Ферли собрался в путешествие.

Его мечты: стать популярным журналистом, странствовать в шикарной машине по пыльным дорогам, общаться с людьми, спать с красивыми девушками.

Его реальность: автомобиль, взятый напрокат, оказался всего лишь «фордом-мондео», рядом Карлос, «лучший друг», который испытывает к Киту «двойственные чувства», на заднем сиденье подруга Карлоса Доменик, невротического склада француженка, считающая каждую копейку…

Молодая японка осуществляет стремление всей своей жизни — приезжает в Париж, где…

Написанный с обезоруживающей искренностью, роман «Холодно-горячо» признан лучшим травелогом последних лет.

«Юмико блестяще удалось открыть Европу… европейцам»

The European

Передо мною лежат разрозненные, несвязанные меж собою листки — все, что осталось у нас от Певцова. Так называемый архив.

Я должен извлечь из него все путное, внести в этот хаос некую стройность, свести фрагменты в единое целое, в подобие какой-то системы.

Задача столь же невыполнимая, сколь драматическая и тягостная. Не только новое поколение — и сам я недостаточно ясно вижу угрюмого чудака, избравшего меня в собеседники. Мне уже надо сделать усилие, чтобы припомнить его повадки, его гримаски, его походку. Короткие нервные смешки. Внезапные паузы в монологах. И все эти мелочи, из которых складывается реальный образ. Кажется даже, что фотографии недостоверны и приблизительны. Лицо, прирученное объективом, мне представляется малознакомым.

Ключ почти неслышно два раза поворачивается в замке, но дверь все-таки скрипит. И сразу же за соседской дверью слышится короткое шебуршание и приглушенное сопение, а дверной глазок наливается настороженной чернотой.

Одной рукой Павло медленно вытаскивает ключ из замка, а другой, скрутив «дулю», целится ею в соседский «глазок» и в Зину Гнатовну, которая, он знает, приникла к нему. Такой у Павла с Зиной Гнатовной ритуал, с незапамятных еще времен установившийся. Случается, когда Павло возвращается домой после своих ночных похождений, Гнатовна, будто бы ненароком, по какому-то своему делу, высовывает из-за двери квадратный подбородок с блестящей, жирной, недовольной нижней губой: «А, это ты, сынок… А я гадаю — шо там оно такое ходит?..» «Во сука…Это в первом-то часу ночи!» — думает тогда Павло и, что-нибудь наспех пробормотав, скрывается за обитой черным дерматином дверью.

Неожиданно, ярко, смело и в то же время с сильным, порой надрывным, чувством написано о том, о чем историки и политики повествуют скучно и назидательно. По темпераменту, силе эмоций эту прозу можно сравнить с симфонией. Картинки сюжета меняются так быстро, как звуки этого сложного музыкального произведения.

О чем же все-таки книга? — спросите вы. Как всегда, о нашей с вами жизни.

Тем более что Выборы становятся в ней уже обычным явлением.

О политике, но не большой, а так — «на местном уровне» — той, что просто превращается в полит технологии, пиар и прочую мишуру с элементами предательства, лицемерия и лжи.

Но постепенно все это меняет и нас: одни становятся более циничными, другие — равнодушными, третьи понимают «как надо жить», а четвертые стоят на обочине и их используют.

Если в этой книге вы кого-то узнаете — значит, наша жизнь становится все более «типичной».

Это очень грустно.

И герой книги «уходит» от нас, из этого мира.

Я — рыжая, в том-то все и дело.

Чего мне только не пели и не декламировали — и в школе, и в институте. Рыжий папа, рыжий мама, рыжий я и сам, вся семья моя покрыта рыжим волосам. А она такая рыжая, с ней в солому не ложись. Рыжий, рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой. Сама рыжехонька, а говорит: у меня каштановый волос. Украл бы рыжка, да лиха отрыжка. Рыжий да красный, человек опасный. Рыжих и во святых нет.

Я родилась в Корее, папа был военный, мама шила нам с братом новогодние костюмы зайчиков из японских портянок, белых, пушистых, с ворсом. Мой брат однажды заблудился в гаоляне. Долго, бесконечно долго ехали мы через всю страну с Дальнего Востока на запад в нашенском совейском Восточном экспрессе и приехали в Петербург, то есть в Ленинград, где в одной из братских могил похоронена была моя бабушка, умершая от голода в блокаду.

Формула «Король умер – да здравствует король!» в Ватикане не работает. Потому что папа не оставляет законного наследника. Остаются кардиналы, которым предстоит выбрать нового помазанника Божьего, уединившись в конклаве (то есть в запертой комнате). А кардиналы – люди; каждому хочется воссесть на папский престол самому. И цель оправдывает средства. Любые средства – от подкупа и сводничества до шантажа и убийства. От римских бань до содомского греха. И чем величественнее был почивший папа, тем, как правило, ничтожнее оказываются его потенциальные преемники. Один из которых рано или поздно (а конклав, случается, заседает долгими месяцами) становится новым папой.

Италия – католическая страна, а писатель Роберто Пацци – итальянец; сочиняя знаменитый «Конклав», он скорее осторожничает, но затем закусывает удила – и принимается срывать одну маску за другой. И задирать, одну за другой, сутаны…

Зорин Леонид Генрихович родился в 1924 году в Баку. Окончил Азербайджанский государственный университет и Литературный институт им. А. М. Горького. Автор многих книг прозы и полусотни пьес, поставленных в шестнадцати странах. Живет в Москве.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Михаил Калинин

Горящий в капле зеркал

Шелестело лето. Как на палитре неумелого художника, растущие вдоль шоссе деревья смешались в невообразимой гамме зеленых оттенков.

Автомобиль набирал скорость. Двигатель работал уверенно и равномерно, практически неслышно за ревом врывавшегося в открытые окна ветра.

Широкая полоса уставшего, размякшего от жара асфальта, растворяясь в зыбком трепещущем воздухе, упиралась в небо.

Калинин В. В., Калинин А. В.

ПРОЩАHИЕ

Тонкий луч заходящего солнца, пробившись сквозь толщу кучевых облаков, несколько раз преломился в стеклянном куполе аэровокзала и осветил розовым светом толпу спешащих людей. В здании аэропорта в этот день, как, впрочем, и всегда, царила суета. Hа бесшумных эскалаторах поднимались и спускались сотни прилетевших и улетающих, провожающих и встречающих. В этом людском потоке невольно обращала на себя внимание высокая стройная фигура пассажира, отрешенно стоящего у стеклянной стены. Hа его бледном лице застыло выражение спокойной уверенности, но странная поза и резкие порывистые движения выдавали внимательному наблюдателю сильное волнение.

Калинин В. В., Калинин А. В.

СЕКРЕТЫ ТВОРЧЕСТВА

Любой житель Роксвилла - курортного городка на восточном побережье согласится, что апрель - самое лучшее время в этих краях, самое лучшее и самое короткое. Пролетят незаметно несколько недель и побережье преобразится: хлынет поток туристов, наступит разгар сезона. Но сейчас, в конце апреля, в этом городке тихо и уже по-летнему тепло. Остро пахнут йодом выброшенные во время зимних штормов водоросли, ветер колышет сигнальные флаги над покосившимся домиком яхт-клуба.

Калинин В. В., Калинин А. В.

"СИСТЕМА СТАHИСЛАВСКОГО"

Любой житель Роксвилла - курортного городка на восточном побережье согласится, что апрель - самое лучшее время в этих краях, самое лучшее и самое короткое. Пролетят незаметно несколько недель и побережье преобразиться: хлынет поток туристов, наступит разгар сезона. Hо сейчас, в конце апреля, в этом городке тихо и уже по-летнему тепло. Остро пахнут йодом выброшенные во время зимних штормов водоросли, ветер колышет сигнальные флаги над покосившимся домиком яхт-клуба.