Бракосочетание Рая и Ада

Многие современники считали его сумасшедшим. При этом, правда, добавляли эпитет – гениальный. Своим поведением, своими взглядами, наконец, своим творчеством Блейк никак не вписывался как в обыкновенную людскую среду, так и в художественно-артистическую. Да он и не стремился к этому, весь поглощенный странными, причудливыми видениями. Еще в детстве ему приходилось видеть ангелов, сидящих на деревьях, и даже самого Бога.
Отрывок из произведения:

С наступлением Нового Рая[2] – а минуло с тех пор тридцать лет и три года – возродился и Вечный Ад. И вот теперь – взгляните-ка! – Сведенборг стал тем ангелом, что сидит у камня могильного, и писания его – свернутые одеяния тонкие. Пришла пора для царствия Едома[3] и возвращения Адама в Рай. Читайте об этом в Книге пророка Исайи, главы 34 и 35.

Без противоположностей не может быть движения вперед. Симпатия и Антипатия, Разум и Страсть, Любовь и Ненависть – все они необходимы для существования Человека.

Другие книги автора Уильям Блейк

В этом юбилейном издании, приуроченном к 250-летию со дня рождения великого английского поэта и художника, впервые в России знаменитый поэтический диптих Блейка «Песни Неведения и Познания» сопровождается полным сводом графических листов, сделанных самим автором. Эти иллюстрации в значительной степени дополняют и проясняют поэтический текст.

Помимо этого в издании использованы фрагменты других живописных и графических произведений У. Блейка.

Все стихи цикла представлены в двух и более вариантах перевода, многие переводы публикуются впервые.

Обширная сопроводительная статья и комментарии облегчают понимание английского оригинала.

Сборник посвящен творчеству английского поэта и художника Уильяма Блейка (1757-1827). Предваряет издание очерк В.Жирмунского "Уильям Блейк". В сборник включены произведения из книги "Поэтические наброски", "Песни невинности" и "Песни опыта", стихи разных лет, из "Пророческих книг", афоризмы.

В третий том собрания сочинений известного советского поэта и литературоведа С. Я. Маршака вошли переводы: иностранных авторов — В. Шекспира, Р. Бернса, Дж. Байрона, Р. Киплинга, Г. Гейне, Дж. Уоллеса, Ш. Петефи, Дж. Родари, и др., поэтов нашей страны —  О. Туманяна, И. Фефера, Д. Гулиа.

В книгу вошли произведения таких авторов как: Вильям Блейк, Вальтер Скотт, Сэмюель Тэйлор Кольридж, Вильям Вордсворт, Роберт Саути, Томас Мур, Джордж Гордон Байрон, Перси Биши Шелли и Джон Китс.

Перевод с английского С. Маршака, О. Чухонцева, Е. Витковского, В. Левика, В. Микушевича, В. Топорова, А. Блока, В. А. Жуковского, В. Потаповой и др.

Вступительная статья Д. Урнова.

Примечания Е. Витковского.

В издании представлены наиболее известные работы мастера — переводы сонетов Шекспира, произведения Бернса, Блейка, а также образцы английской и шотландской народной поэзии и английские эпиграммы.

Многие современники считали его сумасшедшим. При этом, правда, добавляли эпитет — гениальный. Своим поведением, своими взглядами, наконец, своим творчеством Блейк никак не вписывался как в обыкновенную людскую среду, так и в художественно-артистическую. Да он и не стремился к этому, весь поглощенный странными, причудливыми видениями. Еще в детстве ему приходилось видеть ангелов, сидящих на деревьях, и даже самого Бога. В книгу английского поэта и художника Уильяма Блейка вошла книга «Песни Неведенья и Познания…», многие другие стихотворения, поэмы, а также некоторые изобразительные работы.

Открытие Уильяма Блейка, поэта, художника, визионера, опередившего свое время на целое столетие, произошло лишь во второй половине XIX века: поэты-романтики увидели в нем собрата по духу. К началу XX столетия его творчество получило всеобщее признание. Блейк стал культовой фигурой в кругу английских символистов. Его поэзия по праву заняла одно из ведущих мест в богатейшем литературном наследии Англии. Представленные в настоящем издании «Песни Невинности и Опыта», а также «пророческие» поэмы «Книга Тэль», «Бракосочетание Неба и Ада» публикуются на двух языках, что дает возможность в полной мере оценить неповторимое своеобразие поэзии Блейка.

УИЛЬЯМ БЛЕЙК

"СТРАHСТВИЕ"

Я странствовал в стране Людей,

Я был в Стране Мужей и Жен -

И лютый страх застыл в глазах,

В ушах остался с тех времен.

Там тяжкий труд -- Зачать Дитя,

Забава Праздная -- Рожать;

Так нам легко сбирать плоды,

о тяжко сеять и сажать.

Дитя же, если это Сын,

Старухе Дряхлой отдают,

И та, распяв его гвоздем,

Сбирает крик в златой сосуд.

Популярные книги в жанре Классическая проза

"Тико" — они "тико" и есть, с виду тихони, но каждый раз какой-нибудь сюрприз: приземляешься в их коста-риканской столице Сан-Хосе, и там тебя встречают Кармен Наранхо[2] с Самуэлем Ровинским[3] и Серхио Рамирес[4] (он из Никарагуа и не "тико", хотя какая, в сущности, разница, ей-Богу, между мной, аргентинцем, который мог бы по-свойски называть себя "тино", и любым из "ника" или "тико"). Стояла неимоверная жара, и все бы ничего, но тут же — с корабля на бал — содеялась пресс-конференция по старому шаблону: почему не живешь на родине[5]

В сборник «Дождь» включены наиболее известные произведения прогрессивных китайских писателей 20 – 30-х годов ХХ века, когда в стране происходил бурный процесс становления новой литературы.

— Нельзя, — мрачно сказал постовой.

— Почему? — спросил я.

— Потому. Запрещено, и все.

— Но почему запрещено?

— Потому, глупая твоя башка, что больным вообще запрещено выходить за ограду.

— Я же не больной, а раненый, — приосанился я.

Постовой смерил меня презрительным взглядом:

— Видать, тебя в первый раз зацепило, а то б ты знал, что раненые — тоже больные. Ну, давай, давай, вали отсюда.

Но до меня по-прежнему не доходило.

У моего друга своеобразная профессия: не стесняясь, он решил именовать себя писателем на том лишь основании, что ему удалось приобрести некоторые навыки в расстановке знаков препинания и усвоить, хотя и не очень твердо, несколько синтаксических правил, и теперь он целыми днями стучит на машинке, заполняя страницу за страницей литературными упражнениями, а когда страниц набирается достаточно пухлая пачка, он важно называет ее рукописью.

Этой чахлой травой, произрастающей на ниве культуры, он питался много лет, пока не отыскался наконец издатель, напечатавший его книгу. После этого лексикон моего друга пополнился новыми словами: гранка, лицензия, корректура, гонорар и некоторые другие; он произносил их с опасным воодушевлением, они целиком заполнили его мысли, и так находившиеся к тому времени в некотором смятении, поскольку жена его ждала первого ребенка. Однако вскоре после выхода книги я застал его в глубоко подавленном состоянии, и то, что он рассказал мне, было действительно печально: за полгода издательство разослало на рецензию бесплатно 350 экземпляров, получило несколько одобрительных отзывов, 13 экземпляров было продано, после чего в активе моего друга оказалось 5 марок 46 пфеннигов. При таких темпах продажи книги он смело мог рассчитывать на то, что взятый в издательстве аванс в размере 800 марок будет погашен в течение ближайших 150 лет.

Мне исполнилось тринадцать лет, когда меня провозгласили королем Капоты. Я как раз сидел в своей комнате и в отметке «неудовлетворительно» под сочинением стирал буквы «н» и «е». Мой отец Свин Ин I Капотский уехал на месяц охотиться в горы, и я должен был послать ему свое сочинение с королевским гонцом. Я надеялся на плохое освещение охотничьего домика и усердно тер, когда внезапно услышал перед дворцом выкрики: «Да здравствует Свин Ин Второй».

Представляется излишним превозносить само собой разумеющиеся формы вежливости, как-то:

придержать дверь ребенку, входящему в дом;

не отталкивать ребенка, когда он что-то покупает, а, наоборот, пропускать вперед;

дать возможность школьнику, усталому и измученному стрессами, спокойно сидеть в трамвае, автобусе, электричке на пути домой, не задевая его ни словесно, ни даже назидательным, воспитующим взглядом, — он заслужил свой отдых;

Пожалуй, самым примечательным в моей жизни был тот период, когда я работал на фабрике Альфреда Вунзиделя. От природы я больше склонен к раздумью и безделью, чем к труду, однако время от времени длительное безденежье вынуждает меня пускаться на поиски работы — ведь раздумья столь же неприбыльное занятие, как и безделье.

И вот как-то раз, вновь попав в такое положение, я вверил себя заботам посреднической конторы по найму рабочей силы и вместе с семью товарищами по несчастью попал на фабрику Вунзиделя, где нам всем должны были устроить испытание на годность.

Да, он был в самом деле смешон, папаша Павильи: длинные паучьи ноги, длинные руки, маленькое туловище, остроконечная голова и на макушке огненно-рыжий хохол.

Он был по природе шут, деревенский шут, рожденный проказничать, смешить, выкидывать шутки — шутки незамысловатые, потому что он был сын крестьянина и сам полуграмотный крестьянин. Да, господь бог создал его потешать прочих деревенских бедняков, у которых нет ни театров, ни праздников. И он потешал их на совесть. В кафе люди ставили ему выпивку, чтобы он только не уходил; и он храбро пил, смеясь, подшучивая, подтрунивая надо всеми и никого не обижая, а люди вокруг него покатывались со смеху.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг
ОглавлениеСтатьи

Windows XP: «вечная» операционная система Автор: Юрий Ильин

Роботы-убийцы: с прицелом на будущее Автор: Михаил Карпов

Мнения

Nook и HP Slate не пропадут в тени айпада Автор: Андрей Письменный

Интервью

Валентин Макаров («Руссофт») о национальной платформе Автор: Евгений Крестников

Антон Салов (Softline) о неизбежности SaaS Автор: Юрий Ильин

Алексей Кокин (Nokia) о самобытном будущем Nokia Автор: Андрей Письменный

Ответ Nokia на Apple App Store: в чём разница? Автор: Андрей Письменный

Колумнисты

Кивино гнездо: Имитация борьбы Автор: Берд Киви

Кафедра Ваннаха: Инопланетяне от и до Автор: Ваннах Михаил

Василий Щепетнев: Скупые против щедрых Автор: Василий Щепетнев

Анатолий Вассерман: Общедоступность данных Автор: Анатолий Вассерман

Кафедра Ваннаха: Знания, модели, факты Автор: Ваннах Михаил

Василий Щепетнёв: Самоидентификация Автор: Василий Щепетнев

Анатолий Вассерман: Цены на болванки Автор: Анатолий Вассерман

Кафедра Ваннаха: Возвращение публиканов Автор: Ваннах Михаил

Голубятня-Онлайн

Голубятня: Обаятельный лик врага Автор: Сергей Голубицкий

Голубятня: Debtinator. Часть 1 Автор: Сергей Голубицкий

Голубятня: Debtinator. Часть 2 Автор: Сергей Голубицкий

Ноутбуки

Дискретные видеокарты для ноутбуков Автор: Олег Нечай

Тест MacBook Air (2009) Автор: Олег Нечай

Процессоры, применяемые в ноутбуках Автор: Олег Нечай

Беспроводные зарядные устройства Автор: Олег Нечай

Внешние накопители данных Автор: Олег Нечай

Катя Капович - литератор. Живет в США.

В сборник Сергея Максимова вошли рассказы "Голубое молчание", "Темный лес", "Издевательство", повесть "В сумерках", поэмы "Двадцать пять", "Танюша", "Царь Иоанн", пьесы "В ресторане" и "Семья Широковых".

Из сборника «Рассказы (юмористические). Книга 1», Санкт-Петербург, 1910 год.