Бортовой журнал 7

Искрометное перо знаменитого русского прозаика Александра Покровского преподносит читателям 7-й выпуск «Бортового журнала».

В этой книге писатель остается верен себе – неподражаемо остроумно и одновременно серьезно он пишет о нашем времени, о его непростых коллизиях.

Александр Покровский наделен редким даром – он может с юмором и сарказмом анализировать серьезнейшие особенности нашей действительности.

Уникальный вдумчивый литературный стиль, позволяет ему ерничать без злопыхательств, шутить без желчи, подсматривать без издевательств. Свои литературные заметки он снабжает беглыми перовыми зарисовками, которые удаются ему столь же выразительно.

Благодаря блистательному проникновенному стилю Александра Покровского, вчитываясь и всматриваясь в книжные страницы «Бортового журнала 7», пережить «предложения времени» становится легче.

Отрывок из произведения:

Давно я не писал о своем любимом городе. О том самом городе, в котором я и живу, о Петербурге. А ведь он изменился. Наступил кризис, и изменился город. Мне кажется, в лучшую сторону, потому что я уже не вижу новых развалин. К старым-то я потихоньку привык, чего там греха таить, а вот новые всегда больно ранят, а посему – спасибо. Кризису, я полагаю. То ли губители города куда-то сгинули, то ли затаились они, как крысы, что отведали отравленных зерен, после чего их покрутило желудком ровно два дня.

Другие книги автора Александр Михайлович Покровский

Исполненные подлинного драматизма, далеко не забавные, но славные и лиричные истории, случившиеся с некоторым офицером, безусловным сыном своего отечества, а также всякие там случайности, произошедшие с его дальними родственниками и близкими друзьями, друзьями родственников и родственниками друзей, рассказанные им самим.

Без бурлескных рассказов Александра Покровского невозможно представить ландшафт современной словесности. Новое слово, новый юмор, новые ситуации... Все это «пробёрет» не только былого волкодава-подводника, но и просто штатского персонажа, не потерявшего чуткость к извивам и чутьё на закруты великого, могучего, солёного и прожжённого родного языка. Читая Покровского, мы плачем, радуясь, что еще живы, – и смеемся тому, что пока еще способны плакать по тому же поводу.

Замечательный русский прозаик Александр Покровский не нуждается в специальных представлениях. Он автор многих книг, снискавших заслуженный успех.

Название этого сборника дано по одноименной истории, повествующей об экстремальном существовании горстки моряков, «не теряющих отчаяния» в затопленной субмарине, в полной тьме, «у бездны на краю». Писатель будто предвидел будущие катастрофы.

По этому напряженному драматическому сюжету был снят одноименный фильм.

Широчайший спектр человеческих отношений — от комического абсурда до рокового предстояния гибели, определяет строй и поэтику уникального языка Александра Покровского.

Ерничество, изысканный юмор, острая сатира, комедия положений, соленое слово моряка передаются автором с точностью и ответственностью картографа, предъявившего новый ландшафт нашей многострадальной, возлюбленной и непопираемой отчизны.

В этой книге читатель встретит новых и старых героев, затянутых в воронку нынешней жизни, полной как комических ситуаций, так и подлинного драматизма.

Как они справляются с бурными испытаниями, что противопоставляют наглому натиску времени — об этом повесть «Бегемот».

Острое слово, искрометный юмор, фразы, становящиеся поговорками, — стилеобразующие особенности прозы замечательного писателя, делающие чтение книг А. Покровского самым настоящим удовольствием.

Книга Александра Покровского «…Расстрелять!» имела огромный читательский успех. Все крупные периодические издания от «Московских новостей» до «Нового мира» откликнулись на нее приветственными рецензиями. По мнению ведущих критиков, Александр Покровский – один из самых одаренных российских прозаиков.

Новые тенденции прозы А.Покровского вполне выразились в бурлескном повествовании «Фонтанная часть».

Александр Покровский в этой книге размышляет о разном. Смешном и не очень, сложном и комичном, безобразном и восхитительном, трагичном и жестоком. Обо всём, что ему и его поколению предлагала немилосердная стихия времени. Особенного времени, которое, пока мы живы, никогда не сделается "прошедшим".

Одна из главных тем этой книги — как человек, поклявшийся быть верным, сохраняет свою клятву, не теряя ни себя, ни инстинкта жизни в себе самом.

«Бортовой журнал» Александра Покровского – замечательного русского прозаика, автора знаменитых книг «…Расстрелять!» (выдержавшей огромное число переизданий), «72 метра» (на основе одноименной повести был снят блокбастер) и многих других, представляет собой собрание наблюдений и записей по совершенно различным поводам.

Парадоксальное сочетание искрометного юмора, поэтического видения мира с жестким пристальным аналитизмом, – позволяют А. Покровскому держать в напряжении читательское внимание на протяжении всей книги.

Море и детство, новое время и давняя история, любовь и дерзость, – вот берега, в которых шумят страницы «Бортового журнала».

Александр Покровский снискал заслуженную славу блистательного рассказчика. Он автор полутора десятков книг, вышедших огромными тиражами. По его сюжетам снимаются фильмы.

Интонации А. Покровского запоминаются навсегда, как говорится, с пол-оборота, потому что он наделен редкостным даром в тривиальном и обыденном различить гомерическое. Он один из немногих на литературной сцене, кто может вернуть нашей посконной жизни смысл эпического происшествия. Он возвращает то, что нами утрачено. Он порождает смыслы, без которых нельзя жить. Хотя бы на то время, когда мы читаем его замечательную прозу. Ведь то, что пишет А. Покровский – литература.

Популярные книги в жанре Современная проза

Да, она жила когда-то у Пяти Углов. Там, где Загородный проспект пересекался с улицами Разъезжей, Рубинштейна и Ломоносова. Неподалеку от Фонтанки. Потом адрес переменился.

Она только что вернулась из Бокситогорска, где провела два года по распределению после медицинского института имени Павлова, который окончила на самом излете пятидесятых прошлого века. С тех пор, как я начал эту повесть, а, вернее, хронику жизни независимой красивой русской женщины, сначала молодой, потом зрелой, а в конце повествования — стареющей, с тех пор, как я взялся за эту невыполнимую работу, касающуюся весьма деликатного материала женской души и женского тела, прошло полвека со времени возвращения Ирины Федоровны Князевой в Ленинград из глубокой провинции, каковой был и, наверняка, остался Бокситогорск, город, где выплавляют алюминий. По этому случаю у нее дома собралось весьма приятное общество. Одним из гостей, по неслучайности, оказался и я.

ОТ АВТОРА

Now you’re looking for God in exciting new ways

David Bowie “Lucy Can’t Dance”

Попытка написать художественное произведение во втором лице единственного числа

предпринимается не в первый раз. Сам я узнал о том, что это вообще возможно, благодаря

сборнику работ Бориса Дубина «Слово – письмо – литература», в котором среди прочего

отмечается: «…есть, например, экспериментальный роман Бютора «Изменение», именно так,

1

Скорее всего, Абарбарчук был евреем.

Так я теперь думаю.

Или представителем вымирающей народности.

Сейчас этого уже не проверить, но сомнения остались.

Дюжий, ражий, нос наперевес.

Он появился где-то там, в прошлом, в сорок каком-то послевоенном году: в сапогах-галифе-портянках, с офицерской планшеткой через плечо и с такой чудовищной щетиной на щеках, будто скосили на них по осени яровые и осталась засохшая стерня – жесткая, колкая, густо-несминаемая.

Путешествуя по Америке, Мари и Юнна приехали в Финикс, штат Аризона. В гостинице, где им случилось остановиться, они подружились с веселой горничной Верити, а благодаря ей — познакомились еще с массой разного народа. Зачем им ехать куда-то дальше, недоумевает новая приятельница…

Восемь писем некой Клары Нюгорд. Они написаны разным людям, благодаря чему очень точно характеризуют автора.

На свой юбилей мама выбрала себе подарок: побывать в Барселоне, чтобы понять архитектуру Гауди и пожить на Ривьере вместе со своей дочерью Лидией. Им удалось найти недорогой пансионат, где они занимают «домик исчезнувшего англичанина».

Мастерство - всегда чудо. И все равно каждый раз спрашиваешь себя: откуда взялось? Как возможно такое?...Если имеется ввиду создание упоительного чтения, способного удовлетворить разные вкусы, но автору это удалось.

Впервые в стильном, но при этом демокрократичном издании сборник рассказов Марии Метлицкой разных лет. О счастье, о том, кто и как его понимает, о жизни, которая часто расставляет все по своим местам без нашего участия.

Героини Метлицкой очень хотят быть счастливыми. Но что такое счастье, каждая из них понимает по-своему. Для кого-то это любовь, одна и на всю жизнь. Для других дом – полная чаша или любимая работа.

Но есть такие, для кого счастье – стать настоящей хозяйкой своей судьбы. Не плыть по течению, полагаясь на милость фортуны, а жить так, как считаешь нужным. Самой отвечать за все, что с тобой происходит.

Но как же это непросто! Жизнь то и дело норовит спутать карты и подкинуть очередное препятствие.

Общий тираж книг Марии Метлицкой сегодня приближается к 3 млн, и каждую новинку с нетерпением ждут десятки тысяч читательниц. И это объяснимо – ведь прочитать ее книгу – все равно что поговорить за чашкой чая с близкой подругой, которой можно все-все рассказать и в ответ выслушать искренние слова утешения и поддержки.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Идея издать на русском языке для советского читателя книгу, состоящую из вопросов иностранцев о нашей стране и ответов на них, поначалу казалась сомнительной. Однако отклики на первый выпуск, изданный два с лишним года назад, рассеяли сомне­ния. Нам писали из разных районов СССР люди раз­ных возрастов и профессий: книга большинству из них понравилась, и они предлагали продолжить на­чатое дело. Перед вами второй выпуск книги того же названия. В него включены новые вопросы,  присланные нашими зарубежными читателями. Из пер­вого выпуска мы сохранили лишь небольшую часть, снабдив ее, естественно, более свежими данными.

Брошюры этой серии изданы на английском, араб­ском, болгарском, венгерском, греческом, дари, дат­ском, испанском, итальянском, китайском, корейском, монгольском, немецком, нидерландском, норвежском, польском, португальском, пушту, румынском, сербско­хорватском, словацком, суахили, фарси, французском, чешском, шведском и японском языках.

Люди на протяжении многих веков пытались разгадать загадку своего про исхождения:  кто мы, сыны Адама и дочери Евы?

Известный американский антрополог Стивен Оппенгеймер дает свое сенсационное  обоснование происхождению и развитию человечества. Основываясь  на теории митохондриевой ДНК (целого набора генов в пределах одной клетки),  он реконструировал два семейных генетических древа: одно — наших отцов  и другое — наших матерей-прародительниц. Наложив это разветвленное генное  древо на карту мира, он проследил, каким путем, обживая неведомый древний  мир, прошли наши далекие предки, оставляя цепочки генов. Эти новые знания  позволяют заполнить пробелы и устранить неточности в хронологии развития  нашей цивилизации. Так далеко еще не удавалось заглянуть ни одному исследователю.

Перед вами — caга о Возвышении. Сага о борьбе землян за собственное место в многоликом Сообществе Пяти Галактик. Сага, которая началась, когда земной звездолёт «Стремительный» обнаружил давно забытый и блуждающий в космосе Брошенный флот Прародителей.

Сага, которая продолжается новой историей звездолета «Стремительный», нашедшего приют на запретной планете, на которой нет — и не должно быть — разумных существ.

Фундаментальный труд по древней истории славян выдающегося русского историка Дмитрия Ивановича Иловайского (1832-1920). Ничего сопоставимого по охвату материала первоисточников и доказательности за прошедшие более чем 100 лет не создано ни советскими и российскими, ни зарубежными историками.