Большое убийство

Большое убийство
Это была одна из тех ночей, когда тучи висят над землей очень низко, и все покрывается мглой. Дождь яростно стучал в стекла бара и пытался ворваться внутрь каждый раз, когда очередной пьянчужка вываливался за дверь. В помещении тошнотворно воняло кислым пивом, потом и дешевыми женщинами....
Отрывок из произведения:

Это была одна из тех ночей, когда тучи висят над землей очень низко, и все покрывается мглой. Дождь яростно стучал в стекла бара и пытался ворваться внутрь каждый раз, когда очередной пьянчужка вываливался за дверь. В помещении тошнотворно воняло кислым пивом, потом и дешевыми женщинами.

Двое пьяниц уныло препирались возле музыкального автомата, стараясь поставить свою пластинку, пока мулатка в слишком узком для нее платье не сунула монетку в автомат, который заиграл что-то громкое и бестолковое.

Рекомендуем почитать

Этот парень был мертв... Мертв как сто тысяч покойников.

Он лежал на ковре в пижаме и с огромной дырой в затылке. В руке у него был мой пистолет.

Я начал тереть виски, пытаясь разогнать туман, клубившийся в голове, но полицейские не дали мне опомниться. Один из них схватил меня за руку и заорал так, что загудело в голове. Другой стал бить меня мокрой тряпкой, словно хотел разнести на мелкие кусочки.

— Перестаньте, черт побери... — простонал я. Полицейский засмеялся и толкнул меня на кровать. Мысли у меня путались, и я ничего не помнил. Но труп лежал посреди комнаты с моим пистолетом в руке. Кто-то рванул меня за руку, заставляя встать, и опять пристал с вопросами Мне это надоело, и я лягнул его.

В ночном тумане послышались крики, и я резко затормозил на перекрестке. Не сказать, чтобы крики казались чем-то странным в городе, но именно в этой части Нью-Йорка они были совершенно неожиданными, потому что это был участок, расчищавшийся для постройки нового небоскреба. Сейчас здесь почти ничего не осталось, кроме нескольких совсем разрушенных зданий и груд кирпича. Весь скарб бывших обитателей был вывезен давным-давно, оставался только никому не нужный хлам. Что-то еще было в этих криках, казавшихся совершенно неуместными здесь. Это была настоящая истерика, которую мог вызвать только дикий страх, и, кроме этого, это были крики ребенка.

Они оставили его полуживого в луже крови посреди его собственной спальни. Живот его был разворочен, словно настежь раскрытые двери, а рукоятка ножа торчала из середины груди. Казалось, что единственным недоразумением было то, что он все еще оставался живым. Наверное, уходящая с каждым мгновением жизнь заставила его стянуть телефон с низкого столика и позвонить мне. Теперь он безмолвно смотрел на меня снизу вверх. Единственные слова, которые едва слышно слетели с его губ, все же дошли до меня:

Когда вы сидите дома, удобно расположившись в кресле перед камином, случается ли вам задуматься, что происходит снаружи? Наверное, нет. Вы берете книгу и читаете умные рассуждения и чепуху; живете чужой жизнью, тревожась из-за событий, которые никогда не происходили, желая заполнить чем-нибудь скучную повседневность. Вы воображаете себя героем или, по меньшей мере, действующим лицом, и это не удивительно. Даже древние римляне приправляли свою жизнь острыми ощущениями: упивались кровью и насилием в Колизее, глядя, как дикие звери раздирают человеческую плоть.

Меня нашли на рассвете в придорожной канаве. Я услышал, как рядом остановился автомобиль, хлопнула дверца и послышались чьи-то голоса. Крепкие руки ухватили меня под мышки и резко поставили на ноги. Стоять я не мог.

— Пьяный, — проговорил полицейский. Другой развернул меня к свету:

— От него не пахнет. И эта рана на голове тоже, думаю, не от падения.

— Недотепа нарвался на неприятности?

— Может быть.

Мне было безразлично, как они меня называют. В какой-то степени они оба были правы. Два часа назад я был пьян, но не сейчас. Два часа назад я был рыкающим львом, затем по бару полетели бутылки, и от льва ничего не осталось.

Вы прогуливаетесь ночью по улицам. На улице — дождь. Единственный звук — ваши шаги. Конечно, город вокруг шумит и звенит, но вы этого не замечаете, потому что в конце улицы женщина — та, единственная, которую вы ждали долгих семь лет, и каждый шаг делает вас все ближе и ближе к ней. Звук ваших шагов отмеряет дни, месяцы и часы ожидания.

Потом, неожиданно, вы оказываетесь напротив старинного особняка — архаичного, смахивающего на огромное коричневое чудовище, которое смотрит прямо на вас с выражением тупой злобы, и вам кажется, что этот дом засасывает и душит вас…

Другие книги автора Микки Спиллейн

В четвертом сборнике «Частного детектива» представлены остросюжетные произведения известных зарубежных мастеров современного детективно-приключенческого жанра - Алистера Маклина, Э. С. Гарднера и Микки Спиллейна.

Содержание:

Алистер Маклин. Страх отпирает двери

Эрл Стенли Гарднер. Дело о светящихся пальцах

Микки Спиллейн. Дип

Детектив всегда неожиданнен, особенно американский. "Крутой" детектив, кроме того чрезвычайно динамичен при постоянном нагнетании психологической напряженности.

Читатель только на последних страницах вместе с героями произведений Л. Сандерса "Кассеты Андерсона" и М. Спиллейна "Тварь" сможет перевести дух, чтобы взяться за новую тайну.

Содержание:

Микки Спиллейн. Тварь (роман, перевод Г. Николаева), стр. 3-206

Лоренс Сандерс. Кассеты Андерсона (роман, перевод С. Белова), стр. 207-446

Эта девица стояла прямо посреди дороги в свете фар и размахивала руками, как марионетка. Мне оставалось только выругаться — и мои громогласные проклятия эхом отозвались у меня в ушах. Отжав педаль, я до отказа повернул руль влево, и машина, пройдя несколько метров юзом, остановилась у самого края обрыва.

Да, я все же ухитрился объехать эту дамочку, но в течение нескольких секунд она была на волосок от смерти. Теперь меня стало трясти. Сигарета, выпавшая у меня изо рта, успела прожечь дыру в штанине, пока я не выбросил ее в окно. Пахло жженой резиной и горелой тряпкой. Я уже приготовился сказать этой чокнутой особе все, что я о ней думаю, но прежде, чем я успел выйти из машины, она оказалась на сиденье рядом со мной, захлопнула за собой дверцу и проговорила:

Майк Хаммер — самый знаменитый частный детектив, любимый герой миллионов читателей — вернулся! И сразу же попал в крутой переплет, оказавшись между двух огней: мафией и федералами. Теперь его жизнь зависит от того, сумеет ли он быстро отыскать тайник с 89 миллиардами долларов. При этом он может рассчитывать только на преданную ему секретаршу Вельду, свои свинцовые кулаки и отлично смазанный 45-й калибр.

Агенты разведки разыскивают исчезнувшего инженера Луи Аргунски, который участвовал в установке межконтинентальных ракет и теперь в любой момент может начать ядерную войну.

Лицо коротышки представляло собой кровавое месиво. Тусклые застывшие в шоке глаза, чуть видневшиеся между иссиня-черных, вздувшихся, как грибы-дождевики, век, непонимающе смотрели на Дилвика. Губы распухли и полопались, и струйки крови извилистыми дорожками медленно ползли из уголков рта по щетинистому подбородку, капая на темную от пота рубашку.

Слепящая лампа не освещала Дилвика, который стоял в тени, нависая над головой парня, как дамоклов меч. Он тоже потел. Рубашка липла к его широченной мясистой спине, воротничок размок и смялся на огромной шее. Он потуже натянул кожаную перчатку на мускулистую руку и размахнулся. Раздался тошнотворный звук затрещины, нанесенной открытой ладонью по скуле коротышки. Стул опрокинулся, и голова коротышки стукнулась о цементный пол, издав звук упавшего арбуза. Дилвилк подбоченился и злобно уставился на карикатуру, еще недавно бывшую человеком.

Я вошел в квартиру. Никто не разговаривал. Все просто смотрели на меня и каждый старался посторониться, чтобы меня пропустить. Прямо передо мной около спальни Пат Чамберс поддерживал Мирну, которая плакала без слов. Я подошел к ним и нежно обнял ее.

— Пойдем, девочка, — сказал я. — Приляг. Я устроил ее на диване. Один из полицейских подложил ей под голову подушку.

Пат Чамберс украдкой показал мне на комнату.

— Это здесь, Майк, — сказал он. — Здесь! Это слово ударило меня, как “прямой” в подбородок. Здесь лежал труп. Труп моего лучшего друга, Джека Вильямса, человека, рядом с которым я воевал больше двух лет, меся зловонную грязь в джунглях. Джек всегда говорил: “Я отдам правую руку за спасение друга”. Он сдержал свое слово, помешав японцу разрубить меня на две части. Удар штыка, предназначенный мне, пришелся в правую руку Джека. Ему ее ампутировали.

Наверняка никто никогда не переходил мост в такую скверную погоду ночью. Дождь, мелкий и частый, почти как туман, холодным серым саваном отгораживал меня от всего мира, от бледных лиц за запотевшими, мокрыми от дождя окнами автомобилей, пролетавших мимо меня, рассекая колесами воду на асфальте.

Даже яркие ночные огни Манхэттена еле светились желтым размытым пятном сквозь пелену дождя. Где-то там внизу я оставил свой автомобиль и пошел, подняв воротник плаща и втянув голову в плечи, в темноту расстилавшейся передо мной ночи.

Популярные книги в жанре Крутой детектив

Частный детектив Шелл Скотт занимается опасной работой и каждый день ходит по краю пропасти, ведь воротилы Голливуда, акулы бизнеса и просто мафиози готовы на все ради власти и денег.

Вошедший был не грузен, но полнотел. Неискренняя улыбка едва трогала уголки его рта, оставляя губы крепко сжатыми, – он словно боялся проговориться. Двигался он замедленно и как-то расхлябанно, что меня удивило: люди такой комплекции, как правило, живчики. Одет мой гость был в серый костюм, на галстуке стройная ныряльщица демонстрировала длинные ноги и аккуратный задок. Примиряла меня с посетителем, пожалуй, только белая рубашка – я уважаю чистоту и аккуратность. Ботинки, хоть и не подходили по цвету к костюму, были надраены до блеска.

Было около часа ночи, когда Карл, ночной портье отеля «Уиндермиер», начал гасить свет в холле. Голубой ковер сразу потемнел на несколько тонов; полумрак заполнил кресла призрачными тенями и подернул сумрачные углы паутиной воспоминаний.

Детектив Тони Резек зевнул. Склонив голову на плечо, он лениво прислушивался к тихой и волнующей музыке, доносившейся из музыкального салона. Внезапно раздался посторонний звук. Тони недовольно нахмурился. После часа ночи холл принадлежал только ему, и никто не мог отнять у него этого права. Но рыжеволосая девушка вносила элемент дисгармонии в привычный порядок.

Каждый молодой человек или подросток говорил это однажды, или хотел сказать, или воображал, что скажет. Момент этот наступает тогда, когда первая, кого ты действительно сильно любишь, сообщает тебе с сожалением, что выбрала другого. Ты понимаешь, что это конец; что ты ничего не сможешь тут сделать. Но нельзя же уйти просто так. И тогда ты произносишь знаменитые слова: «Если когда-нибудь я тебе понадоблюсь, знай, ты можешь на меня рассчитывать. Не важно, где я буду, я обязательно приду, если ты позовешь». Можно также добавить знаменитое «даже на край света».

В повести рассказывается о приключениях Анатолия Дукалиса.

Что делать, если ты говоришь правду, но в неё никто не верит? Любимая девушка, друг, коллеги – все уверены, что ты лжёшь! А у тебя за спиной притаился жестокий и опасный убийца, которого ФБР уже много лет безуспешно пытается поймать. Ловушка, устроенная властями, уже захлопнулась, но, вот, кто в неё попал – покажут быстро развивающиеся события… Интрига сохраняется до конца произведения. И только любовь, большая и преданная, сможет тебя спасти.

Главный герой, избежавший мести неизвестных террористов за «словесное преступление», таинственными спасителями был перенесен из России в центр Европы. «Прекрасная праздность» и карнавальные приключения внезапно выбрасывают его на смертельно опасную тропу сыска, где ему, возможно, предстоит проникнуть в тайну сокрытых книг и управления сновидениями.

Захватывающий детективный сюжет переносит читателя на Балканы, в Италию, средневековый Багдад и даже Китай. А преследователи и преследуемые то и дело парадоксальным образом меняются местами.

Авантюрный детективный роман «Прямой эфир» Валерия Хазина, помимо захватывающего сюжета, отличают неповторимый авторский стиль и долгое послевкусие тайны.

Валерий Хазин – член Союза литераторов России, дважды номинант на премию им. И.П. Белкина «за лучшую русскоязычную повесть» («Каталоги Телегона» в 2004 г. и «Труба» в 2009 г.).

Популярного мастера «крутого» детектива, обладающего к тому же незаурядными литературными способностями, Раймонда Чандлера представлять не нужно. Но известный австрийский писатель, драматург Фридрих Дюрренматт мало знаком нашему читателю, а ведь представленное в сборнике произведение имеет подзаголовок «Отходная детективному жанру». Имя Брета Хэллидея пока новое в книжном мире, но обещает много интересного. Открытием будет и Шарль Эксбрейя, имеющий свой голос в мире детективов.

Книга рассчитана на массового читателя.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Хольнов С.Ю. - Искусство Восприятия или Человек без формы

2003

Эта книга о возможностях человеческой психики - не просто продолжение данной серии публикаций о сознании, в котором изложены какие-то новые психотехники и приемы воздействия на человека (сначала на себя, а затем на окружающих), но и в некотором роде приглашение в иную психофизическую реальность, альтернативную общепринятой.

В то же время, в отличие от предшествующей книги ("Тоннель в подсознание"), "Искусство восприятия" в меньшей степени интроспективно и более обращено во внешний мир. Иначе и быть не может, поскольку во главу угла в книге, как явствует из самого ее названия, поставлено именно наше восприятие, которое, по мнению автора, и является главным генератором психической энергии человека.

В новой книге Сергея Хольнова «Магия чувственных представлений. Развитие неординарных способностей» предложены адаптированные к современной реальности некоторые способы развития (и даже сверхразвития) психических возможностей человека, прежде используемые в традициях йоги, буддизма и шаманизма. Тех необычных способностей горстки избранных, которые всегда поражали воображение их собратьев, и которые западная наука так долго не хотела принимать всерьез. Ключ же к любой магии - в нашем восприятии, в чувственных представлениях человека.

Книга написана популярным языком и рассчитана, прежде всего, на сложившийся в последние годы обширный контингент читателей, стремящихся исследовать и расширить свои психические возможности.

В отличие от предшествующих книг о сознании данной серии акцент в `Тоннеле` сделан не столько на психических приемах и методах воздействия на окружающих (хотя и в этой книге автор без таковых не обошелся), сколько на особых состояниях сознания, или психических позициях, позволяющих нам успешно выполнять многие психические техники и технологии, опирающиеся на подсознание (в том числе и те, что описаны в `Психодинамике колдовства` и в `Искусстве доминировать`). Кроме того, овладение этими измененными состояниями сознания есть путь личностного развития, различные модификации которого нам, в частности, издавна предлагаются различными религиозными и мистическими традициями. В книге прослежена эта параллель, а также предложены некоторые дополнительные способы использования измененных состояний сознания - в частности, для улучшения здоровья.

Книга написана популярным языком и рассчитана, прежде всего, на сложившийся в последние годы обширный контингент, читателей, стремящихся исследовать и расширить свои психические возможности.

Начну с «выстраданного» тезиса: пусть сами мы живём в обычном и вполне заурядном мире физических сущностей (объектов и явлений), что, кстати, является нашим же собственным выбором, и всё равно этот материальный мир как бы изнутри наполнен совсем иным содержанием — нелогичным, иногда нелепым и, в общем-то, волшебным. Я хочу подчеркнуть, что все мы, человеки разумные, постоянно соприкасаемся с чем-то не очень разумным, что можно назвать магией, — соприкасаемся даже в самых заурядных жизненных положениях, только приучены этого никогда не замечать. Иначе куда нам деть свою разумность! Более того, в самой основе этой нашей разумности-заурядности — всё-таки магия, но принимать её в расчёт мы, конечно же, не склонны. И сами же, между прочим, многое теряем от этого, упуская магические рычаги, с помощью которых могли бы влиять и на качество своей жизни и даже на свою судьбу.