Бестолковые рассказы о бестолковости

«Бестолковые рассказы о бестолковости» содержат в себе ностальгический юмор-быль из жизни курсантов военных училищ 80-х — начала 90-х годов. Своего рода «Военная дискотека 80–90-х» («А сейчас пулеметчик Ганс прокрутит вам пару дисков»). Книга включает в себя отдельные юмористические рассказы о различных сторонах насыщенной до предела жизни «обучаемых военных», составляющих подвид особой ветви развития человечества — «хомо милитер». И пока жизнь этих всегда находчивых военных насквозь пронизывает по-лошадиному здоровый юмор, всегда шокирующий особо чувствительных граждан своей прямотой и плохо скрываемым своеобразием, эта особая ветвь развития человечества никогда и никого не уведет в тупик.

Отрывок из произведения:

Почему все-таки краткое? Зачем здесь, так вот прямо сразу и в галоп? Зачем нужны вот такие, вот прямо с начала с самого такие вот резкие в бескомпромиссности своей и ненужные никому оговорки? Какая-то сразу категоричная такая детализация? Наверное, все-таки, это для чего-то необходимо. Да, да, и видимо это все потому, что рассказы эти о профессиональных военных и для профессиональных военных, к тому же, написаны они бывшим профессиональным военным, а бывших, как известно, не бывает. Значит, написана книжонка эта вовсе даже никаким совсем и не писателем. Военный же, он же ведь не может быть писателем по определению. В лучшем случае он, конечно же, может попробовать свои псевдотворческие силы в самом лживом направлении в псевдолитературе и стать мемуаристом. Посиживающим, эдак, покряхтывая и попукивая у весело потрескивающего камина, и что-нибудь там во врожденной неграмотности своей черкающим на выцветшей от времени и когда-то принадлежавшей казне бумаге. Или же, что для него было бы гораздо комфортнее, несвязно изрекающим что-нибудь усиленно строчащему в углу корыстному и насквозь продажному журналюге: «А вот помню в таком-то годе, после героического форсирования речки Переплюйки (это, что близ овеянного боевыми победами славного города Безнадежнинска), повстречался я как-то с великим нашим поэтом Пушкиным. Да, да, если не ошибаюсь, кажется Александром Сергеевичем его звали. Давно, знаете ли, это все было… Приятный, знаете ли, во всех отношениях мужичок был… Только уж больно на эфиопа чем-то смахивал. Кудрявый уж больно был. А так, когда матерком по самодержавию пройдется… А после шнапсу еще и врагов земли русской по-своему, по высоколитературному помянет… В общем, по-простому так со всеми поговорит. По нашенскому, знатчица, то вроде бы и ничего… Чувствуется, что наш этот вроде бы, это эфиоп… А уж как возьмется стишки свои читать…».

Другие книги автора Дмитрий Ненадович

Юмористическая пародия на «Духлесс» и «The Telki» с элементами сатиры. Герои и места действия почти те же самые (Москва как захолустный пригород Люберец и Питер). «Анти-Духлесс» — это попытка взглянуть на мерзопакостные в своей беспредельной понтовости инсинуации «Духлесса» и «The Telоk» под несколько другим углом зрения. При этом гротесковые формы принимают образ жизни и приобретенные физиологические особенности современных «настоящих маркетологов», неистово «мерчендайзерствующих в аутсорсинге» на отечественном базарном рынке. В конце концов неуемность «маркетологов» в быту приводит к праведному гневу князя тьмы (топ-менеджера ЗАО «Ад»), который вынужден вмешаться в происходящее по вполне прагматичным соображениям…

Сборник, содержащий четыре юмористических рассказа о различных сторонах нашей жизни (работа, учёба, спорт и воспитание детей, экстремальная рыбалка, коммунальное житьё и всё с ними связанное) и юмористическую пьесу, в которой совершается попытка заглянуть в наше недалёкое будущее.

Сборник содержит три юмористических рассказа об отдыхе и путешествиях по Египту и Турции с элементами экскурсов в историю тех мест, которые автору удалось посетить. Кроме того, рассказы содержат некоторые наблюдения за поведением «руссо туристо — облико морале» во время заграничного отдыха и особенностями гостеприимства представителей туриндустрии посещаемых стран.

События в «Повести о потерянном времени» охватывают небольшой временной интервал, предшествующий началу строительства отечественного капитализма, и сам период бурного формирования рыночных отношений. Все события и метаморфозы человеческих характеров описаны с юмористическим акцентом, сглаживающим остроту и драматизм происходящего в стране.

Популярные книги в жанре Юмористическая проза

©1975

ПеревелАндрей Кононенко

В одном прекрасном южном городе на берегу моря росла старая осина. Этой осине было, наверное, не меньше тысячи лет, поскольку кроной своей она упиралась в небо и в полдень перекрывала солнце, а в ее густой листве застревал даже ураганный ветер. Но самое главное то, что это была не просто старая трухлявая осина, а эта осина была волшебной. Стоило человеку встать под эту осину, стукнуться хорошенечко об нее лбом и загадать желание, как оно тут же исполнялось. Пронюхал про то один плохой дядька, торговавший органическим удобрением в селе Гадюкино. Звали его Кошмар Горыныч Натощак, был он злым, тощим, лысым… в общем, отвратительный тип, причем ужасно не любил маленьких мальчиков и девочек.

Шесть месяцев в году, живет Анна Пэг на Тиллингенской альме в Бернских Альпах. Там она совсем одна, если не считать черной собачонки, помогающей ей следить за коровами. И только ослик Гут каждый день поднимается в горы на альм, чтобы забрать свежее масло и сыр…

Дружба — дружбой, а служба — службой. Тем более для налогового инспектора…

В лето от рождества Христова 1460-е игумен Штальгаузенского монастыря в Баварии пытался получить философский камень или эликсир жизни. Вместо этого он получил тяжелый зернистый порошок, показавшийся вначале совершенно бесполезным…

Три небольших зарисовки с натуры…

Ангорский котенок Маркус, решил убежать из дома угольщика, в котором жил и посмотреть мир…

Франтишек Павел, по фамилии Конечный, прослыл отцом убогих и обиженных. И вот за какие подвиги…

Действительно небольшая история пса по кличке Рек.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Евгении хронически не везет. Работа неинтересная, да в любви ничего не складывается: Слава Нильский, ее первый и единственный мужчина, не один раз предавал Женю… Разве возможно построить серьезные отношения с самовлюбленным шоуменом Нильским, жаждущим лишь славы и денег?.. Совсем отчаявшись, Женя зарегистрировалась на сайте знакомств и нашла там друга! Настоящего, с которым можно было делиться абсолютно всем. А потом в собственном подъезде она встретила и мужчину своей мечты – сильного, заботливого, уверенного в себе… Но словно в компенсацию за счастье в личной жизни вокруг девушки начало твориться нечто странное и пугающее – убийства, взрывы, звонки с угрозами… Полиция безуспешно пытается выяснить, кто застрелил ее начальника. А вот Женя, похоже, догадывается! Но успеет ли она рассказать об этом до того, как сама станет жертвой убийцы?

«Все не тек хорошо, как хотелось бы, однако не так плохо, как кажется», — подумал Хмелевский, подходя к скважине. После теплого сна колючие порывы ветра с хлопьями мокрого снега были особенно неприятны.

Дверь укрытия заскрипела, словно жалуясь на неприютную жизнь, и пропустила Сергея внутрь. Первый, кого он увидел, был Пуркин — на круглом краснощеком лице выделялся сливообразный нос, а голубые глаза с белыми ресницами улыбались. Валенки, подшитые автомобильной покрышкой, косолапо потаптывали на одном месте.

Рисунок М. Тарабукиной

Мои знакомые — биолог Олег Григорьев и журналист Олег Гаврилов — задумали путешествие по Мане под кодовым названием «Операция «Козерог».

— Олеги! — взмолился я, узнав о их плане. — Возьмите с собой. Турист я вроде бывалый — не подведу.

При слове «турист» приятели поморщились, будто раздавили во рту по клюквине…

— Извини, — сказал Олег Гаврилов, — но с большинством туристов мы не сходимся. Сказать пооткровеннее, недолюбливаем эту братию…

Рисунки С. Сухова

В ту весну мы работали в Итурупе, самом крупном из островов Курильской гряды. Времени было в обрез. А тут пошли затяжные дожди, и мы застряли в поселке на севере острова.

Вместе с нами коротали время три геолога У них имелась машина, и они согласились взять нас до города Курильска, куда нам нужно было попасть позарез.

На четвертый день дождь кончился, и мы пустились в дорогу через весь остров.

Езда в кузове грузовика по весенней дороге — пытка неописуемая, хотя за много лет работы на Дальнем Востоке насмотрелся всяких дорог. Особенно неуютно чувствовали мы себя на крутых и долгих подъемах. Одолеть их с ходу не могла даже сильная машина с двумя ведущими мостами. Чтобы облегчить путь, на обочине устроены небольшие площадки. Машина поднималась чуть выше такой площадки, потом сдавала назад. Отдохнув, набравшись сил, ревя мотором от натуги, она карабкалась наверх. Езда небезопасная — сзади площадка почти всегда оканчивалась обрывом.