Бесноватые

Как замечает автор, «странные вещи происходят не только, когда ты спишь. Они случаются при дневном свете, на заполоненных толпами улицах большого города, и люди, сначала казавшиеся вполне невинными, ведут себя словно одержимые дьяволом». Все герои рассказов Фаулера, от домохозяек до студентов и банковских клерков, попадают в доневозможности странные ситуации, которые не доставляют ничего, кроме немыслимого беспокойства, разрушают их размеренное существование и приводят к непредсказуемым последствиям.

Отрывок из произведения:

Недавно я прочел где-то, что английская литература умерла, и это было для меня некоторым шоком, потому что мне казалось, что у меня-то пульс еще бьется. Как я понимаю, в статье имелось в виду, что умер тот вид английской литературы, который хотел бы читать сам критик. Действительно, мы редко пишем те обширные Гомеровы саги, которые с такой регулярностью публикуют американские романисты, но все-таки английская литература еще вполне жива; дело просто в том, что ее жизненность видна порой не там, где этого можно было бы ожидать. Многие английские авторы, которые вызывают мое восхищение, работают за пределами основного потока жанров, и, возможно, истинную картину можно увидеть именно на этой периферии, которую едва ли кто-либо охватывает взором.

Рекомендуем почитать

Легендарная порнозвезда Касси Райт завершает свою карьеру. Однако уйти она намерена с таким шиком и блеском, какого мир «кино для взрослых» еще не знал. Она собирается заняться перед камерами сексом ни больше ни меньше, чем с шестьюстами мужчинами! Специальные журналы неистовствуют. Ночные программы кабельного телевидения заключают пари – получится или нет? Приглашенные поучаствовать любители с нетерпением ждут своей очереди и интригуют, чтобы пробиться вперед. Самые опытные асы порно затаили дыхание… Отсчет пошел!

С 1994 года Стив Айлетт задает миру такую литературную трепку, какой тот до сих пор никогда не получал. Конструктивный стиль его писательской манеры уносит вас во взрывное путешествие софтверных чар, многозначительных патронов и искривленных карикатур на существующие социальные стереотипы. Совершенно затягивающий от начала до конца, его последний подарок, “Атом”, - не исключение… В нем писательское мастерство Айлетта достигло зрелой точки почти релятивистской безукоризненности… развлекайтесь подвозящим оружие лирическим путешествием сатирических жемчужин, но берегитесь, глубокое погружение может вызвать саморазрушение черепа. Вас предупредили.

«„В поисках утраченного времени“ — по Бруклину 1970-х.!» «Одиссея памяти во времени и пространстве…» «„Регтайм“ нашего времени…»

Вот лишь немногие из восхищенных эпитетов, которыми критики наградили этот роман — историю одного из кварталов Бруклина, в которой сплелись РЕАЛЬНОСТЬ — и ФАНТАЗИЯ, юмор — и откровенная жесткость полной искренности.

Сказание о панк-мессии из мира близкого будущего, поведанное его учениками...

Житие Бастера Кейси по прозвищу Рэнт, чей девиз: "Живи быстро, умри молодым и забери с собой в могилу стольких, скольких сумеешь".

История величайшего из героев мира маленьких городков, в которых закон делит обитателей на "Дневных" законопослушных граждан - и "Ночных" бунтарей.

Легенда о ненависти и безумии, любви и свободе!

Мог ли «великий и ужасный» Хантер Томпсон повторить успех своего легендарного «Страха и отвращения в Лас-Вегасе»? Как оказалось — мог. Перед вами — «Лучше, чем секс». Книга — скандал, книга — сенсация. Книга, в которой Томпсон, с присущим ему умением называет вещи своими именами, раскрывает тайны большой политики. Как стать президентом? Или хотя бы занять теплое местечко в «королевской рати»? Что для этого надо сделать — а чего, наоборот, не делать ни за что? Хантер Томпсон во всеуслышание рассказывает о том, о чем не принято говорить. И говорит так, что наркотические откровения героев «Страха и отвращения» кажутся очень даже наивными!

«Мы живем незаметной жизнью на периферии; мы стали маргиналами – и существует масса вещей, в которых мы решили не участвовать. Мы хотели тишины – и обрели эту тишину. Мы приехали сюда, покрытые ранами и болячками, с кишками, закрученными в узлы, и уже думали, что когда-нибудь нам удастся опорожнить кишечник. Наши организмы, пропитанные запахом копировальных машин, детского крема и гербовой бумаги, взбунтовались из-за бесконечного стресса, рожденного бессмысленной работой, которую мы выполняли неохотно и за которую нас никто не благодарил. Нами владели силы, вынуждавшие нас глотать успокоительное и считать, что поход в магазин – это уже творчество, а взятых видеофильмов достаточно для счастья. Но теперь, когда мы поселились здесь, в пустыне, все стало много, много лучше».

Пятнадцать минут славы и долгие годы в тюряге — вот что ждет убийцу поп-идола поколения. Так какого, собственно, черта его вообще понесло совершать это убийство? «Акула пера» Андреа Уотсон решает копнуть историю сумасшедшего фаната Криса Сьюэлла, застрелившего кумира женщин Феликса Картера, поглубже. Она понимает, что зацепилась за сенсацию. Но ей и в голову не приходит, к каким невероятным открытиям приведет ее журналистское расследование…

Жираф. Точнее — жираф-призрак по имени Джим. Несколько необычное знакомство для медленно сатанеющего от переутомления яппи Скотта Спектра, счастливого обладателя скоростной выделенной линии, шикарного телевизора, дома в благополучном пригороде и красавицы-жены, на которую у него не хватает ни сил, ни времени! Джим — единственное спасение от скуки, уныния и бесцельного небокопчения! Правда, иногда методы жирафа-призрака становятся излишне радикальными…

Популярные книги в жанре Социальная фантастика

Роман Владислава Задорожного «Защита от дурака», написанный в 1983 году, до наступления периода гласности не имел ни малейшего шанса быть опубликованным. По сути, это была книга «для стола». Ведь все, что так или иначе проецировалось на тогдашнюю действительность, усердием окололитературных чиновников не допускалось к народу. Но, быть может, за эти годы не только рукопись покрывалась пылью, но и ее содержание — многое ведь изменилось с тех пор, множество фактов, ранее старательно припрятываемых от масс, стали всеобщим достоянием? Нет. Ходивший в годы застоя «по рукам» любителей фантастики роман и сегодня не утратил актуальности. Иначе, впрочем, и не могло быть. Социальная фантастика, философская фантастика менее подвержены времени, чем так называемая научная фантастика, едва поспевающая (во всяком случае, пока дело обстоит именно так) чуть-чуть опережать научно-технический прогресс. Природа власти и ее реализация — вот основная тема романа, который в каком-то смысле можно назвать в романом-предупреждением обществу.

Текст взят из сборника: Правила игры без правил, Эдуард Геворкян, М. АСТ, 2001

Недалекое будущее. Прорастают идеи, которые воплотятся в Меганезии.

Сэмуель смотрел в зеркало и размышлял. Господи! Кажется прошло так немного времени, а так много изменилось! Уже не висят на каждом углу портреты Старшего Брата, да и сам он исчез куда-то из поля зрения. Телекран в углу уже больше никуда ничего не сообщает, а висит мертвым предметом, тихо поблескивая грязными боками. Из зеркала на Сэмуеля смотрела грустная исхудавшая физиономия, которая упорно терла себя бритвой. Лезвие было старое, тупое, и неимоверно царапало кожу. Самуэль приобрел его на рынке, поскольку только там еще попадались старые и относительно дешевые лезвия времен англсоца. В магазинах же они были в основном из далекой Азии, причем не сильно лучше, но цены на них взлетали на неимоверную для среднего обывателя высоту, поэтому приходилось искать их на толкучках и блошиных рынках. Подумать только, казалось все так незыблемо, и вдруг… Все в прошлом. Страх перед Системой, ложь, насилие, тоталитаризм, постоянные войны с Евразией и Океанией… Все смела волна изменений, восстановив в Британии подлинную демократию, которая ей и была всегда присуща.

— Айра, у тебя опять шнурок развязался! Разве ты не помнишь, какой узел я тебе показывал?

— Помню, — ответила девочка эмм четырёх, потуже затягивая шнуровку короткого плаща. — Сделать две петли, перекрестить и просунуть их в дырку в середине.

— Правильно. Так получится крепче и надёжнее, — мужчина присел перед ней на корточки, подёргал получившийся узел. Перевёл взгляд на лицо девочки, заглянул в зелёные, с янтарными ободками глаза — его глаза, и одобрительно кивнул. Пружинисто поднялся на ноги. — А теперь постой в сторонке, пока я тут закончу.

Это — фантастический роман про Россию. В нем идёт рассказ о служителях древнего тайного общества, спасающих мир от зла в финальной битве — Армагеддоне. Сама битва происходит уже третий раз, и служители рождаются заново, в новых телах и личностях. Они имеют память о прошлых воплощениях, и эти воплощения изящно вплетены в роман (по качеству вплетения напоминает «Мастера и Маргариту» Булгакова). И вот едут они трое в поезде, в специальном вагоне в сибирскую глушь. У каждого из них своя миссия, но действуют сообща. А с ними в соседнем купе едут «сары» — прислужники зла, пытающиеся помешать. В тайге на месте открытия «портала» сидит секта, которая тоже шаманит, чтобы остановить их. Во главе секты — страшный вожак-шаман. К финалу в глухом лесу они подкатывают вместе, и… там-то и происходит самое интересное.

Автору удалось создать удивительно гармоничный мир, простыми штрихами нарисовать удивительно ярких и полноценных персонажей, со своими историями и характерами. Причём всё это легко, изящно, без лишних подробностей. Три штриха, пара деталей — и мозг сам показывает портрет. Читал эту книгу и перед глазами возникали картины: и глухих полустанков, и привратников, и саров с кожаными крыльями за спиной, лезущих в купе по потолку, и страшного огромного Глаза, и чёрного снега, и нестерпимо сияющей слезинки в финале… Но самое удивительное, что заметил в этой книге (нигде такого не встречал раньше) — скорость бытия нарастает с каждой страницей. Не количество событий, не скорость развития сюжета — а именно… ощущение сжимающегося времени. Это создаёт глубокий мистический настрой — цепляет с первых строк, и чем дальше читаешь — тем более невозможно оторваться, засасывает. Так и ходил с книгой везде, и читал запоем. Чего и вам от души желаю.

Год 1844-й. В лондонском работном доме появляется Мороженая Женщина, которая тут же производит на свет странного младенца.

Год 1845-й. На севере Англии, в деревушке Тандер-Спит, появляется мохнатое дитя, подкидыш со ступнями, похожими на ладошки. Его усыновляет местный Пастор. Ребенку суждено стать богобоязненным изгоем.

Год 1845-й. В Лондоне у королевского таксидермиста и его жены-медиума рождается толстая девочка. Ребенку суждено стать известной кулинаркой.

Год 2010-й. В Великобритании – Кризис Рождаемости: все женщины стали бесплодными. Те, кто покрепче нервами, вместо детей заводят себе обезьян. Ветеринар Бобби Салливан процветает, но одна ошибка рушит налаженную жизнь, и он вынужден бежать в захолустный Тандер-Спит. Ветеринару суждено стать главой нового племени Homo Britannicus.

«Дитя Ковчега» Лиз Дженсен – достойная Диккенса здравая, остроумная и сумасбродная сага о причудах эволюции и чудесах бытия – впервые на русском языке.

Оставить отзыв