Берлин 45-го: Сражения в логове зверя. Часть 6

Аннотация издательства:Новую книгу Алексей Исаев посвящает операциям на Берлинском направлении в январе — марте 1945-го и сражению за Берлин, начиная с Висло-Одерской операции. В результате быстрого продвижения на запад советские войска оказались в 60–70 км от Берлина. Однако за стремительным броском вперед последовала цепочка сражений на флангах 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов. Только в середине апреля 1945 г. советские войска смогли начать Берлинскую операцию. Так почему Берлин не взяли в феврале 1945 г. и что происходило в Германии в феврале и марте 1945 г.? Перед вами новый взгляд на Берлинскую операцию как на сражение по окружению, в котором судьба немецкой столицы решалась путем разгрома немецкой 9-й армии в лесах к юго-востоку от Берлина. Также Алексей Исаев разбирает мифы о соревновании между двумя командующими фронтами — Жуковым и Коневым. Кто был инициатором этого «соревнования»? Как оно проходило и кто оказался победителем?

Отрывок из произведения:

Разгром 9-й и части 4-й танковой армии немцев в «котле» к юго-востоку от Берлина стал одним из самых крупных сражений на окружение на советско-германском фронте. К сожалению, оно осталось в тени уличных боев за Берлин. Однако в районе к юго-западу от Берлина была окружена почти 200-тысячная группировка немецких войск, в которой на момент замыкания кольца окружения оставалось большое количество разнообразной военной техники, включая «Королевские тигры». В советских документах и исследованиях она обычно называлась франкфуртско-губенской, по имени рубежа обороны на Одере, который занимала значительная ее часть к началу Берлинской операции. В западной литературе бои окруженцев обычно связываются с названием деревни Хальбе, ставшей местом ожесточенных боев остатков окруженной группировки при прорыве из «котла» на запад. Привязку наименования «котла» к Хальбе считаю вполне целесообразной, так как именно здесь собрались части, отброшенные с фронта перед Кюстринским плацдармом, с позиций на Одере и с северного фланга наступления 1-го Украинского фронта.

Рекомендуем почитать

Аннотация издательства:Новую книгу Алексей Исаев посвящает операциям на Берлинском направлении в январе — марте 1945-го и сражению за Берлин, начиная с Висло-Одерской операции. В результате быстрого продвижения на запад советские войска оказались в 60–70 км от Берлина. Однако за стремительным броском вперед последовала цепочка сражений на флангах 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов. Только в середине апреля 1945 г. советские войска смогли начать Берлинскую операцию. Так почему Берлин не взяли в феврале 1945 г. и что происходило в Германии в феврале и марте 1945 г.? Перед вами новый взгляд на Берлинскую операцию как на сражение по окружению, в котором судьба немецкой столицы решалась путем разгрома немецкой 9-й армии в лесах к юго-востоку от Берлина. Также Алексей Исаев разбирает мифы о соревновании между двумя командующими фронтами — Жуковым и Коневым. Кто был инициатором этого «соревнования»? Как оно проходило и кто оказался победителем?

Аннотация издательства:Новую книгу Алексей Исаев посвящает операциям на Берлинском направлении в январе — марте 1945-го и сражению за Берлин, начиная с Висло-Одерской операции. В результате быстрого продвижения на запад советские войска оказались в 60–70 км от Берлина. Однако за стремительным броском вперед последовала цепочка сражений на флангах 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов. Только в середине апреля 1945 г. советские войска смогли начать Берлинскую операцию. Так почему Берлин не взяли в феврале 1945 г. и что происходило в Германии в феврале и марте 1945 г.? Перед вами новый взгляд на Берлинскую операцию как на сражение по окружению, в котором судьба немецкой столицы решалась путем разгрома немецкой 9-й армии в лесах к юго-востоку от Берлина. Также Алексей Исаев разбирает мифы о соревновании между двумя командующими фронтами — Жуковым и Коневым. Кто был инициатором этого «соревнования»? Как оно проходило и кто оказался победителем?

Аннотация издательства:Новую книгу Алексей Исаев посвящает операциям на Берлинском направлении в январе — марте 1945-го и сражению за Берлин, начиная с Висло-Одерской операции. В результате быстрого продвижения на запад советские войска оказались в 60–70 км от Берлина. Однако за стремительным броском вперед последовала цепочка сражений на флангах 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов. Только в середине апреля 1945 г. советские войска смогли начать Берлинскую операцию. Так почему Берлин не взяли в феврале 1945 г. и что происходило в Германии в феврале и марте 1945 г.? Перед вами новый взгляд на Берлинскую операцию как на сражение по окружению, в котором судьба немецкой столицы решалась путем разгрома немецкой 9-й армии в лесах к юго-востоку от Берлина. Также Алексей Исаев разбирает мифы о соревновании между двумя командующими фронтами — Жуковым и Коневым. Кто был инициатором этого «соревнования»? Как оно проходило и кто оказался победителем?

Другие книги автора Алексей Валерьевич Исаев

Уникальная энциклопедия ведущих военных историков. Первый иллюстрированный путеводитель по Великой Отечественной. Полная история войны в одном томе.

Великая Отечественная до сих пор остается во многом «неизвестной войной» – сколько ни пиши об отдельных сражениях, «за деревьями не разглядишь леса». Уткнувшись в холст, видишь не картину, а лишь бессмысленный хаос мазков и цветных пятен. Чтобы в них появился смысл и начало складываться изображение, придется отойти хотя бы на пару шагов: «большое видится на расстояньи». Так и величайшую трагедию XX века не осмыслить фрагментарно – лишь охватив единым взглядом. Новая книга лучших военных историков впервые предоставляет такую возможность. Это не просто хроника сражений; больше, чем летопись боевых действий, – это грандиозная панорама Великой Отечественной, позволяющая разглядеть ее во всех подробностях, целиком, объемно, «в 3D», не только в мельчайших деталях, но и во всем ее величии.

«Когда начнется «Барбаросса», мир затаит дыхание и потеряет дар речи!» – так говорил Гитлер. А после разгрома Франции фюрер заявил: «Поверьте мне, в сравнении с этим кампания против России будет детской игрой». Однако первый же день войны против СССР показал, как он ошибался, – уже 22 июня 1941 года гитлеровцам пришлось признать: «Противник упорно и храбро сражается до последнего. О перебежчиках и сдавшихся в плен не сообщается. Бои гораздо серьезнее, чем во время Польской и Западной кампании…»

В этой книге ведущий военный историк не только восстанавливает ход Вторжения на всех фронтах, от Прибалтики до Черного моря, но и опровергает многочисленные мифы о первом дне Великой Отечественной:

«Что же позволяет взглянуть на 22 июня другими глазами? Прежде всего, это работа с документами противника, сопоставление которых с отечественными данными дало немало пищи для размышлений. Выяснилось, что уже в первый день войны немецкое командование вынуждено было серьезно скорректировать первоначальный план действий своих войск на Украине под влиянием упорного сопротивления Красной Армии. Это глубочайшее заблуждение, что 22 июня 1941 года разворачивалось как по нотам для сил вторжения…» (Алексей Исаев)

 Усилиями кинематографистов и публицистов создано множество штампов и стереотипов о Второй мировой войне, не выдерживающих при ближайшем рассмотрении никакой критики.

Ведущий российский военный историк Алексей Исаев разбирает наиболее нелепые мифы о самой большой войне в истории человечества: пресловутые «шмайсеры» и вездесущие пикирующие бомбардировщики, «неуязвимые» «тридцатьчетверки» и «тигры», «непреодолимая» линия Маннергейма, заоблачные счета асов Люфтваффе, реактивное «чудо-оружие», атаки в конном строю на танки и многое другое – эта книга не оставляет камня на камне от самых навязчивых штампов, искажающих память о Второй мировой, и восстанавливает подлинную историю решающей войны XX века.

 Книга основана на бестселлере Алексея Исаева «10 мифов о Второй мировой», выдержавшем 7 переизданий. Автор частично исправил и существенно дополнил первоначальный текст.

Когда заходит речь об июньской катастрофе Западного фронта, на ум сразу приходят пылающие аэродромы, брошенные на обочинах новейшие Т-34 и КВ, понурые толпы пленных — историки до сих пор представляют Приграничное сражение как избиение огромной, плохо организованной массы красноармейцев немногочисленными, но мобильными и великолепно управляемыми немецкими войсками. Соответствуют ли эти представления действительности? Имела ли Красная Армия в июне 41-го численное превосходство на границе? «Спали» ли приграничные аэродромы? Был ли разгром Западного фронта неизбежной закономерностью — или следствием вопиющих ошибок командования? И как из хаоса, возникшего после окружения под Минском, всего за несколько недель вырос устойчивый фронт, заставивший гитлеровцев отложить наступление на Москву?

Проанализировав колоссальный объем не только советских, но и немецких оперативных документов, прежде недоступных исследователям, Алексей Исаев приходит к сенсационным выводам, давая исчерпывающий ответ на самые сложные и болезненные вопросы отечественной истории.

Книга содержит таблицы. (DS)

Концы страниц размечены в теле книги так: . (DS)

После того, как в пламени Приграничного и Смоленского сражений июня и июля 1941 г. исчезли созданные в предвоенные годы танки и самолеты, Красной Армии предстояло пройти пять кругов ада под ударами танковых клиньев вермахта. Операции на окружение невиданных в истории войн масштабов следовали одна за другой, и, казалось, ничто не может остановить наступление гитлеровской армии на Москву. Но уже в ноябре 1941 г. последовали контрнаступления советских войск под Ростовом и Тихвином, и словно по мановению волшебной палочки военная машина Третьего Рейха со скрипом остановилась в нескольких десятках километров от башен Кремля. Спасал ли Г. К. Жуков Ленинград? Кто виноват в окружении Юго-Западного фронта под Киевом? Кто и как сумел восстановить рухнувший после вяземского «котла» фронт под Москвой в октябре 1941 г.? «Генерал Грязь», «генерал Мороз» или генералы Красной Армии остановили вермахт у ворот Москвы? На все эти вопросы можно найти ответ в новой книге Алексея Исаева.

К 70-летию легендарной операции «Багратион».

Новая книга ведущего военного историка, посвященная величайшему триумфу Красной Армии. Лучшее современное исследование грандиозного наступления советских войск, в ходе которого всего за две недели была разгромлена самая многочисленная на Восточном фронте группа армий «Центр». Новый взгляд на поворотный момент Великой Отечественной войны.

Знаете ли вы, что этой феноменальной победе в Белоруссии предшествовала череда неудачных наступательных операций и с осени 1943-го до весны 44-го года западное направление было для Красной Армии позиционным «Верденом», так что Верховному Главнокомандующему пришлось даже санкционировать расследование комиссии ГКО, принять самые жесткие меры и сделать нелицеприятные «оргвыводы»? Как нашим войскам удалось преодолеть этот позиционный тупик, превратив окопную «мясорубку» в крупнейшую маневренную операцию, которую по праву величают «сталинским блицкригом»? Что позволило не просто прорвать, а полностью обрушить вражескую оборону? Почему немцам не удалось сохранить целостность фронта и организованно отступить на новые позиции? Как тяжелое поражение Вермахта переросло в самую страшную военную катастрофу в германской истории? И кого винить в этом «эпическом разгроме»?.. Основываясь на оперативных документах не только советских, но и немецких архивов, это расследование восстанавливает ход гениальной операции «Багратион», во многом предопределившей Великую Победу.

Правда ли, что небывалое ожесточение Сталинградской битвы объясняется не столько военными, сколько идеологическими причинами и что, не будь город назван именем Вождя, Красная Армия не стала бы оборонять его любой ценой? Бросало ли советское командование в бой безоружными целые дивизии, как показано в скандальном фильме «Враг у ворот»? Какую роль в этом сражении сыграли штрафбаты и заградотряды, созданные по приказу № 227 «Ни шагу назад», и как дорого обошлась нам победа? Правда ли, что судьбу Сталинграда решили снайперские дуэли и мыши, в критический момент сожравшие электропроводку немецких танков? Кто на самом деле был автором знаменитой операции «Уран» по окружению армии Паулюса — маршал Жуков или безвестный полковник Потапов?

В этой книге ведущий военный историк анализирует самые расхожие мифы о Сталинградской битве, опровергая многочисленные легенды, штампы и домыслы. Это — безусловно лучшее современное исследование переломного сражения Великой Отечественной войны, основанное не на пропагандистских фальшивках, а на недавно рассекреченных архивных документах.

Книги Алексея Исаева «АнтиСуворов. Большая ложь маленького человека» и «АнтиСуворов. Десять мифов Второй мировой» стали главными бестселлерами 2004 года, разойдясь рекордными 100-тысячными тиражами и вернув читательский интерес к военно-историческому жанру. В данном издании оба тома не только впервые объединены под одной обложкой, но дополнены новыми материалами.

В своей полемике со скандально известным историком Алексей Исаев обходится без дежурных проклятий и личных оскорблений, ведя спор по существу, с цифрами и фактами доказывая надуманность и необоснованность гипотез Виктора Суворова, ловя его на фактических ошибках, передергиваниях и подтасовках, не оставляя камня на камне от его построений.

Это — самая острая, содержательная и бескомпромиссная критика «либерального» ревизионизма. Это — заочная дуэль самых популярных современных историков.

АЛЕКСЕЙ ИСАЕВ ПРОТИВ ВИКТОРА СУВОРОВА!

Популярные книги в жанре История

Несмотря на электронику, компьютеры и совершенные механизмы, самые современные атомные подводные лодки подвержены губительному действию рока.

Загадочна и трагична судьба отечественной подводной лодки К-8, принадлежавшей к первому поколению советских атомных подводных лодок проекта 627. Разработка их началась еще в 1952 году, и к 1964 году их было построено тринадцать. Можно что угодно говорить по поводу несчастливости этого числа, но в данном случае одна из лодок серии оказалась обреченной, и стала ею именно К-8. Все десять лет ее существования отмечены непрерывными несчастьями. Именно на ней произошла самая первая в истории советского флота авария с ядерным реактором в 1960 году. Огромные дозы облучения получил тогда весь экипаж, многие навсегда остались инвалидами, другие и вовсе ушли из жизни. Едва лодку начал осваивать новый экипаж – опять авария с реактором и опять с тяжелыми последствиями. В 1969 году во время учебного погружения атомоход получил столь большой дифферент, что только чудо и мастерство командира спасли его от гибели. Но удивительно, что большую часть недолгой жизни К-8 вообще простояла, ремонтируя бесконечные поломки. Одни подводники видели причину всех бед в некачественной постройке лодки, другие в узком кругу поговаривали и о потусторонних силах. Вспоминали, что при спуске о штевень лодки не разбилась традиционная бутылка шампанского верный знак будущей беды. Служить на К-8 шли с неохотой, уходили с радостью. Тогда в шестидесятых о предчувствиях вслух не говорили, но шлейф несчастий у "восьмерки" был даже для начальства столь очевиден, что ее попросту боялись лишний раз выпускать в море.

В седьмую книгу многотомного издания «История Русской Церкви» высокопреосвященного Макария, митрополита Московского и Коломенского, вошел том «Истории Русской Церкви», посвященный Русской Церкви в период патриаршества Никона (1652-1667 гг.)

Одна ли это и та же страна — таинственная библейская «Шеба» (араб. «Саба»), из неизведанной глубины которой ко двору царя Соломона является царица Савская с дарами — целым караваном верблюдов, груженных благовониями, золотом и драгоценными камнями, и «Аравия Счастливая», которую при Августе пытались добыть мечом римские легионы? Но между «веком Соломона» и «веком Августа» пролегло, без малого, тысячелетие…

Археологические раскопки на территории Йемена, одновременно произведенные экспедициями из разных стран в последней трети прошлого века, рассеяли все сомнения и позволили заполнить тысячелетний «пробел» в истории. Из-под земли навстречу белому свету вышла целая цивилизация.

Ей и посвящен увлекательный рассказ руководителя французских археологов Ж.-Ф. Бретона.

Манифестация 22 февраля. Банкетная кампания в пользу избирательной реформы[1] вызвала во Франции, а в особенности в Париже, политическое возбуждение, которое неожиданно привело к революции. На все требования реформы король и министерство отвечали систематическим отказом; на банкетную кампанию они ответили фразой тронной речи, в которой король предостерегал страну от волнений, «разжигаемых враждебными и слепыми страстями» (28 декабря 1847 г.). Министерское большинство палаты высказалось против реформы в проекте ответного адреса на тронную речь, составленную в том же духе, что и адрес. Проект обсуждался долго и оживленно; оппозиция, состоявшая из левой и левого центров, предлагала поправку, но большинство отвергло ее и приняло адрес (12 февраля 1848 г.).

Национальное собрание в Бордо. Заключая перемирие с немцами, правительство национальной обороны обязалось созвать в Бордо «свободно избранное» Национальное собрание для решения вопроса о войне и мире. Система выборов была принята та же, что в 1848 году: голосование в главном пункте кантона по департаментским спискам, избрание относительным большинством, предоставление избирательного права также и колониям, вознаграждение депутатам по 25 франков в день, число депутатов — 750.

Эта работа посвящена 600-летнему юбилею Грюнвальдской битвы 15 июля 1410 года – великому сражению Средневековья, на века определившему судьбы многих народов Европы.

Издание рассказывает о причинах войн в истории человечества, о воинах и армиях Александра Македонского, Ганнибала, Юлия Цезаря – знаменитых предшественников великолепного рыцарского войска. Подробно говорится о происхождении европейского рыцарства, их подвигах, воспетых трубадурами и мейстерзингерами, о турнирах и замках с VIII по XIV век. Издание рассказывает о крестовых походах, о духовно-рыцарских орденах – иоаннитах, тамплиерах, тевтонах (авторы несколько лет назад выпустили книги, ставшие бестселлерами – «Рыцарство», «Духовно-рыцарские ордена», «Монашеские ордена», «История Мальтийского ордена», «Тевтонский орден»).

Колокола и колокольчики для русского православного человека — не просто изделия из металла, это постоянные спутники жизни, от дня рождения до смертного часа.

Автор книги, используя различные исторические источники (летописные сведения, описи монастырей и церквей, описания несохранившихся колоколов, надписи и орнаменты на тулове и т. д.), прослеживает историю бытования колоколов на Руси (а она обильна и героическими, и драматическими фактами и легендами), знакомит с «биографиями» некоторых знаменитых русских колоколов. В поле зрения автора оказываются и иноземные их собратья, и «бытовые» колокольца. Ниточка истории колоколов протягивается в дохристианские времена — за пять веков до Рождества Христова. Читатель узнает об удивительных мастерах колокололитейного искусства, о чудо-звонарях, о талантливых зодчих, создавших непревзойденные по красоте «жилища» для благовестников — храмовые колокольни.

В связи с изданием в Советском Союзе этой книги о революции 18 марта 1871 года, в ходе которой трудящиеся Парижа, по прекрасному выражению Карла Маркса, поднялись «на штурм неба», я хотел бы выразить великому советскому народу чувства благодарности и братской любви, которые питает к нему рабочий класс, народ Франции.

Когда Маркс в письме к Кугельману от 12 апреля 1871 года писал о парижских коммунарах как о людях, «готовых штурмовать небо», он хотел подчеркнуть этим грандиозный характер их борьбы, направленной на достижение целей, трудно осуществимых в объективных и субъективных условиях той эпохи. Но эти бои возвестили – и с какой силой! – о появлении на авансцене истории новых социальных сил, призванных изменить облик мира.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Тяжело изобретать вселенную. Иегова устроил шабат. Вишну задремывает в уголке. Вселенные научной фантастики — всего лишь крохотные уголки мира слов, но и над ними приходится серьезно поразмыслить; и вместо того, чтобы к каждой истории придумывать новую вселенную, писатель может возвращаться раз за разом в одну и ту же, отчего вселенная порой протирается по швам, мягчает, и влезать в нее, точно в ношеную рубашку, становится гораздо удобнее.

Хотя я вложила в свою вымышленную вселенную немало труда, не могу сказать, чтобы я ее изобрела. Я на нее набрела, и с тех пор так и брожу по ней, не зная дороги — то эпоху пропущу, то планету забуду. Честные серьезные люди, называющее ее «Хайнской вселенной», пытались разложить ее историю на хронологические таблицы. Я называю этот мир Экуменой, и заявляю вам — это безнадежное занятие. Хронология его похожа на то, что вытаскивает котенок из корзинки с вязаньем, а история состоит преимущественно из пробелов.

Тяжело изобретать вселенную. Иегова устроил шабат. Вишну задремывает в уголке. Вселенные научной фантастики — всего лишь крохотные уголки мира слов, но и над ними приходится серьезно поразмыслить; и вместо того, чтобы к каждой истории придумывать новую вселенную, писатель может возвращаться раз за разом в одну и ту же, отчего вселенная порой протирается по швам, мягчает, и влезать в нее, точно в ношеную рубашку, становится гораздо удобнее.

Хотя я вложила в свою вымышленную вселенную немало труда, не могу сказать, чтобы я ее изобрела. Я на нее набрела, и с тех пор так и брожу по ней, не зная дороги — то эпоху пропущу, то планету забуду. Честные серьезные люди, называющее ее «Хайнской вселенной», пытались разложить ее историю на хронологические таблицы. Я называю этот мир Экуменой, и заявляю вам — это безнадежное занятие. Хронология его похожа на то, что вытаскивает котенок из корзинки с вязаньем, а история состоит преимущественно из пробелов.

Тяжело изобретать вселенную. Иегова устроил шабат. Вишну задремывает в уголке. Вселенные научной фантастики — всего лишь крохотные уголки мира слов, но и над ними приходится серьезно поразмыслить; и вместо того, чтобы к каждой истории придумывать новую вселенную, писатель может возвращаться раз за разом в одну и ту же, отчего вселенная порой протирается по швам, мягчает, и влезать в нее, точно в ношеную рубашку, становится гораздо удобнее.

Хотя я вложила в свою вымышленную вселенную немало труда, не могу сказать, чтобы я ее изобрела. Я на нее набрела, и с тех пор так и брожу по ней, не зная дороги — то эпоху пропущу, то планету забуду. Честные серьезные люди, называющее ее «Хайнской вселенной», пытались разложить ее историю на хронологические таблицы. Я называю этот мир Экуменой, и заявляю вам — это безнадежное занятие. Хронология его похожа на то, что вытаскивает котенок из корзинки с вязаньем, а история состоит преимущественно из пробелов.

Тяжело изобретать вселенную. Иегова устроил шабат. Вишну задремывает в уголке. Вселенные научной фантастики — всего лишь крохотные уголки мира слов, но и над ними приходится серьезно поразмыслить; и вместо того, чтобы к каждой истории придумывать новую вселенную, писатель может возвращаться раз за разом в одну и ту же, отчего вселенная порой протирается по швам, мягчает, и влезать в нее, точно в ношеную рубашку, становится гораздо удобнее.

Хотя я вложила в свою вымышленную вселенную немало труда, не могу сказать, чтобы я ее изобрела. Я на нее набрела, и с тех пор так и брожу по ней, не зная дороги — то эпоху пропущу, то планету забуду. Честные серьезные люди, называющее ее «Хайнской вселенной», пытались разложить ее историю на хронологические таблицы. Я называю этот мир Экуменой, и заявляю вам — это безнадежное занятие. Хронология его похожа на то, что вытаскивает котенок из корзинки с вязаньем, а история состоит преимущественно из пробелов.