Берег надежды

Как говорит даосская мудрость, если у вас завелся враг, ничего делать не надо. Надо сесть на берегу реки и ждать, и рано или поздно труп вашего врага проплывет мимо вас. Некий Центр восточной мудрости взялся подтвердить истину: арендовал участок реки, расставил кресла, завел реестр врагов своих клиентов, организовал для клиентуры телевещание, издание журналов «Свет ожидания» и «Берег надежды», наладил торговлю чипсами, пиццой и прохладительными напитками в ожидании врага — всё по последнему писку маркетинга. Но и стоит это удовольствие недёшево.

© Ank

Отрывок из произведения:

Я обнаружила его в парке, который вырос вокруг городского канала. Он сидел и глядел, как медленно проплывают кленовые листья. Лицо показалось знакомым, окликнула. Да, мы действительно пересекались лет десять назад. Говорить в общем-то было не о чем. Он сильно постарел. Удивительно постарел — сразу из молодости провалился в старость. Привычки остались прежние — ходил без шапки, но в длинном пальто, таскал с собой трубку в замшевом футляре, не стригся. Имя осталось прежним — Игорь Николаевич. Волосы стали редкими, легкими и серебряными, откликались на каждый всплеск ветра. Пальто имело жалкий вид. Я полагала, что встретила классического неудачника. Но он, к большому моему удивлению, ни на что не жаловался. Было в нем умиротворение и ощущение какого-то тихого удовольствия от жизни.

Другие книги автора Далия Мейеровна Трускиновская

…И вот она уже стояла в плаще перед дверью, с сумкой и зонтиком. А поскольку в последнее время жизнь ее не баловала, Ксения заранее представляла себе не то приятное, что связано с дождем – свежий воздух, к примеру, – а исключительно неприятное – брызги на колготках, промоченные ноги, насморк и прочее. Шлепать по лужам к остановке, распихивать в троллейбусе мокрые спины… брр… Вот открыть бы дверь – и сразу оказаться в родном отделе, в тепле и сухости… Открывая дверь, Ксения действительно внутренним взором видела свой отдел, четыре стола, составленные попарно, китайскую розу на подоконнике, облупленный шкаф и Еремееву, которая всегда приходит первой. На Еремеевой почему-то было модное джинсовое платье, хотя для пятидесяти дет это, мягко говоря, странный наряд. Ксения перешагнула порог и вместо лестничной клетки увидела перед собой комнату с четырьмя столами и китайской розой, а также Еремееву в джинсовке…

Первый роман цикла «Государевы конюхи».

Второй роман из цикла «Архаровцы». Николай Архаров и его молодцы должны в кратчайшие сроки отыскать в Москве банду карточных шулеров, открывших подпольное игральное заведение…

Второй роман цикла «Государевы конюхи».

Что может объединить столь разных людей, как культурист, артист разговорного жанра, православный священник и ведьма? Пожалуй, только мистика…

Лев Толстой с помощниками сочиняет «Войну и мир», тем самым меняя реальную историю… Русские махолеты с воздуха атакуют самобеглые повозки Нея под Смоленском… Гусар садится играть в карты с чертом, а ставка – пропуск канонерок по реке для удара… Кто лучше для девушки из двадцать первого века: ее ровесник и современник, или старый гусар, чья невеста еще не родилась?.. Фантасты создают свою версию войны Двенадцатого года – в ней иные подробности, иные победы и поражения, но неизменно одно – верность Долгу и Отечеству.

Был у царя Алексея Михайловича свой тайный спецназ. Секретное поручение исполнить, мешочек золота или важную грамотку нужному человеку отвезти в Казань или в Астрахань, собрать сведения о нерадивом воеводе — кто всем этим занимался, отчитываясь когда дьяку приказа тайных дел, а когда и самому государю? А конюхи Больших Аргамачьих конюшен, неутомимые наездники и лихие бойцы, верные слуги трона. От отца к сыну передавалось это ремесло, чужих на конюшнях не жаловали, и когда по милосердию старого конюха деда Акишева взяли пришлого парнишку — таскать воду в водогрейный котел, никто и предположить не мог, что этот Данилка Менжиков через несколько лет станет надежным другом, смелым гонцом, мастером разгадывать загадки и выводить на чистую воду злодеев. Появятся у него друзья — конюхи Богдан Желвак, Тимофей Озорной и Семейка Амосов. И заведется лютый враг, которому Данилка волей — неволей несколько раз перебежит дорогу, — земский ярыжка Стенька Аксентьев…

Рига начала XIX века — скучная провинция Российской империи, населенная немецкими бюргерами, русскими купцами и латышскими крестьянами. Иван Андреевич Крылов — еще не знаменитый баснописец, но подающий надежды честолюбивый литератор — вынужден растрачивать молодые годы на государевой службе. Однако у Крылова есть другая, менее известная страсть — карты.

Поиски места, где идет Большая Игра, приводят Ивана Андреевича к некой таинственной француженке, графине де Гаше. Она называет себя ученицей великого Калиостро, знает толк в ядах и, кажется, владеет гипнозом. Графиня связана с компанией шулеров, о ее происхождении и планах доподлинно ничего неизвестно. Однако людей, попавших в сферу ее интересов, находят отравленными или считают пропавшими без вести.

Гениальный баснописец и гениальная авантюристка. Пересечение их судеб становится продолжением одной невероятной, но правдивой истории.

Популярные книги в жанре Социальная фантастика

Тусклые лампочки не могли разогнать сумрак лестничных пролетов высоченного подъезда. Но темнота ее не пугала. Даже те два-три этажа, которые прятались в кромешной тьме, она пробегала, гордо подняв голову. А из мрака, словно два крохотных фонарика, сверкали ее глазенки. Пара светлячков. Две еще не разгоревшиеся звезды.

Путь был невероятно длинный. Тридцать поворотов и тридцать одна лестница. Она ненавидела эти бесконечные ступеньки. Но еще больше она ненавидела те ночи, когда не могла смотреть на звезды. Звезды стоили того, чтобы взбираться вверх, чтобы преодолевать эти нескончаемые лестницы, чтобы за последней ступенькой в изящном прыжке сквозь чердачный проем вырваться на плоскую крышу.

Миниатюра на тему Машины Времени, написанная специально для литературного конкурса «Взгляд в будущее», организованного компанией ФИНАМ.

Перед нами дневник маленького мальчика. Даже не дневник, а запись на диктофон. И эти детские, немного наивные и неграмотные фразы раскрывают перед нами историю чужой жизни.

Никто из нас не хочет, чтобы родные и близкие навсегда уходили в небытие. Нам хочется, чтобы они всегда были с нами, любой ценой. Но что движет нами при этом: действительно любовь или скрытый эгоизм?

История имеет обыкновение повторяться – и чем дальше, тем во все более бредовых формах. Особенно если речь идет о борьбе с «врагами народа и общества».

Что ждет человечество в результате «вертикального прогресса» – превращение в суперсуществ, утративших человеческий облик, или отказ от безграничного могущества ради возможности оставаться людьми?

Человек сидел на кухонном табурете посреди комнаты и смотрел в пустоту. На вид ему можно было дать пятьдесят лет. На самом же деле человеку два месяца назад исполнилось тридцать три.

Настенные часы-ходики заскрипели, и кукушка промяукала два раза. Было два часа ночи.

Человек вдруг встал и пошел к письменному столу. Там он открыл ежедневник и взял ручку. "В моей смерти прошу никого не винить", четкими буквами написал он и задумался. Перевернул рассеянно листок и усмехнулся. Там наспех было написано когда-то, целую вечность тому назад: "При переходе от формального к неформальному типу общения можно выделить переходный тип отношений, который при несомненной асимметрии вокативов характеризуется меньшей напряженностью вертикальных парадигм в психологическом плане…". Дальше шло совсем неразборчиво – какие-то каракули, невнятные, как мычание пьяного мужика.

Пришельцы из будущего, тайно собирающие ценные исторические сведения о человечестве наших дней, связаны категорическим запретом раскрывать объектам Наблюдения сведения о грядущих катастрофах и бедствиях, в которых суждено погибнуть множеству людей.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Дружище!

Я получил письмо от Александры Ивановны Горевой.

Вот несколько строк о тебе:

«Знаете ли Вы, где Воропаев? Он был тяжело ранен и эвакуирован в тыл.

Говорят, его отпустили в бессрочный, но только мы так ничего и не знаем. Он всех нас забыл.

Если разузнаете, где он и что с ним, черкните мне немедленно. Номер моей полевой почты — прежний».

Воропаев скомкал письмо и бросил его за борт.

Пароход подходил к молу. Вечерело. Горы были уже в тени. Отливая всеми оттенками синего, они необыкновенно картинно висели над городом, похожие на низкие грозовые тучи. Серые массивы садов вокруг города напоминали клубящийся у входа в ущелье туман, а резкие тени облаков на склонах гор — широкие, темные овраги.

Сергей Наумов всегда был человеком живым, энергичным, эмоциональным. Таким помню его на 3-м Всесоюзном совещании писателей, работающих на пограничную тему. Однажды, приехав с заставы, он сказал:

— Мало пишем о границе. Замечательные там ребята, а какие они притягательные. Стоит с ними побыть, и появляется творческое волнение, писать хочется. Нельзя не позавидовать благородству их характера...

Тема пограничной службы занимала в творчестве Сергея Наумова главное место. Он часто ездил на границу, встречался со своими героями нередко в сложной обстановке, написал о них немало киносценариев. Постоянная связь с кино отложила печать и на его прозе. Рассказы Сергея Наумова всегда можно отличить, написаны они, так сказать, в особом, наумовском ключе: динамичный сюжет, острые, совершенно непридуманные повороты, неожиданная развязка.

В водах залива Пьюджет-Саунд найдено тело одного из местных рыбаков. Подозрение падает на американца японского происхождения Миямото Кабуо.

Роман английского писателя Дэвида Гутерсона — это история жизни обитателей маленького острова, сосуществующих в замкнутом пространстве и вынужденных пересматривать некоторые принципы ради мира и покоя.

Однажды ночью к телефонистам затерянной среди степи промежуточной станции явились нежданные гости — дерганый, крикливый старшина и два солдата. Они притащили на себе раненного в живот лейтенанта.

Старшина долго кричал по телефону, объяснял начальству, как над их машиной «навешали фонари», обстреляли с воздуха…

Раненого пристроили на нары. Старшина сообщил, что за ним скоро приедут, помельтешил еще, надавал кучу советов и исчез вместе со своими солдатами.