Белый Ворон и Крот

Белый Ворон и Крот

Виктор Моисеевич Важдаев

Белый Ворон и Крот

Прилетел Белый Ворон в незнакомую страну. Нашёл дерево самое высокое, самое раскидистое, могучее. Стал гнездо вить.

Вдруг вылезает из-под земли Крот. Посмотрел, видит - Белый Ворон гнездо вьёт.

Постоял Крот да и говорит:

- Белый Ворон! Не вей гнезда на этом дереве. Плохое оно!

А Белый Ворон засмеялся и только лапой на него - молчи, мол.

Посидел Крот и снова говорит:

Другие книги автора Виктор Моисеевич Важдаев

Диафильм «Два жадных медвежонка» - Сказочная библиотека Хобобо - www.hobobo.ru

Слайд 1/35

Диафильм «Два жадных медвежонка» - Сказочная библиотека Хобобо - www.hobobo.ru

Слайд 2/35

Диафильм «Два жадных медвежонка» - Сказочная библиотека Хобобо - www.hobobo.ru

Слайд 3/35

Диафильм «Два жадных медвежонка» - Сказочная библиотека Хобобо - www.hobobo.ru

Слайд 4/35

Диафильм «Два жадных медвежонка» - Сказочная библиотека Хобобо - www.hobobo.ru

Популярные книги в жанре Сказка

Маргарита Каганова

Сказка про Экибана-дурака и Мицубиси-прекрасную

И было у отца 7 сыновей: Тосиро, Танако, Акива, Синуэ, Куюто, Раюку, и младшенький - Экибан-дурак. Все сыновья люди как люди, работали в отцовской фирме, один Экибан ничего делать не хотел, только целый день напролет мечом размахивал. Сидел он как-то перед телевизором, который братья собрали, и смотрел мультфильм с маленьким существом, существо красными глазками подмигивало. И только, убоявшись, хотел Экибан-дуpак выключить телевизоp, как существо и говорит человечьм голосом: Hе делай этого, Экибан-дурак, я тебе еще пригожусь. И превратилась тут же в Мицубиси-прекрасную. Hедолго радовался Экибан-дурак, потому что погрустнела вдруг его Мицубиси и пpоизнесла печальным голосом, глядя вдаль:

Григорий Остров

Похождения мэнээса

Сказка

Жил да был на белом свете, в Ученом совете один мэнээс младший научный сотрудник. И не было у него ни жены, ни квартиры, ни денег - ничего не было. Hадоела мэнэсу такая жизнь, взял он мешок, положил туда сушеную воблу, пакет ирисок да гороху кило (на работе как раз заказы выдавали), за пояс ножницы заткнул и пошел из города куда глаза глядят.

Шел он, шел и пришел на развилку трех дорог. Видит - стоит бетонный столб, а на столбе указатель:

Джанни Родари

Давай придумывать числа

- Давай придумывать числа!

- Давай. Чур, я первый. Чуть не один, чуть не два, чуть не три, чуть не четыре, чуть не пять, чуть не шесть...

- Э! Слишком маленькие числа. Слушай, какие у меня: биллиардон миллиардонов, сексильярд сексилионов, квинтильон биквинтильярд.

- Подумаешь! А я могу таблицу умножения сочинить. Вот:

Трижды один "Едут в Берлин".

Трижды два "Лев и Сова".

Джанни Родари

Дом на слом

Одно время в городе Бусто Арсицио ребята так все портили, ломали и рвали, что горожане не на шутку встревожились. Не подумайте, что мы говорим о подметках, штанах и школьных ранцах. Нет! Когда эти ребята принимались играть в футбол, летели стекла, за столом они били тарелки, в кафе - стаканы, и если пока еще не разбивали стен, то только потому, что под рукой у них не было молотков.

Родители просто не знали, как быть и что предпринять, и под конец обратились к городскому голове.

Джанни Родари

Дома и дворцы

Как-то зашел я в богадельню навестить закадычного своего друга, одного старого каменщика. Не виделись мы... даже не помню уж, сколько лет мы не виделись.

- Ну, все разъезжаешь? - спрашивает он меня.

- Да, только что из Парижа.

- О! Париж! Я тоже там был. Давно, правда. Мы там строили дворец. Ох, и дворец! На самом берегу Сены. Уж кто там теперь живет - не знаю. Ну, а еще где ты был?

Джанни Родари

Масляные человечки

Случилось так, что великий путешественник и знаменитый первооткрыватель Джованнино Бездельник очутился в Стране масляных человечков. На солнце они таяли, поэтому им всегда приходилось прятаться в тени. Для пущей безопасности все они поселились в городе, где вместо домов стояли холодильники. Джованнино бродил по улицам этого города, заглядывал в окошки и видел, как масляные человечки сидят в своих домах-холодильниках и у каждого на голове грелка со льдом. На дверце каждого холодильника висел телефон, чтобы можно было перезваниваться с хозяином дома.

Джанни Родари

Сакала, пакала

Двое ребятишек сидели как-то в тихом дворике и придумывали новый язык. Кроме них, этот язык не должен был понимать ни один человек на земле.

- Сакала, лакала, - сказал один.

- Пакала, сакала, браф! - ответил другой.

И оба покатились со смеху.

Неподалеку от них, на балконе второго этажа сидел старый добры синьор и читал газету. А в доме напротив смотрела из окна старая синьора, обыкновенная, ни добрая, ни злая.

Джанни Родари

Солдатское одеяло

Когда кончились все войны, солдат Винченцо Да Джакомо вернулся домой. Вернулся он в драной армейской форме, с сильным кашлем и с солдатским одеялом. Кашель и прожженное одеяло - вот и все, что он заработал за долгие годы войны.

- Теперь-то уж я отдохну, - сказал он своим домашним.

Но кашель не давал ему ни минуты передышки и меньше чем в три месяца свел его в могилу. Жене и детям осталось от солдата только старое одеяло. Ребят у вдовы было трое, а самому младшему, тому, что родился между двумя войнами, только-только исполнилось пять лет. Солдатское одеяло досталось ему.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ИВАН ВАЗОВ

ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ ХХ ВЕКА

Перевел с болгарского Евгений ХАРИТОНОВ

Этот рассказ, близкий по жанру к литературной утопии, совсем недавно был обнаружен в архивах классика болгарской литературы и общественного деятеля, одного из основоположников болгарской реалистической прозы, автора знаменитой эпопеи "Под игом" Ивана Вазова. Написан рассказ 30 декабря 1899 года, и читатели получают уникальную возможность ровно через сто лет сверить прогноз известного писателя с нынешней реальностью.

Ван Вэй

Стихотворения

О Ван Вэе и его поэзии

Китайская поэзия, одна из самых старых в мире, существует почти три тысячи лет. Она знала на своем долгом пути эпохи подъема и упадка, времена стремительных взлетов и открытий и века застоя с бесконечными перепевами однажды уже найденного. Первыми вехами на ее пути были "Книга песен" ("Шицзин") и "Чуские строфы" ("Чуцы"); позднее - народные песни, собранные чиновниками из "Музыкальной палаты" ("Юэфу"), и "Девятнадцать древних стихотворений", поэзия Цао Чжи (III в.) и Тао Юань-мина (IV-V вв.). Значение последнего особенно велико: по словам крупнейшего советского китаеведа академика В. М. Алексеева, этот поэт сыграл в китайской поэзии "роль нашего Пушкина" - его творчество в огромной мере определило развитие поэзии в последующие века и подготовило ее небывалый дотоле расцвет в эпоху Тан. В этот период (VII-Х вв.) наиболее полно и совершенно воплотились заложенные в китайской поэзии возможности. Тогда творила плеяда поэтов, не имеющая себе равных по обилию и разнообразию талантов ни в предыдущие, ни в последующие века развития китайской поэзии: Ли Бо и Ду Фу, Мэн Хао-жань и Бо Цзюй-и, Хань Юй и Лю Цзун-юань, Ли Хэ и Ли Шан-инь, Ду My и Юань Чжэнь и многие, многие другие. Пожалуй, лишь позднейшая, сунская эпоха (X-XIII вв.), эпоха Су Ши и Лу Ю, Синь Ци-цзи и Ли Цин-чжао, сопоставима с эпохой Тан. И одно из первых мест в этом перечне славных имен по праву принадлежит Ван Вэю, творчество которого, наряду с творчеством его великих современников Ли Бо и Ду Фу, стало одной из вершин танской, а следовательно, и всей китайской поэзии.

Ван Вэй

Тайны живописи

Средь путей живописца тушь простая выше всего. Он раскроет природу природы, он закончит деяние творца.

Порой на картине всего лишь в фут пейзаж он напишет сотнями тысяч верст. Восток, и запад, и север, и юг лежат перед взором во всей красе. Весна или лето, осень, зима рождаются прямо под кистью.

Когда приступаешь ты к водным просторам, бойся класть плавучие горы. Когда расположишь ты ветви дорог, свитых не делай, сплошных путей.

Том Вэйтс

Псы Дождя

Так называют тех, кто оставил и никак не найдет свой путь...

Waits определил это понятие как "...их можно увидеть плутающими во время и после дождя. Они никак не могут найти дорогу домой. Дождь смывает все запахи с почтовых ящиков, фонарных столбов, колонок с водой..."

Часов сломался круг Все псы дождя сейчас пьют вино Такси застопил друг Все псы дождя ринулись к нему Я с ними, ведь я пес дождя!