Байки о повешенных (История Одамно)

Влад Силин

Байки о повешенных. История Одамно.

История, рассказанная Одамно.

- Уже здесь? Хорошо! Присаживайся, пожалуйста, - Протопопенский поправил очки и указал мне на кресло возле обсидианового алтаря. Я уселся, небрежным жестом закинув ногу за ногу, а засиженная мухами Иш-Таб с укоризной посмотрела на меня со стены. Бедняжка Таб... От постоянных перепадов температур в кабинете золоченая рама иконы покоробилась, и со стороны казалось, что богиня страдает одновременно ларингитом и воспалением третьего глаза. Я вздохнул, а вслед за мной подобно эху вздохнул и Протопопенский. - Это, Гриша... Собственно, чего я тебя вызвал... Пятый круг Бецера ты писал? Я оживленно замотал головой: - Обижаете, Гильбеpт Искандеpович! Бецером Перенко занимается. Я писал Алок, седьмой термодинамики писал... Примечания к смене дат в Демон-Процессоре - тоже я. - Ага! - обрадовался Протопопенский. - Все-таки ты ковырялся с Демон-Процессором. Уже хорошо! Понимаешь, Гриш, такое дело... Тут в Усть-Гадесе Буджуму Иван Семенычу с его шарашкой понадобился демонолог для консультаций. Hу, мы вроде родственная организация, ты ж понимаешь. Вот я думаю сейчас - ты парень молодой, вроде знающий... выпить только не верблюд. Хотя кто у нас сейчас без греха! - тут мой начальник покровительственно хохотнул и похлопал себя по огромному пивному брюху. Перья на его шлеме кисельно колыхнулись, - Опять же, здоровье поправишь в этом Усть, понимаешь, Гадесе. Меня пробил холодный пот. В преддверии Армагеддона ехать в какую-то занюханную дыру, где-нибудь на смежном плане реальности - на такое могло достать только нашего шефа. Продвиженцы небось опять отбрехались, все со своим архиепископом носятся, а наш отдел отдувайся за них! Hе теряя ни секунды времени, я перешел в атаку: - Гильберт Искандерович, но вы же знаете мой режим работ. Каждый день моего отсутствия чреват возможными осложнениями. Без моих молитв Алок каждый день требует по девственнице, а фонды у нас не резиновые! Опять же, нервы, слезы, девушки недовольны, с родственниками проблемы, с медкомиссиями проблемы... Дыру с Чистилищем мы конечно заткнули, но не дай Блезбе прорвется очередной с низших планов - все, пропал месяц работы! С нашими подопечными хоть договориться можно, а элементеры с Вигли - вы же их знаете, это сплошняком отравленные тещи. Протопопенко развел руками. - Hу что я могу поделать? Такое дело, понимаешь, я уже обещал! Слово дал! - Hо я-то никому ничего не обещал! Он еще раз развел руками, и застыл в немом отчаянии, намекая, что дальнейшего развития разговора не предполагается.

Другие книги автора Владислав Анатольевич Силин

Внимательные глаза наблюдают за борьбой рыцарей-франков и воинов ислама. Ассасины, невидимые убийцы Гасана Ас-Саббаха, легендарного Горного Старца, сеют гибель и смуту, от них не скрыться даже королям. Франкская принцесса Мелисанда — единственная, кто осмеливается противостоять ассасинам. Не острый меч и не огромные армии, но ум, храбрость и присутствие духа помогут ей.

Принцесса Мелисанда, тамплиер Гуго де Пейн, зороастрийский маг Фаррох и лучшие рыцари Леванта вступили в опасную борьбу. Их ждут смертельные интриги, кровавые битвы, запретное волшебство и столкновения со злобными демонами. Если они проиграют, мир накроет Тень Аламута…

Зловещие события происходят в Тшиине — мире, открытом земным исследователем и пребывающем в состоянии рыцарского средневековья. Местная принцесса погибает страшной и загадочной смертью. В ее магическом убийстве обвиняется дочь земного посла Вероника. Тшиины требуют Господнего Правежа — судебного поединка, в ходе которого должна быть установлена истина. Денис Завацкий, мастер фехтования и член рыцарского ордена теиров, отправляется в Тшиин, чтобы в поединке с опытнейшим бойцом доказать невиновность Вероники, — и оказывается в эпицентре урагана смертельно опасных событий, в которых замешаны черное колдовство, предательство и коварство.

Зловещие события происходят в Тшиине — мире, открытом земным исследователем и пребывающем в состоянии рыцарского средневековья. Местная принцесса погибает страшной и загадочной смертью. В ее магическом убийстве обвиняется дочь земного посла Вероника. Тшиины требуют Господнего Правежа — судебного поединка, в ходе которого должна быть установлена истина. Денис Завацкий, мастер фехтования и член рыцарского ордена теиров, отправляется в Тшиин, чтобы в поединке с опытнейшим бойцом доказать невиновность Вероники, — и оказывается в эпицентре урагана смертельно опасных событий, в которых замешаны черное колдовство, предательство и коварство.

Черные тени сгущаются над безмятежным восточноевропейским городом. Неведомый маг-злоумышленник играет судьбами жителей Ведена, шантажируя их, убивая, обрекая на жуткое посмертие и отправляя по их следу адские создания. В ходе запутанного расследования частному детективу Игорю Колесничему придется столкнуться со смертельными интригами древнего магического ордена, члены которого становятся жертвами преступного колдуна. А помогут ему в этом инспектор маголовки Винченцо и бесшабашная студентка Света – ночная фурия Ведена и ходячее стихийное бедствие.

Зловещие события происходят в Тшиине — мире, открытом земным исследователем и пребывающем в состоянии рыцарского средневековья. Местная принцесса погибает страшной и загадочной смертью. В ее магическом убийстве обвиняется дочь земного посла Вероника. Тшиины требуют Господнего Правежа — судебного поединка, в ходе которого должна быть установлена истина. Денис Завацкий, мастер фехтования и член рыцарского ордена теиров, отправляется в Тшиин, чтобы в поединке с опытнейшим бойцом доказать невиновность Вероники, — и оказывается в эпицентре урагана смертельно опасных событий, в которых замешаны черное колдовство, предательство и коварство.

Зловещие события происходят в Тшиине — мире, открытом земным исследователем и пребывающем в состоянии рыцарского средневековья. Местная принцесса погибает страшной и загадочной смертью. В ее магическом убийстве обвиняется дочь земного посла Вероника. Тшиины требуют Господнего Правежа — судебного поединка, в ходе которого должна быть установлена истина. Денис Завацкий, мастер фехтования и член рыцарского ордена теиров, отправляется в Тшиин, чтобы в поединке с опытнейшим бойцом доказать невиновность Вероники, — и оказывается в эпицентре урагана смертельно опасных событий, в которых замешаны черное колдовство, предательство и коварство.

Таинственные записи появляются в дневнике Хоакина Истессо, разбойничьего капитана. Судя по почерку, он оставляет их сам. Но как? Когда? Зачем? Одна тайна тянет за собой другую, и чтобы разгадать их, разбойник отправляется в путь. Хоакину предстоит узнать многое. Куда исчезают кометы из пророчеств? В чем суть бунтарства? И почему, наконец, невозможно убить Ланселота?

Солнечный зайчик прыгал по потолку. Вот он запутался в такелаже игрушечного клипера и замер, не зная, куда податься. Спасаться на донышке кастрюли? Пощекотать морду грифона, что висит под потолком?

Смеющиеся глаза женщины наблюдали за ним. Майка склонилась над бадьей, делая вид, что старательно перемывает посуду. Зачем?.. Тарелки давно уж чистые, протереть насухо — и на полку. Но куда ей торопиться? В доме Мартиллона время не имеет значения.

Популярные книги в жанре Юмористическая фантастика

– Ну, что скажешь, Флудий, как тебе эти существа? – буднично спросила крупная шарообразная особь неопределённого пола у ловко вкатившегося в центр управления межгалактического корабля подобного себе организма заметно меньшей величины.

– Да ничего особенного, Мудриус, – так… серединка на половинку, – панибратски развязано ответил упругий подчинённый, едва, как бильярдный шар, не столкнувшись с начальником.

– Послушай, ты когда-нибудь научишься докладывать по форме?! – раздраженно раздулся старший. – Твои бессмысленные неопределенности мне уже поперёк сферы! Ну, сколько можно!? Всякий раз, одно, и тоже: опять прикажешь тебя форматировать?! Клянусь, Святой Бесконечностью – я снова решусь: хотя ты мне с некоторых пор и друг.

Солнце, прокатившись над последними девятиэтажками окраины, садилось за полем. Кузнечики пронзительным стрекотанием заглушали шум видневшейся за деревьями магистрали. Первый порыв прохладного вечернего ветра волной пробежал по высоким травам.

Я возвращался домой полевой дорогой мимо рощиц, постепенно приближаясь к первым дозорным башням жилмассива. Отсюда уже были видны снующие автомобили, толкающиеся на остановке автобусы, медленно ползущий трамвай и мошкариные тучки людей. Казалось, все это было не только далеким, но и каким-то несерьезным, игрушечным, настоящее же было здесь, среди деревьев и в траве.

Почему наши послания в космос остаются без ответа?…

«They're Made Out of Meat» — это номинированный на премию «Небьюла» рассказ Терри Биссона. Впервые опубликован в журнале «Omni». Рассказ полностью состоит из диалога между двумя персонажами. Киноадаптация рассказа завоевала гран-при на кинофестивале «Музея научной фантастики» в Сиэтле.

Переводы на русский:

«Мясо в космосе» — С.Копытцев, 1992 г.

«Они сделаны из мяса» — ДК, 1994 г.(?)

«Мясо» — Линда Спуре, 1999 г.

О путешествии к сфере неподвижных звезд, совершенном императором Фридрихом III и его придворным астрологом Региомонтаном в марте года 1453-го AD.

Студент Юлиус постучался в уединенный коттедж, чтобы попросить стакан молока, а получил, кроме того, пузырек с «эликсиром жизни» — всего за полкроны. Не слишком доверяя алхимическому препарату, он решил испытать его на обезьянке…

Был поздний вечер, когда я попрощался с коллегами и спустился на Журавлёвку.

Дремучая окраина... Одноэтажные домики лепятся друг к другу, и как-то странно видеть посредине булыжной мостовой трамвайные рельсы. Впрочем, улица узка, а потому по ней проложена лишь одна линия. Трамваи здесь ходят с солидными интервалами, подолгу простаивают на разъездах в ожидании встречного. Да и ходят ли они сейчас, вечером, вообще?! Не мудрствуя лукаво, я отправился пешком, благо до дому мне всего две остановки, хотя и по-журавлёвски длинных.

Прошу вас, благородные мидяне, расчехлите ваши бинокли: вот оно, мчится прямо на нас по оранжевым холмам пустынной долины, которую древние манускрипты называют Армагеддоном, из его раскалённых ноздрей с шипением выплёскивается жидкое олово, вздыбленный стальной загривок ощетинился тремя миллионами обоюдоострых бритвенных лезвий, в блестящих зрачках мерцает фиолетовое бешенство, вращающиеся кривые рога со свистом рассекают воздух, из-под ребристых подошв армейских ботинок разлетаются осколки раздавленных камней — вот оно, необъяснимое явление природы, изобретатель бесплодных желаний, тысячеликий кумир безумцев, великий Минотавр По Почте! Вот оно, самое омерзительное и ужасное чудовище, какое только в силах вообразить себе беспомощный человеческий разум! Вот оно, самое грандиозное событие нашей эпохи, подобного которому больше не способна породить эта ограниченная Вселенная! Разъярённый сердцебык — подобное зрелище стоит нескольких лет нашей жалкой, никчёмной жизни. Маэстро изначально динамичен, он внебрачное дитя энтропии, он демон загадочных космических аномалий, он не переставая бурлит в кипящих котлах двойных звёздных систем, он выбрасывает в пространство свои бесчисленные протуберанцы, он свирепствует и бросает клич, он сокрушает шипастыми копытами необитаемые ледяные миры, оглушительно трубя при этом победную песнь невидимой линии надоптического спектрального фокуса. Сейчас он собьёт нас с ног, разорвёт на куски и втопчет в жидкую грязь, но пока у нас ещё есть девятнадцать секунд, чтобы как следует рассмотреть его.

Совершив научное открытие, я рано обрадовалась – на меня тут же открыли охоту. И правительство прислало телохранителей, больше похожих на наемных убийц. Варваров с планеты Ттория. Вот только они почти сразу заявили, что я – пара для них обоих, и придется смириться: ходить на свидания и выбирать. А надо? Да кто ж меня спрашивает. Впрочем, я ученый и человек. Так что, держитесь, варвары! Чешуйки, шипы… Главное – мозг!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Влад Силин

Байки о повешенных

История Согера

История, рассказанная Согером.

Вечно взлохмаченная, недовольная жизнью Жучка выскочила из конуры прямо перед носом у флегматичного поросенка и злобно его облаяла. Поросенок истерично хрюкнул и спрятался под крыльцо; Жучка же еще минут пять не могла успокоиться - все пофыркивала и ворчала. - Да, сынок... - Агенобарб уныло почесал огромное пивное брюхо. - Вырос ты, сынок. Жениться тебе пора. - Hевесту тебе я уже подобрал, - неспешно продолжал он. - Hевеста хорошая, работящая. Приданое опять же... Сам посмотри: брательники твои поднялись, заматерели - Марк вон первый поставщик свинины в италинском военном интендантстве... Титус тоже теперь жулик порядочный. Один ты, младшенький, как дурак, все фантастику почитываешь да девок зазря портишь. - Что за невеста хоть? - лениво поинтересовался я. Развивать эту тему не хотелось вовсе - мне и так было хорошо. - Агриппина Курцина тебе невеста. Чего рожу кривишь - почитай во всем Италине лучше девки не найдешь! А какие у еейного папаши свинарнички шикарные! - Это та самая, что на прошлой неделе приходила? Рыжая такая, веснушчатая толстая стерва? - я покосился на Жучку. Истеричная псина встопорщила уши и глухо заворчала. - Hе, не надо, батя! Лучше я в Галльский легион запишусь, пусть меня сарматы пристрелят. Мучаться буду меньше. - Ты это что же, сынок? - ласково осведомился Агенобарб, в то время, как по его лицу расползались предательские багровые пятна. - Что ж это ты, Васенька? С христианами спутался, али Петрония перечитал, эстета недопятого, отцу родному прекословить? С варварами в штанах их срамных снюхиваться, аки плебей негражданственный!.. Слава пантеинным нашим богам, штанов у меня нет, и тога не спадет, ежели я тебя ремешком подпоясным вдоль спины вытяну! Кряхтя, сопя и отдуваясь, разлюбезный мой батюшка расстегнул свой красный всадничий пояс с медными бляшками и крутанул им над головой. Прислушавшись к мерзкому свисту отцовского Жопобойца, я задумчиво отметил: - Hасчет варваров, это, пожалуй, идея... Я слышал, что разенейский царь Иван Васильевич Угрожающий выдает замуж свою дочку Лизавету. Парень я видный, весь из себя красивый и язык подвешен неплохо. Чем не жених Лизавете Разенейской? Заодно может царем стану! А Агриппины вашей стервозной мне и с приплатой не надо! Ремень выпал из любящих отцовских рук, и прослезился Агенобарб: - Эх, Васька, Васька... Правду покойница матушка говорила: надо было тебя воспитывать, пока поперек лавки умещался... Сейчас-то оно, пожалуй, поздно будет. Я тоже пустил скупую сыновскую слезу, собрал котомку ватрушек с козьим сыром, сменные сандалии и тогу на козьем меху, утепленную, а потом сердечно попрощался с родителем: - Hе поминай лихом, батя! Стану царем - пива разенейского тебе пришлю. Пять бочек, и воблы сколько влезет! Отец ничего не ответил, лишь помахал мне на прощание ремнем, который по рассеянности все еще продолжал сжимать в руке. Вот и вырос сын, а как? Когда? До позднего вечера просидел старый всадник с кружкой пива на крыше, тоскливо оглядывая пустынную дорогу на Разеней и поглаживая по загривку невесть как прибившегося подкрыльцового поросенка... Вы скажете, что это глупость: бежать из отчего дома за границу только из-за одного нежелания жениться. Может быть. Hо если бы вы только видели эту Агриппину...

Влад Силин

Элементаль силы. Редакция 3.

Книга первая. Создатели легенд.

Пролог. - Шаб с вами, бандитские рожи! Блезбе вам судья, бандюги, мошенники, проходимцы и фальшивомонетчики, а я уж ничего не могу с вами поделать. Hет справедливости в этих мирах, господа честные разбойники... это я вам говорю, первый из Старых Богов, а уж я-то знаю толк в подобных вещах. Идите, и да пребудет с вами мое благословение!

Вечер был... Ладно, ладно, согласен. Дождливый был вечер. Гадостный. А где ж вы видели эпическую сагу, чтоб начиналась она в хорошую погоду? А? Молчите? Hу, тогда что ж... Тогда не будем спорить, и пусть все будет в лучших традициях жанра: нудный, моросящий дождь, чавкающие мхи под ногами, и обязательно - ведра воды, проливающейся с задеваемых рогами веток.

Влад Силин

История коммунального бога

А вот кому историй о богах могущественных, да рыцарях доблестных?

(c) Торговец кониной на ярмарке в Высоких Пиксах.

Пока наш герой движется из реальности в реальность с драгоценным грузом пива, я сделаю небольшое историческое отступление. Следует сразу отметить, что Альберец был богом старушек. Hе удивляйтесь: бог может называть себя богом любви и милосердия, богом мудрости и силы, но это не всегда соответствует действительности. В действительности, не существует богов смерти, добра или жадности - есть лишь боги старушек, младенцев, девушек, воинов... Их имена могут даже и совпадать, более того они могут считаться одним и тем же лицом, но помилуйте! мы-то ведь знаем, что паладины воевали Гроб Господен совсем не того бога, которого бабка Глафирья денно и нощно молит об обострении язвы желудка у страстно ей ненавидимого булочника и богохульника Эпидемцева Василия Пафнутича. И не того, которому ребенок на ночь молится о том, чтобы на рождество ему подарили деревянную лошадку, и чтобы у дедушки прошел его утренний кашель. И уж совсем не того, во чье имя нынешние фарисеи обирают глуповатых и доверчивых обывателей. Бог триедин и множествен... но это не совсем та множественность, о которой вы думаете. По счастью, Альберец даже подобной множественности был лишен. Он носил тельняшку, но митьки лишь недоуменно разводили руками при упоминании его имени; он собрал прекрасную коллекцию оружия, но мастера Тай-ши и последователи Одина смеялись над ним; в магии пытался продвинуться Альберец - но шкурные денежные интересы вечно смущали его ум, не давая постигнуть истинный смысл мантры "Аум". Лишь сортиры да распределительные щиты не предавали его, живейшим участием откликаясь на малейшее пожелание мстительного бога. Hикогда! Слышите вы, никогда Альберец не создал ничего ценного, прекрасного, вечного (он даже розетку починить был не в силах), но тем не менее учитель Клотика был весьма высокого мнения о своих способностях. Частенько спускался он во двор, и там, сидя на лавочке среди почтенных хоботесс, Альберец отводил душу. Долгими часами он мог разглагольствовать о непризнанных гениях и множественных препонах на светлом пути... Пути куда? Смотри далее. Общеизвестен тот факт, что в молодости, еще не обретя божественности, Альберец был мечтательным бездельником и никудышным поэтом. Как-то раз он принес в издательство газеты "Духовная булочка" стихи, начинающиеся словами:

Роберт Силверберг. Абсолютно невозможно пер. В. Вебер Silverberg R. Absolutely Inflexible: Voyagers in Time. – _

На детекторе, что стоял в углу небольшой комнаты, засветилась розовая точка. Малер взглянул на грустного путешественника во времени, сидевшего перед ним в громоздком космическом скафандре, и усталым жестом указал на детектор.

– Видите, еще один. Попав на Луну, вы найдете там многих своих коллег. За те восемь лет, что я руковожу Бюро, мне пришлось отправить туда более четырех тысяч человек. Почти по пятьсот в год. Не проходит и дня, чтобы кто-то не посетил наш 2784 год.