Аттестат зрелости

Первая книга из цикла "Аттестат зрелости" рассказывающая о трогательном и нелегком пути учеников выпускного класса советской школы по дороге ведущей во взрослую жизнь.

Отрывок из произведения:

Вера Ивановна Окунь торопилась домой с дежурства. На душе было легко и спокойно оттого, что не было авральных операций. Ничего худого ни с кем из горожан не случилось, и это хорошо, потому что больше всего на свете не любила Вера Ивановна, когда вдруг к ней на операционный стол попадали искалеченные люди.

Ей было радостно, что получила зарплату, что в больничный буфет завезли свежую рыбу, и она купила пять килограммов симпатичных желтых, еще живых, карасиков. И это тоже хорошо, что желтые, серые - костлявые. А еще Вера Ивановна с удовольствием думала, что завтра свободный день, и она сходит с младшим шестилетним сыном Валериком в кино - давно уже обещала ему, но все времени не было: то в больнице дежурство, то в поликлинике прием, то на заводе, где работала на полставки... А сегодня вечером она наварит ухи, ее очень любит старший сын Василий, а младший обожает жареную рыбу, она нажарит...

Другие книги автора Евгения Фёдоровна Изюмова

Книга Е. Ф. Изюмовой написана на конкретном материале и состоит из четырех разделов. Повесть «Черные крылья смерти» охватывает события довоенных, военных и послевоенных лет. Призванный в годы Великой Отечественной войны защищать Родину, ее герой волею судьбы оказывается в плену. Это рассказ о людях, выстоявших в тяжелых условиях, сохранивших честь и достоинство. Героини «Жемчужного ожерелья, или Повести о поющих душах» связаны одной нитью -~ все они участницы хора «Зоренька» объединения «Дети военного Сталинграда». Из их памяти не изгладились впечатления об ужасах и лишениях войны и о тех людях, благодаря мужеству и самоотверженности которых женщины и по сей день продолжают активно участвовать в жизни Волжского. В основу очерка «Земля горела под ногами» положены воспоминания немецких офицеров и солдат, осознавших значение Сталинградской битвы и отдающих должное стойкости и героизму советских воинов. Очерки под общим названием «Саперы» знакомят читателя с героями наших дней, военнослужащими, кого глубоко волнует судьба Российской Армии и России.

Книга находится в свободном электронном доступе с разрешения автора и распространяется в электронном виде свободно при условии соблюдения целостности текста/содержания и только в электронных библиотеках не ограничивающих прямо или косвенно (через регистрацию или оплату) доступ к размещенным в библиотеке книгам.

При ином испольовании просьба связаться с агентом автора через [email protected]

Роман «Дорога неровная» о судьбе нескольких поколений одного русского рода, который практически стал историческим, потому что человек в любое время связан с реальными историческими событиями, и в романе много имен, влиявших на ход истории России. Так что роман «Дорога неровная» это еще и познавательный роман для тех, кто не знал те имена. Он написан хорошим легким и богатым языком, удачно подобраны и эпиграфы для каждой главы, которые тоже напоминают читателю, что были на Руси прекрасные поэты — Николай Некрасов и Сергей Островой.

Эта электронная версия книги создана для библиотеки Либрусек (http://lib.rus.ec) и размещается в библиотеке Либрусек с разрешения автора книги на условиях лицензии Creative Commons: Attribution — Non-commercial — No Derivatives (by-nc-nd). Лицензия «С указанием авторства — Некоммерческая — Без производных» Если вам понравилась книга и вы хотите сделать пожертвование то используйте Яндекс-деньги 41001776317077

«Иронический детектив» - так определила жанр Евгения Изюмова своей первой повести в трилогии «Смех и грех», которую написала в 1995 году, в 1998 - «Любовь - не картошка», а в 2002 году - «Помоги себе сам».

«Иронический детектив» - так определила жанр Евгения Изюмова своей первой повести в трилогии «Смех и грех», которую написала в 1995 году, в 1998 - «Любовь - не картошка», а в 2002 году - «Помоги себе сам».

«Иронический детектив» - так определила жанр Евгения Изюмова своей первой повести в трилогии «Смех и грех», которую написала в 1995 году, в 1998 - «Любовь - не картошка», а в 2002 году - «Помоги себе сам».

Жил да был студент Ерофей, человек хороший, да вот только приключения ему как снег на голову попадали…

Сборник рассказов для детей, который могут читать и взрослые. Быть может они хоть на миг вернут вас в пору детства когда деревья были еще высокие, а жизнь такая простая…

Жил да был на свете студент Ерофей, жил - почти не тужил, да вот захотелось ему поискать приключений, отдохнуть от сессии мучений, и поиски это завели его не просто Куда-то там… А совсем в другие места…

Популярные книги в жанре Советская классическая проза

Опубликовано в минском журнале «Неман» №9, 2016

Как выглядит современная мечта человечества о безъядерном мире, свободном от угрозы тотального уничтожения, — мире подлинного мирного сосуществования, оставившем позади годы безудержной гонки вооружений? Об этом новый роман Юрия Рытхэу «Интерконтинентальный мост», названный автором легендой о будущем и повествующий о строительстве гигантского технического сооружения — моста через Берингов пролив, соединяющего два континента, два полушария, два мира.

Я ехал грузовой машиной к берегу Черного моря. Прошедший год был нелегок, и я с нетерпением предвкушал хороший отдых. Настроение было великолепным. Его не могли омрачить ни бесконечные головокружительные повороты, ни выбоины в разбитом грейдере, ни частые поломки машины.

Местом своего отдыха я избрал едва ли не самый глухой уголок Кавказского побережья, подальше от шума и суеты. Это был еле приметный, выдающийся в море мыс с маленьким селением, которое можно отыскать далеко не на всякой карте.

Он стоял на раскаленной железной палубе, на которой бы в самый раз яичницу жарить, и щурился от нестерпимого блеска. Июльское солнце слепило, как вспышка электросварки. Мутная рыжеватая вода шипела и пенилась за бортом.

Он знал: старый пароход доживает свой век. Когда-то, еще на стапелях, судну присвоили гордое и стремительное название — «Дельфин», а теперь любой прудовый карась мог бы дать ему фору. Паровая машина неизвестной бельгийской фирмы дрожала от напряжения, словно ее мучила тропическая лихорадка. Казалось, она вот-вот сорвется с тяжелого фундамента. Бельгийская фирма давно прогорела, а клепаный котел — нет, он все еще дышал, как тридцать и сорок лет назад.

Александр Поповский — один из старейших наших писателей.

Читатель знает его и как романиста, и как автора научно–художественного жанра.

Настоящий сборник знакомит нас лишь с одной из сторон творчества литератора — с его повестями о науке.

Тема каждой из этих трех повестей актуальна, вряд ли кого она может оставить равнодушным.

В «Повести о несодеянном преступлении» рассказывается о новейших открытиях терапии.

«Повесть о жизни и смерти» посвящена борьбе ученых за продление человеческой жизни.

В «Профессоре Студенцове» автор затрагивает проблемы лечения рака.

Три повести о медицине… Писателя волнуют прежде всего люди — их характеры и судьбы. Александр Поповский не умеет оставаться беспристрастным наблюдателем, и все эти повести построены на острых конфликтах.

В сборнике ведется серьезный разговор о жизни, о нашей позиции в ней, о нашем мироощущении.

Повесть «Антымавле — торговый человек» посвящена становлению и утверждению Советской власти на Чукотке.

Автор глазами очевидца рассказывает, как в отдаленных чукотских поселениях этого сурового края, где каждый шаг требует выносливости от человека и мужества, создавались первые охотоведческие и оленеводческие хозяйства.

В книге отражены быт чукчей, традиции, сцены охоты — жизнь этого народа во всей ее сложности и многообразии.

Автор, ученый, знаток быта, языка, психологии чукчей, рассказывает о мужественных зверобоях, охотниках, оленеводах, о тех, кто создавал всемирно известную теперь Уэленскую косторезную мастерскую. Понимание специфики истории чукотского народа позволяет автору правдиво и убедительно воссоздавать процесс преобразования жизни коренного населения некогда отсталого края. Повествование окрашено и согрето любовным отношение к Чукотке и ее людям.

В сборник писателя В. Муссалитина входят повести «Зима посреди лета», «Завируха», «Восемнадцатый скорый», дилогия «Красные самолеты».

Любовь, ответственность человека перед обществом, нравственное возмужание — вот проблемы, которые затрагивает и исследует автор в своих произведениях.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Леонид Аронзон – один из самых значительных и глубоких поэтов послевоенной поры. Когда речь идет о крупном литературном явлении, до сих пор, к сожалению, не знакомом широкому читателю, вероятно, целесообразно сравнить его с явлением намного более известным. И тогда можно сказать, что в 60-е годы Ленинград дал русской литературе двух наиболее замечательных поэтов: Бродского и Аронзона. (Сравнение окажется тем более оправданным, если учесть, что речь идет о почти ровесниках: Аронзон был всего годом старше.) Личная их близость продолжалась недолго, сменившись принципиальным внутренним расхождением. И это не случайно: трудно представить себе поэтов, чьи творческие позиции в большей степени являются антиподами друг другу.

Дипломная работа студентки исторического факультета ГОУ ВПО 'ТГПИ' (кафедра 'Всемирной истории'), посвящена роли Болгарии во второй мировой войне. Болгария была одной из стран Балканского полуострова, которая начала Вторую мировую войну на стороне агрессора и закончила войну на стороне стран-победительниц. В данной работе будет показан путь от сателлита Германии до союзницы СССР.

Родился в 291 г., скончался в 371 г. Память 21 Октября Житие Преподобного Илариона Великого принадлежит перу Блаженного Иеронима Стридонского. Оно писано в его Вифлеемском уединении, вскоре после кончины Преподобного. Предлагаемый перевод сделан с латинского подлинника, помещенного в «Латинской Патрологии» Миня. И. Помяловский. 10 Августа 1893 г. Пер. И.Помяловского. Оп.: Житие преподобного отца нашего Иллариона Великого // Палестинский патерик. Выпуск четвертый. СПб, 1893.

Армянский вестник

№2 1998г.

Просто диву даешься, до чего изобретательны стали бакинские потомки Чингис-хана в мучительных потугах вызвать сочувствие международного сообщества, а заодно и доказать некую исконность, “историчность” своих притязаний на земли коренных народов Закавказья.

В конце марта президент Азербайджана издал два бесподобных указа. Одним он учредил почетное звание “шехид 20 января” (шехид значит погибший за родину или что-то в этом роде, иными словами – герой). Другим указом учрежден еще один день памяти жертв геноцида (см. “НГ”, 3.04.98). Не подумайте только, что г-н Алиев вдруг решил покаяться за своих турецких старших братьев, виновных в преступлении геноцида против армян, или за своих предшественников на посту президента Азербайджанской Республики, которые так и не понесли ответственности за армянские погромы в Сумгаите, Гяндже, Баку, Геташене, Мартунашене, Арцвашене и т.д. Отнюдь нет! Он придумал свой геноцид, которому якобы не раз подвергались азерские тюрки, и, подтвердив одну, установил вторую официальную дату, когда этот артефакт надо отмечать.