Анархистские тезисы

 Прошу, читающих эти строки не особенно-то удивляться столь само-собой напрашивающимся параллелям и ассоциациям с известнейшей работой классика марксизма. Однако, схожесть их лишь в стиле подачи материала, да ещё в малой толике фенологии, поскольку создавался сей опус тоже в апреле.

Так о чём там в апреле 1917 года на Финляндском вокзале гутарил с броневика незабвенный «вождь мирового пролетариата» Ульянов-Ленин? Ах, да! О мирном захвате власти (вот уж воистину, чушь несусветная). Вот о власти и об отношении к ней либертарного движения, взятого в самом широком спектре, я и попробую поведать схематично и по возможности доступно в первом тезисе. А дальше уж «куда кривая выведет», те вопросы-темы-термины и будут освещены тезисно и сугубо субъективно, а значит, обойдёмся без цитирования теоретиков и практиков анархизма, бородатых или бритых, неважно. Итак, о самом скверном, что есть на Земле;

Другие книги автора Александр Анатольевич Лапшов

Лапшов Александр.

КРОПОТКИН И ХИЛИАЗМ

Милленаристические тенденции в воззрениях Кропоткина

 

С первого взгляда каждому, более или менее знакомому с творческим наследием великого анархиста, твёрдо стоящего на позициях позитивизма и материализма, может показаться парадоксальным и даже вульгарно-электическим само название данной статьи. Ведь большинство последователей анархизма вообще и особенно анархо-коммунизма «Кропоткинского толка» безоговорочно согласно с утверждением Макса Неттлау что, «как только религия появляется в качестве активного фактора, она оказывается нашим открытым врагом», т.е. религиозные установки и постулаты, даже при прогрессивно-революционном характере некоторых из них, в целом антиподы идеалам прогресса, идеям акратии. Но это лишь на первый взгляд. Взгляд на религию с точки зрения признания в ней в качестве основных статически-метафизических начала и сведений к разряду второстепенных и малозначительных её динамически-диалектических элементов. Например, традиционно мало уделяется вниманию изучения и осмыслению многочисленных христианских ересей от катар до духоборов, в плане их социально-революционных позиций и традиций умеренного антиэтатизма, что ведёт к недооценке их мировоззренческого значения и идейного влияния на прогресс общественного развития.

Автор должен дать это предисловие, дабы объяснить смысл определения своей любви как несостоявшейся, опасаясь при этом изрядно поднадоесть читателям своим, порой излишним, многословием. Но, тут уж ничего не поделаешь, ибо подобный эпитет любви до сей новеллы нигде больше в литературе не встречался, во всяком случае, мной он не обнаружен, или не замечен, ни в одном мало-мальски известном произведении, да и в неизвестном тоже.

Дело в том, что, будучи от рождения наделённым судьбой и недобросовестными людьми в белых халатах страшными физическими недостатками, являющимися последствиями детского церебрального паралича, я имел несчастье, но, скорее всего, всё-таки счастье; полюбить в детстве здоровую девочку, свою одноклассницу, и пронести-сберечь свою любовь через всю жизнь, до дней и часов, когда пишутся эти строки. Однако, несмотря на огромные душевные страдания и переживания, порождённые вполне естественным желанием быть вместе с предметом своей любви, в семнадцать лет, по окончанию школы, я отказался завоёвывать сердце своей любимой. Я не захотел, чтобы моя ненаглядная была бы несчастлива оттого, что на неё показывали бы пальцами, как на ненормальную, избравшую в спутники жизни чудовище и урода, каким я сам себе казался, и каким без всяких оговорок на самом деле являюсь, по большому счёту. Это было нетрудно сделать из-за более чем холодного отношения ко мне «дамы сердца». Любовь наша даже не начиналась (хотя Оля, так величают женщину всей моей жизни и судьбы, и знала прекрасно о моих чувствах к ней, но считала и считает их несерьёзной фантазией, от которой можно отмахнуться, а мне, почему-то, не отмахивается вот уже тридцать семь лет кряду), в том «классическом» варианте-хронологии: признание, объяснение, отказ либо согласие, а значит, её вполне можно назвать несостоявшейся. Но, три события из дальнейшей моей жизни, показали, что всё не так просто в мистическом плане даже с неразделённой любовью, даже с несостоявшейся…

Лапшов Александр.

Христос-Освободитель

Статья по истории крестьянского повстанческого движения в годы гражданской войны в районе Тейково. Автор — публицист, один из современных теоретиков христианского анархизма.

Впервые опубликовано —  www.praxiscenter.ru/files/=D0=98=D1=81=D1=81=D0=BB=D0=B5=D0=B4=D0=BE=D0=B2=D0http://w=B0=D0=BD=D0=B8=D1=8F/yushko.mht

Из песни, исполняемой в электричках инвалидами после войны.

9 мая 1984 года это было. Поведал мне сосед одну историю, случившуюся с ним в Великую Отечественную. И история эта, на первый взгляд очень-то смахивающая своей неправдоподобностью на многочисленные фронтовые и околофронтовые байки, у меня не вызывает никаких сомнений в правдивости рассказчика, поскольку дядя Ваня, Иван Арсентьевич Матросов интеллектом обладал, скажем так, не особо богатым, а значит придумать подобный шпионский детектив был просто неспособен. Ну, да всё по-порядку.

О.Н.Б.

Усвоил я себе один закон:
Что всё пройдёт, душа остепенится….
Когда поставит жизнь последний кон,
Мне ночью первая любовь приснится.
И ей скажу на склоне дней моих,
Тревожащей своим воспоминаньем,
Что, сердцем искренне любя других,
Я полон был её очарованьем.
Наш мир лишь парадоксами живёт,
И в этом мире я не исключенье;
Популярные книги в жанре Политика

Любое движение объединяет людей с разными взглядами и убеждениями. Это естественно и в каком-то смысле необходимо. Но это не имеет никакого отношения к всеядности: должно быть нечто, объединяющее людей, решивших вместе делать общее дело.

И это нечто даже не какой-то общий принцип, а некая рамка, очерчивающая общую для всех участников политическую, нравственную и экзистенциальную территорию.

Какова эта рамка для движения «Суть времени»?

До сих пор социальный строй западных стран определяется как капитализм по его экономической основе и как демократия по его политической системе. Я считаю, что это определение не соответствует реальности. Не соответствует не в том смысле, будто на Западе уже нет капитализма и демократии, — они тут есть в изобилии, — а в том, что реальный социальный строй западных стран не сводится ни к капитализму, ни к демократии. Эти явления вообще приняли тут такой вид и заняли такое место, что считать их определяющими признаками западного общественного устройства — значит игнорировать его реальную сущность и ориентировать на идеологически тенденциозное и в конечном счете ложное его понимание.

Сергей Кургинян, Вадим Солохин, Мария Подкопаева

Введение

События в Чечне знаменуют собой не больше не меньше, как очередной виток дезинтеграции. Да, речь идет именно об угрозе потери целостности того образования, которое называется Российской Федерацией.

Когда при этом говорят о том, что параллельно с усилением дезинтеграции на российской территории произойдет якобы восстановление в каком-то виде неких союзных структур, то этот ход мысли нельзя назвать иначе, как провокационным. Тот Союз, который якобы возродят на руинах нынешней Российской Федерации, будет уже не государством, а неким жидким киселем, состоящим из недееспособных территорий, нуждающихся в международном патронаже. Следует прямо и со всей определенностью заявить, что любая продуктивная интеграция возможна лишь при сохранении целостности нынешней Российской Федерации, которая и является плацдармом любого восстановительного проекта. Согласитесь, что идея разрушения плацдарма ради восстановления является по меньшей мере странной. На философском языке такая процедура может быть названа воссозданием ущербной формы с полным изъятием содержания.

Это книга о страхе, в особенности в его отношении к современной политике. Под политическим страхом автор подразумевает переживание людьми возможности определенного ущерба их коллективному благополучию — боязнь терроризма, панику в результате роста преступности, тревогу из-за упадка нравственности — или же запугивание людей властями либо отдельными группами.

http://fb2.traumlibrary.net

Угнетает капиталистическое общество рабочего, да и остальным классам не дает ни полной свободы, ни спокойного счастья; и этому не могут помешать даже английские свободные законы, они могут только облегчить, а не уничтожить всеобщую зависимость. В чем же тут дело и как ему помочь, как добиться полной, настоящей свободы? Зависит свободный рабочий от капиталиста и от спроса на рабочую силу, а капиталисты и все прочие зависят от сбыта товаров; в этом и есть самая суть дела, эту зависимость и надо уничтожить. Но как уничтожить? И возможно ли это?

Издание 1904 года, под псевдонимом Рядовой.

http://ruslit.traumlibrary.net

Сергей Кургинян — политолог, кандидат физико-математических наук, режиссер театра «На досках», президент корпорации «Экспериментальный творческий центр», руководитель авторского коллектива книги «Постперестройка» (М., Политиздат, 1990). В сборник включены его основные доклады, статьи, интервью, аналитические материалы, вызвавшие большой интерес и неоднозначную оценку в общественном сознании как в бывшем СССР, так и за рубежом в конце 80 — начале 90-х годов.

Книга адресована всем, кто интересуется вопросами выхода общества из состояния кризиса и катастрофы.

http://fb2.traumlibrary.net

Эта книга — лекции 2-го семестра курса введения в кризисное обществоведение. В них дается описание и прикладной анализ проблем, возникших в ходе кризиса государства и общества постсоветской России. Изложены основные положения доктрины реформы, последствия ее реализации и главные угрозы для России, порожденные в ходе трансформации прежнего жизнеустройства.

Предназначена для студентов, аспирантов и преподавателей в социальных и гуманитарных науках, а также для широких кругов интеллигенции, думающих о путях выхода из кризиса.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Действие книги происходит осенью 1812 года в оккупированной французами Москве. Бывший дворянин Пётр Ахлестышев осуждён по ложному обвинению. Он дожидается в Бутырской тюрьме отправки на каторгу. Петра засадил соперник, князь Шехонский, чтобы жениться на его невесте и завладеть её капиталами. Приход армии Наполеона путает все карты. Ахлестышев бежит с этапа и оказывается в захваченной противником Москве. В городе разгул насилия, мародёрство и грабежи. Ахлестышев с помощью друга-уголовника спасает свою бывшую невесту, а ныне княгиню Шехонскую. Муж сбежал, бросив её на произвол судьбы. Восемь дней они скитаются по горящей Москве, наблюдая все ужасы пожара. Сначала Ахлестышева интересует лишь судьба любимой женщины, он не собирается воевать. Однако бесчинства оккупантов заставляют его взяться за оружие. Пётр участвует в ночной партизанской войне, становится помощником резидента русской военной разведки, занимается дезинформацией Наполеона относительно планов Кутузова. Наконец, французы покидают Москву, но минируют Кремль и пытаются его взорвать. Партизаны спасают русские святыни. Первопрестольная освобождена. Государь за заслуги Ахлестышева отменил приговор и вернул ему дворянство. Теперь он может жениться на любимой женщине. Однако война продолжается. Пётр произведён в офицеры с причислением к секретной службе, и отбывает в действующую армию.

В голой Ногайской степи на пересечении трех миров: христианского Ставрополья, мусульманского Дагестана и буддистской Калмыкии на деньги арабского Принца возведен грандиозный дворец в форме шахматной ладьи. Там проходит Чрезвычайный шахматный Чемпионат с особыми допущениями. В фокусе соревнований и папарацци – дочь Принца Лейла в черном хиджабе с головы до пят, в перчатках и с вуалькой на глазах. Она выигрывает партию за партией и претендует на главную победу. И никто не догадывается, что под покрывалом – вовсе не Принцесса. Почти никто – разве что главный арбитр Сосницкий. Ему по долгу службы было вменено прослушивание туалетных кабинок, где уединялись для отправления естественных надобностей претенденты на гордое звание Чемпиона. И кое-что он таки услышал…

Люди стали другими, с некоторых пор будущее для них – доступный набор готовых к исполнению желаний. Хочешь отправиться на Марс – пожалуйста! Правда, билет выписывают в один конец, но разве это остановит человека, мечтающего стать одним из покорителей такой притягательной для человеческого разума планеты! Склонным к геройству обещают, что они станут героями, властолюбивые получают отличную возможность организовать, наконец, удачный Всемирный Заговор с очевидной пользой лично для себя, ученые научились творить любые чудеса. Проблемы в этом прекрасном мире только с дружбой, литературой и любовью. Писатели – народ своеобразный. Неудивительно, что именно писателю удалось разрушить эту замечательную утопию.

Только-ли дети играют в игры? Нет, игры для взрослых куда азартней. Роман закончен, вычитан. Будут незначительные правки (возможно), но только после завершения второй части. Изначально предполагаю трилогию. ЛитРПГ.