Американка

Монолог в одном действии. Написана в июле 1991 года.

Главная героиня Елена Андреевна много лет назад была изгнана из СССР за антисоветскую деятельность. Прошли годы, и вот теперь, вдали от прекрасной и ненавистной Родины, никому не нужная в Америке, живя в центре Манхэттена, Елена Андреевна вспоминает… Нет, она вспоминает свою последнюю любовь – Патриса: «Кто-то запомнил первую любовь, а я – запомнила последнюю…» – говорит героиня пьесы.

Отрывок из произведения:

Центр Нью-Йорка. Квартира ЕЛЕНЫ АНДРЕЕВНЫ. Вернее, не квартира, а студия: огромная с высокими потолками комната. Окна открыты, свежий ветер шевелит валяющиеся там и тут газеты, журналы, бумаги. Беспорядок какой-то нарочитый, богемный.

Радио играет грустную песенку. В такт музыки ЕЛЕНА АНДРЕЕВНА ходит по комнате, собираясь в ночной клуб. Она говорит с воображаемым гостем, угощая его ужином. Может быть, и нет никого в комнате? Может быть, это блажь, прихоть такая есть у ЕЛЕНЫ АНДРЕЕВНЫ: разговаривать вслух с самой собой?..

Другие книги автора Николай Владимирович Коляда

Любительскому ансамблю народной песни «Наитие» – 10 лет. В нем поют пять женщин-инвалидов «возраста дожития». Юбилейный отчетный концерт становится поводом для воспоминаний, возобновления вековых ссор и сплочения – под угрозой «ребрендинга» и неожиданного прихода солистки в прежде равноправный коллектив.

Перед Вами – пьеса «Букет» известного екатеринбургского драматурга Николая Коляды, написанная им в 1990 году.

В старом домике живут 70-летняя старуха; ее сын, инвалид Миня, составляющий букеты из репейника с бурьяном, зачитывающийся умными книжками и извлекающий из них полезные для жизни морали; а также их квартиранты – неудавшаяся актриса и почти состоявшаяся шлюха; студент, приехавший из села; стареющая работница макаронной фабрики; и невнятный, но явно криминальный молодчик, рассчитывающий домик купить и воображающий себя новым Лопахиным...

Гостиничный номер в замшелом городке, в котором встретились Она и Он – оба артисты, когда-то супруги. Случайная (или все же нет?) встреча, упреки в давних обидах и проснувшиеся актерские самолюбия Старой Зайчихи и Зайки-Зазнайки. «Старые мы стали. Два облезлых негра. И ты, и я. Надо признаться друг другу в этом. Всё уже закончилось».

Пьеса в одном действии из цикла «Кренделя». Написана в августе 2002 г.

Три артистки концертной бригады, обслуживающей банкеты, никак не могут разделить одного мужика — тоже члена их «коллектива». Но на одном из банкетов ситуация каким-то образом разрешается…

Пьеса в двух действиях. Написана в июле 1986 г.

Под Новый год в квартире Кирилла и Насти собралась компания молодых людей. Развлекались, играли в фанты. Одному из участников игры выпало «убить человека»… Почти детективная история.

Почти детективная история.

Пьеса в одном действии из цикла «Кренделя». Написана в августе 2002 г.

Два художника, Евгений и Сергей, приехали к озеру, «на этюды». Старый и молодой, талантливый и бездарный. Молодой Сергей решил искупаться, не зная, что в озере водятся пиявки. Когда он оторвал от своего тела пиявок и выкинул, кровь из ранки никак не могла остановиться. Помог Сергею Евгений. Правда, необычным образом…

Эта пьеса о смысле творчества, о творцах и бесталанных.

Пьеса в двух действиях. Написана в декабре 1996 года.

В провинциальный город в поисках своего отца и матери приезжает некогда знаменитая актриса, а теперь «закатившаяся» звезда Лариса Боровицкая. Она была знаменита, богата и любима поклонниками, но теперь вдруг забыта всеми, обнищала, скатилась, спилась и угасла. Она встречает здесь Анатолия, похожего на её погибшего сорок дней назад друга. В сумасшедшем бреду она пытается вспомнить своё прошлое, понять будущее, увидеть, заглянуть в него. Всё перепутывается в воспаленном сознании Ларисы.

Эта пьеса, скорее, стихотворение в прозе: в ней много монологов, авторских отступлений...

…Жанна, ее сын Костя и ее мама Софья Карловна продали свою старую квартиру «новым русским». В их квартире на первом этаже, где прошла огромная жизнь с печалями и радостями, будет теперь ресторан. В день переезда со старой квартиры на новую исполняется 17 лет со дня смерти дочери Жанны Нины. По странному стечению обстоятельств, квартиру их купила тоже Нина и ей столько же лет, сколько было бы той Нине, сестре Кости. Встреча этих людей — Кости и Нины — в основе пьесы. Какова цена жизни и стоит ли жить, когда человек превращается в подобие человека?

Популярные книги в жанре Драматургия: прочее

Пьеса в одном действии из цикла «Кренделя». Написана в августе 2002 г.

Когда-то Она работала секретаршей. Начались новые времена и вместо Неё взяли работать длинноногую девицу, а Её отправили на пенсию. Теперь Она перепечатывает какие-то тексты, чтобы выжить, не умереть с голоду. Но о прошлых временах не забывает, да и как такое забыть.

Пьеса-монолог для актрисы в «бальзаковском» возрасте. Есть в ней, правда, ещё и Мальчишка, качающийся на железных воротах. С ним, с воронёнком, прилетевшим на её могилу, Она разговаривает, а ещё со всеми теми, кого хотела бы видеть, но никто не приходит к ней, забытой, в гости…

Трагедия в пяти действиях

По мотивам драмы Вольтера «Семирамида»

Действующие лица:

Первая.

Вторая.

Третья.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Первая. Это все не просто так. Я не знаю, что это такое… Какая между нами связь?

Третья. Какая между нами связь?

Вторая. Я его очень люблю, и он меня очень любит…

Первая. Но все это не просто так… Я его чувствую на расстоянии. Недавно он мне приснился. Мы сидели у него дома за столом, ели, смеялись… Такой сон. И я стала ему звонить. Не дозвонилась. А потом, когда все-таки дозвонилась, оказалось, что он меня разыскивал, потому что написал новые стихи и хотел мне их прочесть.

Киносценарии известных советских фильмов

«Торговая площадь с домом градоначальника в центре города. Утро. Некрасивые и мрачные фасады довольно высоких домов с плотно закрытыми дверьми. Окон на улицу почти нет, видно только несколько окон в верхних этажах. К стенам прислонены лавочки, крытые камышом. Площадь начинает понемногу наполняться народом. У главных ворот дома градоначальника, которых помещается в низкой зубчатой стене под акацией, сидит домоправитель Хамоизит, длинный и тощий. Он не совсем пришел в себя с похмелья и мурлычет песню: „Пей, пей, подноси, пей, пей, подноси“…»

Гротескно-сатирическая "зверино-марионеточная" комедия «Знаменитые» (1975) австрийского писателя Томаса Бернхарда обращена к театральному и музыкальному миру, предстающему в эпоху его предельной коммерциализации как всеохватная ярмарка тщеславия, самолюбования, зависти и злословия. Ансамбль персонажей пьесы исполняет многоголосую партитуру этого опереточно-саморазоблачительного действа зло и весело, даже задорно, и Бернхард не скупится на многообразные художественные средства, расцвечивающие текст.

Собрание сочинений в пяти томах, том 2

Из послесловия:

...старшее поколение обязано пестовать новое поколение, поколение своих сыновей. Надо прививать им любовь к мирным профессиям, стремление стать настоящими специалистами, владеющими новой техникой, подняться на еще более высокую ступень образованности, не забывать того зла, что принес народу фашизм, разжигать гнев против всех, кто хочет взорвать мирный труд людей...

Вл.Пименов

Кандида Марасиган, дочь Лоренсо, старая дева.

Паула Марасиган, дочь Лоренсо, старая дева.

Пепанг, их замужняя старшая сестра.

Маноло, их старший брат.

Битой Камачо, друг семьи.

Тони Хавиер, квартирант в доме Марасиганов.

Пит, редактор журнала «Санди Мэгэзин».

Эдди, журналист.

Кора, фотокорреспондент.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Пьеса в двух действиях. Написана в марте 1990 года.

Пётр появился на окраине, в домике, где живут Аля и Варя. Переспал со одной, потом с другой, а потом – ушёл, ушёл и от той и от другой… Так уж нехороши были женщины? Нет. Просто Пётр всю жизнь ищет её, свою суженую-ряженую… Найдёт ли?

Тема следующего номера посвящена советской фантастике, а в этом мне хотелось бы пару слов сказать о фантастике несоветской. Точнее, о той фантастике, которая у нас практически неизвестна, поскольку издателями и переводчиками игнорируется. На статью материала у меня не хватает, а вот на колонку — как раз.

В принципе, предъявлять издателям претензии к количеству переводов было бы неправильно. Переводят у нас много. Однако белых пятен хватает. Причем не всегда речь идет о маргинальных авторах (их-то как раз публикуют довольно активно; по крайней мере, самых заметных). Нила Геймана, например, заметили только после выхода «Американских богов». Но его-то в конце концов перевели, а вот, например, Келли Линк и Майкл Маршалл Смит на русский язык, насколько мне известно, почти не переводились. Почему — могу только предполагать.

Сначала два слова о навигации по номеру. Активный отклик, как у читателей, так и у некоторых авторов, вызвали тема «Фантастика!» и колонка выпускающего редактора «Гагарин и пустота» в «КТ» #603. Поэтому материалы Михаила Ваннаха и Василия Щепетнева сегодня посвящены фантастике, а «Письмоносец» и «Переписка» — мнениям читателей о совместимости «гагаринского» духа с «гейтсовским». А наш новый автор, питерский математик Сергей Николенко открывает серию рассказов о семи знаменитых математических задачах, за решение каждой из которых в 2000 году была назначена премия в миллион долларов.

Противники гипотетических глобальных цифровых реестров, куда будет занесен каждый гражданин, обычно упирают на неприкосновенность личной жизни и прочие химеры, с которыми любой сотрудник патрульно-постовой службы справится одной левой. Лично я не очень верю, что государство в обозримом будущем сможет эффективно использовать такие массивы информации. Мне кажется, что поджидающие нас неприятности скорее будут носить случайный характер. Вряд ли среднестатистическому бедолаге угрожает повышенное внимание властей. Гораздо вероятнее, что какой-нибудь клерк без всякого злого умысла, нечаянно, нажмет неправильную клавишу как раз в тот момент, когда курсор стоит на вашей записи в БД. А найти и исправить подобную ошибку окажется не так-то просто. Вот вполне жизненная история. Не такая трагичная, как злоключения Сандры Баллок в фильме «Сеть», но в очередной раз напоминающая о том, чем человек, у которого нет бумажки.