Алмазы шаха

В сборник Анатолия Ромова вошли повести «Алмазы шаха», «В чужих не стрелять» и роман «Знак темной лошади». Все эти произведения отличаю остросюжетностью и сложностью взаимоотношений между людьми.

Отрывок из произведения:

Выйдя из такси недалеко от Сретенки, Миша Каменский и Лука, он же Виктор Лукашов, без особого труда разыскали мастерскую металлоремонта, о которой узнали еще в Одессе. Стояла июльская жара, оба вспотели. И Миша, и Лука были одесситами, в школе учились в одном классе, вместе поступили в кораблестроительный. Схожими оказались их пути и после института. Еще до защиты диплома он и Лука решили, что ишачить по специальности не будут никогда. Оба были убеждены, что копейки, выдаваемые в заводских кассах, нормального человека могут только унизить. Естественно, свои дела они решили делать сами, не связываясь ни с жучьем - ворами в законе, ни с одесскими крупняками, то есть главарями мафии. Миша, которого отец, директор одесского автопредприятия, после института устроил к себе водителем, мог в эти первые дни зашибать приличные деньги одним извозом - что он и делал. Однако, как раз примерно в ту пору, когда возить людей Миша посчитал для себя делом скучным и унизительным, случилась неприятная история. Миша, взяв довольно поздно вечером на борт машины двух сосунков, подвез их к роскошному одесскому особняку. Оставив крупный залог, сосунки попросили подождать их немного - и вышли. Дождаться двух этих ребятишек Мише не пришлось: его взял неизвестно откуда возникший наряд милиции. Оказывается, сосунки, грабанув особняк, смылись, предоставив Мише разбираться с милицией, которую вызвали соседи.

Рекомендуем почитать

В сборник вошли повести «Чума на ваши домы», «Уснувший пассажир», «В последнюю очередь» и романы «Заботы пятьдесят третьего», «Деревянный самовар»

Автор 30 лет прослужил в советских органах безопасности, в том числе более 20 лет в разведке. До истечения «срока давности» автор не имел возможности использовать документальные материалы, поэтому, опираясь на реальные события и факты и изменив фамилии основных действующих лиц, время и место действия, в художественной форме рассказал о примерно двадцатипятилетней карьере советского разведчика в Европе, Африке и Юго-Восточной Азии. В книгах описываются некоторые операции советской разведки, рассказывается о вербовочной работе, о противостоянии советской и американской разведок, отдельных сторонах жизни советских колоний за рубежом, особенностях разведывательной работы в различных странах.

Повести относятся к жанру политического детектива, написаны в увлекательной, несколько ироничной манере и рассчитаны на широкий круг читателей.

Небольшой поезд съемочной группы стоял посреди грузовой станции, белый, залепленный только что выпавшим мокрым снегом — платформа для «лихтвагена», дающего электроэнергию, два купейных и вагон-ресторан.

Переступая через рельсы, Денисов напрямую прошел к составу; Антон Сабодаш двинулся следом — грузный, почти двухметрового роста, в кителе, ежесекундно готовом лопнуть. Между вагонами киностудии и площадкой, где остановился милицейский «газик», пролегал десяток подъездных путей.

Сборник повестей из цикла «Лев Гуров». Содержание: Наемный убийца Исповедь сыщика Наркомафия

В жизни автора этой книги Анатолия Степанова лишь однажды свершилось нечто экстраординарное. Коренной москвич, он родился в Воронеже. Случилось это в августе 1931 года, где его родители находились в длительной командировке.

А в остальном все шло как по рельсам: школа, Всесоюзный Государственный институт кинематографии, киностудия «Мосфильм» и вновь ВГИК, где уже фигурант данной справки не студент, а руководитель сценарной мастерской. Так и катится официальная жизнь и, вероятно, по словам автора, скоро докатится.

А неофициальная — в литературных занятиях.

Тут приключений хватало. И в молодости, посвященной попыткам утвердиться в прозе, и в зрелости, когда он всерьез занялся кинодраматургией, и в последнее десятилетие, ознаменованное возвратом в прозу в качестве пишущего крутые детективы.

Около тридцати сценариев, по которым поставлено двадцать полнометражных фильмов например. «Победитель», «Женщина, которая поет», «Дорога через степь», «Акция», «Я буду ждать», трехсерийный «Привал странников», два романа, семь повестей, рассказы, критические статьи, очерки.

* * *

В настоящее издание вошли повести «Привал странников», «Вечный шах», «День гнева».

Книга издается в авторской редакции.

Осознав сквозь сон, что уже утро, Жильбер открыл глаза. Он знал, что он в своей квартире в Клиши, и все же не удержался, чтобы не сунуть руку под подушку. О местоположении квартир, которые он время от времени менял, чтобы замести следы, не мог знать никто, кроме своих, так что движение руки было совершенно лишним — и все же, нащупав под подушкой рукоятку пистолета, он вздохнул с облегчением. Ничто так не успокаивает, как собственный, проверенный и знакомый до последнего винтика люгер.

«…Довольно странно, оказывается, читать произведение литературы, в котором не только место действия, но и большинство действующих лиц тебе прекрасно знакомы. Больше того — в котором и ты сам фигурируешь в качестве одного из персонажей. Не знаю поэтому, насколько объективно мое суждение, но вот оно: „Все так и было“. Наверняка не совсем „все“ и не совсем „так“, но в главном — все правильно. А главное в Вашей повести, конечно, Павел Николаевич Игумнов — незабвенный мой учитель не только в сыскном деле, но и в жизни вообще. Человек, к которому я до сих пор питаю чувства, без преувеличения, сыновние и которого порой так до сих пор мне не хватает! (Он, кстати, был не такого уж маленького роста, как Вы описали. По крайней мере, я был выше его всего сантиметров на пять — семь, а не „на две головы“, как у Вас в тексте.) Павла Николаевича у нас в Н. еще многие помнят, хотя прошло уже больше тридцати лет. Многие дела, которые он раскрыл, вспоминают (например, дело об ограблении Центральной сберкассы, дело братьев Мукасеевых), учат на них молодежь, хотя, на мой взгляд, для того, чтобы так, как Игумнов, вести дело, нужно единственное и недостижимое — быть Игумновым. А такого человека, увы, уже не будет… Мне — и тогда, тридцать лет назад, и сейчас — кажется, что это не он вел дело, а дело само „раскручивалось“. Павел Николаевич только время от времени аккуратненькими тычками как бы подгонял, направлял его. Это видно не очень, впрочем, явно, и в Вашей „Стрельбе…“, хотя, должен сказать, Павел Николаевич не любил вспоминать ни о Мартыновой, ни о Химике, ни, тем более, о Савостьянове. Он считал почему-то, что не он вышел тогда победителем. В этом я с ним не был согласен, да и Вы, как можно понять из повествования, тоже.

Город просыпался. Поливальные машины умывали его утренние улицы-площади-деревья-клумбы. Звенели на поворотах первые трамваи. Тренькала мелочь в карманах торопливых прохожих. Трещали будильники в домах. Дворники шаркали метлами по сухому асфальту дворов. Нервничало радио последними известиями. Хлопали входные двери подъездов. Заревели мусороуборочные машины. Лаяли собаки. Гремела посуда на кухнях. Начинался новый день. День обещал быть жарким.

Другие книги автора Анатолий Сергеевич Ромов

Российский авианесущий крейсер продан Ирану на металлолом. В своих трюмах он тайно везет сверхновое оружие ценой в миллиард долларов. Уголовные авторитеты, рейнджеры — наемники, коррумпированные чиновники, словно стая акул кружат вокруг лакомой добычи. Убийства, пиратские нападения, кровь и предательство мрачным шлейфом тянутся за кораблем. И всему этому беспределу противостоит один человек — агент Главного разведывательного управления.

Расследование убийства выводит сотрудников КГБ на след преступной группы, переплавляющей за границу ценные произведения ювелирного искусства. Поединок с опытными и хитрыми преступниками оказывается для чекистов серьезным испытанием.

Пятерых раненых участников глубокого разведрейда, располагающих данными большой важности, необходимо срочно перебросить в тыл, в Приморье. Во время полета наш «Дуглас» обстрелял блуждающий японский ночной истребитель. Самолет благополучно сел на Ляодунском полуострове, в нескольких сотнях метров от «Хокуман-отеля» – место отдыха высшего состава командования японской армии.

В центре повести «В чужих не стрелять» действия военных разведчиков накануне Первой мировой войны.

За какой-то час тайфун накрыл остров плотными, тяжелыми тучами. Вечер наступил раньше обычного, это было заметно сразу. Сумерки сгустились уже к трем часам, а низкое сахалинское небо, казалось, совсем легло на крыши домов. Было что-то гнетущее в надсадном вое ветра, в снегопаде, в размытых контурах человеческих фигур.

И даже когда совсем стемнело, на фоне окон и витрин в свете уцелевших фонарей было видно, как валит снег. Лохматые, взъерошенные снежинки шли сплошной массой. Сугробы набухали, затопляли улицы, подбираясь к подоконникам нижних этажей. То, что мягкой тяжестью валилось сверху, вряд ли можно было назвать снегом — словом, за которым с детства видится что-то праздничное. Шел совсем не тот снег, который так украшает новогодние улицы, ресницы и так красиво ложится на провода, крыши, заборы. Это была уже стихия.

Итак, есть треугольник: банкир — бандит — красавица. При таком раскладе без трупа не обойтись. Однако труп бесследно исчезнувшего банкира-американца найти не удается. Зато вскоре частный сыщик Павел Молчанов обнаруживает труп отечественного бандита по кличке Бурун. С красавицей тоже проблемы: ее все время пытаются похитить. Сплошные загадки. Но есть тот, кто знает ответы, тот невидимка, который дирижирует всеми этими преступлениями…

Рано утром, как обычно, примерно в четверть девятого, я вышел из своей квартиры на Харью, недалеко от Ратушной площади, чтобы как раз в 9.30 успеть в управление. Я не спеша шел мимо Ратуши, мимо маленьких кафе, мимо огромной гостиницы “Виру”, разглядывая давно уже ставшие привычными детали улиц, мостовых, тротуаров, домов — так, будто я, старый москвич, шел сейчас не по Таллину, а по одному из арбатских переулков. Стоял конец августа, и было солнечно, но, судя по довольно холодному сейчас воздуху, жара уже прошла и не вернется до следующего сезона. Но все равно, если в августе несколько дней подряд стоит солнце, это, по нашим меркам, идеальная погода.

На I, IV страницах обложки рисунки Геннадия НОВОЖИЛОВА к роману «В ЧУЖИХ НЕ СТРЕЛЯТЬ».

На II странице обложки рисунок Геннадия ФИЛАТОВА к рассказу «СЛОВЕСНЫЙ ПОРТРЕТ».

На III странице обложки рисунок Юрия МАКАРОВА к фантастическому рассказу «УТРО АВТОРА».

Сборник остросюжетных политических повестей, несомненно, будет интересен самым широким кругам читателей. Их ожидает накал событий, гражданский и патриотический пафос повести А. Проханова, рассказ о полной опасности работе чилийских коммунистов-подпольщиков — героев повести В. Машкина, туго закрученный сюжет, острая политическая направленность «Бумеранга» В. Катамидзе и В. Толстова, психологический анализ, напряженность действия в произведении А. Ромова, неожиданность сюжетного поворота, свойственная настоящему детективу, в повести В. Черняка. Заключает сборник материал, подготовленный А. Черкизовым. Это своеобразное интервью Ю. Семенова, которое поможет читателю разобраться в объективных законах жанра, познакомит с методами работы в детективной литературе, авторской позицией писателя.

Популярные книги в жанре Криминальный детектив

Nina Thomas

The grand jury didn’t return a murder indictment against me. I was so relieved I cried. Now that that was behind me, I had something else on my mind-the women who robbed me. They didn’t follow me from Jimmy’s; they were there at my apartment waiting for me. They had to know that I would be at Jimmy’s, and where I lived. I looked at Teena and wondered how they knew that.

I went home with Shay and Teena. They had a surprise party waiting there for me. “Surprise!” Even though I wasn’t in the mood for a party, I acted like I was having a good time, but my mind was focused on how them women knew where I lived. Sometime during the party, I sat down and watched Teena. She was all over the place, like she always was, being the life of the party. After awhile, Shay came and sat with me. “Something bothering you?”

Перевел Артем Липатов

Lawrence Block. Keller's Karma

Перевод с английского © 2000 Артем Липатов

В Уайт — Плейнс Келлер уже минут двадцать сидел на кухне вместе с Дот. Работал телевизор, настроенный на один из «Магазинов на диване».

— Я все время смотрю этот канал, — сказала Дот. — И никогда ничего не покупаю. Ну зачем мне нужны все эти кольца и ожерелья?

— Так зачем смотришь?

Ларри Бейкер с партнером и агентом едут в загородный дом знаменитой актрисы, чтобы убедить ее сниматься в своем первом полнометражном фильме.

Роман «Четыре сына доктора Марча» сделал имя Б. Обер, восходящей звезды детективного жанра, знаменитым. Кто же из четырех сыновей доктора Марча убийца? Читайте захватывающий дневник - исповедь маньяка. Удачливый грабитель банков скрывается под обликом менеджера. Однажды он обнаруживает, что на него началась охота… Романом «Железная роза» Б. Обер опровергает утверждение Жапризо, что на идее близнецов невозможно построить детектив.

Содержание:

Четыре сына доктора Марча

Железная роза

Великолепный Рик Холман, детектив и не чуждающийся женских чар плейбой, вновь распутывает паутину интриг, попадая при этом в серьезные переделки. То он расследует загадочное исчезновение дочери голливудского киноактера, то выслеживает сбежавшего мужа кинозвезды и при этом сам попадает под подозрение в убийстве, то вникает в непростые отношения рок-певицы с автором ее песен и раскрывает убийство поставщика наркотиков, в котором она оказалась замешанной.

Содержание:

Все дело в пакете

Роковой котенок

Куда исчезла Чарити?

Катание с американских горок

Идеально заказанное и выполненное убийство — скажете, что такого не может быть? Герои рассказа готовы поспорить.

А у вас было, что вы очень сильно сожалели о том, что пошли не в то время, не в то место? Я думаю об этом на протяжении одиннадцати часов, ведь все могло быть иначе, если бы не некоторые обстоятельства. Например, я могла бы пойти другой дорогой, или в конце-концов, мой будильник мог не сработать, я могла задержаться на пять минут где-нибудь и опоздать в то злосчастное место. Да хоть что могло произойти.

Спустя два месяца после того, как члены клуба «Воины» обрили себе головы, у Била Бивена по прозвищу Левша произошел конфликт с полицией на Расин-стрит. Полицейские и репортер местной газеты стояли у стола начальника полицейского округа, когда сержант Адамович втолкнул Левшу в кабинет, придерживая его двумя пальцами за широкий ремень. Бивен был крепкий, мускулистый парень, его плечи, распиравшие тесную заношенную голубую безрукавку, так и ходили ходуном. Голова блестела после недавнего мытья, и точно так же лоснился почти скрытый между скулами небольшой нос с перебитой переносицей.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Герои этого увлекательного повествования — сибирские крестьяне, оказавшиеся на сломе эпох. Революционная смута, Гражданская война, крушение традиций… и на фоне этих трагических событий любовная драма главной героини Елены, сложные судьбы её родных и односельчан. Прошедшие через горнило испытаний и потерь, герои укрепляются в мысли, что основа человеческой жизни — это семья и вера, родная земля, дающие силы и поддержку. Неслучайно Валентин Распутин сравнивал «Родовую землю» Александра Донских с «Тихим Доном» Михаила Шолохова.

В центре повести «В ожидании счастливой встречи» жизнь гидростроителей на Крайнем Севере. Жизненная стойкость, мужество, честность отличают династию Агаповых («Пашня»).

Вряд ли думал Ильмар, что путь к разгадке «зеленого призрака» и поиск сокровищ графа Людвига приведут его на путь идеологической борьбы и где ему предстоит решать он на стороне советских эстонцев или националистов, в свое время тесно сотрудничавших с немцами. А еще и самое главное, кто же виноват в смерти отца, кто его предал… Ведь война закончилась только недавно, но ее отголоски врываются в жизнь и молодым парням приходится решать, по какую сторону баррикады они станут. Художники: Ю. Кабанов, В. Туманов.

Повесть о жизни сельских ребят Художник В. М. Воровко.