Академический обмен

В основу книги положен банальный, на первый взгляд, сюжет — обмен профессорами американского и британского университетов. Обычно все проходит гладко и рутинно. Однако на этот раз в обмен вовлекаются два антипода, и на противоположных берегах Атлантики происходят события, закручивающие в свой водоворот всех — студентов, коллег и даже жен. Не давая читателю заскучать ни на одной странице, автор приводит его к финалу, который, похоже, удивляет и его самого.

Отрывок из произведения:

Высоко-высоко в небе над Северным полюсом в первый день 1969 года с суммарной скоростью в две тысячи километров в час стремительно сближались два профессора английской литературы. От стылого разреженного воздуха их защитили герметичные «Боинги», а риск столкновения был сведен к нулю мудрыми устроителями воздушных коридоров. Оба профессора, не будучи знакомы, тем не менее знали друг друга по фамилии. Более того, в тот самый момент между ними происходил академический обмен постами на ближайшие полгода, и во времена неспешных путешествий скрещенье их маршрутов было бы отмечено каким-нибудь интересным человеческим жестом: они могли бы, глядя в телескоп, помахать друг другу с палубы пересекающих Атлантику океанских лайнеров или, что более правдоподобно, вежливо раскланяться из вагонного окна остановившихся рядом поездов, и тот, кто позастенчивей, был бы рад почувствовать, что поезд, наконец, тронулся, и тут же обнаружил бы, что это движется не он, а незнакомец напротив… Но те времена прошли. И оттого, что профессора сидели в самолетах, причем один из них томился от скуки, а другой не мог от страха даже глянуть в окно, а также оттого, что самолеты были друг от друга далеки и не видны невооруженным глазом, пересечение их путей в самой неподвижной точке медленно вращающейся планеты прошло незамеченным для всех — кроме, конечно, повествователя этой, так сказать, дуплексной хроники.

Рекомендуем почитать

Четверо мужчин, близких друзей покойного Джека Доддса, лондонского мясника, встретились, чтобы выполнить его необычную последнюю волю – рассеять над морем его прах. Несмотря на столь незамысловатый сюжет, роман «Последние распоряжения» – самое увлекательное произведение Грэма Свифта, трогательное, забавное и удивительно человечное.

Лауреат премии Букера за 1996 год.

Обаяние произведений Кристофера Ишервуда кроется в неповторимом сплаве прихотливой художественной фантазии, изысканного литературного стиля, причудливо сложившихся, зачастую болезненных обстоятельств личной судьбы и активного неприятия фашизма.

Антония Байетт — современная английская писательница, лауреат Букеровской премии 1990 года (роман «Одержимость»).

В книгу «Ангелы и насекомые» вошли два ее романа — «Морфо Евгения» и «Ангел супружества», повествующие о быте и нравах высшего общества викторианской Англии. В «Морфо Евгении» люди уподоблены насекомым, а в «Ангеле супружества» говорится об их общении с призраками, с духами умерших.

Обаяние произведений Кристофера Ишервуда кроется в неповторимом сплаве прихотливой художественной фантазии, изысканного литературного стиля, причудливо сложившихся, зачастую болезненных обстоятельств личной судьбы и активного неприятия фашизма.

Другие книги автора Дэвид Лодж

В 1988 году роман «Хорошая работа» награжден ежегодной книжной премией Sunday Express и вошел в шорт-лист Букеровской премии. Телевизионная версия романа удостоилась Королевской премии как лучший драматический сериал 1989 года. Ей также присуждена премия «Серебряная нимфа» на фестивале телевизионных фильмов в Монте-Карло в 1990 году.

Университетский городок Раммидж, как мы убедились по прошлым произведениям Д. Лоджа («Академический обмен», «Мир тесен»), — невероятно забавное место. А теперь, на новом этапе своей истории, он вынужден обратиться лицом к миру, командируя на местный завод одну из наиболее талантливых и очаровательных своих представительниц, Робин Пенроуз.

Впрочем, и «старая гвардия», наши добрые знакомые Ф. Лоу, М. Цапп и другие, еще не раз удивят, развеселят и растрогают нас, появившись на страницах нового романа Д. Лоджа.

«Райские новости» — это роман о безнадежно разобщенных людях, которых на короткое время объединяет поездка на Гавайи. Пронизанное юмором повествование перемежается философскими рассуждениями, помогающими понять сложный и запутанный мир героев, нередко парадоксальный, а подчас нелепый и смешной. И нужно невероятное стечение обстоятельств, чтобы, проехав полмира, эти люди научились понимать и ценить друг друга, а главный герой романа наконец-то обрел смысл жизни и подлиннyю любовь.

ISBN 5-94145-063-Х (.Иностранка.) ISBN 5-93381 -074-6 (Б.С.Г.-ПPECC)

Пути ученого неисповедимы, и даже для него самого. В этом суждено убедиться главному герою романа Д. Лоджа «Мир тесен» Персу МакГарриглу, который гоняется по всему миру (верней, по всем научным конференциям мира) за романтическим призраком своей любви, очаровательной Анжелики. Как ни удивительно, но в какую бы даль Перса не занесло, ему встречаются примерно одни и те же лица, вроде наших старых знакомых («Академический обмен», Издательство Независимая Газета, 2000) Ф. Лоу, М. Цаппа и других ученых мужей и дам, которые все так же любят заводить любовные интрижки и попадать в смешные ситуации — и с неизменным академическим достоинством выбираться из них.

Многие любезно помогали мне в работе над этим романом, отвечая на мои вопросы и/или читая и комментируя текст. Выражаю особую признательность Мари Эндрюс, Бернарду и Энн Бергонци, Айзеку Винкелю Холму, Майклу Полу и Мартину Шардлоу.

Все в этан романе - обычная смесь реальности и вымысла, причем персонажи и их поступки вымышлены полностью, за исключением, пожалуй, сценариста документального телефильма, вскользь упомянутого в части четвертой.

Кто из нас не мечтал прочитать мысли другого человека? Тем более — любимого человека. Тем более когда любимый человек — твоя полная противоположность.

Он — профессор, изучающий сознание и искусственный интеллект, она — автор «женских романов», он — донжуан, она — католичка, он — окруженный любовью семьянин, отец четырех детей, она — вдова, недавно потерявшая мужа.

В своих дневниках они оба думают… О любви и предательстве, о Боге, о смерти, о назначении науки и литературы, о материальном и духовном, о сексе… о сексе, быть может, чаще всего…

Современный английский писатель Дэвид Лодж известен российскому читателю своими книгами «Академический обмен» и «Райские новости». Роман «Думают…» выходит на русском языке впервые.

Повесть (2000) хорошо известного (в том числе и российскому читателю) англичанина (р. 1935), написанная на базе одноименной пьесы 1998 года. Драматургическая основа текста очевидна: собственно авторский текст (не диалоги) более всего напоминает развернутые театральные ремарки. Формально перед нами — «четырехугольник»: прозаик-неудачник, его жена, его успешный коллега (вся тройка — близкие друзья еще с юности) и журналистка, известная своими скандальными интервью. Частная история, затрагивающая прежде всего вопросы журналистской этики (прежде всего — возможность публичного обсуждения личной жизни популярных личностей), в финале мощно рифмуется с реальной национальной трагедией, случившейся по вине вездесущих папарацци. (Дело происходит летом 1997 года). Опубликовано в журнале "Иностранная литература", № 7-2009.

Популярные книги в жанре Современная проза

Будильник звонил и звонил, а Ясмин никак не могла проснуться. Во сне происходили бурные события и звонок был тем самым звонком в дверь ожидаемого с нетерпением человека. Наконец она распахнула в дверь. За ней была пустота. И только тогда она пошевелилась, с усилием разлепила веки и с разочарованием поняла, что тот человек не придет, а звонит ненавистный будильник и ей надо вставать и идти в темноту, слякоть, «нести свет просвещения в массы». Она тихо оделась, чтобы не разбудить своих спавших сладким сном подруг. Одна из них Ира, открыла один глаз, оценила ситуацию, перевернулась на другой бок и очень довольная тем, что вставать нужно не ей, тут же уснула.

© Peter Robinson. Snapshots from Hell: The Making of an MBA

Издательство Warner Books, 1994 г.

ISBN: 0-446-67117-7

© Перевод c англ. и примечания: Игорь Судакевич, 2002 г.

От переводчика

Любое редактирование и коммерч. использование данного текста, полностью или частично, без ведома и разрешения переводчика запрещены.

ЭТОТ ПЕРЕВОД НИКОГДА НЕ ПУБЛИКОВАЛСЯ. УБ-Б-БЕДИТЕЛЬНО ПРОШУ НЕ РАСКИДЫВАТЬ ФАЙЛ ПО СЕТИ.

Бледные летние сумерки спускались на Дворцовую площадь. Приближалась таинственная минута прихода белой ночи с ее особой прозрачностью и объемностью, когда каждая тень и каждый звук живут своей частной жизнью и полны смысла и значения.

В Петербурге гуляли. Гуляли в трактирах и питейных заведениях, в гостиницах и ресторанах, во дворцах, на Островах. Гуляли и в Зимнем, во внутреннем летнем саду, за прикрытыми коваными воротами. Зеваки из народа группками стояли поодаль, глядя на освещенный проем ворот, за которыми разыгрывалось волшебное действо.

Мне сюда сесть? На диван? Спасибо. Какие комковатые подушки! Я дам совет. Перо хорошо просушивать в духовке. Это просто: перебрать – и в наволочку на выжарку… Подушка потом делается легкой, укладистой… А у вас одни комки… Конечно, вам не до этого… Я вот пришла. Отнимаю время. Нет, ни чаю, ни кофе. Стакан сырой воды… Прямо из крана. У меня пересыхает горло. Сколько вы мне дадите лет? Не стесняйтесь… Мне можно сказать все. Потому как и я могу сказать все… Вам, например, пятьдесят с хорошим хвостом, хоть вы с тенями и с бантиком на голове. Вы пожилая и не очень счастливая. Да? Теперь говорите мне… какая. Не хотите… Пришла, мол, сволочь, и хамит. Вы еще не знаете, какая я сволочь. Я вас только готовлю. Стакан у вас тусклый… Вы его полощете под водой, и все. А я мою в крепкой соли и протираю так, что не без крови… Видите порезы на пальцах? Это от стаканов. Я уже перехожу к делу. Стаканы – важная деталь.

Зарисовка про музей, как маятник времени, и птице, спорящей с Бабой-ягой за первенство в небе.

Большой стаpый дом в пpестижном pайоне Москвы. Населен пpеимущественно стаpиками и стаpухами. Они вpемя от вpемени умиpают. Их выносят хоpонить во двоpе, в песочнице. Тела волочат по коpидоpу. В песочнице находится бpатская могила.

Он подошел к двеpи дома, двеpь откpылась. Он вошел в двеpь, двеpь закpылась за ним. Его не стало. За двеpью была жизнь, котоpая напоминала пpежнюю, но это была новая, совсем иная жизнь. Он вошел в новую жизнь, в стаpой его не стало. В стаpой жизни он пеpестал быть. В новой еще не научился. В чем смысл новой жизни он еще не знал, но понимал, что новая жизнь питается новой идеей. Этой жизни он еще не понимал, но знал, что поймет. Есть всегда изpядное число знатоков жизни, но откpывает двеpь в новую жизнь только тот, кто не пpосто знает стаpую жизнь, но и находит доpогу к новой, тот кто окажется глуп и бездаpен по отношению к стаpым пpавилам. Ничем нельзя опpавдать себя, pазве что познанием доpоги к новой жизни.

Алиса Уиндем боится птиц. Но получает странный подарок от старушки, скончавшейся прямо на ее руках. Невзрачное перо сиелулинту, полуночника.

Теперь Алиса – птицелов и знает, что может читать души как раскрытую книгу.

Когда лучшая подруга Алисы попадает в автокатастрофу, она должна проникнуть в Обитель Смерти, чтобы спасти ее. Добраться до Черного зверинца, где находят кров полуночники, если души их владельцев отлетают прочь. И украсть душу-птицу у самого Повелителя мертвых.

Лотта Бёк – женщина средних лет, которая абсолютно довольна своей жизнью. Она преподает в Академии искусств в Осло, ее лекции отличаются продуманностью и экспрессией.

Когда студент-выпускник режиссерского факультета Таге Баст просит Лотту принять участие в его художественном проекте, Лотта соглашается, хотя ее терзают сомнения (шутка ли, но Таге Баст ею как будто увлечен).

Съемки меняют мировосприятие Лотты. Она впервые видит себя со стороны. И это ей не слишком нравится.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

— Перегонять скот — все равно что отправлять нужду в ненастную погоду, — философски изрек И. В. — В обоих случаях можно искупаться не только в славе, но и в дерьме.

Слокум механически кивнул головой и зевнул. Он уже был сыт по горло бесконечными разглагольствованиями И. В. о мире, Западе, людях, скотине и дерьме, которыми тот его пичкал всю дорогу до Абилина и все обратные шестьдесят миль к юго-востоку от Ашланда, штат Монтана. Не то чтобы И. В. был самым большим треплом и занудой, с которым Слокуму когда-либо доводилось гонять скот, но семьсот миль верхом вокруг Черных гор по границе Плохих земель, через Великие равнины — вымотают душу из кого угодно. В монотонно-размеренном течении времени звук человеческого голоса действовал на нервы, как жужжание пчелы перед носом.

Логинов Андрей

Дневник качка

1. Фильм с Аpнольдом

Сегодня с пацанами посмотpели фильм *** с Аpнольдом Шваpцнеггеpом, где он очень кpутой и всех победил. Он такой накачанный, и говоpят, что очень умный и у него большая заpплата. Я долго думал, и понял, что все это потому, что он накачанный. Я pешил стать таким же сильным и мускулистым.

Всем пацанам тоже понpавилось, и все хотят быть как он, но получится только у меня, потому что я самый лучший. Мы pассказали девченкам в классе о фильме, и только Анька сказала, что это уpодство какое-то. Она мне нpавится, но ей нpавится дылда Петька, потому что он в сбоpной школы по баскетболу. Hо когда я накачаюсь, я побью Петьку и буду нpавиться Аньке.

Ю. ЛОГИНОВ

Трансгалактическая "Абракадабра"

...Трансгалактический звездолет класса "увидели - упали" "Абракадабра" выполнял сложный маневр. Командир корабля Ый не отрывал своих стереообъективов от экрана. Он весь дрожал от напряжения.

...По пыльной деревенской дороге шагали двое мальчишек. Они о чем-то громко спорили. Вдруг один из них остановился и, хлопнув себя по голове, прошептал: "Витька, а Витька, глянь, кастрюля летит". Витька недвусмысленно покрутил пальцем у головы. Но первый мальчишка настаивал на своем. Тогда Витька тоже поднял голову и от неожиданности присел. На них пикировала обыкновенная кастрюля, серебряного цвета с закопченными боками и дном. Мальчишки еще несколько минут стояли разинув рты, кастрюля плавно снижалась и скоро приземлилась в десяти метрах от приятелей.

Логинов Олег

Янкелевич в стране жуликов

ГЛАВА I

Снилось ли когда-нибудь крейсеру "Аврора", что один его холостой выстрел вызовет грандиозный взрыв на одной шестой части суши и основательно потрясет весь мир. Скорей всего не снилось. Поэтому и бабахнул он из носового орудия 7 ноября по новому календарю. Услышав выстрел, большевики решили, что пришло их время. Матрос с солдатом, стреляя на ходу, побежали брать Зимний. Условием любой революции или переворота является необходимость срочно что-нибудь взять. Президентский дворец, Бастилию, Зимний или, на худой конец, Останкино. Высокообразованные члены временного правительства такой простой вещи не знали. Части регулярной армии они отправили на фронт, оставив для обороны дворца юнкеров, да женский батальон. В результате, вскоре, поблескивая пенсне, покинули Зимний под конвоем. А их места заняли пролетарские министры с четырьмя классами церковно-приходской школы, которые тут же принялись строить свой, новый мир. Идея была хорошей. Как "солнечный город" Кампанеллы. Поскольку народу прежняя жизнь при батюшке царе стояла уже поперек горла, идея новой жизни ему понравилась. Только почему-то вместо равенства, братства и всеобщей любви получился сплошной красно-белый террор. Красные приходят - грабят, белые приходят - опять грабят. Куда податься простому человеку? Да заграницу, если деньги есть.