Афоня, или Путешествие тверского купца Никитина к Древу желаний

Афоня, или Путешествие тверского купца Никитина к Древу желаний

Молодой тверской купец Афанасий Никитин находит древнее родовое завещание с картой, на которой означен маршрут к Древу желаний в Индии. Ее выкрал из библиотеки Царьграда пращур Никитиных — храбрый берсерк Ингварь.

В путешествие Афоня берет с собой философствующего медведя Зигмунда.

Разведчик иезуитов устремляется в погоню за Афанасием.

В повести много аллюзий. Повествование изобилует неожиданными поворотами сюжета и непредсказуемыми реакциями персонажей на все превратности путешествия.

Отрывок из произведения:

Тверь и в шестнадцатом веке была не самым лучшим русским городом. Поэтому в тендере на столицу Руси и выиграла Москва, хотя тоже слыла в народе тем еще местом. А Тверь, даром, что была в средневековые времена торговым центром, перевалочной купеческой базой, одним словом, была своеобразной оптовкой, но во всем остальном — темень тьмущая и полная антисанитария.

Жил в Твери купец, звали его Афанасий Никитин, а попросту Афоня. Дело купеческое досталось ему по наследству от отца. Батя его недавно преставился и кроме своего торгового дела оставил сыну заботу о своем втором совсем больном отпрыске Емельяне, да еще и всякий хлам на чердаке большого родового дома.

Другие книги автора Игорь Станиславович Буторин

Однажды Гонзо влюбился в культурную девушку. Она работала в музыкальном театре и очень хотела замуж, а, быть может, просто секса. Ни того, ни другого по месту ее работы случиться не могло, так как в театре практически не было мужчин, а водились одни лишь пидорасы. А тут появился Гонзо. Конечно, она его тоже сразу полюбила.

Девушка была очень культурная, она несколько раз посмотрела фильм «Раба любви» и решила во всем походить на главную героиню киноленты. Потом даже прочитала до середины толстую книжку «Анна Каренина», когда же ей рассказали, чем же там все дело кончится, то оставила чтение, но решила брать пример еще и с Анны. Эти два события в ее жизни сыграли немаловажную роль.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Его рассказы о сверхъестественном отвергают как аллегорические толкования, так и научные объяснения. Их нельзя свести ни к Эзопу, ни к Г. Дж. Уэллсу. Еще меньше они нуждаются в многозначительных толкованиях болтунов-психоаналитиков. Они просто волшебны.

Пара дней из жизни героев КТ. Предыстория: десять лет назад мне пришла в голову мысль написать роман, но я вовремя понял, что пока не потяну, брошу на середине. Тогда я стал писать продолжения. Это — одно из них, единственное, которое не стыдно выложить. Остальные — в мусор.

1. Я построил Машинку. В ней много замечательных колесиков, деловитых шестеренок, сверкающих стеклышек и прочих штуковин. Она жужжит, как здоровенный жук, когда движется вперед, она шелестит бабочкой на пути назад, на поворотах она скрипит, как сверчок. На ее левом боку я написал: «Сепаратор турбо», а на правом – «Чик-чик тарантул». Она и впрямь чем-то похожа на шустрого паука-сенокосца, хотя в ней есть сходство и со скорпионом. В общем, она очень красивая, моя Машинка. Только вот Джил испугалась и сказала: «Это – твое очередное безумие, которое ничем хорошим не кончится». Мне понравились ее слова и я написал на Машинке спереди: «Мое очередное безумие, которое ничем хорошим не кончится».

Хусейн повернул лампу, любуясь ее красивой формой, как вдруг с удивлением заметил, что светильник трясется в его руках. Дрожь становилась все сильнее, а затем из лампы вдруг повалил светящийся сиреневый дым…

Из службы Контроля Границ беспокоят не каждый день, даже если ты Рыцарь первого класса, каких на все Зоны не больше десяти!..

Некоторым литературным героям, в частности героям фантастических произведений, тоже иногда приходится искать себе место службы. Среди них и Саурон…

Солнечные лучи, разрезанные витражом окна, падали на пол разноцветными неровными квадратами. Яркий весенний день вступал в свои права, и подстать ему было настроение у Ольгерда. Подходил срок его ученичества. День-два, и старый Гедимин, учитель, наставник, посвятит его в маги…

…В лицо путешественнику недружелюбно смотрели кончики стрел. Держали луки крепкие, звероватого вида мужики, загорелые дочерна и одетые в рванье. На одном Аскарих успел заметить совсем новые, хорошей кожи, сапоги…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Тяжелые плотные шторы на окнах надежно защищают мою комнату. «Там» – светит яркое солнце, «здесь» – царит привычный полумрак. Это мой маленький уютный мир. Большой письменный стол, оставшийся еще от отца, пахнет старой древесиной и чем-то неуловимым, но очень приятным. Наверное, такой запах имеют знания, впитанные столом за всю его жизнь. Недавно в нем завелся какой-то жучок, который все время тикает, как часы.

«Тик-так, тик-так», – по неутомимому труженику можно отмерять время.

Семнадцать лет – славный возраст, чтобы стать рыцарем после выпускного экзамена. Или умереть. Завтра нам всем предстоит последнее испытание. Всем наивным, гордым, вспыльчивым, храбрым и самоуверенным юнцам, захотевшим получить права рыцарей Пятого королевства.

Я вглядываюсь в лица друзей и недругов (а как же без них-то), стоящих в строю слева и справа от меня в главном зале Академии. Всех, как один, с нетерпением ожидающих, когда назовут их имена. Будущие рыцари… Молодые глупцы, не видевшие настоящей крови и сражений. А я видел… Как умирал мой отец, пронзенный стрелой гоблина. Как истекал кровью старший брат, сдерживая толпу врагов на главной лестнице.

– Что такое жизнь? – спросил Абсолют.

– Жизнь – это жизнь, – ответил Бродяга. Абсолют некоторое время помолчал. В возникшей тишине холодный ветер шелестел по каменным плитам колючими песчинками.

– Интересные вы существа, люди. Может быть, я еще поговорю с тобой. В следующий раз.

* * *

Монах Ич из храма Ожидающих неподвижно сидел в зале Часов. Его худые ноги переплетались в позе преклонения перед великим Временем. Руки обнимали внутреннюю вселенную. По гладко выбритому черепу монаха от левой части лба к правой части затылка, словно разделяя голову пополам, пролегала татуировка в виде штриха – знак запретного числа.

Хорошо, когда есть Цель – радостное ощущение собственной полезности. Можно ни о чем не думать и не вспоминать. Палец давит на спуск. Выстрел отдается толчком в плечо. Пуля калибра 16,3 миллиметра пробивает череп крупного тахорга. Зверь бежит на меня еще несколько шагов, затем грузно оседает, вспахивая землю клыками. Рядом извивается раненый шерстистый ихтиомаммал. Что делает на суше водяное животное? Какая сила их всех пригнала сюда? я не рассуждаю. Я нажимаю на спуск. Мне надо защитить людей.