А дело шло к войне

Кербер Л.Л.

А дело шло к войне

Аннотация: Как и где ковалось оружие победы - о жизни в тюрьме и работе там же наших выдающихся авиационных конструкторов - Мясищева, Петлякова, Туполева, и многих других....

С о д е р ж а н и е

Гражданин Туполев. Е. Вентцель

Часть 1. А дело шло к войне

Часть 2. Эпопея бомбардировщика Ту-4

Гражданин Туполев

Предлагаемые читателю очерки "А дело шло к войне" - примечательный образец ярко-публицистической и в то же время художественной прозы, Их автор известный авиационный конструктор, доктор технических наук, лауреат Ленинской и Государственной премий Л. Л. Кербер в течение ряда лет делил трудную судьбу заключенного со знаменитым конструктором и ученым Андреем Николаевичем Туполевым. Написанные в конце 50-х годов, эти очерки до сих пор не могли быть опубликованы: слишком сильна была инерция "годов застоя", лицемерный принцип "не выносить сора из избы". Но избу не очистишь, не вынеся из нее сора. Теперь, в условиях гласности и демократизации, эти правдивые и беспристрастные свидетельства очевидца драматических событий в истории нашей науки и техники могут наконец выйти в свет. В них освещается одно из "белых пятен" нашей истории, а именно - существование и функционирование в годы культа личности особого рода тюрем - специальных конструкторских бюро, где ученые и конструкторы, репрессированные в качестве "врагов народа", работали над созданием новых, прогрессивных образцов техники. Такие тюрьмы с особым режимом на языке заключенных назывались "шарагами". В очерках Л. Л. Кербера ярко и впечатляюще обрисован быт одной из таких "шараг": подробности тюремной обстановки, методы охраны, изоляции, поощрений и наказаний спецзаключенных, их "прогулки" на крыше дома в клетке - "обезьяннике", их начальники - чины НКВД, ни аза ни понимавшие ни в науке, ни в технике, но все же числившиеся "руководителями" работ.

Другие книги автора Леонид Львович Кербер

Работа проф. Г. Озерова (Настоящий автор Л.Л. Кербер) – «Туполевская шарага» – может быть рекомендована каждому, желающему познакомиться с одним из необычайных порождений сталинского периода – с системой так называемых ОКБ ЭКУ ГПУ-НКВД (Особых конструкторских бюро Экономического управления ГПУ). Автор наглядно и реалистически рисует быт, рабочую обстановку и, что наиболее важно, настроения заключенных специалистов. Некоторая перегрузка текста именами и техническими данными о конструкциях и типах самолетов, несколько затрудняющая чтение для широкого читательского круга, повышает ценность этой работы для людей, изучающих сталинский период.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

публикуются по газетам «Дни» и "Последние новости".

1925, 1926, 1927, 1929, 1930 годы.

Серия "Жизнь замечательных людей" представляет биографию Кэте Кольвиц (1867-1945), немецкой художницы, графика и скульптора. Кете Кольвиц известна своими литографиями и офортами, изображающими рабочих, матерей с детьми, людей, страдающих от голода, холода, нищеты и войны.

Содержит иллюстрации.

Николаевский Борис Иванович

(псевд. А. Андреев, Н. Борисов, Г. Голосов, Е. Николаев и др.) (8.10.1887, Белебей, Уфимской губ. - 1966, Нью-Йорк) - историк, политический деятель.

Сын священника.

Обосновавшись в Берлине, выступал со статьями и обзорами в журнале "Новая русская книга" (1922-23), печатался также в сборниках С.Мельгунова "На чужой стороне" (1924-25) и "Голос минувшего на чужой стороне" (1926), в журналах "Современные записки" (1938-40), "Русские записки" (1938-39).

Колбасьев Сергей Адамович

"Джигит"

Hoaxer: повести "Арсен Люпен", "Джигит" и "Река" составляют трилогию, объединённую главным героем - Бахметьевым. Если представить С.А. Колбасьева стоящим в Настоящем и освещаемым светом Будущего, то Бахметьев - тень Сергея Адамовича Колбасьева, тянущаяся в Прошлое. Или из прошлого, тут уж как посмотреть.

1

Самая лучшая служба, конечно, на миноносцах. Не очень спокойная и не слишком легкая, особенно в военное время: из дозора в охранение и из охранения в разведку; только пришел с моря, принял уголь, почистился - и пожалуйте обратно ловить какую-нибудь неприятельскую подлодку или еще чем-нибудь заниматься. Словом, сплошная возня с редкими перерывами на ремонт, когда тоже дела хватает. И все же отличная служба. Совсем не такая, как на больших кораблях, которые воюют, преимущественно оставаясь в гаванях, и от скуки разводят всевозможную строевую службу и торжественность в казарменном стиле.

В своё время Евгений Лукин любил повторять, что Боря Штерн просто обязан написать "Штернтиментальное путешествие", а я, как человек, отработавший два года грузчиком в магазине, должен создать "Мои универсамы".

Памятуя, что лучше поздно, чем никогда, я взялся за это сочинение.

Выкладываю воспоминания в том порядке, как они пишутся. Потом всё будет перекомпановано и возможно написаны связки, чтобы текст не слишком рассыпался.

Библиотека журнала «Казань» — № 9-12/94

Спецвыпуск: у нас в гостях — Академия наук Республики Татарстан

От издателя

В данной документальной повести излагается трагическая и прекрасная судьба великого изобретателя Льва Сергеевича Термена (1896–1993), пионера электронного искусства, который в последние годы своей жизни тесно был связан с автором книги и СКБ «Прометей», неоднократно бывал в Казани и выступал перед казанцами. Искусство и «тайная» техника, аплодисменты восторженных залов всего мира и тихие кабинеты Лубянки, — этот союз белого и черного, добра и зла сопровождал его всю долгую, почти вековую жизнь...

Bulat Galeyev's documentary book «Soviet Faust» reveals tragic and beautiful fate of great Soviet inventor Lev Sergeyevich Termen (1896–1993), electronic art pioneer who had tight relations with author of the book and SKB «Prometheus» in last years of his life. Lev Sergeyevich visited Kazan many times, appearing before its citizens. Art and «secret» technology, storm of enthusiastic applause in concert halls all over the world and silent KGB rooms — such combination of black and white, of evil and goodness was distinctive feature of all his long, almost century long life.

Книга издана при содействии Фонда современного искусства Сороса (Россия, Москва)

В книге использованы графические портреты работы казанского художника Н.Альмеева, а также фотографии, сделанные Р.Сайфуллиным, Р.Мухаметзяновым, Ф.Губаевым, С.Зориным, Л.Кавиной, А.Кулешовым, И. Снигиревым (и неизвестным фотографом из ведомства Л.Берия). Стихи из «Фауста» Гете цитируются по изданию: Гете. Фауст. — М.: Искусство, 1962 (в переводе Н.А.Холодковского).

© Галеев Булат Махмудович

Автор книги, на основе личного опыта, рассказывает о малоизвестных эпизодах Великой Отечественной войны — действиях разведывательно-диверсионных групп Центрального штаба партизанского движения на южном фланге Сталинградского фронта в 1942 году. При этом он не ограничился воспоминаниями о рейде лишь одной своей группы, а проанализировал практику такого рода действий в целом.

От издателя: Книга включает статьи 72 авторов — в основном ученых, работавших с А. Д. Сахаровым, знавших его в разные периода жизни. Здесь и сотрудники по работе над ядерным оружием, коллеги из Физического института, однокурсники по учебе в МГУ, физики из США, Израиля, других стран. Книга включает уникальные материалы о крупнейшем в истории испытании сверхмощной водородной бомбы, горькой ссылке и трагических месяцах голодовок А. Д. Сахарова.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Фарман Керимзаде

ЭТЮД

Искал я красавицу, угли в очах,

Черные косы на белых плечах...

И не напрасно говорят, что красавицы достойны того, чтобы о них слагали легенды, придумывали сказки. Улицы города были выложены камнем. Как кукуруза зернами. И стены домов были из камня, походившего на плитки истлевшего кизяка. Дома были одноэтажные. Недавно выстроенный Дом отдыха напоминал облако, опустившееся на вершину горы. И здесь я искал красавицу с изогнутыми бровями.

Фарман Керимзаде

СВАДЕБНЫЙ БАРАШЕК

По бревну, перекинутому через ручей, шел баран с круто завитыми, спиралевидными рогами. Шерсть его была выкрашена хной, рога повязаны красной лентой. На шее в жирных складках был привязан медный колокольчик. И вышагивал он очень важно, с достоинством. Курдюк его тяжело покачивался, казалось, что баран сейчас свалится. Но он, словно цирковой пехлеван (богатырь - ред.), без особого труда нес эту тяжесть. Колокольчик зазвенел сильнее. Баран словно предупреждал встречных: "Любоваться мною вы можете, но не стойте на дороге. Я ведь все равно пробью ее себе. Я баран избалованный, но храбрый баран".

Людвик ЕЖИ КЕРН

Жил на свете Али

Али-капитан

Он объехал много

Самых разных стран.

И хоть с виду был он

Очень уж сердит

Среди моряков

Был тем знаменит

Что привез однажды

На корабле

Целый зверинец

Вы верите мне?

Говорит он басом

Как будто бы строго

Не так чтобы мало,

Не так чтобы много.

А то вдруг шутку

Выдает впридачу.

ДЭВИД КЕРР

ПОСЛЕДНИЕ ИЗ НЕВИННЫХ

Перевод с англ. Л. Терехиной и А. Молокина

Жавино предложил им домашнего вина. Расположившись в его прохладной каменной лачуге, они смотрели на горы, бесплодные и сверкающие в лучах солнца, и слушали, как Жавино бессвязно рассказывает о нападениях.

- У всех свои теории на этот счет. Вон тот репортер считает, что это бандиты. Вы когда-нибудь слышали, чтобы бандиты воровали кур, когда полным-полно кемпингов и разгуливают туристы с толстыми кошельками и голыми задницами? Нет уж, извините... В Санта-Флорент говорят, что это спустившиеся с гор медведи. А полиция полагает, что это дело рук арабских фанатиков из "Порто Веччио".