2077

2077

Вожак стоял на расчищенной от деревьев и кустарника площадке, между зданием станции и ближайшим составом. На нем была удлиненная одежда из волчьих шкур, мехом вовнутрь, с нашитыми поверх шкуры растянутыми человеческими лицами, за плечом вожака виднелся довоенный пластиковый лук для спортивной стрельбы, и колчан со стрелами. Одни «маски» на волчьей шкуре изображали ужас и боль, другие «улыбались». Голову вожака накрывал капюшон, сделанный из волчьей морды так, что издалека он был похож на египетского бога Анубиса. Перед вождем стояли одетые в шкуры и какие-то лохмотья люди. Людей было не меньше полусотни. Вооруженные копьями и топорами, обросшие бородами, с колтунами в грязных волосах, и безбородые (среди них были и женщины) все они смотрели на него с ожиданием. У ног вожака лежал труп человека с признаками явно насильственной смерти. Это был бритый наголо мужчина, одетый в куртку из хорошо выделанной черной кожи и темно-серые штаны. На ногах были высокие ботинки. На правом виске мертвеца вытатуировано изображение молнии, стилизованное под латинскую «S».

Отрывок из произведения:

25 февраля 2077 г. Юг бывшей России, где-то в Ростовской области, узловая станция. Раннее утро

Когда-то это место было крупной железнодорожной развязкой. От расположенного неподалеку поселка остались только заросшие лесом остатки стен и фундаментов, да несколько монолитных строений из армированного бетона и плит перекрытия. На станции, рядом с поселением племени, уже почти шестьдесят лет ржавели несколько железнодорожных составов из цистерн и полувагонов. Остановившийся здесь когда-то электропоезд сгнил настолько, что от него остались только колеса и ржавые платформы. Рельсы местами скрывал слой грунта, еще прикрытый кое-где потемневшей снежной коркой. Снег на крышах ржавых вагонов давно растаял, растопленный нагретым скупым февральским солнцем металлом. Составы стояли здесь уже так давно, что между некоторыми вагонами успели вырасти полувековые деревья. Здание станции, с часами без стрелок и провалившейся крышей, усугубляло картину запустения.

Другие книги автора Юрий Симоненко

Второй день Солнце не показывалось из-за пепельно-серых туч. Местоположение светила еще можно было определить по бледному пятну на небосводе и редко пробивавшимся сквозь тяжелые тучи тонким лучикам, но с каждым новым днем света становилось все меньше и меньше. Несмотря на тучи и явно повышенную влажность, нормального дождя не было уже четвертые сутки (если не считать за таковой редкие грязные капли, срывавшиеся время от времени с угрюмого неба), но, пожалуй, это и к лучшему. Пятый день в пути, — последние два дня человек брел вдоль железной дороги, стараясь не выходить без необходимости на насыпь чтобы не привлекать к себе лишнего внимания выживших (у человека уже имелся опыт таких встреч…).

Иван в тот день проспал на работу и оттого, едва открыв глаза, он взлетел с койки так, будто она горела огнем, и, замедли он хоть на секунду, непременно бы сгорел в ней заживо. Так могло показаться стороннему наблюдателю. На самом же деле не увольнения он боялся, — кто ж его уволит, когда не так-то много желающих работать на его месте? — а того, что за опоздание полагался штраф, составлявший примерно семьдесят процентов от его дневного заработка. Метнувшись пулей по маршруту: туалет — ванная — кухня он, спустя десять минут выбежал на лестничную площадку. Проклятый лифт не работал, и Иван, подобно горному козлу, поскакал по лестнице, перепрыгивая разом через несколько ступенек.

Главный герой приходит в себя на больничной койке и видит, что вопреки здравому смыслу мертвые ходят и нападают на живых. Где он? Реален ли этот мир и является ли он единственным из миров? И кто он сам такой — человек из плоти и крови? Или лишь иллюзия, призрак кого-то иного? Ответы на эти вопросы ему предстоит найти.

Проснувшись утром, Серж Зимин первым делом очистил кэш сновидений. То, что ему снилось последние несколько дней, не вызывало желания пересматривать это снова. «Возраст…» — сказал он себе, сворачивая приложение. «Приснится же херня…»

Он встал с кровати, потянулся, подошел к окну. Окно спальни выходило на задний двор, где Вениамин Палыч, старший лакей дома «ставил задачу» дворнику и еще двоим людям, мобилизованным, по-видимому, на уборку листьев. Заметив молодого господина, Вениамин Палыч учтиво поклонился и просиял. Зимин-младший вяло сделал ладонью и отошел от окна. Скука. Осень.

Этот умирающий мир лежит во тьме. Ночь здесь сменяют сумерки, а сумерки — новая ночь. Солнечный свет — привилегия немногих избранных, жителей небесных островов. Для всех остальных — лишь грязь и смрад перенаселенных мегаполисов, где есть место только изнуряющему труду на благо небесной элиты и фабрикантов, среди уличных банд и таких же (если не хуже!) бандитов-полицейских. Если вы родились внизу, под Завесой, то вы — бесправный скот, «быдло», обреченное тянуть лямку и молчать всю жизнь. Если только не осмелитесь сжать покрепче кулак и двинуть им в самодовольную полицейскую харю со словами: «Солнце для всех, сука! Солнце. Для всех!»

Земля. После Третьей мировой войны прошло 1687 лет. Мир, в котором прогресс поставлен на службу глобальной олигархии, в котором вот уже полтысячелетия правит Мировое Корпоративное Правительство. Высокие технологии, тотальный контроль и жестко закрепленное социальное неравенство — таков мир восставший из руин апокалипсиса. Программист крупной компании по имени Макс, киберпреступник и «пират», неожиданно получает повышение по службе — оказывается в кресле начальника одного из отделов. Так начинается история, в ходе которой он будет втянут в противостояние агентов революционного Подполья, вездесущего Бюро — могущественной  спецслужбы — и корпоративной полиции. Но все это — мелочи, по сравнению с готовящимися событиями мирового масштаба, за которыми стоят бессмертные сверхлюди — прогрессоры могущественной цивилизации аиви.

«Работа над ошибками» — роман, написанный на стыке жанров социальной и научной фантастики. Действия происходят на разных планетах и в разное время. Герои романа — представители различных человеческих рас. Революционеры-агаряне — жители увязшего в высокотехнологичном средневековье мира, где вот уже два с половиной тысячелетия властвует Вселенская Церковь, священники которой приносят своему богу кровавые жертвы; монарх последнего уцелевшего в ядерном Армагеддоне земного города, мечтающий изменить мир и его далекие потомки — граждане воспрянувшей из радиоактивных руин и ставшей глобальной цивилизации; раса бессмертных людей-богов, сверхразумные корабли которых исследуют Галактику… Истории их переплетаются в пространстве и во времени. Разные миры и разные люди. Но стремление общее — прогресс — извечное противостояние разума упадку и забвению, стремление к свету знания из оков слепой веры; преодоление векового отчуждения человека от мира и от себя самого — борьба за свободу от гнета экономического и политического, за свободу мыслить и чувствовать, за право быть собой.

Они думали, что с нами покончено, что они победили. Но мы вернулись. Мы снова на свободе. И теперь все будет иначе. Теперь все изменится. Теперь у нас есть преимущество — есть союзник, с которым вместе мы сокрушим их. Действующему миропорядку приходит конец, хотя он еще об этом не знает…

Память десятков тысяч наших товарищей, революционеров, сражавшихся за лучший мир до последнего вздоха, будет отомщена. Ждать осталось не долго.

В самое ближайшее время — я говорю о днях, неделях, в крайнем случае, месяцах — от наших рук падут президент, министры, сенаторы, главы корпораций, судьи, прокуроры и их верные псы — имперские генералы и полицаи. Их дни уже сочтены. Мы придем за каждым. И мы огласим наш приговор, и все в империи ОДШЗП и за ее пределами услышит его. Крестьянин на жаркой плантации в восточном полушарии и фабричный рабочий на Западе; лишенный права голоса житель колонии и его надсмотрщик-полицай; сытый обыватель — патриот и лоялист, здесь, в метрополии и его сосед, пусть и тоже сытый, но знающий цену этой сытости и потому стыдящийся ее и потому готовый действовать; солдат с тщательно промытыми мозгами, готовый убивать за вскормившее и выпестовавшее его государство и городской партизан. Услышат и разделятся. И каждый выберет сторону.

Популярные книги в жанре Боевая фантастика

Да уж, мастер Боба Фетт, дело и впрямь серьезное. Во дворце Джаббы Хатта больше ни о чем другом не говорят. Но это меня ничуть не удивляет: еще никому не удавалось вот так вот проползти под шкурой Джаббы, как сделали этот самозванный рыиарь-джедай и его дружки. Да вы сами подумайте: это ж какую надо иметь наглость, чтобы явиться во дворец, угрожать хатту, покалечить его ранкора, еще и освободить этого грошового псевдоконтрабандиста Соло… Нет, я, конечно, восхищена их храбростью, но не могу того же сказать об их здравом смысле. Так сказать, не самое умное дело — злить Джаббу Хатта подобным образом.

Гартогг, охранник — гаморреанец, вразвалку топал по скудно освещенному коридору дворца, направляясь к комнатам, отведенным для слуг. Он добросовестно нес патрульную службу, когда услышал позади себя шум. Центральные ворота с грохотом захлопнулись, загремели цепи; Гартогг остановился, задумчиво похрюкивая, а при звуке протестующего рева вуки заторопился к воротам, потому что хотел доказать Ортуггу, начальнику их стражи, что тоже чего-то стоит.

Кругом расстилалась выскобленная поверхность, кое-где торчали голые пропеченные скалы без единого увядшего листочка или стебелька, нарушившего бы однообразность серо-голубого камня. Лишь над трещиной, которая от горизонта до горизонта рассекает этот пустынный мир, склонилась фигура в плаще. Только в этой трясине происходит какое-то движение, медленное поступательное перемешивание — но не жидкости, а песка, который еле-еле течет куда-то вдаль.

Человечество деградировало, редкие носители нормальных генов правят миром, тщательно защищая себя от таинственной болезни.

Какую тайну скрывает странный минерал, уничтожающий и уродующий население цветущих планет? Враг или природа? Все это предстоит узнать главному герою, вернувшемуся к жизни через пятьсот лет после авиакатастрофы. Попав на самое дно общества будущего он шаг за шагом идет наверх, добиваясь ответа на главный вопрос — кто в этом виноват? Человек с нормальными генами страшное оружие в мире будущего, остановить его невозможно.

Они – сыновья борьбы. Борьбы за выживание. Борьбы против тех, кого поработили собственные же машины. Борьбы против тех, что пришли из иных миров, могущественные и чуждые, недоступные человеческому пониманию.

Они – сыновья Исхода, что рассеял массу землян по Тысяче Солнц, потомки тех, что бежали когда-то в глубины дальнего космоса. И нет им возврата на Землю... да и существует ли она еще, эта Земля?

И каждый из них – Феникс, ибо вновь и вновь возрождается в пламени войны, закаленный в горниле сражений и готовый опять противостоять опасности...

Пятнадцатилетнее мирное соглашение на грани срыва. Внутри клановая война между воинственными Крестоносцами — сторонниками нападения на Внутреннюю Сферу и Стражами — сторонниками мира обостряется. Клан Волка решается вступить в вооруженное противоборство с кланами, готовыми развязать войну, фактически принося себя в жертву делу сохранения мира. Против войны выступает и глава Федеративного Содружества Виктор Девион. Он идет на подлог: использует двойника умершего от лейкемии наследника Дома Марика — Джошуа Марика. Разгораются вооруженные конфликты на отдельных планетах. Кто выйдет победителем? Ведь многое решают не только схватки боевых роботов, но и стойкость и мужество людей, сражающихся за справедливость…

Можно написать так: ему отшибло память, но он чутьём ухватился за единственный шанс выбраться... Можно так: он был очень странным – он чётко знал, чего он НЕ хочете делать, и он ОЧЕНЬ мечтал о работе, для которой наиболее подходит. На этой планете работы не нашлось... И так: его попытались продёрнуть через обычные каналы найма и обучения... он не влез. Или даже процитировать краткое описание сюжета: «– Значиться в квак побаловали. Уровни попрограмировали, на порнографию вздрочнули – пришло время в Херфраер поиграться. Ещё бы воркрафту, и вообще как не улетал никуда!» В крайнем случае – предупредить, что текст не рекомендован для чтения лицами моложе 14 лет. И эротики многовато, и сложновато будет понять, что может твориться в душе 20-ти летнего старца. Но! Соль Отчёта о начале приключений, которые отгребла галлактика от Агента Достал – в глубине и изощрённости описания боли и кайфа, веселья и угрюмости, тупизма и остроты мысли, бешенства и умиротворёности – всего, что творилось у него внутри до тех пор, пока с ним пытались обращатся как с человеком, которым, он, в общем-то, не был. «...Иногда, когда ждать становилось невтерпёж, я срывался и начинал делать что-нибудь. В процессе выяснялось, что всё, что я делал, сводилось к раздолбыванию того, что попадало под руку в качестве виноватого в моём срыве. Носом к рылу со своей раздолбывайской сущностью я сталкиваться не любил, и с каждым прожитым годом готовность срываться уменьшалась, сжималась, скукоживалась, и я всё больше и больше становился спрятавшимся в холодильнике куском мяса, все желания которого сводились к одному – оттянуть момент попадания на горячую сковородку. Желание не попадать попой на горячий чугун болезненно не сочеталось с желанием выбраться из морозилки и ожить, предварительно оттаяв. Вылезать из привычной и уютной морозилки семьи, дома, города было страшно. Мучило предчувствие, что разморозившись, я сгнию. Или меня съедят… … Красавица. Я перевёл внимание с себя на чрезвычайно эффективную девочку...»

ЭТО ИЛИ ОЧЕНЬ СМЕШНОЙ ИЛИ ОЧЕНЬ СТРАШНЫЙ И ГАДКИЙ ТЕКСТ!!! (Завистит от читателя). Узять типа абычнаго панка-падонка и забрать с ацталой дикой планеты Земля (в працессе общего скрытного рекрутинга в Дипатамент Невступив... то есть Неприсаеденёных Планет). Натаскать. Обучить. Нарваться. Сослать на планету, заселённую в приснопамятные времена бывшими соплеменниками. Получиться трудноописуемый... (Основные события начинаються с того, что герой курит и смотрит, как на него устраивают засаду). / Текст рекомендован в качестве учебного пособия по изучению психологии падонков.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Участник литературного конкурса "Ночь, улица, светильник Джека..."   

Что делать, если ты нечисть, а на носу маячит празднование Дня всех Святых? Правильно! Нужно обязательно собрать толпу такой же нечисти, как и ты, распугать всех местных жителей и непременно найти приключения на свой черный хвост. Но самое главное не забыть втянуть во все это своих друзей, ибо страдать толпой не так обидно, как одному. Участник литературного конкурса "Ночь, улица, светильник Джека..."     

«Текст» – первый реалистический роман Дмитрия Глуховского, автора «Метро», «Будущего» и «Сумерек». Читайте третью главу долгожданной новинки! «Текст» – это психотриллер и криминальная драма, нуар и книга об отношениях отцов и детей, история о невозможной любви и бесполезном возмездии. Действие разворачивается в сегодняшней Москве и ее пригородах. Телефон – это резервное хранилище нашей души. В нем самые яркие наши воспоминания, фотографии смеха и наше видео о том, как мы пытаемся почувствовать счастье. В почте – письма от матери и вся подноготная нашей работы. В истории браузеров – все, что нам интересно на самом деле. В чатах – признания в любви и прощания. В нем снимки наших соблазнов и свидетельства грехов, слезы и обиды. Такое время. Картинки. Текст. Телефон – это и есть я. И тот, кто получит мой телефон, может стать мной – для всех остальных. И они даже ничего не заметят – а когда заметят, будет уже слишком поздно. Для нас всех.  

Первый из рассказов о бравом экипаже исследовательского фрегата - коммандере, майоре, докторе и капитане. Галактика огромна и полна чудес - и нужны смелые, хорошо подготовленные люди, которые разберутся, какие из этих чудес полезны человечеству, а от каких лучше держаться подальше.