Скачать все книги автора Варвара Андреевна Клюева

Гибель актрисы самодеятельного театра и исчезновение юной родственницы вынуждают решительную, бесстрашную и любознательную героиню и ее верных друзейискать решение задачи, поначалу кажущейся неразрешимой.

Варвара КЛЮЕВА

В ПЕТЕРБУРГ СО СВОИМИ БАНДИТАМИ

Аннотация

Петербург. Зеленоватая бронза, красноватый гранит и целительный для души простор меж небом и Невой. Но и здесь раскинули щупальца страх и злоба, но и здесь, как и везде, преступники готовы на все ради наживы или спасения собственной шкуры. Однако, строя козни против Варвары и ее друзей, они еще не знают, что есть на свете вещи пострашнее, скажем, наручников или автоматной очереди из-за угла.

Что предпримет здравомыслящий человек, обнаружив в долгожданной и еще пустой квартире свеженького мертвеца — вызовет «скорую»? милицию? гробовщика? А не совсем здравомыслящий? Впрочем, когда еще и время поджимает, кто угодно потеряет голову. Варвара, например, решает при помощи друзей избавиться от тела. Средь бела дня. Ну и попадают авантюристы, как кур в ощип: покойный-то, как выясняется, скончался не без посторонней помощи.

Компания друзей волею обстоятельств и из — за незадачливости самой взбалмошной из них — Варвары вынуждена провести несколько дней в валдайской глуши в гостях у представителей бизнеса. Странное поведение хозяев — деловых партнеров — и сторожа недостроеннойгостиницы, а потом несчастный случай с ее владельцем заставляют гостей задуматься, какая роль предназначена им в игре, затеянной хозяевами? Но игра скоро кончается. Буря и дождь пресекают попытки связаться с внешним миром, и смерть бродит где — то рядом...

Петербург. Зеленоватая бронза, красноватый гранит и целительный для души простор меж небом и Невой. Но и сюда дотягиваются щупальца страха и злобы, но и здесь, как и везде, преступники готовы на все ради наживы или спасения собственной шкуры. Однако, строя козни против Варвары и ее друзей, они еще не знают, что есть на свете вещи пострашнее, скажем, наручников или автоматной очереди из — за угла.

Ну, а новые приключения неугомонной компании — верное средство от скуки.

Ах, это море… Ах, эти вина… Если на Южный берег Крыма по старой студенческой традиции приезжает «дикарями» компания друзей и встречает там бывших однокашников, то без праздничного ужина с шашлыками не обойтись. Только вот атмосфера скоро становится неслишком праздничной, а потом один из гостей и вовсе исчезает… Но это лишь начало неприятностей, которые как магнитом притягивают на редкость взбалмошные и невезучие путешественники. Сюжет разворачивается по всем канонам классического детектива: зловещее преступление, ограниченный круг подозреваемых и честно предъявленный читателю полный набор ключей к разгадке.

Насильственная смерть сильных мира сего всегда вызывает жадное любопытство обывателей. Впрочем, можно ли было причислить Альбину Николаевну Турусову, жену старградского губернатора, к сильным мира сего - вопрос спорный. Это вам не Джон Кеннеди, не Улоф Пальме и не принцесса Диана. Тем не менее для обывателей Старграда смерть губернаторши стала событием никак не менее волнующим, чем гибель принцессы. В конце концов, ее английское высочество была для них чужой и незнакомой, как далекая звезда, а Альбину в городе хорошо знали. Кое-кто помнил ее с тех времен, когда она была хрупкой болезненной девочкой, милой и трогательной. Правда, таких памятливых набралось бы немного. Горожане, удостоенные чести встречаться с Альбиной Николаевной в пору ее зрелости, по большей части знали Турусову как властную и жесткую, если не сказать жестокую, особу, державшую в ежовых рукавицах супруга, дочь и половину Старграда. Но и для первых, и для вторых, и даже для тех, кто не мог похвастать личным знакомством с губернаторшей и кормился сплетнями и слухами, Альбина все равно была "своей", а потому смерть ее вызвала большой ажиотаж. Тем более что она погибла не в банальной автомобильной аварии, а от руки злоумышленника.

Приключения неугомонной компании «пяти Ватсонов» — верное средство от скуки и хандры. Что предпримет здравомыслящий человек, обнаружив в долгожданной и еще пустой квартире свеженького мертвеца, — вызовет «скорую»? милицию? гробовщика? А не совсем здравомыслящий? Впрочем, когда еще и время поджимает, кто угодно потеряет голову. Варвара, например, решает при помощи друзей избавиться от тела. Средь бела дня. Ну и попадают авантюристы как кур в ощип: покойный-то, как выясняется, скончался не без посторонней помощи. Компания «пяти Ватсонов» вынуждена взяться за расследование!

Я и не знала, что из человека может вылиться столько слез. Нет, конечно, моего незаконченного медицинского образования хватило усвоить, что мы на 75 процентов состоим из воды. Но ведь не может же вся она выйти слезами! Какую часть веса теряет женщина, если три часа подряд плачет навзрыд? И не грозит ли ей – то есть мне – смерть от обезвоживания?

Эта мысль так меня напугала, что я даже сунула руку под шубейку и осторожно себя ощупала. Очевидный идиотизм этого жеста неожиданно положил конец рыданиям и вызвал приступ нервного смеха. Я стояла в новогоднюю ночь на пустынной дороге, прорезавшей черную лесополосу, и сотрясалась в пароксизме неуместного веселья.

Новогодние сюрпризы бывают разными…

Маша ехала по больничному коридору и кусала губу, пытаясь удержать рвущийся из нутра смешок. Смешок рос, толкался в диафрагму, дрожал в горле, пузырился в носу. Мегера при капельнице, следившая, чтобы игла не выскочила вены, озабоченно косилась на лицо пациентки, что только усугубляло дело. Маша держалась из последних сил. Смех – под капельницей, на больничной каталке, наутро после зловещих событий, едва не закончившихся трагедией – верный шанс угодить в психиатрическое отделение.

Рок сводит в могилу поколение за поколением заокеанских магнатов в самом расцвете лет. В России чья-то злая воля обрывает жизнь богатого предпринимателя и его сына. Костлявая методично пожинает неурочный урожай в московском рекламном агентстве и вот-вот снова взмахнет косой. Угроза нависла и над близкими намеченной жертвы. Увернуться от удара, избежать западни и спастись можно, лишь распутав тройной узел загадок и поняв, куда тянется каждая нить.

Валентина с трудом вынырнула из кошмара, но от усталости не смогла проснуться окончательно. Зависла между сном и явью, словно аквалангист, оттягивающий момент всплытия. И погружаться страшно (вдруг там поджидает давешняя барракуда?), и выскакивать на поверхность обидно (доведется ли сегодня еще поплавать?).

Сквозь неплотную пелену дремы до сознания донеслось знакомое клацанье ватерклозетного спуска, следом – шум низвергающейся Ниагары. «Мать колобродит», – сонно подумала Валентина, и в ту же минуту ее выбросило из постели, точно выкидное лезвие из рукоятки финского ножа. Мать уже полгода как умерла!

Трапезы в общей столовой первого жилого корпуса Магической Академии живо напоминали Вардану ярмарочное гульбище. Звонкая многоголосица, перекрываемая отдельными выкриками, взрывами хохота, гневными проклятиями, стуком, звяканьем, бряцанием, грохотом… Хождение между столами, деловитые разговоры, веселые подначки, ссоры, порой переходящие в драки; при случае можно и на жонглеров с фокусниками полюбоваться.

Вардан, выросший в деревне, где все делается солидно, неспешно и основательно, а потом проживший пять лет в стенах казенной школы, где за учениками надзирают, как за малолетними преступниками, так до конца и не привык к схоларской буйной вольнице. Если бы Берни и Крессида не приняли его в свою компанию, до сих пор, наверное, чувствовал бы себя наивной девицей, зашедшей перекусить в портовый кабак. Но когда рядом друзья, которые вносят не самую малую лепту в здешнее разудалое веселье, довольно быстро обнаруживаешь, что каким-то загадочным образом и сам стал частью этой жизни…

Внешность следователя оказалась последней каплей. Конопатая особа с вздёрнутым носишкой и пушистым нимбом выбившихся из куцего хвостика рыжих волос смотрелась в кителе, как девчонка, напялившая родительскую форму — поиграть, пока родителей нет дома. Ощущение абсурда, не оставлявшее Яна с той минуты, как он увидел перерезанное горло Лулу, зашкалило. Он почти услышал щелчок выбитого предохранителя, с которым на него накатило нездешнее спокойствие — все эмоции как будто отрубило.