Скачать все книги автора Сергей Боровский

Паранормальные явления в ведре обычной воды.

Тайны мира разбросаны вокруг нас, стоит только протянуть руку.

Личные проблемы — мы всегда с ними один на один.

Случайное знакомство в вагоне поезда, которое оказалось на поверку закономерным.

Русские национальные традиции на фоне международных отношений.

Из жизни российской глубинки

Заметки путешественника, который не знал, куда и зачем ему ехать.

ВИРУС

Лариса ещё раз внимательно перечитала своё резюме и, не найдя никаких неточностей, сохранила окончательную версию на рабочем столе. Затем прикрепила получившийся файл к письму и нажала кнопку «отправить». Всё. Остаётся только ждать ответа, и он, она надеялась, будет положительным.

Описание позиции подходило к её знаниям и опыту идеально: аккуратность, пунктуальность, умение общаться людьми, владение компьютером на уровне продвинутого пользователя...

ДЕРЕВО

Когда Матвей Николаевич состарился, то перебрался жить в дом сына и невестки. Оба этих факта жизни произошли при минимальном участии с его стороны. Кресло, из которого он теперь разучился вставать самостоятельно, погрузили в заказанный специально автобус и перевезли со всем немногочисленным скарбом по новому адресу.

На улице расцветала весна, маня теплотой и бешенством красок, и Матвей Николаевич облюбовал себе место на веранде, выходившей в сад. Он занимал его сразу после завтрака и возвращался в дом лишь после того, как начинало темнеть.

ПОД МОСТОМ

***

Одноногий Солдат служил на городском вокзале. Не вполне официально, правда, а так, по собственной инициативе. Каждое утро он подходил к камере хранения и вставал рядом с окошечком, упёршись спиной в стену, в ожидании того, кому потребуется его помощь. Иногда приходилось стоять часами, и даже бывали дни, когда он возвращался домой совсем без заработка, но на этот раз ему сразу повезло. Ещё издалека он увидел красивую молодую женщину с двумя мальчиками примерно пяти и восьми лет, волокущую по полу два огромных чемодана на колёсиках.

Торец пятиэтажной «хрущевки», обращённый к улице, был украшен вместо окон огромным, во всю стену плакатом. Владимир Ильич, изображённый на нём в своей фирменной кепке, пальто и галстуке в белый горошек, взирал на меня свысока, и лёгкая укоризна сквозила в его взгляде. Для этого, надо сказать, у него имелись все основания: за пятнадцать минут до одиннадцати часов утра я, комсомолец и староста группы, не находился бок о бок с товарищами в аудитории, постигая азы марксистско-ленинской философии, а банально стоял в очереди перед дверями винно-водочного магазина и ждал открытия заведения[1]

Инспектор «Роспотребнадзора» Захаров Иван Викторович выполнил поставленный начальством план по штрафам к обеду и потому вполне мог позволить себе расслабиться до вечера. Поехать к Люсе, например, или закатиться в «Пантеон» - забрать должок и заодно отведать свою любимую «чурчеллу». Но он не сделал ни того, ни другого, и почему-то отправился по следующему в утверждённом списке адресу. По инерции, наверное. Или от избытка куража.

На фасаде дома номер три по улице Ракитной он без труда отыскал мраморную табличку с названием фирмы и с удовольствием про себя отметил, что деньги у них по всем признакам водятся. На вахте он небрежно показал развёрнутые корочки и сразу прошёл вглубь помещения, не обращая внимания на вытянутого по струнке охранника. Дверь, обитая дорогой кожей, источала запах неучтённых доходов и нарушений техники безопасности. Иван Викторович легко повернул вниз позолоченную ручку и смело ступил на целину.

В ту ночь Юлина подушка узнала много нового и полезного от своей юной хозяйки. Ну, во-первых, о том, что ни в какой Нью Йорк ни к какому дяде она не полетит. Последние шестнадцать лет она лицезрела его только на портрете, висевшем над комодом в спальне родителей, а до того — пару раз от силы, не больше, наяву. Чаще всего он всплывал в Юлиной памяти в размытом образе удачливого рыбака, держащего за жабры огромную щуку, хвост которой волочился по земле. Его фотографировали, а он позировал и натужено улыбался под тяжестью речного чудовища. Потом взрослые сварили так называемую уху, от одного запаха которой подступала тошнота, и заставляли бедного ребёнка попробовать «хотя бы ложечку». Она, молодец, не сдалась тогда и угощение отвергла. А ещё как-то дядя рассказал ей на ночь сказку: про людоеда и кота, который его проглотил, обманом заставив превратиться в мышь. Услышанная история повергла Юлю в некую разновидность детской депрессии, и целую неделю после этого она засыпала с капризами и только при свете. Дядю, естественно, отлучили от воспитания. Хотя, если честно, что там такого страшного было, сегодня никто и не поймёт. Во-вторых, чего она не видела в этом Нью Йорке? Небоскрёбов теперь полно и в Москве, не говоря уж о Шанхае, где Юля отметилась в прошлом году. А по сравнению с теми же лондонскими тусовками «деловая столица мира» — это, по слухам, не что иное, как Задрипинск. И зачем, спрашивается, переться в такую даль?

ЭЛЕМ

Каменистая пустыня с редким низкорослым кустарником простирается до самого горизонта на сколько хватает глаз. Зыбкое марево дрожит над поверхностью, должное обозначать перегретую солнцем почву, отдающую атмосфере излишки тепловой энергии. Но это лишь иллюзия. Здесь нет ни солнца, ни воздуха, а мягкое тепло и ровный свет являются сущностями пространства.

Тропинка, по которой я шагаю, едва различима: она вымощена той же галькой, что в беспорядке разбросана вокруг, и лишь некая осмысленность узора делает её дорогой, потенциально могущей куда-то привести. Цвет гальки я раз и навсегда определил для себя как красный, хотя на самом деле он далёк от всех известных моему зрению цветов. Он плотнее и насыщеннее, и как бы самостоятельнее, что ли: его легко представить без всякого подложного материала вообще.

КУРЬЕР

Накопив достаточно средств, чтобы наконец-то приобрести домик на каком-нибудь солнечном побережье, я для себя решил, что основным моим критерием при покупке станет отсутствие соотечественников в качестве соседей. Не то чтобы я русофоб какой или, не дай Бог, не патриот. Просто я считаю, что настоящий отдых возможен лишь в том случае, когда ты полностью вытаскиваешь себя из повседневной рутины. Понятное дело, что с земляками за забором, будь он хоть десять метров высотой, любой отпуск автоматически превращается в бесконечную попойку и разговоры о политике. Другими словами, в трудовые будни.

ШКОЛА

Глава 1

Старший инспектор муниципального департамента среднего образования Виктор Игнатьевич Волков уже добрых два часа трясся в жестяной кабине старенького грузовичка. Падавший за окном снег только усиливался, и посему можно было предположить, что в обещанные ему три часа дороги они не уложатся.

- Не застрянем? - тревожно спросил пассажир у шофёра, с равнодушным старанием крутившего баранку.

- Нет.