Скачать все книги автора Рэмси Кэмпбелл

В новой антологии собраны тридцать пять классических и современных историй о вампирах, принадлежащих перу таких известных авторов, как Клайв Баркер, Роберт Блох, Нил Гейман, Тацит Ли, Ким Ньюмен, Кристофер Фаулер, Брайан Ламли и других.

Загадочные, жестокие, аристократичные, сексуальные, бесстрастные, как сама смерть, и способные па самую жгучую страсть, – вампиры уже не первое столетие остаются притягательной и модной темой мировой литературы и кинематографа.

Исторгнутые извечной тьмой или порожденные человеческими суевериями; исчадия зла или жертвы рокового недуга; звероподобные кровопийцы или утонченные ценители алого вина жизни – вампиры обязательно завладеют если не вашей кровью, то неотступным вниманием.

Констебль Слоан расследует жестокое убийство, и все улики приводят его в музей древностей…

Блайт уже дошлепал до кабины, когда сообразил, что надо было послать деньги. За рядом кабинок еще одна фаланга участников марша, кое-кто с надетыми на себя плакатами — а на некоторых мало что было надето, кроме них — шла к тоннелю под рекой. Конверт в карман засунуть не удалось — а телефон он никогда дома не оставлял, — судя по скорости колонны, уходившей в тоннель, закрытый для транспорта по случаю годовщины, времени вполне хватило бы, пока он дойдет до полукруглой цементной пасти, ярко белеющей под июльским солнцем. Пока он открывал телефон и настукивал на кнопках номер, его соседи с двух сторон пустились в бег на месте, а сосед слева сопровождал эти действия низким и гулким пыхтением. Телефон дал пять гудков, и Блайт услышал собственный голос:

Супружеская пара переехала в долгожданный новый дом. Почему же он кажется столь неприветливым, переполненным призраками и тенями, по-кошачьи шипящим на своих хозяев?

Когда Шоун обнаружил, что он уже в Уэстингcи, он различал только мелькавшие перед глазами обрывки дороги, извивающиеся, как гадюки, под хлынувшим ливнем. Бульвар, где он видел пенсионеров, вывезенных на колясках за ранней дозой солнечного света, и туристов с рюкзаками, набитых в вагоны, которые повезут их к Озерам, махал отдельными деревьям, которые казались слишком юными, чтобы выходить одним к серому морю, несущему сотни пенных гребней. Сквозь шум помех и шипение ветрового щитка местная радиостанция советовала водителям не выезжать сегодня на дорогу, и он чувствовал, что ему предлагают шанс. Сняв номер, он сможет позвонить Рут. В конце бульвара он объехал вокруг старого каменного солдата, вымокшего почти дочерна, и поехал вдоль приморских отелей.

Перевод с английского: Igorium

Слэйд ехал весь день, и добрался наконец до поворота к дому. Дорожный знак, обрамленный угрюмой зеленью разросшихся каналов и заросших сорняками полей, стал другим. Вместо названия города на нём был желтый, удивительно яркий на фоне унылого июньского неба, указатель на парк аттракционов. По-видимому, его повредили вандалы, сохранились только последние буквы:…MELAND. Слэйду могло не представится другой возможности посмотреть на то, что он помогал строить. За время всей поездки на север он не нашел ничего, во что его клиенты захотели бы вложить деньги или купить. Он отпустил педаль тормоза и позволил машине везти себя дальше.

Вы уже неподалеку от дома, когда чувствуете что-то неприятное. В ручье за домом спокойно мерцает лунный свет, а деревья в темноте леса торчат вокруг, словно гнутые гвозди. Дом кажется темным, хотя это не так. Вы появляетесь на поляне, пытаясь разобраться в ощущениях, что именно вас беспокоит.

Вы знаете, что отсутствовали дома слишком долго, из-за затянувшейся встречи с другом. Ваша жена должно быть обеспокоена, а может и напугана, что уже наступила ночь. Вы никогда прежде не оставляли ее ночью одну. Но беседа с другом была так увлекательна, а ваше безразличие сменилось полным его пониманием, а вино было так прекрасно, а искорки из горлышка так веселы, что теперь вы почти ничего не можете вспомнить, за исключением яркого чувства отличной дружеской компании. Но все же вы оставили на ночь свою жену одну посреди лесе, хотя и заперли дверь. Неподалеку стоит домик дровосека: а ведь вы могли хотя бы попросить его жену остаться с вашей. Вы чувствуете себя предателем.

Перевод: Old Fisben

— Не садитесь туда, миссис, — прикрикнул гид. — Намочите свои штаны!

Мария, чувствуя себя оскорбленной, соскочила с камня у входа в пещеру. Она видела, как остальные, посмеиваясь над ней, уходят вслед за проводником: шумная парочка, чей смех не смолкал в автобусе всю поездку, немощная бледная старуха, шедшая под руку с бородатой женщиной, то и дело насмехавшейся над ковыляющим впереди неё китайцем, незнакомые ей люди, галдевшие у остановки. Идти за ними не хотелось. Держись она от них подальше, ее достоинство больше никто не унизит. Однако, Тони схватил её за руку и силой потащил за собой. Мария еще раз глянула за спину, на залитый солнцем склон холма, поросший деревьями, на птиц, летающих над палаткой с гамбургерами, словно опавшая листва, и позволила ему вести себя. Вниз, во мрак.

Ник Рейд вышел из здания редакции на безлюдную Манчестер-стрит и был поражен тем, что напомнило ему царившее вокруг безмолвие. Он вдохнул холодный воздух раннего утра и потянулся, поморщившись от боли, возникшей в теле от многочисленных ушибов и синяков, которые он заработал во время подготовки своего последнего репортажа о забастовочном пикете. В конторе на Динсгейт звонил телефон; одинокий автомобиль проследовал мимо универмагов на Пикадили, потревожив стаи голубей, испуганно взметнувшихся из-под колес на фронтоны домов. Ник запустил пальцы в свою взъерошенную шевелюру и попытался стряхнуть с себя тишину. Воспоминания сейчас не играли для него никакой роли; он хотел лишь придти в себя, чтобы доехать до дома и там уже отключиться. Он наблюдал за тем, как одинокий лучик солнца выхватил из темноты громадные крыши, пробившись сквозь облака, несшие бурю по направлению к Пикс. Потом им вновь овладели воспоминания, которым не мешала даже боль в области шеи. «Диана», — он задохнулся от волнения. Потом понял: что-то еще было не в порядке.

Едва я успел закрыть двери автомобиля, мистер Холт уже выбегал из школы.

— Извиняюсь за опоздание, шеф.

— Не преувеличивай, Пол. Хорошо, что ты вообще появился, — он поднял кустистые брови, и его круглое лицо приобрело легкомысленное выражение. — Сейчас хотя бы знаю, что на тебя можно рассчитывать.

— Вы же не хотите сказать, что кроме нас никто не пришел.

— По крайней мере, никто из твоих коллег по работе. Ты будешь единым их представителем. Без всяких опасений, ты получишь большой плюс в рапорте.

Сэм Стратт лизнул пальцы и обтер их носовым платком — подушечки посерели от снега со столба на автобусной остановке. Бережно вытащил книгу из полиэтиленового пакета на соседнем сиденье, вытащил из книги автобусный билет, переложил вплотную к обложке, чтобы руками не заляпать, и погрузился в чтение. Как оно часто случается, кондуктор решил, что билет — именно на эту поездку; Стратт не стал его разубеждать. Снаружи снег заметал тротуар, ложился под колеса сторожких автомобилей.

Престарелая пара отдыхала на морском побережье в Греции, когда их внимание привлек старик, который гнался за страницей, улетевшей из книги.

«Это одна из множества историй, рожденных из обыденных вещей, с которыми постоянно сталкиваешься, и вдруг обращаешь на них внимание, — объясняет автор. — В этом случае — викторины, во время которых игрок имеет право позвонить другу…»

Саймон – бывший кинокритик, человек без работы, перспектив и профессии, так как журнал, где он был главным редактором, признали виновным в клевете. Когда Саймон получает предложение от университета написать книгу о забытом актере эпохи немого кино, он хватается за последнюю возможность спасти свою карьеру. Тем более материал интересный: Табби Теккерей – клоун, на чьих представлениях, по слухам, люди буквально умирали от смеха. Комик, чьи фильмы, которые некогда ставили вровень с творениями Чарли Чаплина и Бастера Китона, исчезли практически без следа, как будто их специально постарались уничтожить. Саймон начинает по крупицам собирать информацию в закрытых архивах, на странных цирковых представлениях и даже на порностудии, но чем дальше продвигается в исследовании, тем больше его жизнь превращается в жуткий кошмар, из которого словно нет выхода… Ведь Табби забыли не просто так, а его наследие связано с чем-то, что гораздо древнее кинематографа, чем-то невероятно опасным и безумным.

Рэмси Кэмпбелл. "The Mine on Yuggoth". Рассказ относится к межавторскому циклу "Мифы Ктулху. Свободные продолжения". Молодой человек, начитавшись "Некрономикона" и "Откровений Глааки", находит способ попасть на Юггот, где у местных существ-грибков есть металл, дарующий бессмертие. Однако на тёмной планете нашего героя ожидает ужас и безумие... Впервые на русском языке.