Скачать все книги автора Николай Пономаренко

Пономаренко Николай

"Антихристы"

Осина. Это распространенное в России дерево примечательно свойством, которого нет ни у одного другого растения. Это свойство осине присвоили люди. Почему-то именно осиновый, а не какой другой кол, якобы, способен убить оборотня и вурдалака. И почему-то людям просвещенным, людям, шагнувшим во второе тысячелетие, до сих пор не удалось вбить осиновый кол в разные античеловечные культы и учения. Осиновый кол государственного закона почему-то не действует против новоявленных пророков или приспешников Сатаны. И плодятся они, псевдоучения, заморачивая сотни тысяч доверчивых наших соотечественников.

Н. Дорошенко (Пономаренко Н.)

"БАНДИТСКАЯ ЛИГОВКА"

(Жизнь, легенды и байки Лиговского РУВД)

ЛИГОВКА

Ах, Лиговский, дивный Лиговский! Ну почему классик выбрал для описания Невский проспект, а не Лиговский? Спорно, что нет ничего лучшего в Петербурге, прямее и правильнее, чем Невский. Недаром же москвичи, попадая на Лиговку прямо с Московского вокзала, начинают думать, что весь Петербург прямолинеен, расчерчен улицами и проспектами как тетрадка в клеточку. Да, господа, Лиговский прям, его прямая магистраль с боков обросла домами и дворами, в которых можно потеряться.

Николай ПОНОМАРЕНКО

ЧЕЧЕНСКИЙ ТРАНЗИТ

Около девяти вечера в булочной стоя спал человек. Высокий, широкой кости, чуток бы сбросить вес - и настоящий атлет. Стоял, слегка наклонившись вперед. Только стоял не один, а в очереди. Впереди и сзади были люди. Подремывая, делал шажки вперед, когда очередь продвигалась. Выработанным за годы чутьем с закрытыми глазами угадывал движение впереди себя. Но хлеб вдруг кончился. А перед этим была заминка, и человек успел глубже погрузиться в сон...

Пономаренко Николай

Два букета

В больницу Скорой Помощи Санкт-Петербурга одна за другой мчались три медицинские машины. Врачи торопились доставить пациентов на операционный стол. Трое мужчин находились в критическом состоянии. Их тела были в сплошных кровоподтеках, а лица превращены в месиво. У каждого множественные черепно-мозговые травмы. Каждому предстояла сложная операция. Врачи самоотверженно боролись за их жизнь. Однако, на следующий день в органы внутренних дел была направлена телеграмма в которой говорилось о смерти В.Г. Тарабарина, наступившей в результате нанесенных побоев.

Пономаренко Николай

Гостинцы для гостиницы

Гостиница "Октябрьская", одна из старейших в городе, известна очень многим гостям Санкт-Петербурга. Она находится в самом центре Северной столицы на Невском проспекте, напротив Московского вокзала. Ежесуточно сотни проживающих сменяют друг друга в ее номерах. Процветание этого отеля в большой степени зависит от грамотного менеджмента. История, случившаяся в самой верхушке управления этого отеля нетривиальна и достаточно интригующа. Началась она с того, что в начале июня 1996 года заместитель Генерального директора "Октябрьской" Семен Алексеевич Еремеев вдруг почувствовал за собой слежку. Утром он заметил двоих неизвестных, наблюдающих за окнами его дома на Будапештской улице, но поначалу не придал этому значения. Квартира находится под сигнализацией. Еремеева озадачило, что эти же двое в тот же день, не стесняясь, уже топтались возле входа в гостиницу. Вечером мужчины опять торчали возле его дома! Предупрежденная Еремеевым служба безопасности отеля стала в свою очередь скрытно следить за неизвестными и тайно записывать их на видеокамеру. Гостиничные секьюрити были поражены некомпетенстностью и наглостью следивших за их руководителем. Они почти не скрывались. Эти двое беспардонно изучали распорядок дня, время отъезда-приезда на работу и домой, маршруты движения автомобиля, манеры одеваться, места посещений... Сотрудники службы безопасности действовали более профессионально и в свою очередь изучили личности и поведение таинственных типов.

Н. Дорошенко (Пономаренко Н.)

"ТЕЛЕСЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ"

ГРОМКИЕ ДЕЛА

ОТ АВТОРА

Все, что пишешь о криминале, о преступлениях и происшествиях, о других острых ситуациях в документальном жанре должно исходить из первых рук. Лучше, когда сам бываешь на местах драм и трагедий, когда сам видишь, чувствуешь, осязаешь. К сожалению, тема криминала , как ходовая, грубо сказать, стала предметом зарабатывания имени и денег людьми отстраненными от настоящего, от действительно страшного. Могу понять, когда на основе чьих-то рассказов человек пишет художественную литературу. Но когда перо поднимается на описание событий, хотя бы части которых автор сам не был свидетелем и очевидцем, это претит, заставляет задумываться о психологическом равновесии его обладателя. Можно ли , проговорив с оперативником, начальником отдела ГУВД или РУОП минуты, часы или даже сутки, писать от собственного имени, как участника событий, домысливая и расписывая ситуации и обстоятельства? Позволительно ли не делать сносок на слова сотрудников милиции, прокуратуры, ФСБ, выдавая их за свои? Как можно писать о Малышеве, Кирпичеве, Богданове, Кумарине, о "казанских" и "тамбовских", о "саранских" и "малышевских", никогда сталкиваясь с ними и при этом производить впечатление, будто такое случалось? А если случалось вне стен правоохранительных органов, то это наводит на мысль , что писалось по заказу стороны противоположной. Никто из задержанных "крутых бандитов" не беседовал с "криминальными репортерами", писавшими о семи трупах в мерседесе, о сожженных в мазде, о бандитских авторитетах. А если и говорил, то с ещё не задержанными, что заставляет задумываться о том, кто создает в печати ореол над бандитами. Журналисты ТСБ, сотрудники пресс-служб силовых структур видели все воочию - специфика такая. Не радио , не газета. Без картинки на экран не выйдешь. Надо снять событие, а значит, побывать на месте. Это дорого стоит - быть очевидцем, а значит, носителем правды. Многое из описанного в этой книге, автор видел сам , сотрудничая с Телевизионной службой безопасности, многое видел на исходном материале видеосъемок, знает что осталось за кадром и не вошло в сюжеты ТСБ. И предоставляет слово очевидцам, тем, кто создает эту телепередачу на протяжении вот уже трех лет.

Николай Пономаренко

Изверги

Для того, чтобы такое происходило, в России есть все условия. Государство само создает маньяков, насильников и убийц. Темные закоулки человеческого сознания могли бы оставаться невостребованными, будь наша жизнь другой. Голодный человек без жилья и работы, пьющий горькую от безысходности - потенциальный изверг. Достаточно малого толчка, чтобы он начал совершать зверства. Даже выросшие в нормальных семьях дети не застрахованы от психических срывов, приводящих к преступлению. Молодым людям сложно найти работу, которая прокормит. Случается, что они теряют жилье и начинают скитаться. Они пьют спиртное, в котором содержатся вредные вещества, от которых не пьянеют, а дуреют. К ним относятся неприязненно и они чувствуют озлобленность на весь мир. В какую-то минуту они решаются на преступление, а потом уже не могут остановиться...

Н. ДОРОШЕНКО (Пономаренко Н.)

КАЗЕННЫЙ ДОМ

(ЧЕЧЕНСКИЙ ТРАНЗИТ - 2)

Небо блокадного Ленинграда походило на бесконечный лист матового стекла, растрескавшегося от разрывов бомб и снарядов. В пасмурную погоду здание небольшой фабрики из красного кирпича казалось темно-коричневым. Секретная шарага, расположенная в нем, была отделена от основного производства. Химикам и биологам, "изменившим Родине", доверили заказ на изготовления оружия массового поражения. Один цех фабрики, переоборудованный для производства пороха и взрывчатки, выделили для экспериментов ученых-заключенных. Трудности доставки боеприпасов в блокированный немцами город вынуждали искать внутренние ресурсы. На фабрике выпускали традиционные взрывчатые вещества и продолжали эксперименты в поиске новых. В небольшой комнате с бронированными стенами полутораметровой толщины то и дело производились экспериментальные взрывы. Приборы фиксировали их силу, скорость и радиус разлета осколков. Иногда сюда заезжали представители других шараг, взрывали что-то свое и удалялись. Миниполигон в подземелье фабрики действовал. В цехе химиков, надежно отделенном от взрывников, шла более тихая работа. Изредка сюда зачем-то привозили доходяг, приговоренных к расстрелу, а через какое-то время их отправляли прямо на ликвидацию. Специалисты не представляли себе, как живет город, ибо, кроме стен цехов и каморок для ночевки, ничего не могли видеть. Сирены, прожектора, разрывы бомб говорили о том, что фашисты наступают. Ежедневные однотипные политинформации взбадривали утверждениями, что это "временные трудности", что товарищ Сталин ждет результатов их работы, которые должны ускорить приход Победы.

Николай Пономаренко

Курские гастролеры

Зачастую сотрудники милиции безуспешно бьются над раскрытием преступления, тратят все служебное время, перерабатывают, портят себе нервы, а потом вдруг наступает озарение: "Так это же... Как раньше не догадались?!". Причем, что тоже часто бывает, озарение посещает человека, который вовсе не бился над загадкой. Сотрудника другого подразделения. Просто такой человек нечаянно сопоставляет факты и делает вывод: "Это совершил...".

Николай Пономаренко

Новые Раскольниковы

"...Сволочь, сама не зная того, почти всегда

подпадает под команду той малой кучки "передовых",

которые действуют с определенною целью,

и та направляет весь этот сор куда ей угодно,

если только сама не состоит из совершенных идиотов,

что, впрочем, тоже случается".

Ф.М. Достоевский "Бесы"

В конце 18-го века по этой улице шел высокий молодой человек в длинном пальто. Пройдя по каналу Грибоедова, он свернул в переулок, а потом вышел на Подьяческую улицу. Вскоре он нашел нужный дом и остановился в темном углу подворотни. Размышления, тревожившие его всю дорогу, он сумел остановить усилием воли. Потрогав спрятанный под полою топор, молодой человек решительно направился к парадной. Это был студент-разночинец по фамилии Раскольников, персонаж романа Федора Достоевского "Преступление и наказание". В этом доме Раскольников зарубил топором старуху, дававшую деньги под залог, не пощадил и проживавшую в той же квартире девушку, свидетельницу преступления. После литературного героя замучило раскаяние и он сдался полиции.

Николай Пономаренко

Операция "Галатея"

На одном из кладбищ Санкт-Петербурга хоронили Владимира Юрьевича Орехова. Он был известным и успешным бизнесменом. Поэтому удивительно было видеть в похоронной процессии только его жену и детей. И еще приходил фотограф, сделавший снимок свежей могилы. Многочисленные друзья не пришли проводить его в последний путь. Видимо, была какая-то загадочная причина.

За два дня до похорон коммерсанта Орехова в Региональное управление по борьбе с организованной преступностью пришли два молодых человека. Дмитрий Слепаков и Илья Зуманд сделали редкостнейшее заявление: их наняли убить человека! Но они передумали и пришли сдаваться. Оперативники поначалу приняли их за сумасшедших. Если передумали - то зачем пришли об этом рассказывать Органам? Но визитеры предъявили очень серьезные доказательства: два пистолета. ТТ и Макарова, рабочие, оснащенные патронами. Вот, мол, заказчик выдал.

Николай Пономаренко

Питерский сыщик

Каждый год 26 апреля сотрудники уголовного розыска Санкт-Петербурга приходят на Волковское кладбище к могиле своего товарища, сыщика Алексея Чумаченко. В этот день 1998 года он погиб при исполнении служебных обязанностей во время задержания преступников. В то роковое утро ценой собственной жизни он пресек существование бандитской группы, совершившей десятки грабежей и разбоев, убившей 19 человек. Убийц остановил только Алексей Чумаченко, но ему пришлось стать их двадцатой - последней жертвой.

Николай Пономаренко

Семь трупов в мерседесе

Поздно ночью по тихим улицам спящего Санкт-Петербурга двигался странный караван. Жигули, кажущиеся несколько жалкими по сравнению с грузной иномаркой, натужно, но уверенно, тащили на тросе черную тушу мерседеса. Редкие встречные в душе соболезновали обоим водителям. Но с кем не бывает. Может моторное масло так застыло на морозе, что не провернуть механизм. Может, иностранная электроника забарахлила. Напичкают всякими ненужными кондиционерами да компьютерами - потом мучайся. Мало ли что. А ехать надо - вот и колымит жигуленок, подрабатывает извозчиком мерседеса. Процессия из двух машин двигалась в связке по направлению из города. Они проехали по проспекту Стачек, повернули на Жукова. Пробуксовывая и взрывая сердце мотора, жигуленок медленно вытащил мерседес на Петергофское шоссе. Поехали быстрее. Все складывалось как нельзя лучше в транспортировке сломавшейся иномарки. Никто не останавливал и не лез не в свое дело. Но на Петергофском как накаркали. Откуда ни возьмись появилась милицейская машина.

Николай Пономаренко

Слуга двух господ

Возмездие за подлый обман тысяч обездоленных соотечественников может настигнуть мошенников самым неожиданным и жестоким образом. Хозяева фирм-однодневок по приему вкладов от населения типа "МММ", "Властилины" или "Селенги", кончают по разному. Нахапав денег от доверчивых пенсионеров и людей среднего достатка, одни переходят на нелегальное положение, другие попадают за решетку, третьи... Об одном поучительном и логичном завершении мошеннического пути рассказывает эта история о владельцах дурно пахнущих денег, которая имеет особую остроту.

Николай Пономаренко

Желтый дом

Больницы и тюрьмы в Петербурге нередко менялись местами. К примеру, когда знаменитые "Кресты" оказались переполненными, зданию больницы на улице Лебедева вернули его первоначальное назначение - теперь там находится следственный изолятор для несовершеннолетних. А в прошлом веке под лазарет для рабочих заняли только что построенную тюрьму у места слияния рек Пряжки и Мойки. Теперь в этом тюремном здании находится известная психиатрическая больница Николая Чудотворца, которую называют просто "Пряжка".

Николай Пономаренко

Живой труп

Ранним утром двое сотрудников ГАИ, ехавших из пригородного поселка Каменка к Верхневыборгскому шоссе заметили в трехстах метрах от дороги обгоревший и еще дымившийся корпус микроавтобуса. Решили проверить.

Эти места под Санкт-Петербургом у сотрудников милиции имеют дурную славу. По весне там всегда обнаруживаются так называемые "подснежники" криминальные трупы, показавшиеся из подтаявшего снега. Излюбленное бандитами место для вывоза убитых жертв.