Скачать все книги автора Евгений Валерьевич Лотош

Евгений Лотош

Бегущие

Пустыня расстилалась вокруг, бескрайняя и бессмысленная. Волны барханов катились за горизонт, в бессчетный раз иссушаемые склоняющимся к закату, но все равно еще жарким солнцем. Маленькая ящерка с любопытством взглянула на них, вытянувшись столбиком и тихонько посвистывая. По ее переливающейся шкурке бежали разноцветные искры. Странно, подумала Татьяна. Странно, что я еще способна замечать такие вещи. То ли второе дыхание пришло, то ли вымоталась не так сильно, как кажется. Ноги вязли в песке, тяжело налитые свинцом, вопящие о своей усталости, неотвязно требующие отдыха, отдыха, отдыха.

Евгений Лотош

Игра окончена

...самолет сделал крутой вираж и зашел в хвост последнему "Фантому". Жаль, ракеты кончились, мимоходом отметил про себя Черный Волк, и нажал на гашетки пулеметов. Крупнокалиберные пули прошили противника, и он стал падать на землю, разваливаясь на части. Ха, сосунки, появилась в голове непрошеная мысль, нарушая концентрацию сознания на бое. Куда им против аса. Такого, как я. А ты дрожал перед вылетом, ласково пожурил он себя. Ничего, вернусь назад - добью-таки задание на тренажере. Такое простое стыдно перед ребятами, что в который раз проваливаюсь. Ладно, теперь займемся оставшимся... Додумать он не успел. На экране радара вспыхнули две новые точки. Опять, промелькнуло у него в голове, пока тренированное тело выполняло разворот, оценивало расстояние, считало упреждение при стрельбе... Первый "Мираж" выполнил крутой поворот, также нацеливаясь на него. Второй же стал забирать куда-то вправо. Ничего, дружок, сейчас мы тебе тоже сядем на хвост и... "Sidewinder", пущенный вторым истребителем врага, попал ему в бензобак. Последняя мелькнувшая в голове мысль была о том, что развороченная осколками катапульта не сработала. И еще почему-то: "Игра закончена".

Нескольким… хм… героям в очередной раз выпадает честь победить бессмертного тирана. Хотят ли они это делать? А кому это интересно? Игра гонит их вперед - разрушая города, в которых они задержались, натравливая бандитов и враженских ищеек, уничтожая тех, кто протянул им руку помощи. Избежать этого давления можно только одним способом - бесславно погибнув. Много ли шансов у слепых щенят выжить на поле жестокой брани, под копытами боевых коней, в пожарищах захваченных городов? Ни одного… если только не найдется человек, способный открыть им глаза. Да полноте - человек ли? Таинственный Серый Князь - отнюдь не порождение привычного мира.

Игра дарует пешкам Тактика туз в рукаве - способность уничтожить Стратега в рукопашной битве. Но чтобы разыграть эту карту, Отряд должен пробиться вплотную к своей цели. К предводителю огромных армий и непобедимых флотов? Повелителю империи, окруженному непобедимыми телохранителями? Нечеловеческой сущности, владеющей силами, недоступными даже пониманию простого смертного? Ха! Справиться с Демиургом, за плечами которого десятки Игр и сотни миллионов лет опыта бывшего человечества, невозможно. У микроскопического Отряда есть лишь малый шанс проскользнуть через все заслоны, но и он призрачен: напропалую жульничающий Игрок уже сдал им крапленую колоду.

Некоторые чудеса не могут случиться даже в мире, где царит магия. Отряд обречен на поражение. Но Игрок не подозревает, что у нынешней Игры - двойное дно. И, быть может, нынешним поколениям обитателей планеты все-таки суждено пережить Пробуждение Звезд…

Четверть века спустя после Пробуждения Звезд мир Неожиданности на грани гибели. Изолирующий планетарную систему кокон лопнул, и континуум Большой Вселенной постепенно аннулирует локальные физические законы. Лишенный эфирных связок, Игровой Мир медленно рассыпается на части в буквальном смысле слова. Цунами опустошают острова и побережья. Пылевые бури, землетрясения и извержения вулканов гонят на север кочевые племена Сураграша. Истощенная земля не родит, северные княжества на грани голодомора, а Храм призывает верных на святой поход против язычников. Беспощадная война между Четырьми Княжествами и племенами Сураграша, должная истребить большую часть населения, вот-вот обрушится на Западный материк.

Даже могучие Демиурги бессильно развели руками. Они так и не нашли способа стабилизировать общество, лишившееся законов Игры и не получившее ничего взамен. Решение принято: миллионы обречены на гибель. Лишь немногим жителям Западного континента суждено выжить в надвигающемся урагане, чтобы с чистого листа приступить к написанию новой истории. И только один рискует встать перед бурей в надежде если не предотвратить ее, то хотя бы ослабить. Бывший Хранитель, бывший Серый Князь, бывший фаворит Первого Конструктора в одиночку идет против течения, и нельзя сказать, что некоторым Демиургам это нравится. Бывший Хранитель - но бывший ли?

Немногие верные сторонники и старые враги не в силах помочь ему преломить ход вещей. И никто не способен поддержать его в момент последнего искушения. Но его ученикам суждено продолжить начатое тем, кого впоследствии назовут Богом…

Евгений Лотош

Пустота моей души

Огонь уютно потрескивает в камине, рассеивая полумрак комнаты неверным мерцанием. Где-то в углу притаился сверчок, изредка поскрипывая в лад своему настроению. Тяжелые гардины надежно скрывают заоконный мрак, в глубине которого восточное небо только-только начинает наливаться предутренней бирюзой. Бутылка кьянти на столе отливает пурпуром, и божественный аромат из откупоренного горлышка, несомый мелкими пузырьками, неспешно поднимающимися к поверхности вина, заполняет комнату. Кажется, этот аромат может заставить позабыть все на свете.

Этот мир жесток и холоден. Тех, кто возвышается над толпой, преследуют всегда. Взрослым проще: они знают правила игры, они могут затаиться, замаскироваться, не выдавать себя. Но детям, которым не известно о существовании правил, спрятаться невозможно. Особенно детям, чьи особые способности не может объяснить современная наука. Усилием воли они рвут листовую сталь и крушат железобетон, но беспомощны перед лицом равнодушной государственной машины, перемалывающей судьбы. Любая технология в первую очередь используется для создания оружия — а если ее нет, ее следует создать. Пусть даже для этого потребуется истязать десятилетних.

Тем, кто попал в западни секретных лабораторий, не вырваться. Темные стальные камеры, дурман в крови, ошейники-блокираторы и «научные стенды», более всего напоминающие пыточные машины — вот их судьба. Девиантами становятся в возрасте от восьми до десяти лет, и если дети не в состоянии сознательно помочь военным создать новое оружие, тем хуже для них. Надежды нет ни для кого: даже родные родители не в состоянии защитить своего ребенка от Акта о принудительной спецопеке. А сироты… кто когда-нибудь вспоминал о сиротах?

И даже тем, кому чудом удалось сбежать, вырваться из страшных лабораторий Института человека и не умереть от превентивно введенного смертельного яда, голода и болезней, все равно не выжить. Ищейки идут по следу, и давно заброшенный отель в старой мароновой роще на окраине южного приморского города может стать местом, где пуля спецназовца поставит точку в финальном акте затянувшейся трагедии.

Ей тринадцать. Ее зовут Карина. Она девиант. Она забыла лица своих давно умерших родителей. И у нее нет будущего — если только молодая пара, с которой свела ее судьба, не сумеет укрыть ее от жестокого холода окружающего мира…

Детство, даже самое теплое и безмятежное, когда-то заканчивается. И рано или поздно птенцам приходит время выпархивать из гнезда в окружающий мир. Твоя семья никуда не исчезла, и тебе всегда есть где найти сочувствие и опору, но этот мир холоден и равнодушен. И никто, кроме тебя самого, не сможет проложить тебе дорогу в жизни.

Синдоо, чудо-ребенок, небесное детя, она привыкла к уединению своей комнаты и тихой безвестности задних рядов университетских аудиторий. Чудовищный демон, божественный дар и божественное проклятье, скован у нее внутри могучими цепями и не ведает свободы. Лишь самые близкие знают о сжигающем чувстве старой вины, грызущем ее душу, и лишь самые близкие догадываются, на что на самом деле способна невысокая девушка с мальчишеской фигуркой, которой в ее двадцать лет не дашь и семнадцати.

Вечно скрывать свой дар от окружающих невозможно — он дан не для того, чтобы до скончания веков спать глубоко внутри. Но не стоит ожидать от нее чудес, совершаемых на ярко освещенной сцене под торжествующее пение фанфар. Ей еще только предстоит научиться пользоваться знаниями, аккуратно разложенными по полочкам в ее голове, и грязь и кровь хирургического отделения станут тем маслом, которому предстоит закалить гордый клинок ее дара. Могучие силы незримо присутствуют за ее спиной. Но помогают они только тем, кто помогает себе сам, и Избранная Дочь — не исключение. И когда смертельная опасность окутывает ее своей тенью, и когда другу в беде требуется помощь, она может надеяться только на себя.

Но она выстоит. Она не имеет права не выстоять. Ведь ей еще только предстоит начать обратный отсчет на шкале когда-то прерванных жизней…

Время идет, и гадкие утята взрослеют, превращаясь в белых лебедей. Им больше нет нужды прятаться от чужих взглядов, и скрываются от посторонних они разве что по старой привычке. Мир огромен, и в нем много дорог, и главное — выбрать ту, что тебе по душе и по силам. И тогда никакие жизненные невзгоды больше не сумеют тебя сломать — всегда найдутся те, кто подставит плечо в трудную минуту, из благодарности ли, из корысти ли, но подставят. Если у тебя есть любимая работа, если ты спасаешь жизни и делишься с другими своими знаниями, если тебя ценят и уважают сотни людей, зачастую тебе даже неведомых — чего еще пожелать?

Но на каждого лебедя найдется свой охотник. Далеко не всем бандитам в мире известно о существовании досье «Камигами», и для некоторых из них выдающийся хирург и мастер Пути Карина Мураций — всего лишь разменная монета в грязной игре. Заложница, которую можно использовать для достижения своих целей. Приманка на не особо скрываемом стальном крючке, привязанном к ниточке старой и почти забытой истории. Дракон Сураграша ценит только силу и честь — так, как он ее понимает. И далеко не каждый девиант в этом мире белый и пушистый. Сила означает ответственность, но не всякому дано это вовремя осознать.

Есть в жизни дороги, которые нас выбирают. Дороги, что хватают нас за пятки и тащат вперед даже против нашей воли. Но есть и дороги, которые выбираем мы — и есть такие, что прокладываем мы сами, сходя с утоптанных другими тропинок и торя собственный путь сквозь бездорожье. Выжить в диких джунглях Сураграша на другом краю света, где женщина второсортна, а синомэ — отверженна, завоевать любовь незнакомых людей и превратить врагов в друзей — не каждому дано пройти по такому пути, пусть даже при помощи верных товарищей. Но если не знаешь, что делать, делай то, что должно, в надежде, что свершится судьба. И тогда однажды звезды приветствуют тебя как равного.

Сила не бывает хорошей. Сила не бывает плохой. Все зависит от того, как ее владелец сумеет ей распорядиться. Стать полубогом-Демиургом — достойная награда за проявленные стойкость и отвагу… но что дальше? Только сказки кончаются на превращении Золушки в прекрасную принцессу. В реальности же приходится просыпаться наутро после подвига и идти в ванную — умываться и чистить зубы. И готовить завтрак. И поднимать в школу заспанных детей. И снова идти на работу: торговать в магазине, сражаться с чудовищами, строить дом, играть в политику или просто спасать мир. Огромный мир, отныне целиком взваленный на хрупкие плечи вчерашней испуганной девчонки и ее друзей.

Текира. Планета, миллиард обитателей которой вовсе не считают себя пешками в Большой Игре. Они любят, ненавидят, рожают, убивают, строят и разрушают — в общем, живут обычной жизнью. Но вполне подходящая для них бывшая игровая сцена, на скорую руку слепленная из картона в далеком прошлом, не выдержит чудовищной тяжести Демиурга и провалится у него под ногами. И чтобы ненароком не уничтожить то, что любишь, приходится скрывать свою новую натуру от всех. Скрывать любой ценой. Пусть даже ценой утраты частички самого себя.

В мире много несправедливости, зла и горя. Ты Демиург — и тебе достаточно лишь щелкнуть пальцами, чтобы покарать злодея и восстановить нарушенное равновесие. Достаточно пошевелить мизинцем, чтобы вылечить от любой, даже самой страшной болезни. Но добро, ярко восторжествовавшее в одном месте, обязательно аукнется чудовищными катаклизмами в другом. Чем больше ты можешь, тем меньше ты можешь — и нет у тебя другого выхода, кроме как забыть про свою силу и тащить мир на все тех же, прежних, по-человечески хрупких плечах. Тащить, стиснув зубы и постоянно ломая через колено саму себя…

Вселенная равнодушна к человеку. Его жизнь — лишь краткая мимолетная искра, которую звездам не дано даже заметить. Она внезапно вспыхивает — и так же внезапно угасает в вечном мраке, бесследно поглощающем накопленные воспоминания и опыт. Так было, так есть… и так больше не будет.

Законы природы нельзя нарушить, но можно обойти. Смерти больше нет. Она превратилась лишь в один из этапов жизненного пути, который следует преодолеть, чтобы ступить на новую дорогу в вечность. Реабилитационный комплекс Ракуэна принимает в себя все новых и новых нэмусинов, чтобы смягчить постмортальный шок и помочь умершему заново обрести себя. Ложная личность рано или поздно падет под натиском настоящей. И тогда проснувшийся сможет построить новую жизнь, опираясь на прежний опыт, но не скованный ни им, ни суровой необходимостью работать для поддержания бренного тела.

…сможет ли? И как быть с теми, кто не успел накопить никаких воспоминаний? Ради чего существовать им?

Сумеют ли найти ответ хотя бы всемогущие Демиурги?

Бывает, что истории суждено повторяться отнюдь не в виде фарса…

Огромное грозное некогда государство Народной Справедливости переживает не лучшие времена. Экономика Ростании рушится под неподъемной тяжестью ВПК, неэффективное сельское хозяйство не в состоянии справиться с нарастающим дефицитом продовольствия, наркотики расползаются по улицам, проникая в респектабельные доселе семьи, а государство бессильно остановить всплеск воровства и бандитизма. Но пропагандистская государственная машина не сбавляет оборотов, не допуская самой мысли даже о незначительной смене курса.

Государство обречено. Глиняные ноги колосса давно должны были развалиться под тяжестью торса. И лишь благодаря Хранителям, веками тайно оберегавшим человечество, печальный исход на время откладывается. Но их мало, и они устали от безвестности, устали спасать мир, не получая за то никакой благодарности. Их Совет узурпирует все больше власти, организация разлагается изнутри, и иссякший приток свежих кадров лишь усугубляет дело.

И что остается кукловоду, отчаянно дергающему за ускользающие из рук ниточки? Все, чего он пытался достичь, гниет и распадается, а ответы на главные вопросы так и не найдены. Да и существуют ли они, эти ответы? Сейчас уже неважно. Главное – понять, можно ли снова, в самый последний раз, спасти этот мир…

В этом мире больше нет Хранителей. Но его проблемы не исчезли вместе с таинственной организацией. Молодой и неопытный Народный Председатель отчаянно пытается бороться одновременно и с нарастающим кризисом в экономике, и с откровенным саботажем старой бюрократической гвардии. И, кажется, борьбу эту он проигрывает по всем фронтам. Его последний шанс – секретный план, который в тайне от всех разработала и запустила его канцелярия. Но на его реализацию требуется время. То самое время, которого ему отчаянно не хватает.

Но и это – лишь часть его проблем. Странные сны преследуют его ночами. Чужой мир, похожий и непохожий на его собственный, властно предъявляет на него права. Странно искаженная история его собственного мира развертывается перед его глазами. Но не было в его мире ни Российской империи, ни города по имени Москва, ни Охранного отделения, и невиданные устройства – самолеты – рассекают там воздух, и бурная осень 1905 года накатывает на страну подобно шторму…

Сон? Сумасшествие? Реальность? Неизвестно. И остается только барахтаться в окружающем молоке в надежде когда-нибудь сбить из него масло и выкарабкаться из проклятой ловушки. Две огромные империи трещат по всем швам, разваливаясь на части, и судьбы обеих во многом зависят от того, чего именно сумеет добиться один-единственный человек.

Тройное кольцо генераторов метрики, окружившее систему, синхронно следовало за звездой в ее бесконечном полете сквозь мертвую космическую пустыню. В ожидании команды, которая все не поступала, фантомные механизмы Демиургов бесстрастно следили за бесформенным комком красного сияния, прилепившимся почти к самому северному полюсу солнца Паллы. Сенсорные массивы бесстрастно регистрировали малейшие колебания интенсивности и спектра излучений Красной Звезды, и длинная цепочка зондов тянулась за планетарной системой, обозначая бесконечную, медленно рассасывающуюся червоточину измененного пространства. Фантомы ждали, готовые выполнить заранее запрограммированную последовательность команд.

Солнце пекло лицо и плечи. Сержант Родонец снял фуражку и вытер лоб рукавом форменного кителя, чтобы хоть как-то избавиться от заливающего глаза пота. Жесткая ткань облегчения не принесла: пот она впитывала плохо, зато кожу терзала не хуже наждака. Ободранный лоб уже давно немилосердно саднил — а до конца дежурства оставалось еще шесть часов. Да какое там конец — смена только-только началась!

Сержант водрузил фуражку обратно на взмокшую макушку и уныло поплелся в обход пыльной привокзальной площади. Хотя в соответствии с календарем шла лишь первая декада официального лета, жарища уже стояла такая, какая не каждый год случается даже в разгар сезона. Хотя сердце подсказывало, что стоило бы перебирать форменными ботинками пошустрее, чтобы вернуться в хоть плохонькую, но тень вокзала, ноги отказывались шевелиться. Валька, сволочь, сидит сейчас в зале ожидания под вентилятором и тянет воду из бутылки, конфискованной в одном из коммерческих киосков. И скалится, небось — он умный, надрал напарника в «орел-решку»! Вот явится капитан с инспекцией — засадит всем по самые гланды за нарушение порядка патрулирования… Родонец вытащил из бокового кармана собственную полупустую пластиковую бутылку и глотнул отвратительно теплой воды, тщательно прополоскав рот. Гадость. Ну, по крайней мере, он ее честно купил, а не реквизировал у торгашей по праву удостоверения.

Ну хорошо, выжить не удалось — по крайней мере, в общепринятом смысле. Это пассив. В активе — примирение с отцом и возвращение в Хёнкон. Можно снова возвратиться к учебе, благо и научных руководителей теперь завались, и верный друг рядом. Да еще и изобретательные паладары не устают делать жизнь интереснее, выдумывая разные забавные штучки типа виртуального махания руками и прыгания с облака на облако. Способности прогрессируют, связь с другом только усиливается, впереди необъятное поле для экспериментов…

…вот только безмятежностью вокруг и не пахнет. Кольчоны все чаще накрывают паллийские города, люди восстают из мертвых, электрические штормы вырываются на свободу, и энергоплазма из жуткой экзотики становится неприятной повседневностью. А еще, грозит Палле гибель или нет, люди остаются людьми. Ненависть, застарелые обиды и фанатизм воплощаются в мстителях — благородных, самоотверженных, но всё-таки террористах. Прошлое настигает десятилетия спустя, месть уничтожает всё, в том числе своих носителей, и даже в посмертии им не суждено обрести покой. И даже в тихом защищенном Хёнконе не удается спрятаться от жестокой реальности окружающего мира.

02.30.1232. Бывшая игровая площадка игровая площадка №1150098-LXB-11206

Желтый карлик прокладывал путь сквозь бесконечное ледяное пространство космоса. Звезда оставалась полностью равнодушной и к увлекаемым силой ее притяжения массам вещества, и к странным энергетическим структурам, сопровождающим ее по собственной инициативе. Часть из них искажала саму плоть пространства, вызывая безумные флуктуации законов физики, а часть безмятежно купалась в волнах аномальности, пульсируя, разрастаясь и сокращаясь. Медленно рассасывающаяся червоточина измененного континуума отмечала путь звезды сквозь вакуум. Маяки следящих сенсорных массивов один за другим зажигались вдоль нее, словно фонари вдоль дороги, скрытой ночным мраком. Крупицы твердотельных и гигантские рои фантомных зондов Демиургов пронизывали зоны аномальности, перемещаясь по сложным траекториям вокруг самой звезды и зловещего красного комка холодной плазмы у ее северного полюса. И совсем рядом, на поверхности одного из каменных кусков, обозначаемого акустической вибрацией и символом "Палла", копошилась незаметная для Вселенной разумная биологическая жизнь, защищаемая лишь генераторами метрики внутри голубой луны Труффы и красной луны Инганно.