Скачать все книги автора Эфраим Кишон

Эфраим Кишон

Эй, Джульетта!

Музыкальная трагедия в 2 актах

Перевод с иврита Марьян Беленький

Запрещается публичное исполнение, публикация, использование для сценариев фильмов, мюзиклов, издание на бумажных, электронных, магнитных и иных носителях, а равно любое иное коммерческое использование настоящего перевода или его фрагментов без письменного разрешения правообладателя.

Действующие лица:

Ромео Монтекки, 49 лет, преподаватель балета

Обычная, ничем не примечательная гостиная в Тель Авиве, с тремя входами.

1-й с улицы, второй с кухни, третий — со спальни. Посреди гостиной тяжелый стол, кресла, мебель старая, провинциальная. Идеальная чистота. На стенах — пейзажи, фото супругов Бен Цур, сделанное много лет тому, фото Аялы, телефон, радиоприемник, этажерка с несколькими книгами. Зеркальный шкаф. Модерновый диванчик в углу, покрытый выцветшим покрывалом.

Стол накрыт к трапезе. Яфа стоит у зеркала, примеряя не совсем готовое платье, еще рукава не пришиты. Шифра стоит на коленях, подкалывая подол булавками. Радио тихо играет.

Два мелких проходимца неожиданно для себя открывают глубокую и плодотворную идею — во всех бедах их страны, да и всего мира виноваты… лысые. К глубокому удивлению проходимцев, идея эта немедленно находит отклик в широких народных массах…

Волею судеб мелкие проходимцы становятся политическими лидерами, основателями новой партии. Выдвигаемая ими идея спасения человечества проста и понятна народу — «Бей лысых, спасай волосатых». Рецепт всеобщего счастья тоже доступен широким народным массам — «Взять все у лысых и раздать волосатым». Правда, в стране идет война, враг стремительно наступает, но кого это волнует, если надо спасать страну от лысой нечисти…

Социальная антиутопия Кишона вполне может быть сопоставима с такими шедеврами жанра, как антиутопии Хаксли, Оруэлла, Замятина.

Многогранная политическая сатира Кишона в нынешней России вполне может быть прочитана как история "новых русских", рвущихся к власти, используя ради достижения своих целей неприкрытую социальную демагогию.

И не так уж важно, кто во всем виноват — чеченцы, лица кавказской национальности, лысые или евреи. Главное — упоительный процесс розыска и наказания виноватых во всех бедах страны. В ходе этого увлекательного процесса, кстати, можно «наварить» капитал не только политический, но и реальный, долларовый…

Сатиры о хитрости и коварстве автомобилистов

Одним прекрасным утром на нашей кухне потек кран. Я сразу же поспешил к Штуку, единственному в округе слесарю, чтобы попросить его навестить наш кран непосредственно в его больничной палате. Однако дома оказалась только г-жа Штук, которая пообещала мне, что Штук будет у нас к середине дня.

Поскольку Штук не появился и за полдень, я снова отправился к нему. Дома была только г-жа Штук. Она сообщила мне, что сказала г-ну Штуку, что он должен к нам прийти, но г-н Штук не смог к нам прийти, поскольку должен был идти куда-то в другое место. Однако к началу вечера он к нам придет. Штук не пришел к началу вечера, равно, как и к его концу, и когда я сам пришел к нему, дома никого не оказалось. От соседей я узнал, что чета Штуков ушла в кино. Я воткнул в замочную скважину записку: "Г-н Штук, очень прошу зайти к нам завтра утром, поскольку кухонный кран требует ремонта".

Действие романа происходит в Израиле 60-х годов — в эпоху безраздельного господства социалистической рабочей партий МАПАЙ — Маарах (нынешняя Авода). Видный функционер-мапаевец, прожженный политикан и демагог Амиц Дольникер попадает на лечение в отдаленную деревню, где никому не нужны его многочасовые речи о том, как «партия и правительство проявляют неустанную заботу о простых тружениках», никто не просит его мудрых советов.

Дольникеру — мастеру политической интриги удается, путем хитроумных построений, внедрения «системы привилегий» в виде предоставления простой телеги для старосты, расколоть всю деревню на два враждебных, ненавидящих друг друга лагеря. И снова Дольникер на коне, все бегают к нему советоваться, всем он оказывается нужен… Увлекшиеся политическим интриганством крестьяне забывают ремонтировать плотину, что приводит к трагическому исходу…

Неприкрытый политический авантюризм, дешевая социальная демагогия властей предержащих, на которые направлены стрелы сатиры Кишона, присущи, увы, далеко не только Израилю…

Эта книга для всех. Для евреев и антисемитов, для умных и глупых, для богатых и бедных, правых и левых, любящих и ненавидящих, разбрасывающих камни и собирающих камни, строящих и разрушающих, обнимающих и уклоняющихся от объятий; для людей, живущих в любой точке мира. Ибо тема ее вечна — семья, дети.

Перу Кишона принадлежит несколько тысяч рассказов, два романа, несколько пьес и киносценариев. По сценарию Кишона создан самый популярный в мире израильский мюзикл «Салах Шабати» и фильм с тем же названием.

Кишон живет в Швейцарии, где продолжает писать на иврите и вести свои литературные дела по всему миру.

Государство Израиль так удобно расположено вдоль средиземноморского побережья, что из любой точки внутри страны можно запросто попасть либо на пляж, либо в плен к арабам.

Наша страна столь крошечная, что на имеющихся в продаже картах на ней хватает места лишь буквам "Изр". И только когда в Шестидневную войну мы достигли Суэцкого канала, то смогли, наконец, вывести на ней "Израиль".

Правда, потом добрый египетский президент Садат сумел выторговать у нас обратно "иль". А сейчас на нас давят, чтобы мы убрали и остальные буквы, и надо радоваться, если оставят хотя бы заглавную "И".

Моему любимому дяде Эгону из Нью-Йорка, приехавшему к нам в отпуск, до этого не было никакого дела. Он просто хотел основательно познакомиться с новым еврейским государством.

— Нет ничего проще, — с готовностью ответил я. — Завтра с утра встанем, и я покажу тебе всю страну. Но что мы будем делать после обеда?

Много лет тому назад, когда мы впервые выбрались из Израиля в путешествие, мы чувствовали себя молодыми соколами, стремящимися выпорхнуть из родительского гнезда и расправить свои, пока еще неуклюжие, крылья, даже не представляя, далеко ли таким способом удастся улететь, когда и где следует приземлиться, и, коротко говоря, найдут ли молодые соколы там, вдали, все, что ожидали.

На окраине Тель-Авива есть небольшая берлога. Там живет старый cыч, который пользуется репутацией большого мудреца. Он пронес свою мудрость через десятилетия, заработав ее во многих путешествиях, а также схватках с многочисленными опасностями и столь же многочисленными паспортными и таможенными проверками, где он всегда выходил сухим из воды. Если и можно было где-то в мире получить совет, так только у него. Старого cыча звали Липсиц.

Кулинарные сатиры и советы для тех, кто всегда торопится

Рассказы о зверях и людях

Сборник переводов «Израильская литература в калейдоскопе» составлен Раей Черной в ее собственном переводе. Сборник дает возможность русскоязычному любителю чтения познакомиться, одним глазком заглянуть в сокровищницу израильской художественной литературы. В предлагаемом сборнике современная израильская литература представлена рассказами самых разных писателей, как широко известных, например, таких, как Шмуэль Йосеф (Шай) Агнон, лауреат Нобелевской премии в области литературы, так и начинающих, как например, Михаэль Марьяновский; мастера произведений малой формы, представляющего абсурдное направление в литературе, Этгара Керэта, и удивительно тонкого и пронзительного художника психологического и лирического письма, Савьон Либрехт. Читатель, взявший в руки эту книгу, получит представление о широком и многообразном спектре стиля и тем произведений израильской художественной литературы и сможет насладиться драгоценными сверкающими гранями таланта ее авторов.