Скачать все книги автора Джонатан Крейг

Он едва не попался. Ситуация была настолько критическая, что даже сейчас, спрятавшись в кустах за сборным домиком человека, которого он пришел убить, он чувствовал неприятное ощущение страха и струившийся по спине холодный пот. Полчаса назад он стоял у задней двери дома. Он обхватил правой рукой рукоятку пистолета, а левую поднял, чтобы постучать, когда услышал тяжелые шаги на крыльце, громкий стук в дверь и знакомый голос шерифа Фреда Страттона.

Очень трудно шить платье при свет керосиновой лампы в два часа ночи. К тому же у Джейн Хиббинс до сих пор болела спина от очередной порки, которую задал ей дядя Елмор вчера вечером.

Джейн ни в чем не провинилась. Впрочем, как всегда. Просто в сутках всего двадцать четыре часа, из них невозможно управиться с той работой, что взвалил на нее дядя Елмор. Джейн отчаялась. С тех пор как умерли ее родители и дядя Елмор занял их дом, жизнь Джейн превратилась в сущую пытку.

Из сборника "Риск — мое призвание".

Роман `Тайна нагой незнакомки` Д.Крейга повествует о двух нью-йоркских детективах, распутывающих таинственное убийство в гараже.

В сборник вошли произведения известных американских писателей детективного жанра, авторов многих бестселлеров.

Герой романа Р. Фиша  "Пуля для незнакомца" — наемный убийца, получивший задание убрать латиноамериканского политического деятеля. Роман С. Марлоу  "Риск — мое призвание" рассказывает об агенте американской спецслужбы, "работающем"  в Европе.

Роман "Тайна нагой незнакомки"  Д. Крейга повествует о двух нью-йоркских детективах, распутывающих таинственное убийство в гараже.

Труп появился прямо из стены. Кто-то открыл в аллее крышку люка для спуска угля, засунул туда тело и закрыл крышку снова. Тело проскользнуло вниз по желобу, пробило фанерное ограждение с обратной стороны и очутилось на полу помещения, служившего ранее бункером для угля, а теперь ставшего небольшой комнатой, украшенной каким-то незамысловатым орнаментом. На стенах красовались кричащие афиши боев быков в Испании и Мексике, а также автогонок в Ле-Мане и Нюрбургринге, чуть меньшего размера; в одном из углов красовалась рыболовная сеть розового цвета, в другом — боцманская люлька; висели картины абстракционистов без рамок и настенная керамика. На столе стояла бутылка кьянти в плетеной корзинке с торчащим в горлышке огарком и густыми потеками свечного нагара по бокам.

Если верить донесению дежурного сержанта, которое и привело нас в однокомнатную квартиру в цокольном этаже на Бликер-стрит, это было «явное самоубийство».

Однако сержант ошибся.

Это не было самоубийством, а самым настоящим убийством.

Мой напарник, детектив Стэн Рейдер, отправился успокаивать девушку, обнаружившую труп. Она с громкими криками выскочила на улицу в поисках полицейского.

Бледная Коллин Келли, совсем еще молоденькая девочка, сидела на кровати, крепко сцепив руки на коленях и изо всех сил стараясь скрыть чувства, которые она испытала при виде трупа, висящего на трубе отопления. Ее прислали обыскать тело. Коллин совсем недавно пришла в полицию, и ей не повезло, что первое знакомство с профессией оказалось таким суровым.

Харви Уилсон принимал гостя, и старался быть возможно радушней, что удавалось лишь отчасти, поскольку мысли о предстоящей ночи одолевали его. Вдруг, она будет той самой, долгожданной? А может случиться так, что в последний момент, как это бывало уже не раз, опять что-нибудь сорвется. А значит, нужно ждать, ждать и надеяться, а что может быть хуже ожидания?

Гость Харви сделал очередной глоток и оценивающе оглядел крохотную гостиную.

— А у вас здесь неплохо, Харви, — сказал он. — Так вы говорите, что построили это все собственными руками. Неужели все?

Сержант Карл Стритер проживал в скромном домике на Эшленд-авеню, неизменно носил скромные темно-серые костюмы и уже пятый год ездил на скромном «плимуте». Зато в многочисленных банковских сейфах по всему городу у него лежало почти пятьдесят тысяч долларов. Наблюдая, как его дочь Джинни убирает со стола после обеда, Стритер вспоминал об этих деньгах. Он никогда не уставал любоваться своей девочкой, которой только что исполнилось шестнадцать, но которая уже была писаной красавицей, а совсем недавно стал замечать в ней женственность и изящество движений — все то, против чего не смог устоять, когда повстречал ее мать. Мысль о жене омрачила радостное мгновение, и Стритер нахмурился. Какое счастье, что Барбара уехала на несколько недель. Но в понедельник она возвратится с побережья, и опять начнутся придирки, грызня, вечное недовольство всем на свете. «Невозможно, — в десятитысячный, наверное, раз подумал сержант. — Невозможно, чтобы женщина, бывшая некогда почти такой же изящной и милой, как Джинни, превратилась в центнер бесформенной хнычущей плоти».