Скачать все книги автора Анна Арнольдовна Антоновская

По шаткой лесенке, кряхтя, взбирался сутулый Гассан. Под истоптанными чувяками скрипели ступеньки, сыпалась желтая пыль. Но Гассан, затянув потуже на высохшей руке веревочную петлю, упорно тянул за собой тусклый медный чан, наполненный нечистотами и мусором.

Вскарабкавшись на глинобитную стену, Гассан оправил длинную выцветшую кофту, подтянул отрепья пояса и привычно оглядел крутой ров. Все было, как неделю назад – в глубине мутнели нечистоты и отбросы, вызывающе тянулся к солнцу ярко-синий тюльпан. И только прибавилась облезлая метла, на ней повисло верблюжье копыто, и под бугром торчал сломанный светильник; на осколке фаянса нелепо розовела рука с приподнятым бубном.

Герой эпопеи «Великий Моурави» — человек уникальной судьбы. Выходец из небогатого грузинского рода, Георгий Саакадзе стал не только выдающимся полководцем и политиком, но и поистине легендарным героем средневековой истории. За бесстрашие, незаурядный ум, силу духа и безграничную любовь к родине грузинский народ называет его Великим Моурави.

За ветхой дверью кузницы догорал день.

Синие огни горна метались над грудой угасающих углей, оставляя налет пепла. Словно зверь в ущелье, взревел в поддувале неистовый ветер. Но мехи внезапно стали неподвижны, густая темень стелилась над кожухом, от которого исходил прогорклый запах дыма.

Не то тревожно, не то радостно прозвенел под низким закопченным сводом последний удар молотка. Старый Ясе приподнял щит, и в бликах меркнувшего света ожили слова Великого Моурави, некогда взметнувшиеся огненными птицами над Марткобской равниной:

Робко расцветала первая роза. Хорешани заботливо полила нежный цветок и подвинула фаянсовый кувшин ближе к теплым лучам. Счастливый вестник родной земли — рассада была прислана из замка ее отца, князя Газнели, и, по фамильному обычаю, выращена ею перед рождением ребенка.

— Клянусь тринадцатью святыми отцами, он узнал меня! Смотри, смеется!

— Как же не узнать четырнадцатого святого? Два часа в праздничной одежде над люлькой стоишь, а Моурави тебя с утра ждет.

Червоно-багряные завесы листьев неподвижны над сонной землей. Ранняя осень 313 года XIV круга хроникона. Словно застыли в густом синем мареве купола, вокруг храмов шатры, а над ними перистые облака. Опоясанные фруктовыми садами, дремлют долины. И холмы Грузии опалены огненным диском, и обессилели реки, и застыли озера, как глаза сраженных великанов.

Само время неподвижно, будто законченная страница летописи, брошенная в глубокую нишу. Но тишина обманчива: вот-вот сорвется, налетит, сметет! Подкрадываются буйные ветры, они обломают уступы скал.