Скачать все книги автора Андрей Вадимович Новиков

Сборник статей о HЛО

* * *

"Аномальная зона" под Пермью уже доводьно давно занимает умы различных людей. Еще бы: голографические галлюцинации неизвестного происхождения, мультфильмы на стенках палатки, растущая посреди снега трава могут взволновать воображение даже довольно искушенных людей. Неудивительно, что экспедиции следовали одна за другой. Было обнарухено повышенное редкоземельных металлов в грунте и воде, срезанные совершенно неестественным образом деревья, другие "странности".

Было ясное утро на той неуловимой грани весны и лета, когда вовсю поют птицы, еще не прогрелась вода в реках, зелень листвы ярка до пронзительности, и только-только отзвенели в школах последние звонки и тысячи мальчишек, девчонок, юношей и девушек вырвались из надоевших классов на улицу, чтобы целых три месяца предаваться восхитительному безделью.

На холме, с которого открывался чудесный вид на плавно текущую реку, на свободной от столпившихся вокруг деревьев Часть первая полянке полдюжины таких освободившихся школьников и школьниц, В НАЧАЛЕ ПУТИ встав в круг, играли в волейбол. Туго надутый мяч весело перелетал от одного к другому, чтобы тут же, чуть коснувшись 1 рук, взмыть в воздух, словно надеясь долететь до прозрачно-синего неба…

Очередь все росла и росла, и ее жирный извивающийся хвост, казалось, уходил в бесконечность, не оставляя подходящим никаких шансов. Стоящие или сидящие на чем придется люди заполнили весь тротуар, и не удержавшись на нем, стали понемногу захватывать мостовую, благо что за последний месяц-полтора автомобиль на улице превратился в столь же большую редкость, как и лошадь с телегой. Обшарпанные фасады домов безучастно взирали на людскую толчею бледными пятнами отвалившейся штукатурки.

Шел четвертый час вахты. Хануфрий Оберонович Парсалов, руководитель нашей группы практикантов астроучилища, сидел в своем излюбленном кресле в углу центрального поста, попыхивал своей неизменной трубочкой и лениво перелистывал «Вестник астронавигации». Витька с Педро сидели в другом углу за терминалом компьютера и от нечего делать рассчитывали галактические координаты корабля. А я… Я сидел перед контрольным пультом и с тоской разглядывал на экране опостылевший рисунок незнакомых созвездий. Корабль шел по заданному курсу, и на ближайшие несколько световых лет никаких происшествий не предвиделось.

Алексей Волков

Андрей Новиков

Парсалов

На третьем курсе астроучилища нам удивительно повезло -ответственным за нашу практику был назначен сам Хануфрий Оберонович Парсалов -- старейший космический волк, личность во всех отношениях яркая и удивительная. Помню, когда мы увидели его впервые, то были поражены и покорены его скромностью и даже некоторой застенчивостью, поразительной для человека, известного во всем рукаве Галактики как образец мужества и непреклонности. Одет Парсалов был в видавшую виды куртку из афудиловой кожи, протершуюся местами до оттенка его седых волос, а на его широком лице, покрытом шрамами от метеоритов, выделялись по-прежнему молодые глаза, резко констрастирующие с далеко не юным возрастом. Говорил Хануфрий Оберонович медленно, как бы тщательно взвешивая каждое слово, и, к нашему великому сожалению, очень немного. Все наши попытки выудить из него какую-нибудь историю оказались тщетными, и мы были вне себя от отчаяния. А тут еще практику стали откладывать со дня на день, и вся наша группа безвылазно торчала в маленьком зале местного космовокзала, ожидая просвета в расписании взлетов грузовых кораблей. Наконец наше терпение лопнуло, и мы обратились к Хануфрию Обероновичу, невозмутимо попыхивающему трубкой в углу, чтобы хотя бы он поговорил с диспетчером и ускорил наш отлет. Парсалов выслушал нас, пустил клуб дыма и бросил лишь одно слово:

— Подсудимый, вы признаете себя виновным?

Подсудимый, подавленный громоподобным голосом судьи и серьезностью обстановки, понуро опустил голову и молчал. Казалось, вся его фигура излучает раскаяние и осознание непоправимости случившегося, но рот упрямо разжался, и не сказал, а выдохнул только одно:

— Нет.

В зале воцарилась изумленная тишина, настолько глубокая, что, кажется, можно было услышать из заднего ряда биение сердца преступника. Многочисленные слушатели застыли, и мучительно размышлял: «Может, я ослышался?»

..Все произошло неожиданно: ни звука, ни предупреждения, ни какого-нибудь развития во времени. Одно мгновение растянулось на вечность, вывернуло наизнанку, да так, что и не понять, где же собственное "я" - снаружи или все еще внутри... рассеяло на атомы, которые столь же внезапно вновь оказались на своих местах. но на своих ли? Все вдруг переменилось. Как? Что? Почему? Но разве можно ответить, если не успел задать вопрос?

Со стороны это выглядело просто, банально и жутко: был человек - нет человека...

Когда корабль начал торможение, а до Тумбы оставалась неделя полета, Хануфрий Оберонович Парсалов вызвал в кают-компанию всю нашу группу практикантов астроучилища и с какой-то непонятной озабоченностью спросил:

-- А как у вас со стрельбой, ребята?

Мы промолчали. Никому не хотелось признаваться, что за все время учебы нам так и не довелось взять в руки бластер, хотя мы успешно сдали на экзамене его устройство. Парсалов нахмурился, застегнул до конца молнию на своей потертой куртке из афудиловой кожи и решительно произнес:

С огромным удовольствием предлагаю искушенному читателю второе издание романа "Будущее принадлежит нам", вышедшего из-под пера писателя-фантаста Александра Волнова, широко известного узкому кругу почитателей. Переиздание этого замечательного произведения (с незначительными изменениями и дополнениями в духе последних постановлений) несомненно, станет важным и своевременным событием. Ведь всем прекрасно известно, что в последнее время у нас безобразно много издавалось зарубежной фантастики. Учитывая это, издательство "Главсевморпутьиздат" не поленилось оперативно покопаться в своих архивах. Результат этого копания вы сейчас держите в руках.

В пещере было мрачновато. Дневной свет робко топтался у порога, даже не пытаясь заглянуть вглубь. Там, в глубине, в красных отблесках пламени можно было увидеть развешенные вдоль стен пучки трав, стоящие на каменных подставках деревянные и костяные фигурки людей и диковинных зверей, у дальней стены тускло отсвечивал золотой оправой череп, а над ним висело круглое зеркало.

Странное это было зеркало. Ни сама пещера, ни находившиеся в ней не отражались на его матовой поверхности. Даже горевший в центре пещеры костер не окрашивал его отсветами пламени, словно не зеркало это было, а круглый сгусток мрака, заполнявшего темные углы пещеры.

Практика на Тумбе была в полном разгаре. Каждый день, нацепив на спину контейнеры для образцов и обвесившись геодезическими приборами, мы выходили из корабля на сбор ценнейшей информации, уже занесенной во все справочники. каждый вечер мы с горечью убеждались, что справочники не врут, и единственным утешением для нас являлись контейнеры, от отказа набитые насекомыми, растениями и камнями.

Проползла неделя, и мы впервые за все это время собрались в кают-копании и с азартом набросились на те развлечения, которые до чертиков надоели нам за время полета. Витька с Педро, позабыв обо всем на свете, рубились в четырехмерные шахматы, в которых фигуры через произвольное время исчезали из одного места игрального куба, и, поболтавшись в небытие, внезапно появлялись в другом, попутно меняя то цвет, то значение. Ниубий, сопя от усердия, пополнял свою коллекцию бабочек-катамаранов, прикалывая отдельно правое тельце, отдельно левое, отдельно перемычку, стараясь не помять шесть боковых крылышек и седьмое на перемычке.